Классическая нежить

      Буду честна, о смерти я не задумывалась никогда. Да и неприлично в наш век обсуждать смерть за чашечкой чая, это удел старых лысеющих мужчин да селян. Семнадцатилетней девушке незачем задумываться об этом, особенно когда впереди долгая жизнь, заранее продуманная отцом.       Жениха мне уже подыскали, правда папенька не торопился говорить кто это. Я сама знать то особо и не хотела. И замуж не хотела. Наверное, я родилась не в том веке, потому что мои порывы учиться и узнавать новое обществом особо не принимались. Няня Мария вообще считала это делом неважным и постоянно твердила, что я должна изучать культуру и искусство. Это был максимум, чем я должна была интересоваться.       Родители — приверженцы старых взглядов — считали что я должна учиться, как быть хорошей женой и матерью. Собственно этому меня и учили.       Отец позволял иногда брать книги из его библиотеки, самостоятельно я пыталась изучать биологию и анатомию, увлекалась историей и географией, точные расчёты я не любила, но изучала и это. Получалось довольно неплохо, если учитывать что занималась я исключительно в свободное время, которого было не так много, и втайне от семьи.       — Сегодня на ужин к нам приедет твой будущий жених. — огорошил меня с утра отец. — В библиотеке сегодня не задерживайся.       — Я хотела вечером сходить к Анне Викторовне, она просила помочь пересадить цветы.       — Сходишь после обеда. — отец был непреклонен.       На самом деле, к подруге матери, Анне, идти не хотелось, но разве я часто имею возможность делать то, что пожелаю?       Темнело рано, а сегодня и вовсе был хмурый, серый день. Я не любила такую погоду — холодный, зимний воздух пробирался под тёплое пальто, заставляя ёжиться и прятать лицо под шарфом.       Я уже практически опоздала на ужин, что папе очень не понравится. Поэтому ускорила шаг, как могла, и лучшим решением показалось идти через аллею.       Редкие фонари выхватывали из сумрака маленькие островки света, но выбора у меня не было. Я торопилась как могла, боясь, что отец запретит самостоятельно учиться в его библиотеке. Кроме меня никого в округе не было, по крайней мере так думала я.       Тишину вечернего парка разрывали порывы ветра, да цокот моих каблучков. Оттого и приближение незнакомого мужчины со спины предугадать не могла.       Мне с силой зажали рот и схватили за шею. На секунду я растерялась, затем начала брыкаться и дергаться, пытаясь освободиться от захвата. Вот чуяла я, тем самым причинным местом, не надо идти через темный старый парк!       Незнакомец сильнее сдавил горло, а я в отместку попыталась укусить его. Зубки вонзились в морщинистую руку и я с силой сжала челюсти. Сдавленное шипение указывало что мое сопротивление даром не прошло. Мужик заковыристо выругался и отнял покалеченную руку, отпихнув меня куда-то в кусты. Во рту остался привкус крови, неприятный такой, соленый, с привкусом ржавчины.       Меня развернули, уложив на промозглую землю спиной. Последнее что я увидела — как к шее медленно, но верно, склонялись длинные тонкие клыки. А потом меня поглотила мгла. Кажется, в прошлой жизни я очень насолила кому-нибудь, за что сейчас и расплачивалась. Наверное, я попала в ад, хотя где за семнадцать недолгих лет я успела так ужасно согрешить?       Меня резали, рвали, всовывали иглы, жарили, пронзали чем-то острым. Я билась в агонии, каждая клеточка моего тела горела. Теперь мне по-настоящему хотелось лишь умереть. Все, что угодно, лишь бы мои страдания прекратились. Я не могла выносить такой боли.       Наверное, я кричала. Увы недолго, потому что с каждой секундой боль увеличивалась, хотя куда уж сильнее. Я не знала сколько прошло времени, его течение я не чувствовала вовсе. И я не знала, где нахожусь, открывала глаза в полном мраке, словно находилась в ящике. Было душно, липкого спертого воздуха оказалось очень мало, словно я не дышала до этого вовсе.       Я как смогла ощупала коробку, в которой находилась. Это был обитый изнутри бархатом ящик. Так, стоп… неужели я в гробу?! Боль временно отступила, зато к горлу подкатил страх. Если я не начну выбираться, то уже через пару минут воздух закончится, и выбираться не придётся.       Ну, я и полезла. Как я выбиралась — это уже отдельная история, не самая приятная, кстати. Оставим ее на потом, а пока обдумаем дальнейшие планы и вообще, как я докатилась до такой жизни. Нельзя не отметить один факт, очутилась я на кладбище и здорово перепугала местного сторожа. А диалог, на секундочку, мы вели вполне достойный высшего общества.       — Ты чаво это вылезла? — я ещё от земли отряхнуться не успела, как услышала старческий голос позади. Интересненько. Обернулась. Смотрю на мужика. Мужик смотрит на меня. Так и стоим, глядим.       — Эээээммм… — содержательный ответ.       — Полезай обратно, нежить. — прикрикнул на меня мужичок. Я ещё больше на него вытаращилась.       — Не хочу… — а что ещё я должна была ему ответить? Я сама ещё от шока не оклемалась. Вот и несла что попало. А мой ответ сторожа не смутил. Он лишь покрепче перехватил лопату. А вот это мне уже не понравилось. Он, что ли, меня этой лопатой обратно укладывать собрался? Ну уж нет. Без боя не сдамся.       — Я тебе что сказал, полезай обратно, не доводи до греха. — лопата перекочевала в правую руку.       — Я тебя съем! — ничего умнее я не придумала. Угроза впечатления не произвела. Сторож лишь скептически поднял одну бровь. Круто выглядит, тоже так хочу научиться. Пока я глазела, мужик достал из кармана маленький флакон и головку чеснока. Ещё более интересно. Мы тут пить и закусывать чесночком будем?       Тут случилось сразу несколько вещей. Водичка из флакончика перекочевала на мои грязные руки. Меня обожгло, словно кипятком облили, а кожа пошла волдырями и, кажется, зашипела. Что за чертовщина тут творится? А ещё я зарычала, правдоподобно так, прям как зверь какой-то. Сама от себя не ожидала, мужик видимо тоже, поэтому запустил в меня чеснок и попятился назад. Головка овоща больно треснула меня в лоб. А вот это было последней каплей. Я честно не знаю, что на меня нашло, но уже меньше, чем через секунду я оказалась рядом со сторожем. Почему-то он показался мне аппетитным.       В тот момент я не думала ни о чем, очнулась только когда поняла что вонзила, ставшие непривычно длинными, клыки в запястье ночного сторожа. И вот опять картина маслом — он глазеет на меня, испуганно икая, я глазею на него, так же с не меньшим испугом.       — Вот же нечистая сила, упырь. — бормотал он и крестился.       — Угу, упырь… — так же растерянно ответила я. — Ты прости меня что ли…       Мужик кивнул и так же ползком на попе обратно.       — Может все-таки обратно, в мягкий гробик, уютную могилку?.. А я тебе семян принесу, считать будешь…       — Неее, не сегодня.       Это был самый информативный диалог в моей жизни. Как уходила с кладбища не помню, все было будто в тумане. Сторож больше не мешал, только тихо крестился в сторонке. А болячки на руках прошли, будто и не обливали меня ничем непонятным. Ноги сами привели меня к дому. В окнах свет не горел, была глубокая ночь и все спали.       Должна заметить, холода я почти не чувствовала, а ходьба босиком практически не причиняла дискомфорта. Мыслей в голове, что странно, не было никаких.       — И ты действительно собралась туда, где тебя недавно похоронили?       Я обернулась. За домом стоял странный тип в чёрных одеждах. Он лениво курил сигарету, пуская в ночной морозный воздух тонкие струи дыма.       — Как это похоронили? — вопросов в голове было слишком много. Я не понимала ничего. Так что сначала разберемся с насущными делами, а там дальше посмотрим.       — Тебя нашли мертвую в парке. Что ещё оставалось делать твоим родителям? Не чучело же. — от стены незнакомец так и не отлепился, продолжая изучать меня из-под полуопущенной шляпы.       Я вспомнила последний вечер, острую боль в шее и противную кровь во рту.       — Я ничего не понимаю… — тихий шепот донёсся до мужчины. Он сделал пару шагов вперёд и я смогла разглядеть его под светом фонаря. Высокий, мертвенно бледный человек с красными глазами, словно страдающий от редкой глазной болезни, неприкрыто изучал в ответ меня. Сколько бы я на него не смотрела, возраст его угадать было просто невозможно.       — Тебя обратили, не специально, разумеется, это была случайность. Его спугнули, поэтому ты осталась в живых и даже смогла пройти через обращение. Очень занятно. — я все равно не понимала, что он говорит. Как это обратили, и про кого он вообще говорит.       Незнакомец протянул руку:       — Я Владимир, прости, ручку целовать не буду, ты слишком грязная. И, как вижу, уже успела узнать о вреде свящённой воды для нашего вида.       Машинально я в ответ пожала протянутую ладонь с острыми, как лезвие, ногтями.       — Какого такого вида? — не упустила возможности спросить я.       — Мы с тобой вампиры, упыри как любят называть нас в местных краях. Но все-таки первый вариант мне нравится больше, более солидно звучит.       Так и произошло мое знакомство с вампирский миром. Владимир провёл меня к себе домой, где дал возможность помыться и чистую одежду. Мужскую правда, но кто будет воротить нос? Я пошла за ним, потому что другого выбора у меня нет. Я знала что со мной произошло нечто из ряда вон выходящее, оставалось разобраться что и найти виновника.       Владимир оказался вполне сносным собеседником. Во время разговора он учтиво отвечал на все интересующие меня вопросы, а их было немало.       Так я узнала, что я стала вампиром, фактически умерла. Я не подавала признаков жизни, поэтому родственнички и закопали меня пару дней назад. Владимир сказал, что мне очень повезло, что семья не верила во всякую нежить и не захоронила меня с крестом в руках, чесноком в зубах, и узелками вокруг. Устала бы считать, а утром и вовсе сгорела под прямыми солнечными лучами.       В перерывах он доставал из подвала пакетики с кровью. Я смотрелась странно, когда попросила перелить ее в бокал, потому что тот факт, что мне до конца существования пить ее и только ее, принять было трудно. Зато на вкус она уже не была солёной и ржавой. Чистейший напиток пьянил, словно вино, давая сил.       Спать не хотелось, Владимир объяснил, что это особенность нашего вида.       — Хочешь — спи. Если совсем скучно станет или решишь отдохнуть. Но надолго не засыпай, иначе будешь видеться с ночными сторожами кладбища часто, а они не все такие безобидные, как сегодня. Сон нам, как таковой, не нужен. Это скорее человеческая привычка.       На удивление, новости о своём нынешнем состоянии воспринимала спокойно. Наверное, не успела ещё отойти от шока.       Я узнала о вреде святой воды, чеснока, серебра и осины. В миг все страшные сказки и детские кошмары оказались правдивы. Только теперь чудищем была я. Меня потряхивало от таких мыслей. Но жить хотелось, хоть жизнью и нельзя было назвать мое новое существование       У моей новой ипостаси оказались и свои плюсы. Вампирская память была более совершенна, нежели у обычных людей. Большие объемы информации давались легко, языки усваивались на раз. И было бесчисленное множество времени, которое можно было посвятить науке. В какой-то степени мои мечты осуществились. В какой-то извращённой степени. Замужество больше не грозило мне, впереди куча времени и возможностей заниматься наукой и искусством.       Солнце вредило нам, но даже это вампирам удалось обойти. Такие, как я, селились в мрачных, дождливых городах, где темные тучи защищали нашу кожу от ультрафиолетового излучения. Владимир также рассказал, что в нашем городе оказался проездом, и то, по счастливой случайности для меня. Он увидел вырытую могилу, быстро поднял медицинские архивы, с помощью своего «обаяния», как он это назвал, и ожидал меня у моего дома. Он предвидел, что первым делом я отправлюсь сюда и терпеливо ожидал. На вопрос зачем ему, опытному, трехсотлетнему вампиру, помогать маленькой неосведомлённой девице он ответил:       — Сейчас я помог тебе выжить, потому что к рассвету ты либо поубивала кучу людей, за что меня сожгли охотники, либо банально сгорела бы под солнцем. Так же — от незнания. Кто знает, может помощь понадобится и мне, тогда я и потребую с тебя плату за твоё спасение. Я не твой создатель, но все вампиры связаны между собой на эмпирическом уровне, так что ты не забудешь своего спасителя, а я буду помнить о своей маленькой должнице. — он как-то хитро мне улыбнулся, после чего дал время все обдумать.       Ах да, забыла упомянуть, я теперь в какой-то степени владею магией, как назвал ее Владимир. При близком контакте с человеком, мы способны влиять, подчиняя своей воле. Он рассказал, что древние вампиры способны подчинять себе даже города.       Так вот, добавьте к этому сверхчеловеческие скорость, силу, зрение и обоняние, фактическое бессмертие, феноменальную память и вуаля! Получите сверхчеловека, новый виток эволюции, высший разум.       Владимир выделил мне одну из комнат на втором этаже особняка, велев отдохнуть. Дом выглядел запущенным, словно в нем никто не жил последние лет пять так точно.       Я отряхнула от пыли покрывало, с удивлением отметив что не отображаюсь в зеркале напротив. Владимир об этом предупреждал, но увидеть воочию было немного странно. Я лежала и обдумывала своё нынешнее состояние. Накатила грусть по родным и близким, по ушедшей жизни.       Владимир сказал, что со временем память о человеческой жизни стирается, если не прокручивать свои воспоминания постоянно. Терять себя не хотелось и я пообещала, что буду хранить моменты из своей первой жизни до конца своих дней. Я представляла, как научусь левитировать или превращаться в летучую мышь, чтоб преодолевать большие расстояния самостоятельно. Да и кто в нашем мире ни разу не мечтал оторваться от земли и взлететь, увидеть мир с высоты птичьего полёта?       — Изабелла, выдвигаемся через пол часа, собирайся, а я пока найду нам лошадей. — Владимир тактично не стал тревожить меня своим неожиданным появлением, постучал и проговорил все это за дверью.       Итак, через пол часа я покину родной город, возможно навсегда. Мне запретили в последний раз увидеть родителей, аргументировав тем, что это через чур опасно в первую очередь для них. Ведь я могу не сдержаться и стать для них опасным монстром.       На пороге комнаты я нашла свёрток одежды, Владимир позаботился и об этом. Я быстро переоделась в бесформенные штаны, такую же кофту и плащ. Наряд дополняли шляпа с широкими полями и длинные перчатки до локтя. Ух, значит ему виднее.       Я, как прилежная леди, сложила ручки на коленочках и стала ждать.       — Миледи, не желаете составить компанию господину на прогулке? — услышала я из окна. Виктор, верхом на лошади ожидал меня у крыльца и вовсю дурачился. А мужику триста лет в обед, а он все молодится. Я сбежала по ступенькам практически в его объятия. Вампир помог мне залезть в седло вороного коня и оседлал вторую лошадку той же масти. Выглядели мы оба специфически, абсолютно в чёрных одеждах, на конях вороной масти, в общем, под стать вампирам.       Вскоре мы уже выезжали за город. Даже жаль было расставаться с этим нелюдимым старым вампиром, я испытывала к нему почти отцовские чувства. Ведь он первый и единственный протянул мне руку, указал, как дальше жить в этом мире. Но у каждого из нас была своя дорога, Владимир собирался плыть в Америку, а я не знаю куда.       — Если потребуется моя помощь, просто выбрось эту монетку на перекрестке. Я найду тебя. — напоследок он бросил мне медяк, поцеловал руку и ускакал в своём направлении.       — Удачи тебе, Владимир! — я улыбалась, глядя ему в след. Надеюсь, наши дороги ещё пересекутся, а пока меня ждал длинный путь и много нового впереди. Раз мне выпала возможность жить, я ее не упущу.