Ушастый мир

Офис компании «Спасибо, Ева» стоял на ушах. Сегодня здесь проходили съёмки нового проекта – минисериала «Полицейские будни». Для этого отвели целый этаж, на время распустив отдел бухгалтерии, занимающийся начислением зарплат. И этот шаг был дополнительным стимулом всем как можно быстрее закончить съёмки. Девочки из бухгалтерии резво разбегались из офиса, унося с собой коробки с документами, косметикой, фотографиями и мягкими игрушками. Они резво махали хвостами, обсуждая будущий отпуск, а остальные работники лишь печально смотрели им вслед, понимая, что вместе с девочками уходят и их авансы за будущий месяц. Руслан приехал раньше остальных «актёров». Ему выдали костюм – бутафорскую полицейскую форму – и объяснили роль. Руслану предстояло сыграть тупого, как угол треугольника, подхалима Филиппа, единственная функция которого заключалась в подношении кофе начальнику участка. Да, роль была мерзкой, но и в контракте нулей было больше, чем колец на олимпийском флаге. – Смотри, куда идёшь! – рявкнула на Руслана проходящая мимо альфа. Она выходила с коробкой документов из кабинета, который по сценарию должен был занимать начальник полицейского участка и, очевидно, являлась руководительницей выселяемого отдела бухгалтерии. Её собачьи уши недовольно дрожали, и казалось, она готова была сорвать злость на первом встречном. Руслан невольно попятился, уступая ей дорогу. Последнее время альфы оказывали на него особенно подавляющее воздействие. Конечно, для омеги слушаться альфу было естественно, но после того, как Руслан встретил своего альфу, ему казалось, что он и вовсе теряет контроль над собственной волей. Жаль только, что этот альфа его чувств не разделял… Илья явился в офис с опозданием и встретился со злой альфой-бухгалтершей уже на выходе из здания. – Дай пройти! – крикнула та, толкая дверь плечом. – Блин, я тороплюсь, – Илья пытался пройти в эту же дверь. – Да мне какое дело? – кричала бухгалтерша прямо ему в лицо, – Уйди с дороги, чурбан! – Блять, дамочка, у вас что, недотрах? – Илья вцепился в ручку двери, решив, что теперь точно пройдёт первым. Последнее время Илья постоянно чувствовал гнев, который вырывался наружу приступами агрессии и сарказма на друзей, соседей, зрителей в интернете, но в особенности – на Усачева. Без упоминания о нём не обходилось ни одного видео и почти ни одного твитта, так что Руслан в конце концов даже перестал придумывать остроумные ответы и просто игнорировал все нападки Ильи. Но того это не охладило, а напротив раззадорило, как ребёнка, который, начав разбирать игрушку, не успокоится, пока не доломает его до конца. – Да ты хоть знаешь, с кем говоришь? – не унималась бухгалтерша. Тут рядом с ней появилась худенькая девушка-омега, которая подбежала, держа в руках зонт. Она посмотрела на бухгалтершу большими влюблёнными глазами и протянула ей зонт, сказав: – Ирина Владимировна, вы забыли! – Тебя ещё тут не хватало! – крикнула та, резко выхватив зонт из рук девушки. Омега обиженно опустила кошачьи уши, чем вдруг напомнила Илье Руслана. Когда они ездили по Шотландии, тот точно так же реагировал на самые обидные шутки, отворачивался и изображал взрослого, не обращающего внимания на ребёнка, хотя на самом деле просто дулся. И сейчас, глядя на эту истеричную бухгалтершу-альфу, орущую на свою подчинённую-омегу, Илья подумал: неужели они с Русланом точно так же выглядят со стороны? Неужели он кажется таким же тираном? В нём колыхнулось нечто, напоминающее совесть. – Перестаньте на неё кричать и идите, – сказал Илья бухгалтерше, отходя от двери. Та прекратила орать на чуть не плачущую девушку, окинула Илью победоносным взглядом и прошла через злополучную дверь. Омега поджала губы в благодарной улыбке и убежала. *** Посреди коридора стояла диффенбахия, а рядом с ней – Руслан. Он изображал полицейского Филипа, который получил от своего начальства важнейшее задание – следить за растением. Руслан всё никак не мог сосредоточиться и постоянно смеялся или бил по листьям хвостом, так что приходилось переснимать дубль за дублем. А не мог сосредоточиться он из-за Ильи, который сидел напротив и буравил его с диффенбахией взглядом. – Чувак, сосредоточься, – посоветовал Илья Руслану. – Понимаю, тебе нравится этот куст, как-никак у вас ай-кью одинаковый. Но, блять, оставь его в покое, он заслуживает лучшего. – У тебя тоже никаких шансов на него, чувак, – передразнил его интонацию Руслан. – Иди скури что-нибудь другое. В итоге это режиссёру надоело, и он настойчиво попросил Илью уйти. Тот, матернув на прощание Руслана, ушёл в комнату, куда перед съёмками все участники проекта сбрасывали свои вещи. Он хотел просто забрать свой телефон, но вдруг его взгляд упал на знакомый рюкзак. Именно с ним Руслан таскался, когда они были в Шотландии. Рюкзак был почему-то открыт, и из него выглядывала старая книга, нафаршированная закладками и стикерами. Илья не стал бороться с искушением и достал её. Это была потрёпанная книга с пожелтевшими от времени страницами. На её твёрдой алой обложке красовались греческие буквы «альфа» и «омега», напечатанные золотой краской. На титульном листе вверху было написано «НИИ Экспериментальной Социологии», посередине – название «Краткая историческая справка о социальной роли альф и омег в разных формациях общества», внизу значился год – 1961. Илья открыл последнюю страницу, увидел цифру 679, и присвистнул. Краткая справка… И зачем Руслану понадобился древний советский учебник? Открыв наугад книгу в середине, Илья увидел чёрно-белую репродукцию японской гравюры, где на фоне горы Фудзи сидело двое мужчин: альфа и омега. Они целовались. Под гравюрой был текст: «Япония дольше других стран сопротивлялась влиянию того, что в современно науке называется сексуальной эмансипацией омег или тотальной дифференсацией по гендерному признаку. То есть в Японии до начала XX века главным критерием деления людей являлась их принадлежность к виду альф или виду омег, а не принадлежность к определённому полу». Илья не понял странных терминов и открыл начало – то место, где лежала первая закладка. Здесь была напечатана чёрно-белая фотография барельефа из древнеегипетского храма. На ней изображались в профиль две богини, держащиеся за руки. У одной были собачьи уши и хвост, у другой – кошачьи. Под фотографией шёл текст: «Общество Древнего Египта является классическим примером неэмансипированной социальной системы. Браки заключались между альфами и омегами, независимо от их половой принадлежности. Таким образом, вся репродуктивная функция ложилась на женщин-омег, для которых считалось нормой иметь пять-десять детей. За их счёт популяция населения Египта, вопреки мнениям множества учёных, не убывала, а поддерживалась на оптимальном уровне. Женщины-альфы, как правило, посвящали себя государству или религии, и поэтому обычно не имели детей. Мужчины-альфы, так же как и женщины-альфы, занимали различные государственные должности. Но если женщин было больше в религиозной сфере, то мужчин – в светской. Мужчины-омеги, как правило, занимались наукой и искусством». Открывая главу за главой, Илья прочитывал по абзацу с каждой страницы, которая была заложена закладкой. Здесь говорилось и об Александре Македонском, первом в истории омеге, ставшим царём и завоевавшем полсвета. На вершине славы, отвечая тысячам недовольных противников, он заявил, что главное в нём не то, что он омега, а то, что он мужчина. Позднее его позицию перенял Юлий Цезарь, писавший Клеопатре, великой египетской альфе, что пусть она лучше уподобится омегам и рожает детей, чем лезет в мужскую политику. Дальше говорилось про тёмное тысячелетие Средневековья, когда церковь пыталась стереть различия между альфами и омегами. Одно время в Европе даже существовала ужасающая мода на отрезание ушей и обрубание хвостов. Тогда мужчин-омег и женщин-альф пытались поменять местами, заставив первых работать на общество, а вторых сидеть с семьёй. Несогласных ждала Инквизиция. Эпоха Возрождения считалась завершением гендерной дискриминации. Женщины-альфы снова могли становиться королевами и министрами, а мужчины-омеги – спокойно сидеть дома и рисовать картины или писать книги. Единственное, про гомосексуальные браки больше не вспоминали, как будто до сих пор люди всей Земли пугливо хватались за уши и хвосты, которые могла отрубить Инквизиция, заподозрив кого-нибудь в греховной связи. Пролистнув до следующей закладки, Илья наткнулся на какой-то анатомический рисунок. Это была статья под названием «Течка», и в тексте встречалось много-много карандашных пометок, сделанных Русланом. «Эструс (течка) – психофизиологическая реакция омег на встречу с подходящим для спаривания альфой. Наблюдается как у омег женского пола, так и мужского. У последних – в ослабленной форме из-за рудиментарности явления. Симптомы: гиперчувствительность (пометка карандашом «да»); усиление обоняния (карандашом «о, да»), навязчивые состояния (карандашом «бывает»); повышенная возбудимость (карандашом «ещё бы»); агрессивность (карандашом «только когда он рядом»)». Илья запнулся об это непонятное «он». Сглотнул, посмотрел на соседнюю страницу. Там на полях разными шрифтами было написано слово «пиздец». Руслан так от души выводил каждую букву, что кое-где появились дырки. Под карандашным матом можно было разглядеть текст: «У альф симптомы не так ярко выражены, но среди самых заметных можно выделить: агрессивность, особенно по отношению к подходящему омеге (карандашом «да»); бессонница (карандашом «не знаю»); усиление роста волос (карандашом «и так как бомж»); возможно головокружение (карандашом «наркоша»)». В конце списка Руслан крупно написал «И как это, блять, всё проверить?». Было видно, что он зачёркивал эту надпись, стирал ластиком, снова писал и снова зачёркивал. А Илья залип на симптомах. Постоянное желание издеваться над Русланом почему-то казалось ему естественным, но вот остальные насторожили. У него уже давно были проблемы со сном, и не только из-за компьютера или вписок. Оглядываясь назад, Илья вспоминал, что примерно с того момента, как он встретил Руслана, он не мог нормально спать. Ворочался до рассвета, а потом весь день ходил сонный. Сюда же относилось и головокружение. А вот с усилением роста волос они прямо в точку попали. Последнее время щетина у Ильи вылезала уже через пару часов после бритья. Скрипнула дверь, и вошёл Руслан. Увидев Илью, держащего в руках книгу, он остановился, в панике распахнул глаза, опустил уши и поджал хвост. – И давно ты в курсе? – спросил Илья, показывая на книгу. – В курсе чего? – Руслан быстро пытался придумать какую-нибудь отмазку, но ничего не приходило в голову. – Блять, хватит дрожать как глист. Где ты это взял? – В Библиотеке Ленина, – потупился Руслан. – Это из ограниченных резервов. Пропуск пришлось получать. – То есть вместо того, чтобы позвонить мне и сказать: «Илья, давай трахнемся!», ты ходил в библиотеку на заседание клуба разведёнок и искал там совковые учебники пятидесятилетней давности? Интересно, а как ты вообще эту книгу нашёл? Что ты у библиотекарши спрашивал? «Подскажите, пожалуйста, я сохну по одному альфе, но не могу понять, мне с ним переспать или лучше покопаться в его мозгах?» Так, что ли? – Илья, не смешно, – серьёзно сказал Руслан. Он пытался не смотреть на Илью. Руслан отошёл к двери, схватился за ручку и был готов вот-вот убежать. Потому что так стыдно ему, кажется, ещё никогда в жизни не было. Илья почесал ухо, не зная, как остановить Руслана от бегства. Он подошёл к нему и взял за руку, которой тот цеплялся за дверь. Руслан только ещё больше опустил уши, стараясь, видимо, даже закрыть ими горящее лицо. – Знаешь, полицейская форма тебе очень идёт, – вдруг шепнул ему на ухо Илья. Руслан от неожиданности полной грудью вдохнул воздух и почувствовал запах своего альфы. И это было намного лучше, чем плоские описания из трактата по социологии. Илья провёл губами по чувствительной кромке кошачьего уха, и Руслан громко выдохнул. – Поехали ко мне, – предложил Илья. – Поехали, – согласился Руслан и обнял его за шею. *** Как они добрались до квартиры Ильи, осталось загадкой. Потому что внутрь они ввалились уже целуясь, в распахнутой одежде, успевшей порваться в нескольких местах. На них до сих пор была надета полицейская форма, с пояса Руслана свешивались наручники, а подмышкой Ильи болталась кобура с игрушечным пистолетом. – Это я, блять, альфа с отключёнными инстинктами? – рычал Илья, стягивая с Руслана форму. – Ну ты же реальный тормоз, Илья! – Руслан теребил его острые уши, вызывая гортанный рык. – Намёков не понимаешь и ведёшь себя, как десятилетний ребёнок, объевшийся комочками из манной каши… – Заткнись, а то и в этот раз обломишься. Когда они добрались до кровати, одежды на них не осталось. Стягивая с Руслана штаны, звенящие от наручников, Илья на секунду задержал на них взгляд, но подумал, что для первого раза это слишком. Повалив Руслана на кровать, он почувствовал, как тот подрагивает. – Ты в порядке? – спросил он на всякий случай. – Я себя как-то странно чувствую, – признался Руслан, недоумённо глядя на Илью. – У меня внутри как будто… как будто… Блин! Руслан вырвался из рук Ильи, убежал в ванную и захлопнул дверь. Илья сначала растерялся, но потом ломанулся за ним и гулко заколотил по дереву двери. – Усачев, ты очкуешь, что ли? Тут щёлкнул замок, и появился Руслан с опущенными ушами. Выражение лица у него было таким, как будто он увидел таракана в тарелке с супом. – Нет. Или да. Не знаю, как сказать. Такое дело, что, в общем… из меня что-то течёт. – Ты там подрочить что ли успел? – возмутился Илья. – Да не оттуда! А отсюда… Руслан смущённо показал пальцем себе под хвост. Илья деловито развернул его спиной к себе и поднял хвост. По бедру действительно стекала струйка бесцветной жидкости. – Так у тебя же течка! – осенило Илью. – Чёрт, так это она? – испугался Руслан. – Ну, из тебя же течёт, значит течка. – Логично. Они стояли в коридоре на голом полу, и Илья боялся, что Руслан уже передумал заниматься сексом. Илья уже был готов к тому, чтобы снова предложить ему свой халат и чашку чая. Но тут Руслан прижался к Илье и провёл ему по ноге мягким хвостом. – Пойдём, – прошептал он в губы Илье и потянул того в спальню. Они легли на кровать, как на операционный стол. Илья себя так неловко не чувствовал со своего первого опыта с девушкой. Он пытался разогреть Руслана, заставить его расслабиться, но тот был напряжён, как эбонитовая палочка на уроке физики. – Скажи что-нибудь, – попросил Илья. – Эм… Давай, Лара Крофт, разграбь мои гробницы! – крикнул Руслан и рассмеялся. От смеха он расслабился, и Илье удалось проникнуть в него одним пальцем. Внутри было скользко от смазки, и Илья сразу добавил второй. – Давай, медиана, раздели мой катет пополам! – Ёбнулся, – заключил Илья, видя, как Руслан заливается смехом. Илья вынул пальцы и приставил головку члена к проходу. Руслан, почувствовав, что дело принимает серьёзный оборот, навострил уши и закинул ноги на плечи Илье. Они одновременно выдохнули, и Илья вошёл в Руслана. – Бля… – протянул Илья блаженным голосом. От проникновения Руслан почувствовал необъяснимое чувство дежавю, и это было странно. Он никогда не спал с мужчинами, а значит, в нём пела генетическая память. Илья двигался то быстро, то медленно, то плавно, то резко. Сначала Руслан не мог поймать его ритм, но вскоре подстроился, и они задвигались синхронно, как гребцы на римской галере. Руслан чувствовал, как лохматый хвост Ильи возбуждённо хлещет его по бёдрам, и это тоже казалось до смешного правильным и привычным. – Блять, да что ж ты всё ржёшь-то? – прохрипел Илья ему в ухо. – Ты похож на Халка, когда он ещё не до конца трансформировался. Ещё не зелёный, но уже большой. – У тебя охуительный скилл открывать рот, когда не надо… Ничего, скоро найдём и твоему рту применение. Илья, поддавшись порыву, схватил Руслана за хвост и потянул. Тот охнул и извернулся, чуть не сбросив Илью с себя. Тому эффект понравился, и он до основания намотал хвост на руку, остановившись у копчика и поглаживая большим пальцем чувствительную кожу под хвостом. Руслан с придыханием застонал и кончил, хватаясь за Илью руками и пытаясь прижать того как можно ближе к себе. Ощутив крупную дрожь, сотрясающую Руслана, Илья почувствовал приближающийся оргазм и прикусив кожу на шее Руслана, кончил. Очнулся Илья как будто через несколько часов, хотя прошло не больше половины минуты. У него перед глазами плясали канкан разноцветные зайчики, а руки были ватными и больше не слушались мозга. Посмотрев на Руслана, он понял, что ещё легко отделался. У того взгляд был таким осоловевшим, как будто его действительно только что трахал Халк. Когда Руслан смог соединить воедино визуальные и слуховые потоки, он увидел, что находится в чужом доме, в чужом городе и засыпает в объятьях Ильи, с которым только что переспал. Тот, кажется, думал, что Руслан всё ещё неадекватен, и ободряюще поглаживал его по спине одной рукой, а другой – мягко чесал за ухом. – У тебя не отключили горячую воду? – спросил Руслан и заставил Илью вздрогнуть. – Нет. Иди мойся, брезгливый, – обижено сказал тот. – А можно я возьму твой халат? – Руслан просяще заглянул в глаза Илье. – Халат, деньги, драгоценности, девственность. Забирай что хочешь.