Робот, который не переваривал кожаных ублюдков

      ***Время настоящее. Пентхауз Тенпенни-тауэр***              Бесшумно разошлись створки лифта в апартаментах мистера Алистера Тенпенни. И на пороге показались его референт Бёрк и какая-то девушка в сексуально обтягивающем латексном костюме. При виде такого зрелища Алистер отложил снайперскую винтовку, из каковой он от скуки постреливал по окрестной живности. Это ему всегда помогало. Но ещё лучше помогало общество какой-нибудь сломленной, а затем правильно обученной рабыни. И похоже Бёрк, зная вкусы своего шефа, сумел подобрать ему подходящий подарок. Девушка была молода, а мистер Тенпенни любил чтобы они были помоложе. Ну, и само собой правильное «обучение». А этим занимался сам доктор Брон. Так что в качестве товара Алистер был уверен на все сто процентов.              – Как зовут эту крошку? – похотливо ухмыльнулся Алистер, щупая девушку за всякое разное.              – Уже никак, – позволил себе напомнить шефу прописные истины его секретарь, – После обработки у доктора Брона она ничего не помнит из своей прошлой жизни. И готова исполнить любые ваши прихоти. Но, если вам интересно, то ещё пару часов назад она была злой, как гадюка и колючей, как её имя – Роза…              ***Время настоящее. Убежище №87***              Подпрыгивая на сиденье, едущего по ухабам автобуса для перевозки арестантов, Буч наконец-то смирился и посмотрел правде в глаза. Он всего лишь парень, который мечтал стать парикмахером. Он просто хотел делать женские причёски. А когда старый уютный мир прекратил своё существование, его отец умер, а он сам оказался заперт в вонючих подземельях. В компании не понимающих его взрослых. Ну, нагрубил он разок-другой… третий… Но… но… они первые начали! – нашёл какое-никакое оправдание своим поступкам Буч.              А они говорили работай, имея в виду «вкалывай», – думал парень, – а я может быть не хочу!              А затем его нервы сдали, он всхлипнул и простонал:              – Заберите меня кто-нибудь обратно в сто первое убежище…              И его маска «крутого перца», всегда говорящего повелительным тоном, и не забывающего вставить в речь крепкие словечки, рассыпалась на кусочки, демонстрируя миру – слабого и трусливого мальчика. Не мужчину…              Его соседям было пофиг на слёзы Буча. Те и сами бились в кандалах, ощущая приближение неминуемой смерти. И лица мародёров, пойманных супермутантами, одинаково искажал ужас и страх.              Однако, вопреки ожиданиям, резать их на отбивные для супермутантов никто не торопился. А то, что все супер-мутанты – людоеды, Буч уловил. Вполне отчётливо уловил. Ведь нужно быть слепцом, чтобы не заметить, как физически слабых пленников зарезали, выпотрошили и сожрали прямо на глазах у пленников, сочтённых «пригодными». Правда, пригодными к чему? Этого Буч не знал…              Так что, когда Буча помыли и раздели, парень не расслабился. Отнюдь. А когда на сцене появился Мистер помощник со шприцом в руке, Буч шарахнулся от него, как чёрт от ладана. Но куда там… Буча придерживали ремни на кресле каталке. Так что свой укол Буч получил. И от оного укола Бучу сразу же стало плохо. Но вдоволь «насладиться» ощущениями от укола ВР-Э второй модификации Бучу не дали. И тот же Мистер Помощник зачем-то прикрепил на его виски электроды.              А затем абсолютно недопустимый для головного мозга мощный электрический разряд уничтожил разум Буча. И личность парня по имени Буч Делория прекратила своё существование.              ***Минутой позже. Объект №3756***              Перед глазами мелькали какие-то картинки. И голос за спиной говорил, как называется эта картинка. Картинки были несложные. «Раб», «хозяин», «Еда», «Оружие», «Враг», «Союзник». Потом голос усложнил задачу. И перед глазами начали появляться некие действия. «Убить», «Взять в плен», «Слушать приказы «Хозяина»». Ничего особо сложного. Правда, пару раз внимание… эм, а кто я? …слабело, но невесть откуда взявшийся разряд боли приводил его в чувство.              А потом перед ним возник лысый старик в белом халате и с морщинистым лицом. И сказал:              – Ну, здравствуй, мой мальчик! Я один из твоих хозяев…              И №3756 мгновенно бухнулся на колени, так как этому научили его недавно. И никаких сомнений в правильности своих действий у него не возникло.              ***Некоторое количество времени спустя***              А затем объект №3756, выглядящий как существо с землисто-серой кожей, проснулся. Проснулся от того, что ему в уши ввинчивается сигнал тревоги. И он знал что нужно делать, получив именно такой звуковой сигнал. И без малейших сомнений извлёк из оружейного сундука своей каморки штурмовую винтовку с глушителем и пару стелс-боев. И его руки сами, без участия разума новорожденного супермутанта, привели оружие и прочее снаряжение в режим готовности к бою. А затем из его глотки вырвалось хриплое рычание:              – Убивать жалких людишек!              ***Приблизительно это же время. Убежище №112***              Амата Альмодовар была доброй девушкой. Не без юношеского максимализма, конечно, но… возраст у неё был такой… Так что именно она служила неким «смягчителем конфликтов» между их троицей и взрослыми. И когда её друзьям приходило в голову сделать что-то этакое… например, Буч мечтал иметь выкидной нож… а Роза грезила о своей винтовке… то именно Амата останавливала их от того, чтобы натворить глупости. Ведь было бы оружие, а жертвы появятся сами собой. Так что жили Роза и Буч без ножей и винтовок. И когда доходило до скандалов, именно она извинялась за всю их компанию, когда её друзья сквозь стиснутые зубы бормотали нечто, в чём с трудом можно было расслышать: «Ну, типа, извините…».              Так что ничего удивительного в том, что посреди маленького городка под названием Тренквилити-лейн с населением в сотню человек, на детской площадке стояла Амата и маленькая девочка, представившаяся, как Бэтти, а Амата отчитывала Бэтти.              – Пойми малышка, даже, если они тебя чем-то обидели, нельзя им желать смерти…              – А… – попыталась вставить свои пять копеек Бэтти, но тщетно…              – Всё равно нельзя! Поэтому я не пойду брать маску и нож Крохотного Убивца. И не буду никого убивать!              ***Четверть часа спустя***              – И отключать программу безопасности домашнего робота я тоже не стану. Что-то мне подсказывает, что ничего хорошего из этого не выйдет… – решительно сказала Амата.              ***Ещё некоторое время спустя***              – И рассказывать той замужней миссис, что муж ей изменяет я не буду. Нельзя совать нос в чужую личную жизнь. Нельзя, всё! Даже, если бы мы были с той миссис лучшими подругами… Ведь, вдруг их брак ещё можно спасти? А я всё порушу… – задумалась о трудностях взрослой жизни юная девушка.              ***Ещё некоторое время спустя***              – Бэтти, как можно?! – шокировано спросила Амата, – Ведь он же ребёнок! Как я, спрашивается, могу довести его до слёз?              – Просто стукни его по голове, – в голосе милашке Бэтти слышалась уже ничем не прикрытая злость.              – Как можно?! – повторно воскликнула Амата.              Но «Бэтти» её не слушала. Потому что кое-кто устал от наивной и идеалистичной девчонки, которая все уши ему прожужжала о том, что нельзя делать людям больно. И аргумент о том, что иначе она никогда не выйдет за пределы Тренквилити-лейн просто не достиг разума девушки. Так что «Бэтти» пошла к одному спецтерминалу.              Амата шла следом и всё пыталась направить «Бэтти» на путь истинный, но та её не слушала. «Она» была зла. Жалкая и тупая дурёха не дала ей развлечься, наблюдая за тем, как очередной обманутый дурачок своими руками убивает дюжину невинных жертв, ища путь назад, в реальность.              И достигнув терминала в одном из заброшенных домов, «Бэтти» ткнула в опцию «Инициация китайского вторжения». И злорадно усмехаясь, повернулась к Амате лицом. Но той уже не было подле неё. Услышав доносящиеся с улицы крики и выстрелы, та бросилась наружу. Там глазам Аматы предстала ужасающая картина того, как китайские солдаты из своих автоматов Калашникова поливали свинцом мирных жителей. Те кричали, в панике бежали, а затем, падали как подрубленные, и умирали. И из их ран текла алая кровь.              И тогда Амата побежала. Но не прочь, а к той собачей будке, на которую ей указывала «Бэтти». И там действительно лежали маска и нож. Маска Амате была без надобности. Она схватила нож в руки и прикинула, что же она может сделать в столь стеснённых обстоятельствах. Выходило, что не очень, но Амату это не остановило. И она даже смогла пырнуть ножом одного из солдат, нацелившего свой Калашников в спину убегающему мальчику.              На то, что в районе детской площадки прямо в воздухе нарисовалась дверь с надписью «EXIT» она внимания не обратила. Не до того ей было… А потом её заметили. И она попала под перекрёстный огонь сразу трёх солдат…              Боль от ран была ужасная. И кровь самая настоящая… красная. Но смотрела она не на свои раны, а на то, как убегал прочь мальчик по имени… кажется, Тимми… с трудом подумала Амата. А затем её сердце остановилось, и она умерла.