Связанные каникулы

      Ночь плавно вступала в свои права, окутывая величественный замок — Хогвартс — в лунный свет. Сегодня было полнолуние, что было довольно символичным для сегодняшней миссии, по мнению профессора Снейпа. Полнолуние — это всегда что-то загадочное, отчасти даже мистическое. Вероятно, для невинных подростков, которые станут невольными участниками эксперимента Дамблдора, сегодняшняя ночь станет именно такой.       После встречи с директором, мужчина находился в своем кабинете, в подземельях замка. Уже больше суток он не выходил из своей лаборатории, так как был занят приготовлением зелий, которые запросил от него безумный старичок.       Недавний разговор, а также спонтанное согласие участвовать в сомнительной афере, иначе Снейп просто отказывался называть эту странную миссию «Связанные каникулы», заставили Северуса усомниться в психическом здоровье директора. Кому в здравом уме придет в голову «связывать» учеников даже ради их примирения? Зельевар не понимал этого, но еще больше он не понимал, как сам согласился на эту аферу. Теперь он уже сомневался и в собственной адекватности и все больше убеждался в том, что его любимая женщина имеет на него все больше влияния.       Но с другой стороны, чем плохо примирить два вечно враждующих факультета. Все меньше было бы забот в учебном году.       Северус невольно вспомнил о своем племяннике. Как Драко отреагирует, когда узнает, что он замешан во все это? Парень болезненно воспринимает его попытки убедить его приехать на дополнительный курс, а тут прямое вмешательство в его жизнь.       Драко был очень дорог для Северуса, он воспринимал его как сына. Переживал за него и старался помочь. Но все события, что племянник пережил за последние пару лет, так явно сказались на юноше, что Северус невольно опускал руки, понимая, что пока сам Драко не «переборет» все, что с ним произошло в душе, он не прислушается к крестному. Такова была его натура и зельевар это прекрасно знал, но все не оставлял попыток хотя бы поддержать Малфоя.       Его задумка с подсовыванием книг по зельеварению, казалось, что даже начала работать. У племянника явно был дар, что вызывало гордость у Снейпа. И он стал проявлять интерес к книгам, в свободное от дел время. Все, шло как по маслу, пока однажды Северус не прокололся и тем самым выдал свои истинные намерения – вернуть племянника в школу.       Это произошло на прошлой неделе. Снейп был частным гостем в замке, особенно после отъезда Люциуса и Нарциссы в Америку. Мать Драко слёзно просила зельевара присмотреть за мальчиком, помогать ему вести дела и поддерживать. Если с первым и последним делом Северус бы совершенно точно справился, то вот с ведением дел на финансовом рынке он был бессилен. Поэтому мужчина сосредоточил внимание на том, что совершенно точно мог сделать для Драко — вернуть его к жизни. Обычно школьной, спокойной, подростковой жизни, которой, как он был уверен, ему крайне не хватает. «Случайно забывать» книги по зельеварению на столе у племянника было лишь частью плана, которую к своему стыду декан Слизерина провалил первым же делом.

***

      Пятью днями ранее.       Северус Снейп торопился в кабинет Люциуса Малфоя, торопливо поднимаясь по лестнице. В кабинете, совершенно точно сейчас находился Драко, занимаясь финансовой аналитикой. Снейп не сомневался в этом. За окном солнце так и манит выйти на прогулку, лето в самом разгаре, где же быть подростку? Конечно, в кабинете отца за кучей отчетов. Не иначе.       Северус хотел скорее встретиться с племянником, «забыть» очередную книгу по зельеварению, чтобы продолжить свою пропаганду и заодно пригласить Драко на пару дней в Таиланд, вместе с ним и Минервой.       Да, племянник знал об его отношения с деканом Гриффиндора, не осуждал, а даже поддерживал их. Более того, два года назад именно заручившись поддержкой племянника, Снейп и смог сделать тот самый шаг — признаться в своих чувствах Минерве.       Снейп обещал Нарциссе присматривать за Драко, но внезапно Минерва отыскала возможность на пару дней отправиться отдохнуть. Женщина сама предложила взять с собой крестника, так как «мальчику необходимо сменить обстановку». Северус был рад такому предложению, так как отправиться отдыхать вместе с Минервой, заодно присмотреть за Драко и помочь ему вернуться в социум — звучало очень уж заманчиво.       Именно поэтому, оставив Минерву собирать вещи, мужчина почему-то уверенный, что племянник согласится на его предложение, спешил на второй этаж замка. Зайдя в прохладный кабинет, Северус совершенно не удивился, что светлая голова едва видна за стопкой бумаг. Он не удивился и тому, что Драко даже не услышал, как крестный сначала открыл, затем с тихим стуком закрыл дверь кабинета и даже тяжко вздохнул, покачав головой, сочувствующе смотря на племянника пока тот занят и не видит. Драко ненавидел сочувствие.       Наконец, кашлянув, Снейп дал знать о своем присутствии.       Драко мгновенно поднял голову и встрепенулся, вероятно, не ожидая увидеть кого-то в кабинете. Заметив знакомую фигуру, крестник совершенно спокойно выдохнул, и его лицо не выражало никаких эмоций. Хотя, Снейп мог бы поклясться, что Малфой уже держал на готове волшебную палочку, которую просто не было видно за кипой бумаг на столе. — Давно ты тут стоишь? — вместо приветствия, в лоб спросил блондин, смотря прямо в глаза. Похоже, что он догадался, что все это время Снейп смотрел на него с сочувствием, поэтому сразу воспринял молчаливое вторжение в кабинет в штыки. Подросток, что с него взять. — Не слишком тёплое и вежливое приветствие, — нахмурился Снейп, надеясь тем самым пристыдить и увести разговор из этого русла. — Извините, крёстный, — исправился Драко. — Добрый день, как давно ты тут стоишь? — иронизировал парень. — Достаточно, чтобы устать ждать приглашения присесть, — съязвил в ответ Северус, совершено не обижаясь на парнишку. Их разговоры могли показаться ядовитыми для стороннего слушателя, но для них самих — это был обычный и привычный разговор. Они часто тренировались друг на друге в саркастических высказываниях. — Присаживайся, дядя, — смягчившись, ответил Драко, устало потирая переносицу.       Мужчина проследовал к одному из кресел, стоящих напротив массивного дубового стола. Тем временем Драко разобрал одну стопку бумаг и теперь Снейп мог видеть крестника. Еще более бледного, чем в его прошлый визит. — Хочешь перекусить? Или выпить кофе? Чай? — Драко был гостеприимным. — Нет, спасибо, — сухо ответил Северус, подмечая, что серые круги под глазами у племянника тоже стали куда больше. — Тинки приготовил прекрасный обед, — не унимался племянник, настойчиво предлагая перекусить. — Откуда ты знаешь? — не сдержался зельевар. — Ты ведь и крошки не ешь из той стряпни, что готовит домовик! — Глупости, — равнодушно отмахался парень. — Нарцисса просила меня присмотреть за тобой, — спокойнее продолжил Снейп. — Что она скажет, когда она вернется и увидит тебя? — Что ты отлично справился, — пожал плечами Драко. — Тинки жалуется, что ты игнорируешь то, что он готовит, — мужчина пытался говорить спокойно, но удавалось с трудом. — Будешь меня отчитывать, как маленького ребенка? — крестник задал резонный вопрос. — Ты же прекрасно помнишь, что я никогда тебя не ругал, — сразу же ответил Северус, — даже за самые ужасные выходки! — Не будем нарушать традиций? — предложил Драко, победно улыбнувшись и, давая понять, что эта тема закрыта. — С какой целью ты вновь пожаловал в гости? — Ты настолько занят, что не можешь уделить мне время? — возмутился зельевар. — Намекаешь, что я зачастил с визитами? — Нет, — покачал головой блондин, — у меня попросту нет ни сил, ни времени, ни желания, выслушивать нотации. Так что говори сразу по делу.       Как ни странно, но подобный тон ничуть не удивил и не обидел крестного. Мужчина прекрасно понимал, как племяннику надоели постоянные нотации и уговоры Нарциссы, да и его самого. Драко сам прекрасно знал, что делает. Он уже совсем взрослый. И его высказывание – прямое тому доказательство. — Что ж, — мужчина поджал губы, на мгновение, задумавшись как все лучше сформулировать, — Минерве удалось выхлопотать три путёвки на отдых. На побережье Таиланда, — уточнил зельевар. — Нам бы очень хотелось, чтобы ты принял приглашение поехать с нами.       Драко уже было открыл рот, чтобы ответить. — Подожди, не перебивай! — осадил его Снейп. — Сменить обстановку просто необходимо, — уверенно продолжил Северус, — и тебе, и нам. Отдохнем и с новыми силами вернемся в Лондон. Никуда твоя фондовая биржа не денется. Твоим родителям нужен здоровый сын. Подумай, прежде чем ответишь, — дополнил мужчина.       Драко устало вздохнул и прикрыл глаза, в очередной раз, потирая переносицу. На мгновение Снейпу показалось, что племянник готов согласиться, ведь он с детства любил тепло, пляж, но что-то подсказывало, что все будет совершенно иначе.       И он не ошибся.       Подобрав отличный момент, пока Драко еще не открыл глаза, зельевар незаметно положил на край стола, под очередную папку с документами новую книгу по зельеварению, продолжая свой план.       Драко неожиданно заговорил. — Спасибо тебе и, — младший Малфой на мгновенье замялся, — и профессору МакГонагалл за приглашение и, — он вновь замолк на секунду, — и заботу, но я откажусь, — последнюю часть фразы он проговорил без запинок. — Ты прав, моим родителям сейчас действительно нужен сын, — он немного исказил реплику Снейпа. — Сын, который возьмет на себя все семейные дела. Я не могу сейчас отправиться отдыхать. На фондовом рынке все меняется ежеминутно, я же могу потерять деньги в эту самую минуту. Поэтому, — парень продолжил, — я сейчас очень занят тем, чтобы погрузиться в финансовую сферу. — Драко, — Снейп все еще не оставлял надежды. — Не стоит тратить и своё и моё время на бессмысленные уговоры, — перебил его парень. — Будучи на твоём месте и отправляясь на отдых с любимой женщиной, я бы не догадался брать с собой капризного племянника. — Ты же знаешь, что это не так! — закатил глаза Снейп. — Передай профессору МакГонагалл мою благодарность и пожелание хорошего отдыха, — Драко ещё раз его перебил. — Думаю, мне не придется этого делать, — Снейп принял правила игры и теперь старался поменять их.       Поймав удивленный и ничего не понимающий взгляд крестника, он продолжил. — Я обещал твоей матери присматривать за тобой, — продолжил мужчина. — Думаю, это будет затруднительно, находясь на пляже Таиланда. — Брось, дядя, — усмехнулся Драко. — Я взрослый человек и справлюсь без твоего надзора! — Не уверен, — запротестовал зельевар. — Ты не соблюдаешь режим сна и отдыха, плохо ешь. Я буду вынужден переехать под крышу Малфой-менора, чтобы выполнить поручения Нарциссы, — выражение лица Драко менялось с каждым словом. — Только этого мне еще не хватало, — блондин закатил глаза. — Ты не оставляешь мне иного выбора, — победно выпалил Снейп. — Не думаю, что профессор МакГонагалл будет рада жить здесь, — парировал блондин, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку кресла. — И порознь вы жить не сможете. Так что твои угрозы беспочвенны.       Северус даже восхитился проницательности племянника. — Это не угрозы, а элементарная забота, Драко! — возмутился зельевар. — Которую, ты напрочь противишься принимать. — Потому что не нуждаюсь в ней! — отрезал Малфой. — Так кажется, — настаивал мужчина, качая головой, — только кажется. — Мы лишь зря спорим, безрезультатно сотрясая воздух, — чуть помедлив, проговорил племянник. — Думаю, что профессор МакГонагалл уже заждалась тебя. — Прогоняешь, — фыркнул зельевар, понимая, что весь его план по социализации и отдыху Драко сломался, как карточный домик. — Тебе ведь нужно собирать чемодан, — смягчился племянник, поднимаясь со своего места, — ведь ты как всегда оставил это дело на потом, что обязательно возмутит профессора МакГонагалл. Жду твоей открытки с отдыха, — вполне миролюбиво и даже весело закончил Малфой. — Что ж, — Снейп вновь фыркнул и поднялся со своего места, намереваясь уйти. — И да, дядя, — неожиданно произнес крестник, в то время как Северус думал, что разговор окончен. — Ты забыл свою книгу. — Книгу? — Снейп не спешил повернуться к Драко лицом, так как ему показалось, что тогда парень вычислит его план лишь по взгляду. Это он-то шпионил у Тёмного Лорда?! Может прятать свои мысли, эмоции, а сейчас боится быть пойманным собственным племянником?! Научил на свою голову… — Да, книгу, — тем временем Драко ответил и Северус все же нашел силы повернуться к собеседнику с самым невозмутимым видом. — «Таинство зельеварения», — прочитал парень на обложке. — Автор Лайла Ренди. Странно, что автор женщина. Ты ведь говорил, что женщины и зельеварение не совместимы. — Абсолютно несовместимы, — подтвердил Снейп. — Но сам принес мне книгу под авторством женщины, — продолжал размышлять Малфой, но по тону его голоса все больше походило на то, что кот загоняет мышь в угол. И этой мышью сейчас был сам Снейп. — Я ничего не приносил, — совершенно спокойно, как штиль на море, произнес зельевар. — Вероятно, ты забыл сдать книгу в библиотеку Хогвартса. — Я бы мог согласиться с тобой, если бы не одно но, — сразу же ответил блондин, не давая возможности придумать иные аргументы. — В библиотеке Хогварта нет такой книги. — С чего ты взял?! — Северус даже усмехнулся, потому что заявление крестника показалось ему глупым. Откуда он мог это знать? В библиотеке сотни книг, все из которых видела разве, что мадам Пинс, Минерва, так как, у Снейпа не было сомнений, что она прочитала их все, и его самого, так как два года назад в виду перестановки в библиотеке он собственноручно расставлял эти бесконечные книги. — Я конечно не Грейнджер, — лениво растягивая слова, ответил Драко, — но все книги касательно зельеварения в библиотеке Хогвартса я прочел. Даже из запретной секции, — увидев возмущение Снейпа, добавил парень. — Среди них не было такой. — Тем более, если бы мадам Пинс заметила, что я не сдал книгу в конце года, — парень продолжил, невзирая на то, что крестный уже открыл рот, чтобы сказать что-то в свое оправдание,— она бы пустила в меня непростительное.       Снейп тут же закрыл рот и передумал что-либо говорить. Племянник раскусил его. И про мадам Пинс он был совершенно прав. Хранительница библиотеки так рьяно защищала бесценные книги, что бесстрашно пускала заклинания в каждого Пожирателя, что совал нос в её хранилище знаний. Возможно, только благодаря ее смелости библиотека и осталась, чуть ли не единственной частью замка, которая не пострадала во время битвы. «Как глупо прокололся» — мысленно сокрушался зельевар, но про себя все равно отметил, что Драко говорит про Хогвартс. Хоть и вскользь, но значит еще не все потеряно. — Вероятно, что ты знаешь далеко не все книги, — настаивал Северус, чувствуя себя ужасно глупо. — Правый стеллаж, четвертая полка, книга на букву «Р», — отчеканил каждое слово блондин, — в твоем кабинете, — добавил он.       Внутри у Снейпа что-то щелкнуло, что оповестило о том, что племянник нагло залез к нему в голову, где легко прочитал необходимые ему мысли. Все верно, Северус взял книгу сегодня, с правового стеллажа, четвертой полки, в своем кабинете. Сам же научил Малфоя легилименции. — Лезть в чужие мысли, — достаточно спокойно начал зельевар, но глаза его зло сверкали — да еще и так неаккуратно. — Прекращу так делать, когда ты прекратишь трястись надо мной, будто я редкая роза, —парировал Драко, всучив в руки Северуса книгу. — Решишь поехать с нами, сообщи, — сухо ответил Северус и, взметнув полами мантии, вышел из кабинета. Драко не поспешил за ним, а лишь сказал в вдогонку: «Хорошего отдыха, крестный!».       Вот упрямец!       По пути к выходу почти под ноги попался домой эльф Тинки. — Сэр, вы уже уходите? — пискнул эльф. — Присматривай за ним, — Снейп пытался говорить спокойно, но поведение племянника довело его до того, что разве что пар из ушей не шёл. — Да, сэр, — кивнул тот. — Смотри, чтобы не забывал спать и есть, — уточнил зельевар, строго посмотрев на домовика, будто тот имел над Драко больше власти, чем собственный крестный. — Если почувствуешь что-то неладное, сразу сообщи мне! — Да, сэр! — с готовностью выполнить приказ, повторил Тинки. — А еще, — Снейп все еще держал в руках книгу, а затем, выудив из бездонного кармана своей мантии еще одну, протянул их домовику, — незаметно подкладывай эти книги в кабинет, но только так, чтобы он ничего не заподозрил. — Да, сэр! — вновь произнес Тинки, совершенно не понимая зачем, но готовый со всей присущей домовикам ответственностью выполнить поручение.

***

      Вернувшись из своих воспоминаний, Северус подумал, что затея Дамблдора может помочь ему вытянуть Драко из депрессии. Мальчик загнал себя в клетку.       Раз собственноручно он этого сделать не может, так, кто знает, вдруг эти связанные каникулы помогут? Ради Драко стоит попробовать.       А как же остальные ученики? Их родители?       «Они дали своё согласие» — услужливо подсказал внутренний голос.       Но ведь это против учеников, их личной жизни!       Северус до сих пор не мог поверить, что Аврелиан и Миранда Паркинсон собственноручно написали согласие, тем самым подписывая свою дочь на такие каникулы. Ладно Нарцисса, которой сейчас было не до этого, ладно Аманда и Стивен Забини, которым в принципе было наплевать на сына, но Паркинсоны!       Согласие родителей гриффиндоцев почему-то не вызывал сомнений и опасений. Это же родители гриффиндоцев, которые всем и вся спешат на помощь, даже не смотря на то, что это подпортит каникулы детям.       Мужчина тряхнул головой, отогнал подобные мысли и занялся тем, что начал помешивать ярко-ярко синюю жидкость в большом котле. Помешав три раза по часовой стрелке, а затем против часовой стрелки, Снейп стал наблюдать за реакцией зелья. Зелье «Перемещения» недовольно плюхнуло, затем запузырилось, яро выражая свое недовольство по поводу нарушенного спокойствия. — Знаю-знаю, — Северус обратился к котелку, будто тот был живым существом. — Не меньше шести суток настаивать, — продолжил мужчина. — Но, отчаянные времена требуют отчаянных мер, — несколько секунд поколебавшись, озвучил свои мысли зельевар, доставая из кармана своей мантии крохотный флакончик и добавляя в котел несколько капель.       Дело в том, что после разговора с директором Минерва и Северус заключили пари о том, кто быстрее успеет выполнить поручение директора. Да, спорят как младшекурники.       Поспорив о том, кто окажется в аутсайдерах, деканы разошлись по своим кабинетам. Подстегиваемые чувством соревнования, они не прерывались на сон и даже почти ничего не ели, будучи полностью погруженными в изучение старинных книг, необходимых для выполнения задания.       Так как Северус хорошо знал Минерву, он понимал, что она явно найдет нужное заклинание за несколько часов, а вот ему с приготовлением зелий торопиться сложно. Зелье «Перемещения» настаивается шесть суток, но миссия не могла больше ждать, поэтому талантливому Снейпу на свой страх и риск пришлось за ночь разработать катализатор для зелья, а еще добавить в него зелье «Сна без сновидений», чтобы затем наложить на подростков заклинание. Второе зелье — «Отражение реальности», которое должно было транслировать в режиме реального времени жизнь участников эксперимента, этакий аналог магловского телевидения, уже было готово. Северус с легкостью мог приготовить это зелье даже с закрытыми глазами левой ногой.       Настенные часы в кабинете профессора пробили ровно одиннадцать часов вечера. — Пора, — резюмировал Северус. Мужчина стал аккуратно разливать зелье «Перемещения» по маленьким флакончиках, параллельно размышляя, удалось ли Минерве подготовить все также оперативно, как и ему. Попутно сознание подбрасывало размышления по поводу того, куда может занести зелье и заклинание учеников из-за спешки и какой срок в Азкабане они получат вместе с директором за участие в данной афере.       Через несколько минут Снейп уже выдвинулся в путь, левитируя за собой в котелке все еще недовольно пузырящиеся зелье «Реального времени».

***

      В это же время в кабинете трансфигурации, за столом и чуть ли не засыпая над древней книгой, устало водя пальцем по пыльным страницам, сидела Минерва МакГонагалл. Женщина то и дело что-то тихо бормотала себе под нос, читая про побочные действия заклинания «Связывания», которая она должна будет наложить на учеников.       Чем больше женщина узнавала про побочные явления заклинания, тем больше ей становилось не по себе, и еще больше не нравилась затея Дамблдора. Но она понимала, что обратного пути уже нет. Кроме того, Снейп наверняка уже успел подготовить оба зелья и если она сейчас сдастся, то до конца жизни будет слушать «остроумные» высказывания зельевара по этому поводу.       Перевернув очередную страницу, Минерва тем самым подняла небольшой клубок пыли. Похоже, что книгу не трогали как минимум несколько столетий, поэтому пыли в ней было больше чем страниц. Несколько раз подряд чихнув, МакГонагалл взяла очередную салфетку из коробки. За последние сутки ее аллергия на пыль разыгралась, но даже это не остановило ее от чтения книги. Женщина искренне переживала за судьбу учеников, и сожалела, что у нее нет времени на то, чтобы заранее опробовать заклинание.       Еще раз чихнув, женщина поднялась из-за стола и, подойдя к миниатюрной тумбочке у окна, взяла с неё небольшой флакон с зельем от аллергии, который ей любезно прислал заботливый Северус еще утром. Сделав пару глотков, Минерва наконец-то свободно вздохнула, зелье действовало мгновенное, что было настоящим спасением для преподавателя транфигурации.       Для большего облегчения, женщина решила отвлечься на пару минут от чтения книги и подошла к окну. Ночной воздух, который проникал в кабинет через открытое окно, приятно освежал и бодрил. После бессонной ночи, которую МакГонагалл провела в запретной секции библиотеки в поисках заклинания «Связывания» ужасно хотелось спать, но миссия требовала того, чтобы преподаватель пожертвовала своим сном ради благой цели.       Взглянув на ночное небо и восхитившись красотой полной луны, Минерва невольно задумалась о всей сложившееся ситуации. Еще вчера задумка Дамблдора казалась ей гениальной и такой интересной, что она загорелась поучаствовать в ней. Сегодня же женщину стали одолевать сомнения. Сомнения в том, что она подвергает невинных подростков риску. Уживутся ли они вместе? Правильно ли директор подобрал пары? Нужно ли им это? Поможет ли это?       Столько вопросов и ни одного ответа. Не было ответа и на самый главный вопрос для Минервы: правильно ли они поступают? Так ли гуманно распоряжаться жизнью учеников даже ради благой цели?       Прислонившись к стене рядом с окном, Минерва задумчиво смотрела на звездное небо, будучи погруженной в свои раздумья. Мысли вертелись вокруг идеи Дамблдора и разбитым по парам ученикам. Как ни странно сначала Минерва задумала не о своих учениках — представителей факультета Гриффиндор, коим деканом она являлась, а о конкретном ученике противоположного факультета — Драко Малфое.       Драко был крестником Северуса и невольно женщина многое о нём знала. Снейп любит Драко как сына, он и растил его с детства, поэтому говорить о нём он мог бесконечно. Минерва до сих пор с улыбкой вспоминает рождество, когда зельевар, поддавшись ностальгическим воспоминаниям, показал ей колдографии с нового года, где Драко было всего шесть лет. Он довольный стоял возле невероятно красивой, украшенной ели в костюме снеговика и с огромным мешком сладостей, которые ему подарили. Мальчик широко улыбался и махал в камеру.       Этот снимок сделал Северус. У него было много подобных. На всех них Драко был совершенно другим, нежели в жизни. На тех снимках не было бледного сероглазого блондина с кругами под глазами из-за усталости. Не было колкого взгляда и равнодушного выражения лица. На колдографиях будто было совершенно другой человек. Улыбчивый, веселый и…живой.       Странное сравнение, но это было так. Сейчас Драко Малфой больше походил на тень былого Драко Малфоя, что очень беспокоило Северуса.       Поможет ли парню задумка Дамблдора?       А Паркинсон? Минерва беспокоилась за Рона, ведь Пэнси, не смотря на то, что она перешла на строну Ордена всё еще оставалась достаточно высокомерной, порой даже эгоистичной и колкой на язык аристократкой. Рону нужно будет уметь противостоять её вспыльчивому нраву и справится со своей открытой ненавистью к противоположному факультету. А что если из них выйдет токсичная пара?       Гермиона. Женщина ужасно нервничала, что любимая ученица будет в паре с Малфоем. Конечно, благодаря Снейпу, он открылся для нее с другой стороны. При редких встречах Малфой вел себя совершенно спокойно, уважительно и приветливо. Он мог поддержать любую тему разговора, всегда был вежлив и учтив. Но как он отнесется к Гермионе спустя столько лет их обоюдной неприязни?       Во время магической войны они рука об руку шли к победе, но теперь война окончена. Не значит ли это, что все для них вернулось на круги своя?       Пара Блейза и Астории тоже заставляла волноваться. Её тихая, кроткая, милая ученица Астория никак не вязалась в восприятии Минервы с эмоциональным, общительным, нет говорливым, громким и шумным итальянцем. Кроме того, если даже сам Северус назвал Забини «потрошителем девичьих сердце», то, что же ждет Асторию?       Что же будет, если девочка влюбится в него?       «Её сердце будет разбито, а Забини просто перешагнёт и пойдет дальше!» — учтиво подсказал внутренний голос.       Тогда оправдан ли риск затеи Дамблдора? Они могут испортить жизнь Гринграсс и еще больше уничтожить её веру в людей и любовь.       «Вернее будет сказать растоптать» — не унимался внутренний голосок.       Гарри и Джинни. Объединить двух гриффиндорцев тоже было странно. Директор просто не должен лезть в личную жизнь молодых людей. Тем более Героя магической Британии!       Нервозность Минервы нарастала с каждой минутой. Все больше сомнений лезло в голову. Хотелось поговорить с Северусом и заручиться его поддержкой.       МакГонагалл устало вздохнула. Времени на такие размышления совсем не осталось, как и на чтение книги. Часы в кабинете оповестили декана Гриффиндора о том, что пора направится к директору в кабинет, что она и сделала.       Она вернулась к своему письменному столу, с тихим хлопком закрыла книгу, из-за чего опять поднялся пыльный клубок. Чертыхнувшись, женщина еще раз чихнула, неразборчиво поворчав что-то про аллергию и взяв с собой свиток с выписанным текстом заклинания, а так же заранее зачарованные браслеты для учеников, которые она сложила в небольшой мешочек, поспешила в путь.

***

      Северус и Минерва встретились у лестницы, ведущей в кабинет Дамблдора. Обменявшись кивками головы в знак приветствия, Северус, как истинный джентльмен, пропустил Минерву вперед и заговорил первым. — Насколько я вижу, ты тоже не спала всю ночь, — подметил Снейп, мысленно давая себе пощечину, так как поздно понял, что Минерва расценит его комментарий, как негативный. Мол, бессонная ночь над книгами отразилась на ее внешнем виде и, соответственно, выглядит она, мягко говоря, не очень. Мужчина не выспался, поэтому соединение языка с мозгом в этот раз его явно подвело. — Ты очень проницателен, Северус, — парировала в ответ женщина усталым голосом.       Далее оба декана поднимались молча. — Мы все делаем правильно? — неожиданно на предпоследней ступеньке женщина замерла и обернулась к мужчине. Впервые Снейп увидел в ее глазах сомнение.       На пару секунд Северус задумался. — Время покажет, — пожал плечами зельевар, так как и сам не знал ответа на этот вопрос. — Что ж… — Минерва повернулась к двери и тихо постучала. — Проходите, мои дорогие! — сразу же раздался бодрый голос директора, а затем с тихим шуршанием распахнулась дверь.       Минерва и Северус прошли в кабинет, вслед за зельеваром левитировал котелок с бурого цвета зельем. Будучи занятым котлом, Северус даже не заметил, как негостеприимно на него отреагировала Сэлли — сова директора, которая сидела на жердочке рядом со столом. — Как вижу вы с результатами! — Альбус выглядел как довольный ребенок, разве что не хлопал в ладоши от радости. — Присаживайтесь, мои дорогие. — Добрый вечер, директор, — поздоровалась Минерва, присаживаясь в кресло напротив, — я зачаровала браслеты и нашла заклинание «Связывания», но я переживаю за исход эксперимента, — выразила свое сомнение женщина. — Ну, что может пойти не так? — искренне удивился старичок, чем вызвал недоумение Минервы и усмешку Северуса, который в мыслях уже обрисовал себе картину того, как заклинание срабатывает неверно и вместо Малфоя и Грейнджер, связанными окажутся, скажем, Малфой и Поттер. — Но, директор, — пролепетала МакГонагалл. — Все получился, так как и должно быть, — тут же заверил Альбус. — Не сомневайтесь в себе! — Кроме сомнения в себе мы все также сомневаемся в вашей затее, сэр, — озвучил свои мысли зельевар. — Я все также придерживаюсь мнения о том, что это незаконно и негуманно. — Северус, вот увидите, — Дамблдор добродушно улыбнулся, — результат вас приятно удивит. — Надеюсь на это. — Я бы все-таки хотела опробовать заклинание, — неуверенно проговорила Минерва. — Мы можем подождать еще хотя бы пару дней? — На это у нас, к сожалению, совершенно нет времени, моя дорогая, — развел руками старичок. — Действовать нужно уже сегодня. Середина лета на дворе. — Тогда чего мы ждем? — спросил Снейп. — Давайте, для начала вы поделитесь своими результатами, — все с той же улыбкой и энтузиазмом продолжил старичок. — Зелье «Реального времени» готово, — отрапортовал зельевар. — С зельем «Перемещения» есть некоторые проблемы. Его нужно настаивать шесть суток. — Но вы нашли выход из этой ситуации, — перебил старичок. — Да, — кивнул Северус, совершенно не удивляясь проницательности Дамблдора, — я добавил в зелье катализатор, но оно реагирует негативно. — Ни секунды не сомневался в вашем таланте, мой дорогой, — радовался Альбус. — Я уверен, что зелье исправно. — Не уверен. — Так проверим это! — директор разве что не подпрыгивал на месте.       Снейп недовольно нахмурился, но все же промолчал и вернулся к котелку. Еще раз, помешав его три раза по часовой стрелке и столько же против часовой, зелье вернуло ему ту же реакцию, что и в кабинете. Только еще громче хлюпнуло, будто выражая свое недовольство ускоренной процедурой приготовления. Северус добавил еще один таинственный ингредиент, который опять же выудил из, казалось бы, бездонных карманов своей мантии. Зелье в очередной раз шикнуло на него, на мгновенье поменяло цвет с бурого до почти черного, а затем и вовсе превратилось в бесцветную жидкость. — Нужно еще пару минут, — резюмировал мужчина. — Отлично! — не переставал радоваться директор. — Давайте, установим котел у той стены, — Альбус кивнул на противоположную ему стену кабинета.       Снейп перевел усталый взгляд на стену и только сейчас заметил, что, будучи ранее заваленной всякими кубками, наградами и почетными грамотами стена, которая была разбавлена двумя полными стеллажами с книгами и одним портретом собственно директора школы сейчас преобразилась. Стеллажи были расставлены по углам, и всякий хлам и вовсе исчез, оставив лишь чистое полотно выкрашенной в строгий серый цвет стены. — Думаю ровно посередине — отличное место, — директор вывел зельевара из полудремы. — Разумеется, сэр, — на автомате ответил декан Слизерина, про себя возникая, что ему приходится выполнять еще и обязанности грузчика, таскаясь с этим котелком, когда глаза закрываются на ходу из-за недосыпа. — А мы пока что попьем ромашкового чая, — на столе директора вновь, будто из воздуха, материализовались все те же чайные чашки с рисунком мелких красных розочек. — Ох, нет, спасибо, — запротестовала Минерва, которая услышав звон этой посуды, тут же вышла из дремы. У Северуса даже глаз стал дергаться от вида этих чашек. — Почему нет? — удивился Дамблдор. — Нам ведь нужно отправляться на выполнение задания! — нашла, что ответить Минерва. — Вам некуда торопиться, — улыбаясь, ответил директор, и, поймав вопросительный взгляд коллег, договорил. — Мои дорогие, разве вы видели подростков, которые летом, будучи без присмотра родителей, отправятся спать раньше полуночи?       Снейп и МакГонагалл синхронно, молча, кивнули, понимая, что Альбус прав. — Поэтому ничего не будет препятствовать выпить по чашечке чая, — миролюбиво заключил Дамблдор. — Если только по чашечке, — сдалась Минерва, а Северус продолжил заниматься котлом с зельем.       Вся эта процедура заняла у него порядка двадцати минут. Зелье капризничало. Мало того, что приготовление было искусственно ускоренно, так зелье кроме того, чтобы показывать ситуация с «объектами» операции «Связанные каникулы» должно было еще и транслировать парочку магловских каналов. Это было желание директора, так как он крайне скучал по магловскому телевидению, из-за чего Снейпу пришлось творить буквально невозможное.       Все это время Дамблдор и МакГонагалл неторопливо пили ромашковый чай из причудливых чашек с рисунком мелких красных розочек и поочередно уплетали пряники из чашки, совершенно не беспокоясь, что Снейп все это время трудится и не промышляет об отдыхе. — Северус, мне кажется, что котел стоит немного левее, чем нужно, — подал голос директор, прерывая негодование зельевара. — Как думаете, Минерва? — Да, чуть правее и будет точно посередине, — согласилась профессор транфигурации.       Снейп недовольно скрипнул зубами, вновь что-то пробурчал, скорее всего, какое-то ругательство, но все-таки чуть-чуть подвинул котелок, на глаз прикидывая, достаточно ли это «посередине». — Идеально! — оглушил его Альбус.— Ну же, покажите нам, как работает зелье!       Мужчина устало вздохнул и, решив не вдаваться в подробности, устало уселся в кресле напротив директора. — Зелье будет транслировать то, что вы захотите, сэр, — на одном дыхании проговорил Снейп. — Подумайте, что или кого хотите видеть, взмахните волшебной палочкой и изображение проявится на стене. — Восхитительно! — радовался старичок. — Северус, выпейте скорее чаю, вы явно очень устали.       С этим зельевар спорить не стал. Он сполз по спинке кресла чуть ниже, устраиваясь удобнее и прикрывая глаза. Пить чай из чашек с рисунком мелких красных розочек не хотелось, от слова «совсем», ровным счетом, как и участвовать в беседе Даблдора и Минервы. Поэтому Северус решил вздремнуть перед выполнением задания.       Тем временем Дамблдор был так восхищен зельем «Реального времени», что даже не поленился поднять с места и несколько раз пройтись мимо котелка, поражаясь, как Снейп сварил зелье такой блестящей, кристально чистой консистенции. — Что будем смотреть, профессор МакГонагалл? — обратился к ней все так же обрадованный старичок, плюхаясь обратно в своё кресло. — А?! Что?! — встрепенулась женщина, чуть не выронив из рук чайную чашку, но вовремя спохватившись. По всей видимости, она тоже решила не тратить драгоценные минуты попросту и задремала. — Я говорю, что будем смотреть, — повторил Альбус. — Помнится мне, что когда я был на отдыхе, то по телевизору показали один занимательный фильм, — вслух размышлял старичок. — Как же он назывался? — ища помощи у Минервы, он посмотрел на нее, но женщина лишь растерянно улыбнулась, не имея ни малейшего понятия, что имеет в виду директор. — Там целый канал с таким кино, — Дамблдор постучал пальцами по столу, чем вызвал сонное бормотание уже успевшего задремать Северуса. — Не то драма или дорама, — бубнил Альбус. — Мелодрама! Точно! — зажмурив глаза, директор представил тот самый канал и взмахнул мгновенно появившейся у него в руках волшебной палочкой.       Зелье «Реального видения» снова забулькало и запузырилось, получив задание, и уже через секунду на радость Дамблдора и на удивление Минервы транслировало какую-то плаксивую мелодраму. — Это же «Любовная любовь»! — Альбус разве что не пищал от радости. — Еще транслируют первый сезон! Какая радость! — Да, верно, — кивнула МакГонагалл, борясь со сном. — Как же замечательно, — уже чуть спокойнее проговорил старичок, будучи прикованным взглядом к сериалу и прислушиваясь к диалогам главных героев. — Уже двести шестидесятая серия, а я практически ничего не пропустил! — удивлялся директор. — Я думал, что Калеб уже признался в своих чувствах Элизабет, а нет!       Минерва ему не ответила, так как глаза начали закрываться, под шум речей героев сериала. — Вечер, тишина, — совсем тихо произнес Альбус, чуть помедлив. — Любимый сериал, куча вкусностей на столе и хорошая компания, что еще нужно?       Но ответом ему послужило тихое посапывание двух деканов в креслах напротив. Через час, когда серия почти подошла к концу, Сэлли — сова Дамблдора поскреблась в створки закрытого окна. Старичок был настолько увлечен просмотром, что не слышал недовольное уханье совы, что просилась открыть окно, дабы улететь на охоту. — Что такое, Сэлли? — пробурчал Дамблдор, отвлекаясь от просмотра, так как сериал прервался на рекламу какого-то моющего средства. Больше чем, волокиту с магловской почтой Дамблдор терпеть не мог бесконечный поток рекламы, прерывающий любимый сериал.       Сова выпучила янтарные глаза, еще громче ухнула, чем даже могла бы разбудить Минерву и Северуса, но этого не произошло. Оба декана настолько устали, что совсем не обращили внимание на то, что происходит в кабинете. — Ааа, — протянул старичок, подрываясь с места, — прости, моя дорогая! — Альбус поспешил открыть окно. — Удачной охоты! — пожелал он, на что Сэлли лишь еще раз недовольно ухнула.       Взглянув на часы, Альбус решил, что пора будить исполнителей миссии. — Мои дорогие! — позвал старичок. — Просыпайтесь! — но никакой реакции не последовало. — Вас ждёт великое дело! — повысил голос старичок. — Пусть еще подождет, — пробубнил Снейп, удобнее, на сколько это возможно, устаиваясь в кресле, облокотившись на подлокотник и подпирая подбородок рукой. — Нет-нет, — возмутился Альбус, — именно сейчас! — А?! Что?! — очнулась Минерва. — Что происходит?! — Моя дорогая, вам пора на исполнение миссии! — торопил Альбус. — Да, — женщина рассеянно кивнула, — пора. Северус, подъём!       Мужчина недовольно открыл глаза и тут же сощурился. — Мои дорогие! — начал заранее подготовленную речь Дамблдор. — Прежде чем вы отправитесь исполнять нашу благородную миссию, я хотел сказать вам пару слов, — Альбус выждал небольшую паузу. — Надеюсь, что вы уже исчерпали все сомнения в том, что я предложил для того чтобы примирить наших дорогих учеников. Я думаю, что мои аргументы были убедительны для вас, а так же вы теперь понимаете, почему я выбрал именно вас к себе в помощники, чтобы осуществить задуманное. Безусловно «Связанные каникулы» окажут большой эффект на ребят, так как на какое-то время внесут изменения в их жизнь. Большие изменения, — поправил сам себя директор. — Будьте уверены, что все это только ради них. Это принесет большую пользу в развитии факультетов, так как фактически ученики будут жить жизнью друг друга, — выступление директора больше походило на какое-то собрание, где оратора, откровенно говоря, не слушали. — Ребята подружатся, увидите, — продолжил волшебник, — а мы с вами им в этом поможем! — на этой ободряющей ноте Дамблдор закончил выступление. — В путь мои дорогие! — Не беспокойтесь, директор Дамблдор! — ответное слово взяла Минерва, которая тяжело поднималась с кресла, так как спина затекла из-за неудобной позы. — Мы со всем справимся.       Снейп, молча, поднялся с кресла и решил ничего не отвечать, так как за всю речь Дамблдора он умудрился несколько раз заснуть, поэтому помнил лишь слова: «мои дорогие» и «в путь». Решив, что этого достаточно, он кивнул, выражая этим, что всё прекрасно слышал и понял и поспешил покинуть кабинет вслед за МакГонагалл.

***

00:55. Хогвартс. Выйдя из замка, Минерва и Северус оказались на освещаемом только лунным светом крыльце. — Начнем с Уизли? — предложил Снейп, который из-за вечерней прохлады чувствовал себя куда бодрее, нежели в кабинете директора. — Начнём, — согласно кивнула Минерва, беря Северуса под руку, так как тот собрался трансгрессировать.       Мгновение спустя две фигуры в темных мантиях появились на окраине раскидистого сада Уизли и поспешно стали двигаться прямиком к дому, в окнах которого не было света, что означало, что к радости деканов обитали дома — спят.       Но операция «Связанные каникулы» не могла начаться гладко. Как только преподаватели добрались до грядок с гигантскими тыквами, что были рядом с домом, они услышали голоса. Минерва и Северус мгновенно сориентировались и притаились за одной из тыкв, размером которой наверняка гордится Молли Уизли.       Снейп осторожно выглянул из их укрытия и заприметил, что с холма, щедро освещенным лунным светом и редкими фонарями спешат сразу четыре рыжих макушки. Чертыхнувшись, мужчина спрятался обратно за тыкву. — Что там? — шепотом спросила Минерва, опасаясь, что спросила слишком громко и прикрывая рот ладонью. — И почему они еще не спят? — возмутился зельевар, подбирая полы мантии, которые норовили раскрыть их укрытие за тыквой, хоть и были глубокого черного цвета. — Все четверо, — пояснил он, завидев непонимающий взгляд женщины, добавил он. — Придётся подождать, — ответила Минерва. Снейп только кивнул в ответ, полностью обращаясь в слух, чтобы понять, куда пойдут подростки.

***

      Джинни Уизли была вне себя от гнева на старшего брата. Она неслась, будто вихрь по склону холма, отчего ее рыжие волосы в лунном свете, развиваясь на ветру, стали отдавать бронзой и больше походили на языки пламени. Настроение у нее и было «огненным». Хотелось спалить все вокруг, тем самым выпуская свой гнев, который так и норовил выбраться наружу. — Джин, подожди! — окликнул её Рон, который спешил за ней от самой аппарационной зоны, чтобы поговорить. Но девушка ни на секунду не замедлила шаг, а, казалось, понеслась только быстрее. — Осторожнее братец, — предупредительно произнес один из близнецов, — к нашей сестренке теперь разве что с огнетушителем подходить! — С чем? — не понял Рон, замедляя ход и оборачиваясь к братьям. Сестру ему сейчас не догнать даже с помощью новой модели метлы. — Ну, — протянул Джордж, — в твоём случае и ведро воды подойдёт. — Спасибо, — фыркнул парень, — вместо того, чтобы подшучивать могли бы и помочь. — И получить вместе с тобой? — всю компанию нагнал Фред, который шел куда медленнее всей остальной процессии. — Ты же знаешь, братец, — он похлопал Рона по плечу, — сначала ей надо остыть, а уже потом можешь идти извиняться. Иначе, она испепелит только одним лишь взглядом. — Хотел бы я сначала понять, за что я должен извиниться, — устало заметил он. — А это и я тебе могу пояснить, — нашёлся Джордж. — Это ведь из-за вашей ссоры родители не взяли вас с собой в Румынию к Чарли, — как само собой разумеющееся, произнес близнец.       По выражению лица Рона было ясно, что он, мягко говоря, удивлен. — Из-за ссоры? — переспросил он нахмурившись. — Я что-то пропустил? — Да, — кивнул Фред, поддакивая брата за плечо, дабы продолжить путь. — Вы с Джинни пропустили мимо ушей многочисленные просьбы родителей жить мирно, поэтому в качестве воспитательного момента, вы остались дома. — Шутишь, — выдохнул Рон. Он просто не мог поверить в том, что его родители, которые никогда не наказывали их в детстве, даже за самые большие шалости, решили проучить их за обычную, можно даже сказать безобидную утреннюю ссору. Они ведь уже стали взрослыми.       И как наказать? Оставили их дома!       В конец концов они помогали спасать магический мир, а их лишили радости — поездки в Румынию! —Это похоже на шутку? — удивился Фред. — Раз ты сейчас тут, а не в Румынии. — Вас тоже наказали? — решил уточнить парень. — Мы уже не в том возрасте, чтобы нас наказывали, — в разговор вернулся Джордж, который все это время, к удивлению, шел рядом, молча. — Но вы тоже не поехали в Румынию, — подметил младший брат. — У нас и тут дел полно, — отмахнулся близнец. — Мы готовим новую коллекцию для магазина, некогда разъезжать по другим странам. — Хмм… — протянул Рон, задумавшись.       Близнецы никогда бы не упустили возможность вновь погостить в Румынии. На это было несколько причин. Во — первых, близнецы не упустили бы возможность встретится с Чарли, который чуть ли не единственный из братьев не только поддерживал их эксперименты, но и зачастую был идейным вдохновителем для разного рода вредилок. Во – вторых, в Румынии они запросто доставали новые ингредиенты для различных зелий. И, наконец, в — третьих, родители в Румынии были куда больше заняты отдыхом и времяпрепровождением с Чарли, что автоматически развязывало близнецам руки и лишало тотального контроля.       Они бы ни за что не пропустили поездку. Тем более, что уговорить родителей сменить гнев на милость и взять их с собой не составило бы близнецам особого труда. Столько лет они успешно это делали, а тут вдруг сами отказались от поездки, ссылаясь на дела. Бред. Либо Рон стал параноиком, либо война научила его быть куда более внимательным к мелочам. Близнецы сошлись на втором варианте, поэтому молча переглянувшись, решили выправлять ситуацию, дабы не сорвать операцию Дамблдора, в которую были замешаны. — Ладно, Рон, — протянул Джордж, — обгоняя младшего брата и поворачиваясь спиной вперёд. Он так и шел впереди братьев, спиной вперед, засунув руки в карманы джинсов. Выглядел он совершенно спокойно и беззаботно. — Ты нас раскусил, — смотря брату в глаза, продолжил он. — Мы тоже наказаны. — Случайно попались с новой вредилкой на глаза к отцу, — поддакнул Фред. — Вы не одни лишились поездки в Румынию, — Джордж вернулся на место и вновь стал идти с братьями, по правую сторону от Рона. — Что на них нашло? — похоже Рон все-таки им поверил. — Они никогда нас не наказывали. Мы все так ждали эту поездку! — Ну, воспитывать никогда не поздно, — пожал плечами Фред. — Нам не стоило их расстраивать, так что мы сами виноваты.       Близнец бросил на Фреда недовольный взгляд, мол «не перегибай палку, а то он нам не поверит». — Джинни очень расстроена, — пробубнил Рон. Он не заметил переглядывания братьев, потому что был погружен в мысли о том, как помириться с сестрой. — Чего расстраиваться?! — удивился Джордж. — Весь дом в нашем распоряжении! — Да! — согласился Фред. — Можно делать, что захотим! Может быть, вечеринку?! — Вообще-то вас оставили приглядывать за нами, — возмутился Рон. — Но что-то мне подсказывает, что все будет с точностью наоборот! — Не нуди, братишка, — на этот раз Джордж хлопнул Рона по плечу. — Нужно весело провести свободное время. — Или ты хочешь снова заниматься только домом и садом? — спросил Фред. — Я уже сыт этим по горло, — усмехнулся Рон, удивляясь, что старшие братья его поддержали. В последнее время это было крайне редким явлением. — Осталось только помириться с Джинни. — Ты что бесстрашный? — засмеялся Фред. — Хочешь поговорить с ней сейчас? — договорил за брата Джордж. — Нам еще только бури не хватало в первый же день отъезда родителей! — Бури мне уже не избежать, — вновь усмехнулся парень, — так, что рекомендую вам найти укрытие. — Зачем? — в один голос спросили близнецы. — Джинни сейчас явно топчется на крыльце дома, высматривая нас, — ответил Рон, — потому что ключи от дома у меня. — Тогда поспешим, — трое парней громко засмеялись.       Через пару минут они миновали холм и теперь шли по направлению к дому. Нора Уизли тоже пострадала во время войны. К счастью, достаточно быстро она была восстановлена, благодаря большой и дружной семье. Артур собрал всех своих сыновей и принялся за ремонт. Даже Перси не поленился таскать доски и кирпичи, невзирая на высокопоставленную должность. Родной дом, вызывал у всех только теплые чувства, поэтому восстановить его — дело долга. Так через несколько недель дом был как новый. С садом пришлось повозиться, но Молли не была бы прекрасной хозяйкой, если бы даже растения не оклемались под ее заботливыми руками.       Подойдя ближе к дому, ребята увидели на крыльце Джинни, которая сидела прямо на ступеньках и всем видом давала понять, что она недовольна тем, как долго они шли. — Сестренка, уже так поздно, — Джордж, кажется, решил раззадорить девушку еще больше, если это вообще было возможно, — почему ты до сих пор не в доме? — Может быть, потому что вы не могли тащить свои задницы быстрее? — прошипела Джинни, поднимаясь со своего места. — Прогулка перед сном очень полезна, — Фред тоже не остался в стороне. — Хватит, — шикнул на них Рон, который прекрасно понимал, что близнецы раззадорят сестру, а получать от нее будет он. — Долго еще ждать ключи?! — оглушила его Джинни. — У кого они? — У меня, — Рон вышел вперед, — я выходил из дома последним. — Конечно, ты ведь всегда чем-то занят до последнего, — не осталась в долгу девушка. Его глаза до сих пор метали молнии. — Мы можем поговорить? — примирительным, спокойным тоном предложил парень. Он терпеть не мог, когда ссорился с сестрой. И уже тем более не любил откладывать извинения на потом, он чувствовал себя скверно из-за этого, хотя и не был полностью виноват в том, что они не поехали в Румынию. — Не о чем нам разговаривать, — отрезала сестра. — Мы не поехали в Румынию, думаешь этого мало для сегодняшнего вечера? — Ни я один виноват в том, что нас наказали, — старший брат продолжил говорить спокойно, хотя с каждой секундой ему это давалось все тяжелее. — Ты считаешь, что это я виновата?! — Я так не говорил! — опешил Рон. И как только девушки могут перевернуть все с ног на голову? — Это я виновата, что ты не можешь выполнить поручения вовремя, и мне приходится делать их самой? — громко выпалила девушка. — Это я виновата, что…       Младшая Уизли продолжала сыпать обвинениями в Рона. Ситуация накалялась и становилась все громче, поэтому Северус, который от ожидания чуть не заснул, привалившись спиной к тыкве, служившей им укрытием, решил действовать.       Пока ребята ругались, он вычислил, какое окно дома, скрывает за собой кухню. Ловко открыв сворки, он подпрыгнул и, ухватившись за подоконник, подтянулся и оказался в просторной кухне Уизли.       В темноте действовать было трудно, но включать свет или подсвечивать себе волшебной палочкой, он тоже не мог. В кухне было два окна, одно из которых выходило на передний двор, прямиком на крыльцо, где продолжалась словесная баталия Джинни и Рона. За ссорой молчаливо наблюдали близнецы, не решаясь унять брата и сестру, так как это могло помешать плану. Они поочередно поглядывали на часы и гадали, удалось ли Снейпу и МакГонагалл подлить зелье, о котором предупреждал директор.       Тем временем Северус на ощупь добрался до холодильника, чудом не опрокинув табурет.       Открыв дверь изобретения маглов, зельевар чуть не ослеп от яркого света, который ударил прямо в глаза. Мужчина быстро захлопнул ее обратно, понимая, что свет может привлечь внимание с улицы и поражаясь: «зачем в шкафу для хранения продуктов свет?».       Собравшись с мыслями, Северус быстро открыл дверь и выудил графин с каким-то соком. Захлопнув дверь, он подошел к столу, осмотрелся и прислушался — все без изменений, его не заметили. Он поставил графин с, судя по запаху, тыквенным соком на стол. Из кармана он ловко выудил флакончик с зельем «Перемещения», которое было смешано с зельем «Сна без сновидений». Рассчитывать точные пропорции не позволяло время, поэтому прикинув на глаз, что в графине примерно полтора литра сока, он смело капнул из флакончика семь капель зелья.       Тыквенный сок тут же дал обратную реакцию. Появились мелкие пузыри, сок с ярко-оранжевого, стал грязно-синим, но через секунду вернул прежний цвет. Пузырьки исчезли и Снейп довольный собой, уже намеревался поставить графин на место в холодильник, как вдруг услышал, что хлопнула дверь и, судя по всему, в прихожей зажегся свет. — Я больше не намерена с тобой разговаривать, Рон! — выкрикнула Джинни.       Снейп мысленно выругался, тихо поставил графин на стол и рванул к окну. — Скорее, — одними губами прошептала Минерва, которая ждала его по ту сторону.       Кое-как в темноте взгромоздившись на подоконник, зельевар понял, что, судя по шагам, Джинни уже заходит в кухню, поэтому, не раздумывая, прыгнул. — Венгардиум левиоса, — тихо раздалось рядом и встречу его носа с газоном на заднем дворе дома Уизли предотвратила МакГонагалл, которая во время сориентировалась и не дала мужчине упасть. Она левитировала его мощную фигуру до земли. Почувствовав под ногами почву, Северус быстро схватил Минерву за руку и потащил в их укрытие — за гигантскую тыкву.       Стараясь тише дышать, деканы притаились, ожидая, что будет дальше.       Продолжение ссоры Джинни и Рона на крыльце дома не дало ровным счетом никаких результатов. Каждый остался при своем мнении и это мнение, в частности позицию Рона, девушка просто не могла и не хотела выслушивать пока была в гневе. У нее очень вспыльчивый характер и сегодня у нее было достаточно веское основание вспылить. Отменилась долгожданная поездка в Румынию к Чарли. Девушка так надеялась, что хотя бы на пару недель она забудет о многочисленных обязанностях по дому и отдохнет. И что теперь? В качестве наказания ее оставили с безответственными братьями вести это самое домашнее хозяйство. От обиды Джинни хотелось разреветься, но характер не позволял показать обиду.       Еще и Рон со своими извинениями. Точнее НЕДОизвинениями. Все пытается урегулировать мирно их конфликт, но в тоже время говорит «что они оба виноваты, раз оба наказаны». Еще бы!       Только Гарри мог урегулировать из обоюдные претензии друг к другу.       Ах, как же его не хватает!       Пытаясь успокоиться, Джинни громко топая, прошла на кухню и включила свет. Ее взгляд сразу упал на графин, одиноко стоящий на столе. — Неужели это так трудно убирать графин с соком обратно в холодильник! — громко крикнула девушка, так что ее, наверное, было слышно в соседнем городе. — Кто потом захочет пить тёплый тыквенный сок в такую жару!       Джинни подошла к столу и взяла графин в руки, дотронувшись до сосуда, она к своему удивлению заметила, что он холодный. Неужели простояв так долго вне холодильника, он не нагрелся?       Размышления девушки были прерваны жаждой. После словесной перепалки с братом, пить хотелось ужасно. Не раздумывая, девушка достала из навесного шкафчика над мойкой стакан и щедро налила туда тыквенного сока, который к счастью был холодным. Быстро осушив стакан, рыжеволосая убрала графин с соком на место, сполоснула стакан из под сока и поспешила покинуть кухню.       На секунду замерев на выходе, она по-хозяйски окинула кухню взглядом, мысленно прикидывая, какие дела ей нужно будет сделать завтра, ведь теперь она явно должна будет взять на себя все обязанности касательно завтрака, обеда и ужина, так как теперь она временно будет хозяйкой на этой кухне. Решив, что с готовкой разберется завтра, так как на сегодня ее слишком разозлили братья, собственно для которых она и будет готовить, щелкнула выключателем и покинула кухню, так и не заметив, что открыто окно.       В это время Северус и Минерва, старались не шевелиться, чтобы ненароком не дать о себе знать. Конечно, взвинченное состояние Джинни было им на руку, но вот так «наследить» с графином и окном было очень рискованно. Когда Джинни крикнула про графин, Снейп только виновато улыбнулся, отвечая на вопросительный взгляд МакГонагалл. Операция была на грани срыва, но благо, что всё обошлось. По крайней мере, Джинни уже выпила зелье «Перемещения» и теперь дело было только за близнецами. Они что-то тянули с тем, чтобы и Рон тоже проследовал на кухню и выпил сок. Потом уже дело оставалось за Минервой.       Тем временем на крыльце близнецы вдоволь потешались над Роном, стараясь тем самым вывести и его. По плану Фреда и Джорджа Рона наконец-то сдастся и зайдет в дом, попутно заглянув на кухню. Несмотря на поздний час, было все еще жарко, поэтому близнецы делали ставку на то, что младший брат обязательно заглянет на кухню за холодным соком. — Я вас не понимаю, — злился Рон, отвечая на лавину шуток старших братьев. — Вместо того, чтобы помочь нам с Джинни помириться вы только и стараетесь нас еще больше поссорить! Все лето, вы получаете удовольствие от этого шоу! — Хей, Ронни, как ты мог так о нас подумать?! — Фред продолжал глумиться, плохо скрывая смех. — Мы так искренне переживаем за вас! — Точнее за тебя, — прыснул со смеха Джордж, — это ведь тебя сестренка заткнула сразу! Оставила виноватым! Молодец! Девчонка!       Рон устало вздохнул и закатил глаза. Мгновение поддержки на холме, уже казалось сказочным сном. Вернулись прежние Фред и Джордж, которые получали удовольствие от ссоры младших. Как всегда они заняли место в первом ряду и лишь изредка что-то вставляли в поток обоюдных обвинений. Рон понял, что разговор с близнецами сейчас не приведет ни к чему хорошему и, дабы не поссорится еще и с ними, решил идти спать. — Ладно, — спокойно и примирительно начал Рон, собравшись с мыслями. — На сегодня уже достаточно ссор и криков. Нам всем пора спать. — Да, тебе пора, — не унимался Джордж. — А нас еще ждут дела, — кивнул Фред. — Вы куда-то собрались? — удивился младший брат. — Уже поздно и… — Брось, — перебил его Фред, отмахнувшись, — ты, что решил взять на себя обязанности мамы? — Рон у нас всегда самый рассудительный, заботливый и строгий, — хохотнул Джордж, повторяя слова Молли. — Но, хватит правил! Расслабься и тоже отдохни. — Да, — рассеянно кивнул он в ответ. —Обязательно. — Иди в дом, Рон, — смягчившись, произнес Фред. — Уже действительно поздно. Не переживай, завтра вы с Джинни обязательно помиритесь, — на этих словах близнецы переглянулись, даже не представляя, что завтра предстоит брату и сестре. — А нас уже заждались Анджелина и Мелроуз в кафе, — пояснил Джордж. — Так, что нас не жди. Почисть зубки и ложись спать, — не смог удержаться от шутки. — Будьте осторожны, — покачал головой Рон, пропуская мимо ушей шутку брата. — Уже мирные времена, расслабься, братишка, — парировал Джордж, но поймав недовольный взгляд Фреда, поторопился. — Все, нам пора! — с этими словами он буквально затолкала Рона в дом. Дождавшись, пока щелкнет замок, повещающий о том, что входная дверь закрыта, близнецы поспешили спрятаться за углом дома, и ожидать что же будет дальше.       Рон уже не удивился такому поведению братьев. Он слишком устал за этот длинный день. С самого утра он взял на себя все дела, которые нужно было делать вне дома, поэтому большую часть дня он провел на жаре в саду, будучи занятым его благоустройством. Он не хотел, чтобы младшая сестра работала на жаре, а еще не хотел попадаться ей на глаза лишний раз, так как знал, что Джинни все еще злится на него из-за того, что он забыл про стирку вчера.       Но как оказалось, Рон зря переживал, ведь грандиозная ссора еще ждала только вечером. И почему родители решили наказать их именно так и именно сейчас? Если бы не близнецы, то Джинни от него мокрого места не оставила бы!       Все считает, что это он виноват, что их оставили дома. Будто это он сам с собой ссорится и придирается по любому поводу каждый день.       Глупость!       Еще и близнецы подливают масла в огонь своими шуточками. Сегодня целый день шутили про то, что «малыш Ронни до сих пор портит простыни» и « не пора ли нести с чердака его детские игрушки».       Как же Рон скучал по Гарри. Он всегда умел урегулировать склоки между всеми Уизли. Этакая миротворческая сторона. А еще он очень скучал по Гермионе, путь она и стала бы настаивать на том, чтобы он читал учебную литературу вместо книг про квиддич. Но ведь он в последнее время еще и читал книги про садоводство, которые ему любезно присылал Невилл, чтобы ему было легче заниматься садом. Рон скучал и по Астории. Она единственная из всей компании, кто всегда его выслушивал. Да взрослому парню глупо жаловаться и высказывать свою обиду девчонке, но Астория всегда слушала сбивчивые речи с таким вниманием, смотрела на него с такой заботой, находила слова поддержки, что становилось легче. Ему определенно не хватало друзей.       С такими невеселыми мыслями Рон зашел на кухню, щелкнув выключателем и привыкнув к яркому свету, прошел к холодильнику. Он достал графин с тыквенным соком, налили немного в стакан и сразу же осушил. Прохладный сок, к сожалению, ничуть не улучшил его настроение, но утолил жажду. Сполоснув стакан, он отправил его на место, как и графин в холодильник. Уже собираясь уйти с кухни, Рон увидел открытое окно, к которому сразу же подошел.       Минерва и Северус взволнованно переглянулись, надеясь, что парень их не увидит, так как они прятались очень близко. Но света из кухонного окна, было недостаточно, чтобы осветить гигантскую тыкву. Рон вновь устало вздохнул, тихо закрывая окно.       «Джинни опять забыла закрыть окно» — про себя подумал парень. Сестра уже не раз так делала, но он, конечно, не станет ее в этом упрекать, дабы вновь не сводить все к очередной глупой ссоре на радость близнецам.       Закрыв окно и выключив свет, Рон поспешил в свою комнату, почувствовав сильную сонливость. Поднявшись по лестнице, он взглянул на дверь в комнату сестры. Рон ненавидел ложиться спать с этим тянущим чувством вины.       Тихо постучав в дверь, он зашел в комнату, но сразу же поспешил выйти обратно. Джинни спала, свернувшись калачиком, под любимым клетчатым пледом.       «Завтра извинюсь, утро вечера мудренее» — с этими мыслями Рон зевнул и поспешил себе в комнату. — Ну, чего так долго? — недовольно протянул Джордж. — Анджелина убьёт меня, я уже так неприлично опаздываю! — Думаешь тебя одного? — фыркнул Фред. — Я, между прочим, тоже здесь с тобой, а не с Мел в кафе. — Чего они так долго капаю… — договорить близнец не успел, так как они с братом тут же получили по щедрому, бодрящему не меньше, чем ушат ледяной воды, до боли знакомому подзатыльнику, сопровождающимся мирным шелестом мантии и совершенно не мирным шипением профессора Зельеварения. — Клоуны! — прошипел мужчина, еще раз, после того, как получив подзатыльник, близнецы замолкли, выпрыгнули из-за угла дома и вытянулись по струнке. — Професор Снейп! — в один голос произнесли братья. — Тихо вы! — одернул их Северус. — Профессор МакГонагалл, — уже тише поприветствовали они профессора трансфигурации. — Добрый вечер, мальчики, — миролюбиво кивнула Минерва. — Что вы тут делаете? — переходя на шепот, который все же больше походил на шипение, поинтересовался зельевар. — Мы, — замялся Фред. — Мы хотели убедиться, что все проходит гладко, — договорил за брата Джордж. — Есть сомнения, в нашей с профессором МакГонагалл компетенции? — лицо Снейпа выражало равнодушие, но вопросительно изогнутая бровь, не предвещала ничего хорошего. — Они волнуются за сестру и брата, — ответила Минерва. — Именно, — близнецы синхронно кивнули. — А теперь правду, — настоял Снейп. — Нам очень интересно, что это за зелье и заклинание вы будите использовали, сэр, — выпалил Фред, решив, что от Снейпа, владеющего легилименцией ничего не утаишь. — Это вас не касается, — отрезал Северус. — Но, профессор! — возмутился Джордж. — Насколько я помню, — совершенно спокойно начал Северус, — то по плану, вас двоих и духа здесь быть не должно. Мужчина говорил тихо, но даже шепот был устрашающим. — Северус, — тихо произнесла Минерва, одергивая зельевара от продолжения речи.       Снейп глубоко вдохнул вечерний воздух, бесшумно выдохнул, в очередной раз, сокрушаясь, что Минерва имеет на него куда больше влияние, нежели он думает. — Где окна комнаты вашего брата и сестры? — закончив успокаивающую процедуру, спросил он. — Вон те, — тихо ответил Джордж, указывая на два окна на втором этаже, что находились над кухней. В одном из них, в комнате Рона, до сих пор горел свет. — А теперь испарились отсюда, — прошипел зельевар.       Близнецы переглянулись, но спорить больше не стали. — До свидания, профессор МакГонагалл, — синхронно произнесли они, на что женщина улыбнулась и вновь кивнула. — Стоять, — остановил их Северус, — будьте любезны, ключи от вашего дома. — Акцио, ключи, — прошептал Фред и через мгновение из цветочного горшка выпорхнул ключ. — Прошу, — парень протянул ключ зельевару. — А теперь исправились отсюда, — повторил мужчина, только не так строго.       Близнецы вновь переглянулись, кивнул в знак прощания, и поспешили действительно испариться, дабы еще раз не налететь на подзатыльник Снейпа. — Профессор Снейп, — уже уходя, обернулся и произнес Джордж. — Потом верните ключ на место, он запасной. — Разумеется, — произнес зельевар ледяным тоном.       Близнецы поспешили на встречу к Мелроуз и Анджелине, что ждали их уже полчаса в кафе, нетерпеливо постукивая тонкими наманикюренными пальчиками по столешнице столика, гадая какое такое «семейное дело», о котором Фред и Джордж написали в письме, заставило их так сильно опоздать. — Северус, — вновь позвала Минерва. — Что?! — не сдержался Снейп, — Я же не дал им по подзатыльнику. — Я не об этом, — шикнула на него женщина. — Смотри, — она кивнула на окна второго этажа, в которых уже погас свет. — Наконец-то, — порадовался Снейп.       Далее оба декана тихо пробрались в дом, на второй этаж. — Я пойду к Джинни, а ты к Рону, — остановила его МакГонаглл, прошептав задание.       Мужчина только кивнул.       Он тихо подошел к двери подростка и прислушался. За дверью было тихо. Тем временем Минерва достала из кармана мантии свернутый вчетверо лист пергамента и с помощью заклинания сделала его копию. — Не перепутай ничего, — предостерегла она зельевара, протягивая пергамент с текстом заклинания и один золотой браслет.       Снейп уже намеревался сказать что-то в ответ, но решил не шуметь и, молча, и только молчаливо закатив глаза, открыл дверь и шагнул в темноту комнаты Рона. Минерва последовала его примеру и направилась в комнату Джинни. Таким образом, Рон и Джинни начали операцию «Связанные каникулы».       Уже через десять минут, оба декана вышли из Норы. Снейп спрятал ключ в цветочном горшке и оба деканы отправились к другим ученикам. — Не лучше ли нам будет разделиться, Северус? — все еще по привычке говоря шепотом, спросила Минерва, хотя они уже поднялись по холму и были достаточно далеко от дома, чтобы трансгрессировать. — Ты справишься одна? — мужчина недоверчиво на нее покосился. — Что ты имеешь в виду? — возмутилась профессор трансфигурации. — Ничего, — буркнул Снейп, посмотрев на циферблат карманных часов. Время было не на их стороне. Уже скоро начнет светать, а для действия заклинания и зелья нужно время. Они и так замешкались с Уизли. — Я справлюсь, — бойко заявила Минерва. — Хорошо, — чуть помедлив, согласился зельевар. — Направляйся к Паркинсон, а я к Поттеру, — руководил Снейп. — Еще я возьму на себя Малфоя и Забини. — А я Гермиону и Асторию, — женщина была крайне обрадована оказанному доверию. — Как мы потом встретимся? — Кто первый закончит, тот пришлет патронуса другому, — предложил Северус. — Хорошо. — Но, если что-нибудь… — Все пройдет гладко, — произнесла МакГонагалл, и всучила в руки зельевару три золотых браслета для Гарри, Драко и Блейза, прежде чем трансгрессировать. — И как я на это согласился, — задал риторический вопрос Северус, смотря на уже пустое пространство перед собой, и тоже трасгрессировал.

***

01:59. Дом Паркинсон.       Минерва трансгрессировала недалеко от поместья Паркинсон. После трансгрессии, ей понадобилось пару секунд, чтобы придти в себя и оглядеться. Перед ней вдали возвышался трехэтажный особняк, щедро освещенный фонарями и окруженный густой зеленой растительностью разных видов.       На долю секунды Минерва залюбовалась прекрасным видом. Паркинсоны были представителями чистокровной аристократии, поэтому в их изысканном вкусе, который подтверждал особняк, гордо возвышающийся впереди, сомнений не было. Разве, что МакГонагалл представляла его в куда более мрачных красках.       Сама Пэнси была для Минервы загадкой. С виду – это высокомерная, заносчивая аристократка, с вечно гордо поднятым подбородком, лощеным видом, дорогой одеждой и несносным, эгоистичным нравом. Сколько раз она назначала ученице отработки в кабинете трансфигурации, когда она в очередной раз унижала другого ученика, преимущественно с факультета Гриффиндор? Если бы Минерва вела статистику, то такие ситуации исчислялись бы, как минимум, трехзначными числами в неделю.       Но, с другой стороны, Северус утверждал, что это маска. Пэнси пытается казаться высокомерной, порой даже грубой, потому что в глубине душе просто боится, что ее обидят. Такая защитная реакция.       И если раньше Минерва с сомнением воспринимала слова Снейпа, то после того, как Паркинсон, Малфой и Забини перешли на сторону Ордена, она поменяла свое мнения об этих ребятах. Она восхищалась и даже гордилась ими.       Тем временем Минерва даже не заметила, как под стрекотание сверчков прямая каменная дорожка, которая утопла в ароматных розах, рассаженных по обе стороны от нее, привела ее как раз к главному входу. Решив, что заходить через главный вход не стоит, так как есть риск нарваться на кого-либо, МакГонагалл резко свернула влево.       Пробираясь через раскидистые кусты акации, женщина обошла дом и, к своему счастью, обнаружила открытую дверь.       «Меня ждут» — подумала она, смело, проходя внутрь.       Неожиданно пусть ей преградил упитанный черный кот с огромными зелеными глазищами. Кот окинул ее удивленным, совершенно негостеприимным взглядом и недовольно передернул ушами, будто понимал, что анимагическая форма Минервы – кошка и тем самым показывая, что в этом доме будет только один кот. И это он.       «Иди мимо!» — мылено командовала женщина, но, к сожалению, кот был намерен продолжить «разговор» и совершенно не в мирном ключе. Глаза кота стали еще больше, и он стал шипеть.       «Еще чего!» — возмутилась МакГонагалл, в планы которой не входила перепалка с котом. Но животное продолжало шипеть все громче и громче, чем норовило выдать ее, поэтому профессор трансфигурации пошла на крайние меры и убедительно зашипела в ответ. Не зря же она анимаг, уж в котах и кошках она разбирается.       Кот собирался прошипеть еще пару ласковых в ответ, но его шипение на этот раз перебил молодой женский голос. — Кто здесь? — спросила девушка.       Минерва замерла не месте, ужасаясь, что голос принадлежит Пэнси, и что весь план под угрозой срыва. Как она объяснит свое нахождение на территории ее дома? В столь поздний час!       В горле у женщины пересохло не то от страха, не то от шипящих переговоров с котом, и она искренне надеялась раствориться в ночной темноте. Но ни темнота ночи, ни даже черная мантия, выбранная специально для маскировки, с этим помочь не могли. — Вы от мистера Дамблдора? — все тот же голос.       Минерва громко выдохнула, будто сошла гора с плеч. На мгновение она представила, какие иронизирующими высказываниями ее бы завалил Снейп, когда узнал бы, что операция провалилась из-за того, что она глупо нарвалась на участницу эксперимента. Или если бы он узнал, что она вступила в переговоры с котом. Но, к счастью, это не произошло. — Да, — тихо ответила Минерва. — Проходите, — позвал голос.       Минуя кота, который заметно расслабился после того, как таинственный голос пропустил незнакомку в дом и поспешил по своим неотложным ночным делам, на последок не забыв бросить недовольный зеленоглазый взгляд на позднюю гостью.       Пройдя узкий коридор, МакГонагалл оказалась в просторном помещении, которое оказалось кухней, судя по аккуратным стеллажам с посудой, мойке и разделочному столику. — Меня зовут Стелла, — голос, что пропустил Минерву в дом, принадлежал молодой девушке, со светлыми убранными в аккуратную высокую прическу волосами, и доброжелательными карими глазами. — Я личная горничная мисс Паркинсон, — добавила она, и только после этого Минерва заметила на ней черно-белую униформу. — Извините, что напугала Вас! — Все в порядке, — поспешила заверить ее женщина, совершенно забыв представиться. — Где сейчас Пэнси? — она вспомнила о задании. — Она в беседке на заднем дворе, — с готовностью ответила Стелла, — заедает мороженым плохое настроение. — У неё что-то случилось? —обеспокоенно поинтересовалась МакГонагалл. — Её родители уехали на отдых, — замялась горничная, — а её оставили дома. Так ведь было нужно, да? — Верно, — Минерва кивнула. — Мистер Дамблдор сказал, чтобы я оказала Вам помощь, — произнесла девушка. — Что я могу для Вас сделать? — Да, — вновь кивнула Минерва. — Пэнси должна выпить зелье. Могли бы Вы отнести ей, — женщина задумалась, —скажем… Сок к мороженному и проследить, чтобы Пенси выпила как можно больше. В сок я добавлю зелье. — Конечно, — улыбнулась Стелла. Она сразу же подошла к одному из шкафчиков и достала серебряный поднос, на котором мгновенно оказался изящный стакан. Минерва даже не заметила, как в руках у девушки оказался графин с бледным соком. — Сегодня у нас как раз есть яблочно-виноградный сок, — пояснила Стелла, наливая в стакан, почти до кроев, — любимый сок Пенси. — Отлично, — улыбнулась профессор трансфигурации, доставая флакон с зельем из кармана и капая капельку в сок. Жидкость отдала уже известную реакцию, сменила цвет, запузырилась и вернулась в прежнее состояние. — Может быть, выпьете чаю? — предложила Стелла. — Да, пожалуйста, — согласилась Минерва, так как от жажды после переговоров с котом в горле уже пощипывало. —Я мигом, — горничная засуетилась по кухне. — Проходите, присаживайтесь, — она мимоходом указала на столик у окна. — Меня здесь никто не заметит? — засомневалась женщина, присаживаясь за столик, через секунду перед ней в чашке на блюдце, явно из дорого сервиса, стоял ароматный чай. — Вся прислуга уже разошлась по домам или спит в своих комнатах, — ответила Стелла, беря в руки поднос с напитком. — А Вы, почему не спите? — решили спросить МакГонагалл. — Я же личная горничная, — пожала плечами девушка. — Пока мисс Паркинсон меня не отпустит или сама не пойдет отдыхать, я должна быть на ногах. Ну, я пойду, — с этими словами, она с безупречной осанкой и подносом в руках поспешила покинуть кухню.       Минерва поразилась такой приверженности и ответственности и стала неторопливо помешивать ложечкой горячий чай.       Стелла спешила к беседке на заднем дворе, стараясь из-за спешки не разлить сок с зельем. Ей предстояла ответственная миссия, и она категорически не хотела ее провалить. Тихо ступив по степеням не большой беседки, выполненной в бежевом цвете и украшенной гирляндами, что освещали все вокруг теплым желтым светом, горничная обратилась к Пенси. — Извините, мисс Паркинсон, можно войти? — Входи, Стелла, — равнодушно ответила Пенси.       Зайдя в беседку, в которой стояло несколько кресел и столик, горничная сразу заметила на одном их них хозяйку. Пэнси, забравшись с ногами, сидела на кресле. Поджав колени к подбородку, девушка лениво ковыряла уже сильно подтаявшее фисташковое мороженое, что стояла в коробочке на столике рядом, ложкой. — Хотите сока? — Стелла прошла внутрь. — Нет, не хочу, — отрицательно покачав головой и так и не отвлекаясь от своего занятия, ответила брюнетка.       Отказ пошатнул план, от чего Стелла даже замерла на месте, раздумывая, что делать дальше и какой предлог придумать. — Составишь мне компанию? — Пэнси, отвлекаясь от ковыряния мороженого в коробочке, подняла глаза на горничную. — Конечно, — с готовностью ответила она, радуясь, что еще не все потеряно. — Только, если Вы выпьете сок. Это Ваш любимый — яблочно-виноградный. Он обязательно поднимет настроение. — Ладно, — согласилась Паркинсон, на что Стелла быстро поставила на столик перед ней стакан, а сама села на соседнее кресло, поставив серебряный поднос себе на колени. — После сладкого мороженого, сок — это то, что нужно, — с этими словами Пэнси, сделала несколько жадных глотков, от чего на лице горничной расплылась победная улыбка. — Знаешь, Стелла, — с тихим стуком, поставив стакан на место, продолжила Пенси, — чем старше становишься, тем меньше мороженое и сок поднимают настроение. — Расскажете, чем так обеспокоены? — участливо поинтересовалась горничная. — Из-за отъезда родителей? — предположила она. — Кажется, отъезд родителей с Морганами я уже пережила, — грустно усмехнулась брюнетка. — Я больше расстроена тем, что Забини приехал в Лондон, но ничего мне не сообщил. И Малфой не пригласил в Малфой-менор. — Может быть, письмо от них еще не доставили? — глупо, но Стелла искренне хотела поддержать подопечную. Она знала, как Пэнси дорожит своими единственными друзьями. — Нет, Стелла, — брюнетка вновь отрицательно покачала головой, — они не забыли. Они просто не собирались сообщать мне. — Я уверена, что уже завтра Вы увидитесь со своими друзьями, — горничная старалась говорить убедительно.       Разговор девушек затянулся еще минут на пятнадцать. Затем на некоторое время в беседке воцарилась тишина. Каждый думал о своем. Пэнси о том, что Малфой и Забини забыли о ней. Стелла переживала о том, действует ли зелье.       Опровергая предостережения горничной, Пенси зевнула. — Странно, — сквозь зевоту пробормотала брюнетка, — сегодня я проснулась довольно поздно и думала, что выспалась. — Думаю, это жара на вас так влияет, — нашла, что ответить Стелла. — Почему ты до сих пор не спишь? — Паркинсон совершенно забыла, что сама же так и не отпустила свою личную горничную. — Я… — промямлила блондинка. — Я хотела привести в порядок фамильное столовое серебро. — Это можно сделать и утром, — удивилась Пэнси, снова зевнув. — Иди спать, а еще немного посижу. — Хорошо, — кивнула Стелла, поднимаясь со своего места, но не торопясь уйти. Пэнси снова зевнула, лениво прикрывая рот рукой. — Мисс Паркинсон, — обратилась к ней горничная. — Я же вижу, что Вы устали. Давайте, я провожу Вас до комнаты? — Что ж… — девушка обвела взглядом беседку, будто все еще надеясь получить письмо о друзей, и медленно спустила ноги с кресла. — Ты права, пора спать, — она поднялась со своего места, одернув розовый шелковый халатик на запахе, под которым были розовые шортики и такого же цвета топ с кружевной отделкой.       Проводив свою подопечную до комнаты, Стелла пожелала Пэнси спокойной ночи и вышла из комнаты. Но горничная не торопилась уходить, она осталась ждать у двери, чтобы точно убедиться, что хозяйка уснула.       Стелла слышала, как Пэнси зашла, а затем вышла из ванной. Слышала, как щелкнула дверь балкона, так как Пэнси ненавидела спать в духоте. Подождав еще пять минут, чтобы наверняка, блондинка тихо открыла дверь и на цыпочках подошла к огромной кровати хозяйки. Девушка крепко спала на самом краю.       Стелла быстро покинула комнату, плотно закрыв за собой дверь, и почти бегом направилась на кухню. Вбежав в помещение, девушка натолкнулась на пустой, отрешенный взгляд ночной гостьи, что так и сидела за столиком у окна. Она почти не тронула чай и, создавалось такое впечатление, что она спит. — Простите, — тихо позвала горничная. —Мисс Паркинсон спит в своей комнате, — заметив как встрепенулась и несколько раз моргнула женщина, добавила она. — Спасибо за помощь, Стелла, — гостья с готовностью поднялась со своего места и поспешила к выходу. — Могу я еще чем-то быть полезна? — Нет, дальше я справлюсь сама, — улыбнулась Минерва. — Где находится комната Пэнси? — Второй этаж, правое крыло, третья дверь от лестницы, — продиктовала блондинка, пока Минерва внимательно слушала и кивала. — Стелла, — опомнилась МакГонагалл уже у выхода из кухни, — тот кот, он скребся в дверь несколько раз… — Сейлем, — подсказала горничная, — наверное, он вернулся после ночной прогулки. — Сейлем, — зачем-то повторила профессор трансфигурации. — Это любимец Пэнси, — улыбнулась девушка, — её домашний питомец.       Минерва улыбнулась. Пенси действительно гораздо мягче, чем хочет казаться. — Пойду и впущу его дом, пока он не убежал, — засуетилась Стелла.       МакГонаглл поспешила к лестнице. Она быстро оказалась на втором этаже и нашла нужную дверь. Прислонившись к ней ухом, она убедилась, что в комнате тихо, и смело открыла дверь.       Перед женщиной открылся вид на большую, нет, на огромную комнату. Из-за темноты было трудно определить в какой цветовой гамме она была выполнена, но отчего-то Минерве казалось, что это теплые, девичьи цвета. Апартаменты определенно вмещали себя целый дом. Два окна, балкон. Двери на балкон были открыты и впускали прохладный ночной ветерок, от которого развивались шифоновые занавески. В комнате было еще две двери, скорее всего личную ванную и гардеробную. Диван и два кресла, занимали одну часть комнаты, рядом был книжный шкаф. В глаза так же бросился туалетный столик, полностью заставленный косметическими средствами и украшениями. В другой части комнаты стояла огромная кровать с балдахином. Это все, что смогла рассмотреть Минерва в темноте.       Решив больше не терять времени, женщина тихо пошла к огромной кровати. На такой бы уместилось еще, как минимум десять Пэнси Паркинсон, но вместо того, чтобы удобно расположиться посередине, девушка спала с краю.       Девочка показалась Минерве такой хрупкой и беззащитной, как фарфоровая кукла. Иссиня-черные волосы, что за лето отросли и достигли плеч, сейчас скрывали правильные, аристократические черты лица. Пенси пошевелилась во сне, заставив МакГонагалл экстренно искать место, куда можно спрятаться, но опасения были напрасны. Девушка устроилась удобнее, вытащив руку из под одеяла.       Минерва обрадовалась такому шагу и сразу же надела на ее запястье браслет и после прочитала заклинание. Когда работа была уже сделана, довольная собой профессор трансфигурации, уже собираясь уходить, остановилась и вновь вернулась к кровати. Она аккуратно накрыла Пенси пушистым одеялом. Почему-то ей захотелось дать девочке эту щепотку доброты, тепла и заботы.       После женщина быстро покинула комнату, плотно закрыв дверь.       Спустившись по лестнице, она вновь встретилась с горничной. — Все в порядке? — встревожено спросила девушка. Минерва только сейчас заметила, что у нее на руках удобно утроился Сейлем, который довольно громко мурлыкал. — Да, — она кивнула в ответ, — еще раз спасибо, Вы мне очень помогли, — поблагодарила Минерва. — Рада помочь! — блондинка широко улыбнулась, довольная тем, что ее похвалили. — Завтра напишу письмо мистеру и миссис Паркинсон, чтобы сообщить эту новость. — Только будьте осторожны, — предостерегла профессор, — никто лишний ничего не должен знать. — Разумеется, — она часто закивала. — Отлично, — Минерва довольно улыбнулась . — Спокойной ночи, Стелла! — До свидания! — попрощалась девушка.       МакГонаглл отошла уже на приличное расстояние от дома, жалея, что ограничена во времени и не может вдоволь насладится красотой сада Паркинсонов. Обернувшись напоследок, женщина довольно улыбнулась, так как смогла быстро справиться с заданием, а затем трансгрессировала к дому Грейнджер.

***

02:00. Дом Дурслей.       В то время, как Минерва трасгрессировала к Паркинсон, Снейп трансгрессировал на новый адрес Дурслей. Северус оказался на безлюдной и местами темной улице. Дурсли и Поттер совсем недавно переехали в новый дом. Это был только заселяющийся район, поэтому не во всех домах еще жили люди. Но Снейп специально решил перестраховаться и трансгрессировал подальше, чтобы пройтись до места назначения пешком и не привлекать много внимания. Хотя, это было спорно. Высокий мужчина, в черном одеянии явно бы привлек внимание даже ночью, но, к счастью зельевара, улица была пуста и только редкие фонари освещали путь.       Пока Снейп размашистым шагом направлялся на выполнение задания, в голову невольно закрались мысли. Мужчина думал о том, что так долго не замечал, что на Петунию и Вернона Дурсль был наложено заклинание. Эта семейка так долго портила Поттеру жизнь, что у него просто не должно было оставаться сомнений в том, что что-то было не так. Как он мог ничего не понять? Как?!       Задумавшись зельевар чуть было не прошел мимо нужного дома. На первом этаже сразу в двух окнах, которые, вероятно, являлись окнами гостиной дома, горел свет.       «И чего всем этой ночью не спится?» — возмущался про себя Снейп.       Аккуратно преодолев резную маленькую калитку, зельевар пробрался к одному из окон. К радости Северуса, окно было не зашторено, поэтому ему открылся вид на гостиную Дурслей. Два парня сидели на диване спиной к нему и увлеченно смотрели в телевизор, в котором стремительно менялась картинка. Казалось, что они не заметят ничего вокруг, даже если сам Тёмный Лорд сейчас постучит в дверь и по-соседски попросит дать соли.       Помедлив пару минут, Северус решил действовать, поэтому стал пробираться к другому окну, в котором свет не горел. По мнению Снейпа, это окно должно было вести в кухню, там-то он и подольет во что-нибудь зелье.       Мужчина открыл створки окна, подтянулся, про себя отмечая, что подоконник в доме Уизли был куда выше, поэтому в этот раз мужчина с легкостью очутился в кухне, точнее столовой Дурслей. Спрыгнув с подоконника, Снейп сделал шаг и практически сразу врезался в обеденный стол. Похоже, что помещение в доме было поделено на столовую и рабочую зону.       Зельевара интересовала вторая, поэтому он тихо направился туда, попутно выглянув в дверной проем. Между гостиной и кухней была лишь тонкая занавеска голубого цвета, что осложняло дело Снейпу. Он быстро проскользнул мимо, заметив, что оба кузена все так же увлечены игрой. Судя по шуму, который издавал телевизор, они играли в футбол.       Найдя в темноте уже известное изобретение маглов, мужчина быстро открыл холодильник и к своему удивлению быстро нашел графин с соком. Обрадовавшись своей быстрой находке, Северус решил не вытаскивать графин, помня свой опыт в доме Уизли, как он чуть не прокололся, и, прикинув объемы, прямо в холодильнике капнул в графин целых восемь капель зелья. Он уже намеревался закрыть дверцу обратно, как Поттер оглушил его своим возгласом. — Гол! — радостно протянул тот в гостиной, — от неожиданности Снейп хлопнул дверцей холодильника громче, чем намеревался и теперь затаился, надеясь, что парни ничего не услышали. — Ты опять меня обыграл! — возмутился Дадли. — Две игры назад, ты меня обыграл, — примирительно ответил Поттер. — Но не с разгромительным счетом 7:2 в твою пользу, — засмеялся Дурсль. — Сыграем еще? — предложил Гарри. — Тогда меняемся командами, — настоял Дадли. — Ты пока настраивай все, а я принесу нам попить. — Хорошо, — кивнул Поттер, не отвлекаясь от экрана и активно щелкая джойстиком.       Дадли быстро пошел на кухню, включив свет, парень едва удержался, чтобы не подпрыгнуть на месте и не закричать от страха, так, как прямо за холодильником стояла высокая темная фигура. — Тссс, — прошипела фигура. Глаза Дадли стали еще круглее. — Я от Дамблдора, операция «Связанные каникулы», — отрапортовал зельевар, поднимая обе руки вверх.       Дадли все еще был, мягко говоря, удивлен, поэтому еще не обрел назад дар речи. — Отставить панику, — Снейп пытался говорить успокаивающе и очень тихо, — Поттер ничего не должен услышать. — Извините, — наконец-то прошептал Дадли, все еще ошарашено смотря на гостя, —я не ожидал увидеть вас… тут. — Не мог же я зайти через дверь, — усмехнулся Снейп. — А теперь меньше разговаривай. — Можете не волноваться, — успокоил его парень. — Гарри всегда так тщательно выбирает характеристики игроков в игре, чтобы ничего не замечает вокруг. — Мне некогда болтать, — шикнул на него зельевар. — Что я должен сделать? — заговорщически прошептал Дурсль, покосившись на Гарри через дверной проем. — Отнеси Поттеру сок, — скомандовал Снейп, не успев договорить задание. — В нем зелье, да? — глаза паренька блестели от интереса. — Какое это имеет значение? — мужчина был недоволен, что его перебили. — Это не твое дело! — Простите, — извинился Дурсль. — Это все так интересно. — Интересное только начинается, — смягчился Северус, — завтра тут будет куча народу. — Здорово! — громче, чем рассчитывал, произнес Дадли. — Тихо, — прошипел Северус. — Извините, — вновь проговорил собеседник, зажав рот ладонью. — А это зелье и на меня подействует, если я выпью сок? — Нет, Снейп отрицательно покачал головой. — Зелье действует только при поддержке заклинания.       Про зелье «Сна без сновидений» зельевар решил умолчать. Не нужно маглу знать все тонкости, тем более — хороший сон никому не помешает.       «Будет меньше путаться под ногами» — поддакнул внутренний голос. — Не теряй времени, — приказал Снейп, кивнув на холодильник. — Вы ведь из Хогвартса? — на мгновение Дадли замялся, но затем подошел к навесному шкафчику над мойкой и достал с верхней полки два бокала с ручкой. — Да, а что? — Снейпу вся эта беседа совсем не нравилась. — Правда, что там лестницы двигаются? — не унимался паренек, поставив бокалы на стол. — Не все, — нахмурился зельевар. Он не был уверен, что маглу нужно знать эту информацию. — У вас есть волшебная полочка? — все с тем же интересом и энтузиазмом спрашивал Дурсль.       «Можно ли наложить на него «Силенцио»? В интересах выполнения миссии,разумеется?» — негодовал про себя Снейп. — Она есть у всех волшебников, — сухо ответил мужчина, решив не исполнять свою задумку. — Круто, — протянул Дадли, доставая из холодильника графин с апельсиновым соком. — Может быть, выпьете сока? — Нет, спасибо, — отказался Северус. — А, правда, что… — договорить Дадли не успел. — Мистер Поттер уже заждался свой сок, — перебил его зельевар. — Последний вопрос, — попросил Дадли, разливая сок по бокалам. — Хорошо, — устало вздохнул Снейп, поражаясь, какой парень болтливый, с учетом того, что они даже не знакомы. — С Гарри все будет в порядке? — серьезно спросил Дадли и посмотрел прямо в глаза Северусу. — Я имею в виду… — Я понял, что ты имеешь в виду, — вновь кивнул Снейп. — С твоим кузеном все будет в порядке, это безобидное зелье и заклинание, — заверил его зельевар, — почти, — тихо добавил он. — Я верю вам, — Дурсль улыбнулся, беря в руки бокалы. — Почему? — искреннее удивился мужчина. — Гарри рассказывал мне много хорошего о вас, мистер Снейп.       Теперь зельевар потерял дар речи. Интересная штука жизнь. Раньше Снейп был уверен, что Поттер ненавидит его. А теперь? Доверяет? Верит? Рассказывает о нем своему кузену? — Ну, я пошел? — в его размышления вклинился Дурсль. — Проследи, чтобы он выпил больше сока, — собравшись, скомандовал Северус. — И скорее проводи его спать. — Что-нибудь еще? — И сам отправляйся спать, — добавил Снейп. — Не мешай. — Хорошо, — согласно кивнул Дадли. Он выключил свет, взял бокалы со стола и поспешил выйти.       Снейп так и стоял возле холодильника в темноте кухни в каком-то странно отрешенном состоянии. Было глупо отрицать, что приятно услышать о доверии Поттера и лично убедиться в том, что Дурсли изменили своё отношение к мальчику. Тряхнув головой, мужчина вернулся к заданию. Он притаился за занавеской у дверного проема, чтобы лично проследить, как Поттер выпьет сок с зельем. — А вот и я, — оповестил Дадли, заходя в гостиную с бокалами в руках. — Чего ты так долго? — спросил Гарри, отвлекаясь от экрана на пару секунд и тут же возвращая взгляд обратно. — Пить хочется ужасно! — Не мог найти свой бокал, — виновато улыбнулся Дадли. — Поэтому и долго, — он протянул Поттеру бокал с соком. — Холодненький, — обрадовался парень, беря в руки свой бокал. — Я уже успел выбрать характеристики для игроков твоей команды. — Отлично, значит, победа за мной! — Дадли присел на диван рядом с кузеном. — За твою победу! — Гарри отсалютовал своим бокалом. — Только не поддавайся! — попросил Дадли.       Тем временем Гарри уже утолял свою жажду, опустошая бокал.       Дадли, в отличие от кузена, сделал лишь пару глотков, все-таки опасаясь, что и его перенесет куда-нибудь, как говорил Дамблдор. Поставив бокал на журнальный столик, Дурсль покосился на дверной проем, ведущий в кухню и наткнулся на уже знакомый взгляд темных глаз. Ночной гость никуда не ушел и из темноты, спрятавшись за занавеской, наблюдал, что происходит в гостиной. — Ну, так, что, — Гарри поставил уже пустой бокал на журнальный столик, — играем? — Играем, — Дадли бодро кивнул.       Ребята вновь погрузились в игру, громко щелкая джойстиками.       «Вот же дурень! Как можно не определить зелье на вкус? Ладно, зелье «Перемещения», которое с появление трасгрессии практически не используется сейчас, и даже было убрано из школьной программы, но зелье «Сна без сновидений»! Его может приготовить даже второкурсник! Похоже, что все таланты Поттера в зельеварении сильно преувеличены Слизнортом!» — сокрушался Снейп, когда по известной процедуре вылезал из окна кухни. Из-за своего возмущения мужчина даже споткнулся и, выругавшись сквозь зубы, поспешил затаиться за раскидистым кустом красных роз.       В гостиной кузены уже доиграли игру, которая длилась двадцать минут. На этот раз победу одержал Дурсль. — Ура! Победа! — оповестил он весь дом, подняв руки с джойстиком вверх, будто держал футбольный кубок. — Отличный прием в конце! — сонно кивнул Поттер. — Покажешь мне его завтра? — Там ничего сложного, — Дадли согласно кивнул, — нужно нажимать всего две кнопки сразу. — Я что-то так захотел спать, — Гарри зевнул, — прямо с ног падаю. — Уже поздно, — кузен обрадовался, что, вероятно, зелье подействовало и теперь Гарри отправится спать. Ведь Снейп просил его поторопить Гарри. — Я тоже спать хочу. — Нужно прибраться здесь, — Гарри медленно поднялся с дивана, имея в виду два бокала из под сока. — Я сам уберу! — громче, чем планировал, воскликнула Дадли. — Эмм… — замялся Поттер, проведя рукой по непослушным темным волосам. — Ладно. — Мне не трудно, — поспешил справиться кузен. — Я уберусь, а ты иди спать. Завтра помоешь посуду. — Очень равноценный обмен, — хохотнул Гарри. — Хорошо, спокойно ночи, Дадли. — Спокойно ночи, Гарри!       Поттер медленно поплелся к лестнице.       Дадли сгреб в охапку бокалы: пустой бокал Гарри и почти не тронутый свой, и пошлел на кухню. К своему удивлению парень не заметил ночного гостя на кухне, поэтому быстро помыв бокалы, вернулся в гостиную, ожидая, что тот появится так же неожиданно, как и первый раз.       Увидев, что кузены выключили телевизор и разошлись, Снейп решил выждать еще минут десять для верности. Он меланхолично расхаживал между кустов с цветами, наслаждаясь их ароматами.       Посмотрев на карманные часы, Северус вернулся к дому. Сначала он заглянул в окно гостиной, так как там все еще горел свет. Дадли сидел на диване в гордом одиночестве и активно вертел головой по сторонам.       «Меня поджидает, чтобы завалить очередной лавиной глупых вопросов» — насторожился Снейп.       На пару секунд Дадли задержал свой взгляд на камине.       «Не думает же он, что я появлюсь из камина! Я же не Санта Клаус!» — возмущался зельевар.       Решив не расшатывать хрупкую подростковую психику, Снейп, надеясь, что Поттер уже крепко спит, тихо постучал в дверь.       Дадли услышал тихий стук и чуть не подпрыгнул от неожиданности, он быстрым шагом направился к входной двери. — Кто там? — Королева Британии, — знакомым тоном ответил ночной гость, не сдержавшись от саркастического высказывания.       Дадли открыл дверь и, естественно, вместо Королевы увидел уже знакомую фигуру в черном длинном балахоне (мантии). — Я думал, что Вы… — Появлюсь через камин? — договорил за него Северус. — Как вы узнали? — удивился младший Дурсль. — Прочитал твои мысли, — усмехнулся зельевар и, пользуясь удивлением хозяина дома, не дожидаясь приглашения, прошел внутрь. — Гарри уже спит в своей комнате на верху, — собрался с мыслями Дадли. Мужчина, молча, направился к лестнице. — Могу я еще что-либо сделать для Гарри? — догоняя зельевара, спросил Дадли. — Будь добр, — Снейп остановился на секунду и смерил его своим фирменным взгялдом, — не мешай. — Хорошо, — парень совершенно не обиделся на гостя, — я подожду в гостиной.       Зельевар быстро преодолел ступени лестницы и оказался прямо перед дверью комнаты. Обернувшись, Северус заметил, что за его действиями пристально следит Дадли. Снейп вопросительно посмотрел на подростка, указывая на дверь комнаты, как бы спрашивая: это ли комната Поттера? Паренек часто закивал, молча, отвечая на вопрос, а затем поспешил уйти с поля зрения зельевара, точнее от пристального взгляда темных глаз.       Северус, прислонил ухо двери, убеждаясь, что за ней тихо. Он открыл дверь и оказался в просторной темной комнате, тишину которой разбавляло мирное посапывание подростка. Снейп прошел внутрь и огляделся. Окно было приоткрыто, рядом стоял насест совы, которая к радости зельевара отсутствовала. В последнее время общение с пернатыми как-то не ладилось. Напротив окна письменный стол, стул. В комнате было два шкафа, кресло и огромная кровать, на которой поверх покрывала и спал Гарри Поттер, уткнувшись носом в подушку.       Больше терять времени было нельзя и Снейп поспешил одеть на запястье подростка золотой браслет, а затем прочитать заклинание. Из-за спешки, он чуть было не уронил волшебную палочку, мысленно представляя, чтобы это могло за собой повлечь. Герой, наверняка, сразу же проснулся и бросил бы в него заклинание. Но, падения палочки удалось избежать и довольный собой, Северус направился к выходу из комнаты.       Напоследок он обернулся, окидывая взглядом уютную комнату. Ее точно было не сравнить с коморкой под лестницей. В жизни Поттера все круто поменялось, и эти изменения явно были в лучшую сторону.       Северус спустился в гостиную, а Дадли все так де сидел на диване, высматривая его. — Спасибо за помощь, мне пора, — на одном дыхании протараторил зельевар, направляясь сразу к выходу, дабы не отвечать больше на бесконечные вопросы Дадли. — Так быстро, — удивился он, поднимаясь со своего места. — Можешь идти спать, — сухо добавил мужчина уже у двери. — Я хотел спросить, — но договорить Дурсль не успел. Снейп решил использовать его тактику, и завалил его информацией. — Имей в виду, — сухо произнес профессор, — завтра в этом доме будет куча народу и ты не должен подавать вида, что знаешь о том, что произошло, — он отчеканил каждое слово. — Ни Поттер, да и остальные не должны раскусить тебя, — дождавшись согласного кивка, продолжил Снейп. — Да, мистер Дамблдор предупреждал меня. — Вот и отлично, — кивнул Снейп и скрылся за дерью.       Оказавшись на улице, зельвевар спокойно выдохнул, радуясь, что теперь осталось посетить только Малфоя и Забини. Он знал, что Блейз приехал в Лондон и теперь искренне надеялся, что эта парочка не доставит ему хлопот. Мужчина быстро достиг конца улицы, куда трансгрессировал почти час назад и вновь трасгрессировал, теперь уже в Малфой-менор.       Закрыв дверь за таинственным Снейпом, Дадли не в силах превозмочь свое любопытство, выключил свет в гостиной, оставив только две ночные лампы, и поспешил вверх по лестнице. Он замер около двери кузена, уже поднеся руку к ручке, но не решаясь нажать на нее. Что там? Не превратил же он кузена в кого-нибудь? К любопытству примешалась доля страха, но первое все же было сильнее, поэтому Дадли тихо открыл дверь.       В комнате было по-прежнему темно. Букля уже вернулась с охоты и лениво расправляла изящные перышки. Удивленно, посмотрев на Дадли, она продолжила свое занятие.       Дурсль внимательно осмотрел комнату, не найдя в ней изменений, он медленно подошел к Гарри, который мирно спал на кровати. Дадли осмотрел кузена, не найдя никаких признаков волшебства, он даже расстроился. Гарри что-то пробормотал во сне, перевернувшись на другой бок.       На руке у него уже появился тонкий золотой браслет, который был невидим для мира маглов «для спокойствия мирных граждан», как говорил Дамблдор. Поэтому Дадли его и не увидел, не найдя ничего интересного и волшебного в комнате, Дадли поспешил выйти.       Он быстро направился в свою комнату, забрался под одеяло, желая скорее заснуть. Завтра в доме будет многолюдно и шумно, а значит, солнечные каникулы наконец-то начнутся.

***

02:47. Дом Грейнджер.       Минерва трансгрессировала и оказалась на тихой и мирно спящей улице. Тишина и спокойствие, приглушенно горящие фонари расслабили женщину, но она быстро взяла себя в руки. Уже постепенно стало светать, поэтому нужно поторопиться. Хотелось еще поспать, хотя бы пару часов.       Профессор надеялась, что Гермиона, как прилежная девочка уже давно спит и не возникнет проблем пробраться в ее дом. После она намеревалась посетить дом Астории Гринграсс, который, судя по адресу, находился на соседней улице.       МакГонаглл подошла к небольшому двухэтажному домику. Он резко контрастировал с шикарным особняком Паркинсон, но был не менее красивым и уютным. К своему удивлению, женщина заметила, что в угловом окне на первом этаже горит свет.       «Может быть, родители Гермионы еще не уехали?» — предположила Минерва.       Волшебница уже хотела вернуть с дорожки и подойти к окну, чтобы понять, что происходит в доме, как ее остановил чей-то шепот. — Вы от мистера Дамблдора, верно?       Декан Гриффиндора замерла на месте, внутри все перевернулось от неожиданности и слова застряли в горле. Кажется, сегодня она уже слышала эту фразу и в прошлый раз она напугала ее не меньше. Если, она за сегодняшнюю ночь вновь ее услышит, произнесенную шопотом, то начнется заикаться. Минерва постаралась взять себя в руки, выпрямилась и, предав своему лицу безмятежное выражение, медленно повернулась.       Перед ней оказалась миловидная седовласая старушка, которая куталась в вязаную шаль, не смотря на теплый летний вечер, точнее ночь. — Верно, — ответила она. — Я не хотела Вас напугать, — старушка широко улыбнулась.       «Но это прекрасно получилось» — подметила про себя профессор. — Меня зовут Сьюзен Боунли, — шепотом продолжила женщина. — Я живу по соседству с домом Гринграсс, а сейчас присматриваю за девочками, пока их родители уехали. Обе девочки росли на моих глазах, — с улыбкой договорила старушка. — Что ж, — растерялась волшебница. — Меня зовут Минерва МакГонагалл и, как Вы уже верно подметили, я от мистера Дамблдора. — Я сразу это поняла, — кивнула старушка, — как только увидела Вас.       «Было бы странно не понять, с учетом того, что больше на тихой улице никого не было» — подумала Минерва, но сразу же отругала себя за такие грубые мысли в стиле Северуса. Похоже, что усталость и недосып играли на ее настроении. — Вы можете идти домой, — профессор покосилась на окно, где тускло горел свет, отмечая, что оно закрыто иначе их милую беседу прямо пред домом уже давно обнаружили. — Нет-нет, — покачала головой Сьюзен. — Мистер Дамблдор попросил меня помочь Вам, только не сказал как. — Помочь, — задумчиво повторила Минерва. Из-за усталости мыслей, как попасть в дом совсем не было. — Сегодня Астория и Гермиона решили устроить девичник с ночевкой, — не замечая растерянности собеседницы, продолжила старушка. — Они сейчас в доме Грейнджер, поэтому я прихватила с собой запасные ключи. Думаю, что так Вам будет проще проникнуть в дом незамеченной. — Так обе девочки здесь?! — Минерва вернулась в разговор с куда больше энергией, чем прежде. — Да, — кивнула Сьюзен. — Они так дружны с детства, что… — Простите, миссис Боунли, — перебила ее МакГонагалл, — уже начинает светать, и я очень ограничена во времени, — женщина была полна энтузиазма скорее выполнить задание директора, и отправится на заслуженный отдых. Тем более что обе девочки находились в одном месте, что облегчало выполнение задания. — Ох, это Вы меня простите, — засуетилась старушка, вытаскивая из кармана ключи. — Я заболталась. — Я верну Вам ключи позже, — ответила Минерва, крепко сжимая в руке связку ключей с маленьким брелком в виде котенка. Заметив его, женщина вспомнила, что у Гермионы есть рыжий кот.       «С котами мне сегодня везет» — напомнил внутренний голос. — Может быть, мне тоже пойти? — неожиданно переходя на еще более тихий тон, спросила собеседница. — Я могу отвлечь их внимание. — Думаю, что это будет лишним, — деликатно отказала Минерва, представляя, как наоборот Сьюзен привлечет внимание тем, что в три утра явится в гости к девочкам. — Тогда я буду где-нибудь поблизости, — доверительно сообщила Сьюзен, еще больше кутаясь в шаль. — Вдруг моя помощь понадобится. — Хорошо, — решила не спорить МакГонагалл.       Подождав пока миссис Боунли скроется за углом близстоящего дома, Минерва приступила к выполнению задания. Первым делом она пробралась к окну, чтобы заглянуть в дом и так сказать оценить обстановку. К ее разочарованию ее взору препятствовали жалюзи.       Решив рискнуть, так как лезть в окно совершенно не хотелось, Минерва вернулась к входной двери и сразу же наложила на нее «Силенцио». Благодаря заклинанию замочная скважина не издала ни звука, когда в ней повернулся ключ. Дверь тоже открылась бесшумно. Профессор трансфигурации тихо ступила в дом. Она оказалась в маленькой прихожей, которая, к счастью, была отделена от гостиной закрытой дверью. Это играло на руку.       МакГонагалл решила осмотреться, чтобы в случае побега, ей было легче. Прихожая, к сожалению, была совершенно не богата на места для того чтобы спрятаться. На стене слева висело зеркало, под ним полочка, еще ниже тумбочка для обуви. С другой стороны шкаф для верхней одежды — на этом все.       Приглядевшись, Минерва обнаружила, что из прихожей ведут две двери: в гостиную, так как за дверью, очевидно, горел свет и еще одна, скорее всего, на кухню. Похоже, что планировка дома позволяла попасть туда и из прихожей и из гостиной. Это играло на руку. Риск быть замеченной был крайне велик, но декан Гриффиндора смело открыла дверь и ступила в темноту кухни.       Кухня была значительно просторнее, чем прихожая. Большое окно, кухонный гарнитур занимал много пространства, но посередине комнаты уместился достаточно просторный обеденный стол, накрытый скатертью, на котором женщина приметила бутылку газировки. Минерва не приветствовала этот вредный напиток, но выбора особо и не было. У девочек был девичник, значит, они едят вкусности и конечно запивают их газировкой. Подростки, что с них взять.       Открывать холодильник было рискованно, так как девочки сразу бы увидели свет. Помявшись с ноги на ногу, МакГонагалл постоянно озираясь на дверной проем, так как дверь из кухни в гостиную была приоткрыта, и свет попадал на кухню, как и тихий разговор подружек. Она медленно стала открывать бутылку с газировкой, боясь, что та громко пшикнет или еще чего хуже окатит ее газировкой с ног до головы. Вот Гермиона и Астория удивятся, когда в три часа утра увидят собственного декана факультета облитой газировкой на кухне.       Бутылка с ярко-оранжевой газировкой примирительно тихо прошипела, пока женщина быстро откручивала крышку.       «Полтора литра жидкости, значит, семь капель зелья должно хватить» — размышляла Минерва. Они понимала, что времени у нее мало, в гостиной работал телевизор, изредка раздавался смех девочек, от чего женщина боязливо озиралась на дверь.       Добавив зелье, преподаватель трансфигурации закрыла крышку и поставила газировку на прежнее место. Женщина уже собиралась искать место, чтобы спрятаться, но ее внимание вновь привлек разговор подруг. Понимая, что подслушивать неприлично, но любопытство взяло верх, и, подойдя к двери, она стала вслушиваться в каждое слово.       В это время в гостиной дома Грейнджер в самом разгаре был девичник Астории и Гермионы. Традиция собираться вместе и делиться секретами брала свое начало еще с первого курса Хогвартса. Гермиона и Астория были соседками по комнате, вместе с ними еще жили Лаванда Браун и сестры Патил. Именно им и принадлежала идея устраивать подобные посиделки и приглашать девчонок с других комнат. Они ели сладости, читали модные журналы, заплетали друг другу косички и, конечно, обсуждали мальчишек. Таким образом, эта традиция стала поддерживаться и летом, только без такого количества людей, без модных журналов, шума, косичек и, пожалуй, не такого рьяного обсуждения мальчиков.       Астория и Гермиона дружили с первого курса, да и полные событий годы учебы только сблизили девочек. Казалось, что они знают друг о друге все, так что даже порой не нужно было слов. Дома по соседству только благоволили совместному времяпрепровождению летом. Они гуляли в парке, ходили по магазинам, помогали соседке Сьюзен Боунли с ее внучками. И этот вечер в виду отъезда родителей на отдых, они решили провести вместе.       Магическая война лишила их нормального года учебы и как следствие девичников. Девочки скучали по такому спокойному времени, поэтому на каникулах решили не отказывать себе в радости. Площадкой для маленького праздника послужил дом Гермионы. Подружки обосновались в гостиной. Телевизор показывал любимую с детства комедию «Маска» с Джимом Керри в главной роли, на журнальном столике перед диваном стояла полупустая коробка от пиццы, на тарелке скучал недоеденный аппетитный сет роллов, рядом в тарелочках поменьше стоял соевый соус, имбирь и васаби, а также стаканы для газировки. Что может быть прекраснее такого вечера?       В отличие от девичников в Хогвартсе, где каждая старалась надеть самую «парадную» пижаму, делала макияж и прическу, подруги не придерживались этих правил. Гермиона выбрала повседневную пижаму, состоящую из хлопковых голубых штанов в частую белую полоску и хлопковую голубую широкую майку с карманом на груди. Майка была явно великовата, но девушка часто выбирала вещи на размер, а то и на два больше, предпочитая удобство и комфорт. Такой образ явно был бы забракован Лавандой Браун, что, казалось, знала абсолютно все модные тенденции. Вспомнив, как Лаванда морщила нос при виде совершенно не женственной пижамы, Гермиона завязала край широкой футболки в аккуратный узел, тем самым обозначив талию. На этом соответствовать последним модным веяниям она престала. По крайней мере, сегодня.       Живоглот потребовал внимания, положив на ладонь хозяйки свою пушистую рыжую лапу. Девушка сразу же стала гладить кота, стараясь перестать грузить себя мыслями о модных тенденциях и мнениях Браун. Тори, как и все друзья, не акцентировала внимание на стиле Гермионы. Подруга во всем поддерживала ее, хотя изредка, но ругала за то, что объемными вещами Гермиона скрывает свою красивую фигуру.       «У тебя потрясающая естественная красота, но даже ее можно чуть-чуть подчеркнуть», — говорила подруга.       Конечно, Тори тоже любила удобство и комфорт, но даже в футболке на размер больше или в потертых джинсах и обычных кедах, которые она носила, в то время как они были в бегах в лесу или жили в палатке, девушка выглядела так естественно и женственно, что вызывала восхищение.       Астория в отличие от Гермионы умела ходить на каблуках, наносить макияж и даже делать незатейливые прически. Причем если для Грейнджер это казалось сложным, от слова «невозможно», то подруга делала все легко. Всегда перед балами в школе к ней заранее выстраивалась очередь, чтобы Астория помогла с выбором платья и прической. Да что там, Гермиона и сама была первой в очереди к подруге. Миссис Грейнджер не стремилась научить дочку тонкостям выбора одежды, сочетания цветов и многому другом, что является само собой разумеющимся для многих девчонок. Джейн считала, что главное — это увлечения (книги и учеба в случае Гермионы), а одежда должна соответствовать случаю, не быть слишком вычурной, откровенной и главное удобной. Возможно, поэтому Гермиона и отдавала все больше предпочтения удобству, чем преступно, по мнению подруги, скрывала красивую фигуру и ноги.       Именно поэтому Астория во многом была примером стиля для Гермионы. Конечно Гермиона красивая девушка, это было глупо отрицать, и даже сама она не собиралась этого делать. Разумеется, у нее, как и у всех девушек были комплексы, но она относилась к своей внешности с куда меньше критичностью и предвзятостью, как скажем, некоторые модницы в школе. За год она совсем не обращала на себя внимание. Было не до того. Но за это время каштановые волосы стали длиннее и даже, казалось, от этого факта Гермиона стала увереннее в себе. Проблема всех девушек с непослушными кудрявыми волосами заключается в том, что они очень медленно растут. Эта проблема не обошла и шевелюру шатенки. Теперь же ее волосы стали гораздо длиннее, почти достигая талии. Благодаря маске, которую для нее раздобыла Астория, ее вечно непослушные волосы, которые часто величали «воронье гнездо» или «львиная грива» теперь представляли собой аккуратные, ухоженные локоны, что сейчас свободно спадали на плечи и спину девушки, контрастируя с голубой майкой.       Возможно этот факт подвиг шатенку на дальнейшие изменения. В этот дополнительный учебный год Гермиона решила кардинально сменить гардероб и значительно потеснить вещи оверсайз. Она тоже хотела быть чуточку женственнее. Хотя, кого она обманывает? Возможно… Абсолютно точно, во многом виновным в желании выглядеть лучше был один сероглазый блондин.       Гермиона была уверена, что на ее пути к женственности Астория станет ей верным проводником. Подруга уж точно не оставит ее на этом пути и станет отличным примером. Если в учебе именно Гермиона Грейнджер была для многих проводником и наставником, то в мире стиля они была, кажется, безнадежным учеником.       Эти мысли навеяли воспоминание о том, как на каникулах после третьего курса Астория учила Гермиону ходить в туфлях на каблуках. Пятисантиметровый каблук с трудом поддавался тринадцатилетней Гермионе и только поддержка Тори помогла ей избежать падения и разбитого носа. Целый месяц мучений не прошел зря, ведь на четвертом курсе на бал ее пригласил сам Виктор Крам!       Гермионе было очень приятно получить от него внимание и приглашение, но, кажется, еще больше радовалась Астория. Вообще ее умению искренне радоваться чужим успехам поражало. Тори взяла на себя все заботы с платьем и прической. Руководствуясь наставлением подруги, Грейнджер весь вечер держала осанку и уверенно шагала и даже танцевала в туфлях на небольшом каблучке. Крам был в восторге от образа Гермионы и весь вечер осыпал ее комплиментами.       Тогда Гермиона изменилась на один вечер, но теперь нужно будет потрудиться, чтобы всегда выглядеть хорошо.       Перемены — это к лучшему.       Подумав об этом, шатенка перевела взгляд на подругу, что удобно утроилась в целом рое подушек на другом конце дивана. Девушка вытянула свои длинные стройные ноги, почти не тронутые загаром и, скрестив руки на груди, внимательно следила за фильмом. Как Тори не старалась загорать каждое лето, ее кожа лишь слегка краснела, а затем обратно становилась молочного цвета. Такая аристократическая бледность во многом и стимулировала обидные высказывания однокурсников в том, что Астория — «Снежная королева», «Ледышка» и «Фарфоровая кукла». С возрастом подруга все меньше обращала на это внимания, тем более, что Гарри и Рон всегда заступались за нее и помогали шутникам забывать эти высказывания, но было очевидно, что подругу все еще задевают подобные слова.       Образ подруги вновь вызвал у Грейнджер восхищение и еще больше подстегнул желание сменить гардероб. Астория была одета в короткие хлопковые светло-розовые шорты, которые на талии фиксировались белым шнурком, белая футболка с коротким рукавом и аккуратным круглым вырезом подчеркивала фигуру. Длинные волнистые локоны были убраны в высокий пучок, который девушка собирала, не глядя в зеркало, и все равно он казался идеальным как вечерняя прическа, несколько прядей выбились из прически и красиво обрамляли лицо, с большими фиалковыми глазами.       В отличие от подруги мысли Гринграсс были заняты не сменой стиля и обновление гардероба, а совершенно другим. Хоть она и с особым вниманием смотрела в телевизор, сцен любимой комедии она не замечала. Ее мысли тоже были далеко от гостиной дома Грейнджер. Девушка переживала о том, как родители добрались до Парижа. Время перелета из Лондона в Париж было не большим. Они уже давно должны были заселить в отель, но звонка так и не было, что очень настораживало Асторию. Гермиона успокаивала ее тем, что они устали после перелета и решили сразу прилечь отдохнуть. Зная, Джейн Грейнджер они уже могли, не разбирая чемоданов, штурмовали улицы Парижа с экскурсией или, зная, гурмана Николаса распивать бутылочку французского вина в изысканном ресторане с живой музыкой и авторской кухней.       Не смотря на убедительные аргументы подруги, Астория просто не верила, что Хелена не нашла минутки позвонить ей. Это очень расстраивало и заставляло еще больше переживать. Тори и без того была довольно мнительной и недоверчивой, а после событий в магической Британии, казалось, что ее мнительность и недоверчивость только усилились.       Почувствовав на себе взгляд подруги, Астория отвлеклась от созерцания телевизора и повернулась к ней. — Который раз мы уже пересматриваем эту комедию? — Я уже сбилась со счету, — задумавшись на пару секунд, ответила Гермиона, — но каждый раз она отлично поднимает настроение. — Кажется, что только не в этот раз, — тихо произнесла блондинка. — Тори, ты все еще переживаешь? — Гермиона была обеспокоена за подругу. Смотреть любимую с детства комедию она настояла из-за скверного настроения Астории. — Да, я все еще переживаю, — нахмурилась девушка. — Она не позвонила! — Но мой папа прислал сообщение, — вступилась Гермиона.       Джон всегда вел отчет из поездок. Звонил, присылал открытки, покупал сувениры для родственников и друзей, а также делала кучу фотографий и иногда видеозаписей. В то время как остальные члены поездки зачастую забывали даже звонить, полностью погружаясь в атмосферу отдыха. — Передать мне привет от мамы и Ника было, конечно, очень любезно со стороны мистера Грейнджера, — все еще хмурилась Тори. — Он в отличие от остальных ответственный человек. — Заметь, что я тоже не разговаривала с родителями по телефону, а получила только смс, — Грейнджер не отступала. — Я не понимаю, — неожиданно взвинтилась Тори, — неужели это так трудно взять телефон и позвонить? Это занимает не так много времени. Мне важно услышать, что все в порядке! — Твое беспокойство можно понять, — спокойно ответила Гермиона, пытаясь сгладить напряжение. — Но мой папа написал, что перелет прошел нормально, и они уже заселились в отель. Просто дай им время адаптироваться после перелета, придти в себя. Ты же видела, как они радовались этой спонтанной поездке? — Видела, — кивнула подруга, — но это еще больше заставляет меня переживать, — за весь вечер Астория была немногословна, но сейчас решила рассказать, что было на душе. — Они никуда не собирались, а тут за пару дней разыскали путевки в Париж, разве это не подозрительно? Не находят времени даже на минутный звонок. — Да, раньше наши родители редко так спонтанно собирались на отдых, — согласилась Гермиона. — С другой стороны, вспомни, сколько раз они обсуждали и даже планировали поездку именно в Париж? Получить путевки в разгар отпусков — везение! — Хорошо, — Астория поджала губы, соглашаясь с очевидным фактом. — Только не взять нас с собой — вот это действительно странно. — Путевка не могла ждать, — пожала плечами шатенка. — Была конкретная дата и всего четыре путевки. — Мы могли выкупить еще две путевки в другом агентстве, — не унималась блондинка. — Могли, — вновь кивнула Грейнджер. — Мы уже обсуждали это с тобой. На поиски дополнительных путевок не было времени. И поездка предполагалась романтическая, было очевидно, что родители хотят провести время вместе. — Хочешь сказать, что мы были бы лишними? — опешила Астория. Само понятие «лишняя» неприятно кольнуло. — Не лишними, — Гермиона поняла, что это слово задело подругу. — Не лишними, — повторила она для пущей убедительности, — а просто нам было бы скучно. Париж — город любви и, как правило, туда едут отдыхать парами. Думаю, мы с тобой не вписались бы в романтику этого города. — Две сильные и независимые девушки, — чуть помедлив, произнесла Астория, найдя в себе силы улыбнуться, вот только глаза ее совсем не выражали радости. — Тори, я понимаю, что ты переживаешь, — понимающе произнесла подруга. — Попробуй отпустить ситуацию… — Это так легко сказать, но совершенно нелегко сделать, — вдохнула Астория, отводя взгляд. — Понимаешь, мы с мамой очень близки, и мне трудно воспринять тот факт, что сейчас она во мне не нуждается. — Почему не нуждается? — возникла шатенка. — Она твоя мама, которая будет любить тебя, и нуждаться в тебе всегда! Просто дай ей возможность отдохнуть и хорошо провести время в Париже. Разве ты не рада за нее? — Рада, конечно, — сразу ответила блондинка. — Только это не отменяет моего беспокойства. Она знает, как я волнуюсь за нее и жду звонка. — Может быть, у нее была причина не позвонить? — настаивала Гермиона, но по взгляду Астории было понятно, что этот аргумент для нее не убедителен. — Хелена ведь там не одна, — успокаивала она, — и ты тут со мной. — Да, там есть Ник, — вновь нахмурилась девушка. — Значит твое беспокойство связано с ним? — догадалась Гермиона. — Я знаю, что ты сейчас скажешь, — на одном дыхании произнесла блондинка, посмотрев в глаза подруге. — Что мои подозрения беспочвенны, нужно научиться доверять людям и так далее. Уже столько лет прошло, но… — Тише-тише, — шатенка взяла на руки рыжего кота, который до этого момента разделял подруг, развалившись на диване, и уложила к себе на колени, тем самым освободив пространство на диване и подсев ближе к подруге. — Я все прекрасно понимаю. В твоей жизни были причины, чтобы потерять доверие к людям. — Я должна принять выбор мамы, но мне тяжело, — она запнулась, — правда тяжело. Я вижу, что Хелена счастлива и я очень рада, — девушка позволила подруге обнять себя. — Просто я чувствую себя ненужной…лишней. — Ты ведь понимаешь, что это не так? — осторожно спросила Гермиона, успокаивающим тоном. — Умом понимаю, — кивнула Астория, — а вот сердцем чувствую себя преданной и одинокой. — Тори, — Грейнджер крепче обняла подругу, — ты нужна и Хелене и мне, всем нам!       Блондинка лишь кивнула в ответ. — Знаешь, ты имеешь полное право переживать за своих близких, — шатенка успокаивала подругу, все еще не выпуская из объятий. — Это нормально. Чувствовать и проявлять свои эмоции — это нормально, — договорила девушка, боясь, что Астория вновь замкнется в себе и не скажет, что занимает ее мысли весь вечер. — Мне кажется, что из-за моих бесконечных переживаний я сойду с ума, — усмехнулась Астория. — Я этого не допущу, — усмехнулась в ответ Грейнджер. — Конечно, я слишком мнительная и недоверчива, но, как говорит Гарри, нужно быть всегда на чеку, — процитировала Героя Астория. — Да, но сейчас мирные времена, — уточнила Гермиона. — Мы можем вздохнуть свободно. Наши близкие не могут все время сидеть рядом с нами, как на привязи. — Порой мне кажется, что я вечно обиженный ребенок, бесконечно требующий к себе внимания, — сравнила Астория. — Конечно, вы с Ником конкурируете за внимание Хелены, — успокаивала Гермиона. — Вам нужно придти к компромиссу. Не конкурировать, а действовать сообща. Тогда Хелена не будет разрываться между вами, и никто не будет ссориться. Твое беспокойство больше не из-за недоверия, а из-за ревности…. — Это было бы вполне реально, но Ника порой просто невозможно переносить, — парировала Астория, когда подруга выпустила ее из объятий. — Если мы с мамой собрались по магазинам, он замучает звонками. Собрались на ужин в наш любимый ресторан и без него, чтобы посекретничать — он и вовсе обидится. Меня это так бесит, — девушка недовольно сморщила носик. — Ты ревнуешь, — констатировала факт Грейнджер. — Ему нужно знать границы, — настаивала Астория. — А мама этого будто не замечает… — Тори, они влюблены, — улыбнулась Гермиона. — Вот увидишь, когда ты влюбишься, то и тебе захочется все время проводить со своей второй половиной. — Обещай мне, что если я буду себя так отвратительно вести, ты направишь меня на путь истинный, — настоятельно попросила подруга. — Почему сразу отвратительно? — усмехнулась шатенка. — Любовь это прекрасное чувство. — Нельзя же настолько терять голову и игнорировать окружающих людей! — Думаю, что тебе нужно поговорить об этом с Хеленой и Ником, — предложила Гермиона. — Не буду я с ним разговаривать! — решительно отказалась Гринграс, скрестив руки на груди, чем еще больше стала похожа на недовольного ребенка. — Действительно, — фыркнула Гермиона, — лучше продолжать молчаливую войну. — Ты же знаешь, что я не хочу расстраивать маму, — замялась Тори. — Она выглядит такой счастливой, что я просто смирюсь и спрячу свое недовольство подальше. — Перешагивая через свои чувства и эмоции, ты не сделаешь лучше, — Гермиона чувствовала напряжение, которое волнами расходилось от подруги. — Прежде всего, ты не сделаешь лучше самой себе! — Со мной все будет в порядке, — четко произнесла каждое слово блондинка. — Так будет лучше. Скоро начнется дополнительный учебный год. Я не буду им мешать. — На мой взгляд, всё-таки будет лучше поговорить с Хеленой, — продолжала настаивать подруга, заправив каштановый локон за ухо. — Может быть, — сухо ответила Астория. — Ну, вот опять, — расстроено проговорила Гермиона. — Снова прячешь свои эмоции, — стеклянный взгляд фиалковых глаз пугал ее. — Тори, так нельзя. Ты всегда опекаешь нас всех и не думаешь о себе! — Думаю, — тихо ответила блондинка. — Если окружающие меня люди будут счастливы, то и я тоже. — А ты не думаешь, что счастье других зависит и от твоего состояния тоже? — парировала Грейнджер. — Если тебе будет плохо, может ли быть твоим близким спокойно? — Это другое, — замялась Гринграсс. — Я не тот человек во всей этой ситуации на ком стоит акцентировать внимание… — Почему? — сдалась шатенка, понимания, что ответа от подруги она так и не получит.       Одной из ярких черт характера Астории была самопожертвование. И с этим ничего поделать нельзя. Магическая война только доказывала это, когда Астория в очередной раз спасала однокурсников, закрывала их собой и даже отпустила Хелену и Ника в Швейцарию ради их же безопасности, фактически оставшись один на один со всем ужасом, творившимся в Лондоне. — Ты чего-то недоговариваешь? — спустя пару минут молчания, нарушаемым только репликами из телевизора, спросила хозяйка дома, ее проницательности можно было позавидовать. Она оказалась права, подруга поделилась далеко не всем, что не давало ей покоя весь вечер. — От тебя ничего не утаишь, — собравшись с мыслями, кивнула Гринграсс в ответ. — Ты можешь мне не верить, но я считаю, что эта поездка в Париж вовсе не спонтанная. — Так-так, интересно, — шатенка обратилась в слух, удобнее устраиваясь на диване. — На прошлой неделе Николас несколько раз спрашивал меня, какое кольцо понравится Хелене, — девушка говорила медленно, размышляя. — Он совершенно не разбирается в ювелирных украшениях, но в этот раз тщательно расспрашивал во всех деталях, будто я консультант в магазине, — фыркнула блондинка. — Хелена носит украшения довольно редко, поэтому чаще всего он дарит ей что-нибудь другое, а тут именно кольцо, — Астория подводила свои размышления к выводу. — Спонтанная поездка в Париж — столицу романтики, все ведет только к одному. — Ты хочешь сказать, что… — опешила Гермиона, открыв от удивления рот. — Да, он сделает ей предложение. — Но… — Я просто сложила в единую картину очевидные факты, Гермиона, — перебила ее Астория, на удивление говоря совершенно спокойно. — Все к этому и шло. Поэтому и меня не взяли в поездку. Он все отлично спланировал, — лицо девушки не выражала ничего кроме равнодушия, но нервное напряжение показывало себя через тонкие пальцы, что крепко сжимали ручку дивана. — Что ты имеешь в виду? — не поняла шатенка. — Такой красивый момент лучше разделить с лучшими друзьями, а не со мной, — пожала плечами Тори. — Наверное, они считают, что я буду как капризный ребенок. Буду против их брака и устрою истерику с криками и битьем посуды. — Нет, конечно! — отмахнулась Грейнджер. — Я уверена, что никто так не считает! Ты бы точно не стала так делать. — Тогда почему они сбежали?! — парировала блондинка. — И тебя оставили со мной, чтобы отвести подозрения! — Тори, нельзя же во всем видеть подвох, — сдалась подруга. Ситуация действительно была странной и только сейчас Гермиона понимала почему. Если родители поехали вместе с друзьями и Ник выбирал кольцо, конечно, было вполне логично, что предположения Тори верны, но признаться ей в этом сейчас, было равносильно тому, чтобы она поняла, что вновь предана. Этого Гермионе вовсе не хотелось. — А подвох есть, — настаивала блондинка, выведя Грейнджер из размышлений, — вот увидишь, из поездки Хелена вернется с помолвочным кольцом на пальце! — И что в этом плохого? — удивилась Гермиона, все еще отчаянно надеясь вывернуть ситуацию в мирное русло.       Астория имела обыкновение прятать свои переживания. Причем настолько, что благодаря аристократичной выдержке, никогда не поймешь, что творится в душе подруги. Магическая война и без того сказалась на ее эмоциональном состоянии, настолько, что Тори до сих пор спит с включенным ночником и боится оставаться одна в комнате, не говоря уже о том, что надолго отпускать своих близких людей куда-либо.       Невольно Гермиона вспомнила случай в библиотеке на прошлой неделе. Девушки часто посещали городскую библиотеку. Иногда они оставались в читальном зале на несколько часов, особенно после полудня, когда стены библиотеки спасали от июльской жары лучше любого кондиционера. Астория увлеклась книгой и дизайне интерьеров в стиле 60-десятых, а Гермиона отправилась за новой книгой из серии о целебных растениях, решив не отвлекать подругу от чтения. Ее не было около двадцати минут, и по возвращению Гермиона увидела только глаза, напуганные и полные слез глаза Астории. Блондинка мелко дрожала, книга выпала из ее рук и теперь лежала на кафельном полу.       Она была как маленький, потерявшийся ребенок в огромно супермаркете, который не знает куда бежать. Гермиона уже собиралась успокоить подругу и объяснить, куда она запропастилась, как вдруг, будто по щелчку состояние Гринграсс изменилось. Она перестала дрожать, сделала медленный вдох, а затем выдох, наклонилась за книгой. Через пару секунд, когда их глаза снова стретились, Гермиона будто увидела прежнюю Астрию – совершенно спокойную девушку.       Тогда Гермиона в очередной раз была свидетелем железной выдержке подруги. Её способности держать слабость под контролем, не желая никого пугать и расстраивать. После долгой словесной баталии в гостиной неожиданно повисла тишина.       Астория задумалась о своих взглядах на жизнь, о том, что она собственница и действительно ревнует маму к Нику. Он так внезапно и нагло ворвался в их жизнь, и считал, что так и должно быть, будто он всегда жил с ними, чем нарушил границы Астории, что так рьяно возводила их. Ей было нелегко ужиться с новым человеком в одном доме, было нелегко понять, что Хелена нуждается в ком-то еще, помимо нее. Было трудно делить внимание мамы с совершенно чужим человеком. В свою очередь миссис Гринграсс не видела, что Астория так тяжело воспринимает нового человека в их жизни.       А что теперь? Брак — это прямое свидетельство о том, что Ник больше никуда не денется из их жизни. Астория была абсолютно уверена, что поездка в Париж приурочена к обручению. Николас просто испугался, что она устроит истерику из-за своего отношения к нему и не даст Хелене сказать заветное «да».       Так глупо, она ведь не истеричка. Еще одно событие пройдет без нее. — Помнишь мой четырнадцатый день рождения? — также неожиданно нарушила тишину Астория, в то время как Гермиона сосредоточила свой взгляд на телевизоре, давая подруге возможность обдумать сказанное. — Тогда собралось много гостей, был жаркий день и мы решили накрыть стол на заднем дворе. — Помню, — кивнула хозяйка дома. — Тогда еще твоя кузина Сара сделала короткую стрижку, — улыбнулась девушка, вспоминая, как короткие карамельные волосы торчали в разные стороны. — В тот день, — замялась Астория, — когда я готовилась задувать свечи на праздничном торте, Хелена за руку привела на задний двор Ника и представила всем в качестве своей второй половины. — Так ты ничего не знала до этого момента? — ахнула Гермиона. — Все лето мы проводили с мамой, но я никогда не видела Ника и ничего о нем не знала, — ответила девушка, пожав плечами. — Мы съездили к морю, гостили у Флемингов, затеяли ремонт в моей комнате, и не было ни слова о Нике. — Я даже не знала, — покачала головой Гермиона. — И все за столом уже знали Ника, были лично знакомы, кроме меня, — голос Тори дрогнул. — Они намеренно все скрывали от меня. Теперь понимаешь, почему я так переживаю из-за этой поездки? — Ох, Тори, — слова застряли в горле, — мне так жаль, — Гермиона понимала, что в душе у подруги сейчас творится настоящая буря. Она чувствует себя преданной. — Давай без жалости, хорошо? — остановила ее блондинка. Она ненавидела, когда ей так открыто сочувствовали. — Хорошо, — согласилась Гермиона, хотя хотела еще многое сказать, чтобы успокоить подругу. —Получается, что ты никогда мне не рассказывала до конца, что переживаешь в душе? — Я и без того часто гружу тебя своими переживаниями, — Гринграсс нашла в себе силы улыбнуться. — Просто сегодня мне было необходимо выговориться. — Не чувствуй себя преданной, — все же решилась высказаться шатенка. — Хелена очень любит тебя и Ник не желает тебе ничего плохого. Да они оба были не правы, что никак не подготовили почву для знакомства, но кто из нас застрахован от ошибок? — Они сбежали на помолвку, — усмехнулась Астория. — Снова оставили и не побеспокоились о том, что я чувствую… — Мы все еще не можем быть уверены, что это действительно помолвка, — Грейнджер размышляла рационально. — И даже, если все действительно так, то, скорее всего, Ник хотел сделать романтичный момент, а Хелена и вовсе ничего не знает! Никакого плохого умысла не было! — Эй, ты, на чьей стороне? — возмутилась подруга, сощурив фиалковые глаза, выражая свое подозрение. — На твоей конечно! — фыркнула девушка. — И на стороне здравого смысла! — Знаешь, Гермиона, я всегда удивлялась, —почему я всегда боюсь ранить чувства других людей, а обо мне никто не думает? — задала риторический вопрос Тори.       Гермиона не нашла, что ответить. — Давай не будет видеть все только в плохом свете? — через несколько минут, продолжила разговор шатенка, хорошо обдумав, что сказать. — Ник и Хелена давно вместе, они красивая и гармоничная пара, так почему бы им не пожениться? Да, ты пропустишь их помолвку, но свадьбу ты не пропустишь! — Не стоит пока что заглядываться так далеко! — усмехнулась Гринграсс. — Мне нужно время, чтобы устаканить в своей голове хотя бы помолвку. — Если отбросить все твои переживания, то брак это прекрасно, — продолжала атаковать аргументами собеседница. — По статистике очень мало людей после развода вновь вступают в брак, а они решились! Разве плохо, что о Хелене будет заботиться еще кто-то кроме тебя? — Не понимаю, что она нашла в Нике? — нахмурилась девушка. — И никогда не поймешь, — понимающе улыбнулась Гермиона. — Пока что мне трудно воспринять тот факт, что она станет миссис Майклсон, — блондинка поджала губы. — Звучит дико! — Такое впечатление, что вы поменялись местами, — сравнила Грейнджер. — Ты строгая мать, что не хочет отдавать дочку замуж, а Хелена — молодая влюбленная девушка. — Это было бы смешно, если бы не было так правдиво, — все же улыбнулась Астория. Скорее всего, это я виновата, что от меня решили скрыть помолвку. — Почему? — Когда начались нападения на мирных людей в магловском Лондоне, мы решили, что нужно спрятать родителей, — вспоминала девушка, постукивая тонкими пальцами по ручке дивана. — Именно тогда Нику и предложили работу в Швейцарии, — девушка перевела взгляд куда-то вдаль, — я так рьяно поддерживала их отъезд, что они могли воспринять это как то, что я даю зеленый свет для их отношений. Но тогда у меня не было выхода, а теперь, я была против их поездки, что очень их удивило, вот поэтому новость о помолвке и обошла меня стороной. — Брось, Тори, отпусти ситуацию, — обратилась к ней подруга. — Ты слишком серьезно все воспринимаешь! Я уверена, что если Ник и сделает предложения, то Хелена тут же позвонит тебе, чтобы сообщить. Никто ничего не будет скрывать. Все останется, так как и было, просто их отношения приобретут официальный статус. — Пожалуй, меня уже давно пугало стремление Ника к статусу семьи с нами, — нахмурилась девушка. — Постарайся смотреть на вещи позитивно, — настаивала Гермиона. — Попробуй открыться миру и вот увидишь, ты подучишь отдачу. Не все люди вокруг злые, многим ты можешь доверять. И Ник не исключение, — выпалила Грейнджер на одном дыхании. — К примеру, Гарри после стольких лет ненависти и боли смог поверить Дурслям и теперь счастлив!       В гостиной ненадолго стало тихо, было слышно лишь диалоги из комедии.       Все это время, что Астория делилась переживаниями, Минерва стояла, прильнув к двери кухни, и слушала каждое слово. От переживаний ученицы сердце преподавателя невольно сжималось. Хотелось прижать к себе хрупкую девочку с фиалковыми глазами и успокоить. Она так переживала, запирала эмоции внутри себя и даже не подавала виду. Чувствовались аристократические корни, девочка умела держать непроницаемую маску.       МакГонагалл и представить себе не могла, что творилось в жизни Астории Гринграсс, она всегда такая приветливая, улыбчивая и веселая, что никогда не подумаешь, сколько боли скрывают эти фиалковые глаза.       Понимая, что все еще стоит и нагло подслушивает чужой разговор, Минерва мысленно ругала себя, но что-то подсказывало ей, что она услышала еще не все, поэтому она осталась стоять на месте, игнорируя внутренний голос, что настойчиво просил уйти. — Ник ведь хороший человек, да? — блондинка глубоко вздохнула и решилась задать вопрос, посмотрев на подругу, будто только ее словам могла верить. — Очень, — кивнула шатенка, — хороший, талантливый и немного забывчивый, как и все творческие личности человек, — с улыбкой договорила она. — Да, — рассеянно кивнула Астория, задумавшись, но через пару секунд она продолжила. — Может быть, и правда — пора поменять свои взгляды? Пора рискнуть? — Почему нет? — улыбнулась Гермиона, радуясь, что смогла хоть в чем-то убедить подругу. — Тогда я посвящу этому дополнительный учебный год, — решительно заявила Гринграсс. — Мне нужна полная перезагрузка. — Знай, что я всегда буду рядом и смогу тебя выслушать и поддержать, — напомнила Грейнджер. — Мы же подруги, — шатенка ободряюще улыбнулась, — мы должны помогать друг другу. — Но слушать мое бесконечное нытье не каждый сможет, — Тори вновь усмехнулась. — Я пока что держусь, — улыбнулась Гермиона. — Эй, — Тори бросила в нее маленькую подушку из своего арсенала, — я вообще-то тут страдаю! — Твои страдания беспочвенны! — капитулировала Гермиона, отодвигаясь на другой край дивана, дабы не быть обстрелянной подушками вновь. Живоглот, который мирно спал на коленях, разбуженный передвижениями хозяйки поспешил улизнуть с ее коленей и перелечь на колени к Астории. — Рыжий предатель! — возмутилась Гермиона, заметив как пушистик, потянувшись и зевнув, разлегся на коленях подруги и начал мурлыкать. — Один Живоглот готов бесконечно меня выслушивать, — наверное, впервые за вечер засмеялась Астория, погладив рыжего за ушком. — Он только делает вид, что слушает, — засмеялась в ответ Гермиона, радуясь, что настроение подруги постепенно улучшается. — Думаешь, что я зря переживаю? — продолжила разговор блондинка, продолжая гладить мурчащего кота. — Да, — кивнула Гермиона. — Не стоит лезть со своими звонками? — уточнила девушка. — Можем позвонить им завтра утром, — предложила шатенка, — разница во времени с Парижем — один час. — Хорошо, — кивнула Астория. — Спасибо за поддержку, не знаю, чтобы я без тебя делала. — Перестань, — отмахнулась шатенка. — Можно, задать тебе вопрос? — поинтересовалась блондинка, пытаясь устроиться удобнее, но этому препятствовал Живоглот. — Конечно, — кивнула Грейнджер, взяв с журнального столика стакан с газировкой. — Как ты так легко отпустила родителей в Париж? — Не буду врать, что мне тоже показалась странной эта спонтанная поездка, — сделав несколько глотков, ответила шатенка. — Но ситуация с поездкой в Австралию меня многому научила. Тогда у меня не было выбора. Я очень рисковала, знала, что буду волноваться и скучать, но я поняла одно, — девушка вновь сделала несколько глотков, окончательно осушив стакан, — родителям будет опасно рядом со мной, как с одной из виновниц всего того, что происходило в Лондоне. Поэтому сейчас я стараюсь проще относиться к их поездкам и планам, ведь самой большой опасностью для них была и есть я рядом… — Отпустив их, ты спасала их, — задумчиво произнесла Гринграсс. — Это очень мудро. — Но трудно, — возразила Гермиона, — и нечестно по отношению к ним. — Такие были времена, — теперь пришла очередь Тори успокоить подругу. — Давай на сегодня закончим разговоры о грустном? — — С удовольствием, — охотно согласилась Грейнджер. — Лучше скажи мне, с каких пор ты стала интересоваться модой? — спустя паузу, перевела тему Астория, удобнее устраиваясь на диване, чтобы лучше видеть подругу . — Я заметила у тебя в комнате стопку журналов, — пояснила она. — Эм… я, — Гермиона замялась. — Неужели ты решила наконец-то послушать меня и прикупить пару новых вещей? — пришла на помощь блондинка. — Да, — кивнула Грейнджер, — то есть, нет. То есть, я хотела сказать не пару вещей, а куда больше, — она и сама не знала почему «признание» дается ей так тяжело. — Что? — удивилась блондинка. — Ты, правда, хочешь утроить шопинг?! — Хочу, — кивнула шатенка. — Думаю, что он мне просто необходим. — Сегодня первое апреля?! — через несколько секунд воскликнула Тори, от чего Живоглот решил поскорее улизнуть на спинку дивана. — Понимаешь, просто… — девушка вновь замялась. — Я просто наконец-то осознала, что хочу выглядеть женственнее. — Подожди-подожди, — перебила её Гринграсс, замахав руками. — Мне нужно понять насколько глобальные будут перемены, — тоном профессора размышляла блондинка. — Ты хочешь купить одно платье? — Нет, много. — И юбку, и туфли, — перечисляла подруга. Было видно, как у нее заблестели глаза. Поход по магазинам был самым любимым занятием Астории. — Да. — И мы могли бы зайти, например, в салон красоты? — Тори стала похожа на маленькую девочку, которой обещали купить новую куклу и отвести в парк развлечений. — Почему нет? — Кто ты и что сделала с Гермионой Грейнджер?! — подруга ошарашено смотрела на шатенку, которая уже в голос смеялась. — Это все ещё я, — сквозь смех выдавила Грейнджер. — Ушам своим не верю. — Тори, спокойнее. — Как я могу быть спокойнее? — возмутилась блондинка. — Ошарашила меня, на ночь глядя! Я даже спать перехотела! — А вот это зря, — ответила шатенка, протягивая ей стакан с газировкой. — Нужно хорошо выспаться перед походом по магазинам! — Фух, — перевела дух девушка, сделав несколько глотков. — Ты ведь хочешь успеть до начала учебного года? — Да. — Значит у нас еще столько работы, — потерев лоб рукой, задумчиво пробубнила девушка. — Ты о чем? — не поняла Гермиона. — Все только на первый взгляд выглядит просто, — ответила знаток моды. — Нужно составить список вещей, которые мы приобретем, а для этого нам нужно перебрать твой гардероб. А еще нуно проштудировать журналы, интернет магазины и проверить не разучилась ли ты ходить на каблуках… — Тори, подожди, — перебила ее подруга. — Все не настолько глобально, мне просто… — Нет! — раз ты решилась на перемены, то я оторвусь по максимуму. — Ох, на что я подписалась! — засмеялась Грейнджер. — Кстати, мне же понадобиться помощь! — Я даже боюсь спросить зачем. — А что если ты будешь сопротивляться? — невозмутимо продолжила блондинка. — Мне нужна Джинни, она точно сможет тебя убедить.       «Или силой затолкать в магазин» — про себя подумала Гермиона. — Напишем ей письмо, — предложила Тори. — Хорошо, но только завтра, — согласилась подруга, — уже поздно. — Умеешь ты поднять настроение, — Астория сияла улыбкой, предвкушая шопинг. — У нас еще осталась газировка, даже в горле пересохло? — спросила девушка, покосившись на журнальный столик, где стояла уже пустая бутылка из под газировки. — Ой, — засуетилась хозяйка дома, — кажется, была. Я посмотрю на кухне, — шатенка быстро встала с дивана и направилась к полуоткрытой двери, ведущей в кухню.       В самый последний момент Минерва успела нырнуть во вторую дверь, ведущую из кухни в прихожую и едва затаив дыхание, вжалась в боковую снетку шифоньера. Гермиона, ничего не подозревая, забрала газировку и поспешила вернуться обратно к подруге. — Запасы мельчают, — Гермиона отсалютовала последней бутылкой с газировкой. — Ничего страшного, — заверила ее Гринграсс. — Много газировки – это вредно. — Говоришь также как мои родители, — сощурилась шатенка. — Даже с той же интонацией! — Нам стоит к ним прислушаться, ведь они стоматологи. — Ох, Тори.. . — перебила ее подруга. — Прошу, не надо!       Блондинка лишь засмеялась в ответ. Она вспомнила, как еще в детстве тайком угощала Гермиону сладостями, так как ее родители очень тщательно следили за рационом дочери и запрещали ей сладкое. Однажды у Гермионы даже разболелся зуб, тогда испугавшись, девочки признались, что ели сладкое тайком. Тогда им знатно попало от родителей. — Тем более, что мы не так и часто устраиваем подобные посиделки, — хозяйка дома разлила оранжевую жидкость по стаканам, продолжая оправдываться. — Я уже и не помню, когда последний раз! — Хорошо, — кивнула Тори. — Тем более, сейчас повод. За будущий удачный шопинг! — она подняла стакан повыше. — И на что же я согласилась? — закатила глаза Грейнджер, после того как стаканы звякнули соприкоснувшись. — Я уже представляю, какая реакция будет у Джинни! — Такая же бурная как твоя, — улыбнулась Гермиона. — Я так рада, — Астория обратилась к подруге, — так здорово, что решилась изменить стиль. В школе все будут в шоке! — Не сомневаюсь, — шатенка прикрыла рот ладонью, на нее навалилась внезапная сонливость. — Но я бы все же не хотела бы всех настолько сильно шокировать. — Да, нам будет достаточно одного шокированного слизеринца, — как бы между делом прокомментировала Тори, поставив стакан на столик. — Что?! — засмущалась Гермиона. — Нет, причем здесь Малфой? — А я разве что-то сказала про Малфоя? — эту улыбку нельзя было спутать, Астория просто решила в очередной раз подловить подругу. — Тори! — Я слишком давно тебя знаю, подруга, — засмеялась светловолосая. — Ясно, как день, что резкие перемены стиля связаны с ним! — Неужели это так очевидно, — фыркнула Грейнджер, разглядывая пузырьки жидкости в стакане. — Я думаю, что вы сблизились за то время, что провели в штабе Ордена, — ответила Гринграсс. — Да, — девушка кивнула, — только он попросил стереть ему воспоминания.       Астория была одной из немногих, которая знала, что произошло в ту ночь на Гриммо. Гермиона прекрасно понимала, что Драко был прав. Его мысли мог прочитать Тёмный Лорд, тем самым все были в опасности. Но кто бы мог знать, насколько трудно Гермионе дался Обливейт. Вместе с планами Ордена она стирала все их разговоры, все то, что между ними зарождалось. Если все это было правдой, конечно. А не фантазиями влюбленной девушки. — Если ты стерла воспоминания, это не значит, что стерла его хорошее отношение к тебе, — Гермиона слышала голос подруги, как сквозь воду. Воспоминания нахлынули с новой силой, отчего по коже пробежали мурашки. — Я уверена, что когда вы встретитесь и поговорите, то все встанет на свои места. — Проблема в том, Тори, — Грейнджер устало вздохнула, поставив стакан на столик с тихим стуком. — Проблем в том, — повторила она. — Что я помню все, а он ничего. — Ты боишься, что он не захочет поговорить с тобой? — и как у Астория умудрялась попасть ровно в точку? — Да. — Глупости, — мгновенно ответила блондинка. — Сейчас все круто поменялось и ты сама все это прекрасно понимаешь, Гермиона, — серьезно продолжила подруга. — Больше нет былых предрассудков, да и Малфой вырос, — на этих словах Гермиона улыбнулась. — Он сделал правильный выбор, когда перешагнул через навязанные с детства предрассудки. — Но тогда того требовали обстоятельства. — Ты думаешь, что он был не искренен? — удивилась Гринграсс, получив согласный кивок головы в ответ. — Это же Малфой, — возмутилась Астория. — Он бы не стал лицемерить. Он перешел на сторону Ордена, так как хотел спасти себя, свою семью и друзей, — перечислила девушка. — Но его никто не заставлял дежурить вместе с Гарри, составлять стратегию с тобой и заслонять нас в бою.Он делал это добровольно. А мог просто отсидеться в безопасности. Но он так не сделал, значит хотел быть полезным. — Он просто хотел мира, — грустно заметила Гермиона. — Малфой мог думать над стратегией самостоятельно или присоединиться к Люпину, но, — Астория вновь улыбнулась. — Он специально менялся дежурствами, чтобы быть рядом с тобой. — Прошу, прекрати меня смущать, — щеки Гермионы очевидно тронул румянец. — Вот увидишь, — продолжила Гринграсс. — Дополнительный учебный год только подтвердит мои слова. — Думаешь, что он тоже вернется в школу? — Очевидно, что да, — кивнула подруга. — На прошлой неделе вышло интервью Паркинсон в «Ведьмополитене». Она утверждала, что вернутся на учебу. Значит и Малфой и Забини вместе с ней. — Не знаю, — засомневалась шатенка, пожав плечами. — Они не так неразлучны, как скажем, мы. — Мне так не показалось, — возразила Тори, поднимаясь с дивана. — Пойдем спать, что-то у меня уже глаза закрываются. — Да, пойдем, — согласилась девушка. — А завтра устроим уборку.       Девушки засеменили к лестнице.       Выждав для верности пару минут, профессор трансфигурации на всех порах спешит по лестнице наверх, игнорируя недовольный взгляд Живоглота, который прямо и говорил: «Я знаю, что ты собираешься сделать». Что уже тут говорить, коты ее сегодня не очень жалуют.       Женщина зашла в первую дверь от лестницы и не прогадала. Это была комната Гермионы. В полумраке было трудно ориентироваться, поэтому Минерва подождала пару секунд, чтобы привыкнуть к темноте. Удачно миновав стул у письменного стола, она подошла к кровати, на которой спала хозяйка дома, а рядом на диване в рое подушек, похожем на гнездо спала Астория. Повторив уже знакомую процедуру с браслетами, МакГонаглл наконец-то спокойно выдохнула.       Неужели это задание она выполнила? А какое будет следующим? На что она подписала собственных учеников?       Гермиона зашевелилась во сне. — Тише-тише, — прошептала профессор, поправляя одеяло, лучше укрывая Гермиону. — Все будет в порядке, — успокаивая куда больше семя саму, Минерва подняла подушку, что упала из «гнезда» Астории. — Вы у меня умницы.       С этими словами, женщина поспешила выйти из комнаты, а затем и из дома. В своих муках совести, она и не заметила, как вновь из ниоткуда появилась уже знакомая старушка. — Как все прошло? — Миссис Боунли, почему вы здесь? — возмутилась Минерва. Ее уже второй раз так пугают, так и заикаться можно начать. — Я думала, что могу вам понадобиться, — вновь тот же заговорческий шепот. — Ох, — устало вздохнула декан Гриффиндора. — Это вы зря. Я справилась сама. Отправляйтесь спать. — И вы тоже, — участливо ответила старушка. — Здоровый сон – основа всего! — Обязательно, — смягчившись, ответила Минерва. — Могу я попросить вас присматривать за домом Гринграсс и Грейнджер, там кот… — Вы можете на меня положиться! — заверила Сьюзен. — Я не подведу, — бойко ответила старушка. — Я не сомневаюсь, — улыбнулась Минерва. — Спасибо!       Распрощавшись в «напарницей», МакГонагалл спешила в укромное местечко, чтобы наконец-то трансгрессировать в Хогвартс и оказаться в мягкой постели. Наверняка, Северус уже справился со своей частью задания и непременно завтра, точнее уже сегодня, будет над ней подтрунивать, что она медлительная. Неожиданно перед Минервой оказалась изящная лань — патронус Снейпа.       «Минерва, — голос Снейпа был напряженным и очень уставшим, — прошу тебя скорее трансгрессируй в Малфой-менор. Эти двое прид…, — мужчина повысил голос, имея в виду, судя по всему, Малфоя и Забини, но осекся, — эти двое испытывают мое терпение и ставят под угрозу всю миссию. Жду» — гласило послание.       У Северуса Снейпа что-то вышло из под контроля? Этот факт немного потешил самолюбие Минервы, но, тем не менее, она поспешила немедленно отправиться ему на помощь.

***

03:00. Косой переулок.       Если бы Северуса Снейпа можно было сравнить с Хогвартс-Экспрессом, то сейчас было самое подходящее для этого время. В предрассветных сумерках высокая фигура в черной мантии рассекала свежий воздух не хуже алого паровоза. Толька пара из ушей не хватало.       Сказать, что Снейп был рассержен — значило не сказать ничего. Мужчина уже валился с ног от усталости, когда прибыл в Малфой-менор в надежде (как оказалось глупой),что его драгоценный племянник и его друг, как примерные аристократы (о чем он думал?!) проводят вечер пятницы за светской беседой о погоде и чашкой чая в гостиной замка.       Ха-ха.       Это было бы крайне смешно, если бы это так не злило профессора зельеварения, который сыпал всевозможными ругательствами про себя, а может и вслух. Встретившись в пустой гостиной и не имеющим никакого понятия о местонахождении хозяина домовиком, пазлы в голове Снейпа сложились в единую картину. Не нужно быть Трелони, чтобы не знать, где эти двое засранцев коротают пятничный вечер. Клуб «Иллюминатор» в Косом переулке существовал уже три года и во многом благодаря баснословным суммам, которые в нем оставляли Малфой и Забини, и ещё с десяток таких же тусовщиков.       Пересекая быстрым шагом улицу, Северус тут же оказался прямо на пороге клуба, под ярко мигающей вывеской. Намереваясь войти, мужчина вовремя остановился, так как дверь распахнулась и два здоровяка-охранника любезно вынесли пухлого джентельмена в губной помаде. — Загружай порт-ключ, Чак, — скомандовал один из них, — ему уже хватит. — Но я хочу веселиться, — пьяно пробубнил «зрелый тусовщик», как мысленно его окрестил Снейп, пока они трансгресировали.       Зельевар уже намеревался пройти в клуб, как его остановило препятствие в виде охранника, который намеренно заграждал ему путь. — Здесь закрытая вечеринка, — «любезно» оповестил охранник, — вход только по приглашениям. — Я не нуждаюсь в приглашениях, — самоуверенно заявил Снейп. — Не положено, — упрямился громила.       Снейп был на грани. Очень хотелось превратить умника в бабуина. — Что ты тут возишься? — командный голос возник из темноты клуба, принося с собой волну сногсшибающего аромата алкоголя и громкой музыки. — Вот, лезет тут один без приглашения, — фыркнул громила, указав на Снейпа увесистой рукой. — Мэтт, — устало вздохнула не менее увесистая фигура, в которой в предрассветных сумерках, зельевар едва узнал начальника охраны клуба и своего давнего знакомого. — Сколько раз я тебе говорил выучить список постоянных гостей клуба?! — Ээээ, — протянул без пяти минут бабуин. — Вот именно, — отрезал начальник охраны. — Уйди с глаз моих долой! — Слушаюсь. — Северус, давно не виделись, — мужчина поприветствовал гостя, после того как подчиненный скрылся в клубе. — Давно, — кивнул в знак приветствия Снейп. — Настолько, что уже не узнают. — Новенький, — отмахнулся страж порядка, — ещё бестолковый. Ты за своими ребятами? — Да. — Тогда, ты знаешь, где их искать.       Северус знал. Абсолютно точно. В самой пучине вечеринки, где самая громкая музыка, ослепляющий свет мигающих ламп, рядом с барной стойкой и стайкой девиц. И в этот раз он не ошибся.       Музыка стучала в висках и отдавала гулом в лёгких. Казалось, что ушные перепонки сейчас просто соберут чемоданы и выпрыгнут из ушей, но публика была в восторге. Столько танцующих людей, что визжали и даже подпевали сомнительного содержания песне, Снейп не видел нигде. Пробираясь сквозь толпу «культурно отдыхающих», Снейп мечтал поскорее выйти обратно на свежий воздух. От такого количества алкоголя воздух в клубе стоял стеной. Казалось, что ее можно потрогать рукой.       Двое засранцев все еще не попадались на глаза, зато пару танцовщиц уже пару раз повисли на шее зельевра с предложением скоротать вечер вместе.       «Надеюсь, Минерва не узнает, где я пропадаю», — размышлял мужчина, пока его взгляд не упал на круглый столик прямо у сцены. Эту белобрысую макушку он совершенно точно узнал.       Драко Малфой собственной персоной вольготно устроившись на кожаном диване, сидел за столом, на котором буквально яблоку негде было упасть. На столе стояло обилие пустых стаканчиков из под всевозможных алкогольных коктейлей и напитков, а за столом сидели семь или восемь миловидных девиц, что вероятно мечтали уйти из клуба с Малфоем.       «Один найден, значит второй где-то поблизсти», — резюмировал Северус, пробираясь к столу.       Драко сидел к нему спиной и даже не подозревал о скорой встрече, да и девицы с него взгляд не спускали. Даже если бы Снейп прискакал верхом на пони, они бы не обратили на него и доли внимания. Это дало Снейпу фору, так как он незаметно подошел к крестику со спины и в мгновение ока выхватил у него из рук сигарету, которую изначально не заметил с дальнего расстояния.       Блондин лениво повернулся, на ходу начиная говорить претензию, но тут же удивленно уставился на мужчину. — Крёстный? — Угадал. — Ты что тут делаешь? — Это ты, что здесь забыл?! — не сдержался Северус, он подошел к столу и затушил сигарету в пепельнице. — Вау, — высокая брюнетка в коротком серебристом платье, поднялась со своего места, — Драко, это тот самый твой друг? Ну, где же ты ходил так долго? — протянула она, хлопая длинными ресницами. — Рейчел, не будь идиоткой, — осадила её девушка, которая поднялась со своего места вслед за ней. — Очевидно же, что он не Забини. — Нет? — рассеянно пролепетала брюнетка, намереваясь заключить зельевара в объятья. — Нет, дорогуша, — Снейп ловко увернулся от объятий пьяной девицы. — Будьте любезны, — он обратился к подружке любвеобильной особы, — найдите мне Забини.       Девушка сделала вид, что не услышала просьбы и поспешила удалиться, забирая с собой, упирающуюся подругу. — Присоединяйся к нам, дядя Снейп, — неожиданно предложил Драко. — Тут много девушек, на всех хватит. — Прекрати нести чепуху, — огрызнулся мужчина. — Быстро собирайся и прихвати с собой своего дружка. Я жду вас на улице. — Нет, — совершенно ровно ответил блондин. — Что это значит? — опешил Снейп. — Нет, значит, — Драко сосредоточенно рассматривал огневиски в своем стакане, — нет. — Мы можем поговорить без лишних ушей? — перекрикивая музыку, которая начала громыхать с новой силой, спросил Снейп.       Сопротивление Драко не входило в планы зельевара. Времени было катастрофически мало, а он еще не нашел Забини. — Дорогой мой дядя, — Драко тяжело поднялся на ноги, не то из-за алкоголя, не то из-за того, что его не пускали многочисленные объятия девушек, что пристроились на нем, как змеи на ветках дерева. — Не мешай нам праздновать приезд Забини, хорошо? — парень отсалютовал ему уже полупустым стаканом с огневиски, в котором заманивающее звякнули пару кусочков льда. — Что тут праздновать?! — взвинтился Снейп, когда они отошли подальше от столика. — Не английская королева приехала!       В ответ последовал лишь пьяный смех Драко и волна смешков юных дам, которые даже сквозь громкую музыку услышали его высказывание. — Лучше присоединись к нам и расслабься, — предложил племянник, похлопав мужчину по плечу. — Прекрати, — скривился зельевар, спихивая руку племянника с плеча. — Собирайся и пошли со мной. — Зачем я тебе сдался? — парень покачнулся, когда отшатнулся от крестного. — Ты вообще должен быть сейчас на пляже Таиланда… — Планы поменялись, — сухо ответил мужчина. — Поссорились? — предположил Малфой. На мгновенье даже показалось, что он был абсолютно трезв и с искренним переживанием задал вопрос. — Не твое дело! — отчеканил Снейп. — Вечер не задался, и ты решил подпортить его мне, — подытожил Драко. — Я уже не школьник, дядя. Мне есть восемнадцать. — Это не дает тебе права так напиваться, — тоном строгого родителя заявил Снейп. — Когда я говорил тебе, что нельзя вечно сидеть за бумажками в кабинете я не имел в виду подобные попойки! — Иногда можно расслабиться, — заявил Малфой. — Только не сегодня, — нервы профессора, очевидно, были на пределе. — Да, что происходит?! — не выдержал Драко. — Ты даже в школе не заявлялся на попойки в гостиной факультета! — Тогда ответственность за тебя несли твои родители и мне было наплевать, — мужчине понадобилось пару секунд, чтобы придумать правдоподобное оправдание своему поведению. Драко хоть и был изрядно пьян, но соображал вполне еще трезво. Оправдание получилось скверным. В здравом уме бы никто не поверил, но на руку играло алкогольное опьянение Малфоя. — А сейчас я сам несу за себя ответственность! — огрызнулся подросток. — Это я за тебя отвечаю, Драко, — одернул его за руку Снейп. — Нарцисса попросила мне присматривать за тобой, пока они в отъезде.       При упоминании родителей парень заметно поник и перестал упираться, это дало фору Снейпу, который схватив его за шкирку трикотажного пуловера, потащил в сторону барной стойки, где стоял шум и визг. Кто-то танцевал на барной стойке, и чутье подсказывало Северусу, что этим танцором был Забини. — Хватит меня тащить, — Драко ловко вывернулся из его хватки. — Я тебе не мальчишка! — Мальчишка! — фыркнул Северус. — Несносный! — Ты можешь нормально мне объяснить, что происходит? — не унимался блондин. — Я же сказал, что обещал Нарциссе. — В прошлом месяце мы с Блейзом тоже были здесь, — Малфой самодовольно улыбнулся. — И напились куда больше, чем сегодня. Тебя это, кажется, не волновало. — Значит, сейчас я накажу вас на два месяца вперед для профилактики, — возликовал Северус, что явно разочаровало пьяного парня. — Стой здесь и только попробуй сделать шаг в сторону, — строго пригрозил мужчина, начиная пробираться сквозь толпу к барной стойке.       Чутье вновь не подвело его.       Играла зажигательная музыка с латинскими мотивами. Бармен выдавал коктейль за коктейлем, ловко пританцовывая и подмигивая то одной, то другой посетительнице бара. Две девушки, судя по всему, танцовщицы ловко двигались на узкой столешнице барной стойки. Софиты то и дело светили на них, подчеркивая точеные фигуры и крайне короткие платья. Толпа, что собралась вокруг, одобрительно кричала и тоже двигалась в такт манящей мелодии. Бармен, пользуясь моментом, подливал им все новые порции алкоголя в едва пустеющие стаканы.       Протиснувшись ближе к импровизированной сцене, Снейп наконец-то смог рассмотреть давно искомую фигуру. Блейз Забини сиял в свете софитов, между танцовщицами. Он двигался с ними в такт, попутно расстегивая пуговицы белой рубашки. Дошел уже до середины, когда барышни, что стояли ближе всего к нему стали тянуть к нему руки, как какой-то рок-звезде. — Снимай скорее эту рубашку, — оглушила его девушка справа. — И брюки, — требовала девушка слева. — Терпение, красотки, — ответил им Забини.       Снейп очень пожалел, что в толпе, он оказался заблокированным и сразу не мог запустить каким-нибудь заклинанием в этого танцора диско, что выделывая одному ему известные «пьяные» па и пытался расстегнуть ремень. Стриптизер недоделанный.       Наконец-то достигнув первых рядов, Северус не церемонясь, с силой потянул подростка с его пьедестала прямо за ногу. — Осторожнее, крошка, — отреагировал Забини, продолжая танцевать, — так я могу упасть прямо в твои объятья. — Скорее ты поздороваешься с полом, — знакомый голос подействовал на Блейза куда лучше ведра ледяной воды. Парень мгновенно остановился и устремил свой взгляд в толпу у барной стойки и почти сразу нашел лицо преподавателя. — Профессор Снейп? — выдавил Блейз, запахивая рубашку. — Собирайся, мы уходим отсюда. — Эй, куда, — запротестовала пышногрудая блондинка рядом, — он проиграл нам стриптиз! — Мы его так просто не отпустим, — поддержал кто-то из толпы. — Простите, профессор, — Забини расплылся в широкой улыбке, — вынужден исполнить обещанное. — Я тебе сейчас такое устрою! — рассвирепел зельевар. — Утреннее похмелье тебе сказкой покажется! — Снейп не церемонясь, ухватил парня за руку и потянул с барной стойки.       Толпа мгновенно бросилась в стороны, отчего скорая встреча носа итальянца и танцпола бара была неизбежна в виду пьяного состояния первого и силы притяжения. Но миролюбивый Снейп вовремя использовал заклинание «Вингардиум левиоса» и парень был благополучно доставлен на пол. — Какого?! — казалось, что Забини даже протрезвел после такой встряски. — Быстро приведи себя в порядок, — командовал Снейп, таща итальянца подруку в ту сторону, где оставил Малфоя.       Драко коротал время не в одиночестве, а с двумя пританцовывающими возле него девушками и со стаканом выпивки в руках.       «Нельзя даже на минуту оставить без присмотра» — сокрушался профессор, пока тащил упирающегося пьяного Забини, который попутно пытался застегнуть пуговицы рубашки. — Драко, дружище, не объяснишь мне, — заговорил Блейз, когда они подошли к компании, — какого хрена, извините профессор, — он обратился к зельевару. — Какого хрена тут происходит? — договорил он. — Меня ведут под конвоем как последнего преступника! — Скажи спасибо, что не превратил в жабу, как в прошлый раз! — парировал Снейп. От услышанного две юные особы поспешили улизнуть, прихватив с собой недопитый напиток Малфоя прямо у него из рук. — Я бы с радостью утолил твое любопытство, — от алкоголя язык блондина немного заплетался. — Но я сам абсолютно ничего не понимаю. — Поговорили? — Северус вовремя пресек попытку подростков продолжить их светский разговор. — А теперь мы уходим. — Как уходите? — пышногрудая блондинка из толпы, что так рьяно требовала стриптиз в исполнении Забини, преградила им путь. — Прости, Линдси, — проворковал Забини, расплываясь в пьяной улыбке. — В другой раз. — Как? — опешила девушка. — Мне будет так грустно без тебя, — она обняла итальянца, беспощадно мазюкая воротник белой рубашки своей красной помадой. От такого знака «внимания» Забини вновь расплылся в улыбке и принялся что-то шептать ей на ухо, Малфой недовольно скривился, а Снейп и вовсе всерьез задумался над тем, чтобы превратить засранцев в жаб, поймать их и доставить в Малфой-менор без всяких подобных сцен. — Мальчикам пора ложиться спать, — Снейп прихватив обоих подростков за воротники, потащил к выходу из клуба. — Горшки звенят!       Линдси проводила их пустым взглядом, а затем затерялась в толпе. — Давно нас так не позорили, — пробубнил Забини, который все еще безрезультатно боролся с пуговицами. — Не знаю, что на него нашло, — Драко покосился на крестного. — Может сегодня полнолуние? — И Снейп превращается в заботливую мамочку, — предпоожил Блейз и они разразились пьяным смехом.       Тем временем Снейп воспользовался любезностью начальника охраны «Иллюминатора» и ждал, когда для них активизируют порт-ключ до Малфой-менора, любезно игнорируя пьяный бред подростков.       Оказавшись в комнате племянника, Северус все еще не имел ни малейшего понятия, что делать с Малфоем и Забини, что валялись на кровати. Он в волнении мерил шагами комнату, в то время как Забини бубнил что-то нечленораздельное, а Малфой пьяно хохотал через слово.       Не выдержав, Снейп отправил патронус Минерве. Она появилась через несколько минут. — Что случилось, Северус? — МакГонагалл тихо подошла к нему. — Полюбуйся, — он кивнул на ребят. — Они что… — опешила женщина. — Они, что пьяны? — В стельку. — Но как же. Ты уже дал им зелье? — Нет, — ответил мужчина. — Я не знаю, как зелье среагирует с алкоголем. У меня не было времени провести испытания. — Что же нам делать? — Минерва заметно нервничала. — Ты уже была у девочек? — Да, — она кивнула. — Значит механизм уже запущен, — расстроено вздохнул Северус. — Если мы не соединим с ними этих засранцев, то все могут пострадать. — Что ты имеешь в виду? — Ребята могут оказаться в любой точке мира, а не в доме Дурслей, — поянил Снейп. — Нужно срочно сообщить директору Дамблдору, — оживилась Минерва. — Он точно знает, что делать. — Да откуда он знает?! — вскипел мужчина. — Это я создатель зелья и даже я не знаю, как оно среагирует с алкоголем. — Что же нам делать? — повторила женщина, посмотрев на кровать, откуда шла сногшивающая волна запаха алкоголя. — Может быть, нам подождать до утра? — неожиданно предложила она. — К утру, они протрезвеют. — Тут понадобиться как минимум сутки, — отмахнулся зельевар, — а у нас каждая минута на счету! — Тогда, — декан стала тоже мерить шагами комнату, тихо цокая маленьким каблуком. — Тогда нужно как-то убрать из организма алкоголь! — неожиданная мысль озарила ее голову. — Предлагаешь дать им проблев…— на полуслове его перебил домовик. — Простите, сэр, — он виновато поклонился. — Тинки знает, что делать. Тинки поможет!       Снейп недоверчиво перевел взгляд с домовика на Минерву. — Ты что-то придумал? — женщина взяла инициативу в свои руки. — Тинки – домовой эльф, — гордо заявил он. — Тинки призван для того, чтобы во всем помогать Хозяину. — Пусть попробует, — Снейп неожиданно вернулся в разговор, присев на кушетку у окна. — Хуже уже все-равно не станет. — Помоги нам, пожалуйста, — тихо попросила женщина, отходя к окну, чтобы не мешать.       Оно было наглухо закрыто массивными, плотными шторами, которые она немного распахнула и даже открыла створку окна, пуская в комнату свежий воздух.       Тинки возился с Малфоем и Забини около десяти минут, но Снейпу, что сгорбившись, сидел на кушетке, прикрыв глаза и то и дело потирая рукой переносицу от усталости, эти десять минут показались целым часом ожидания. — Тинки все сделал, — отрапортовал эльф, от неожиданности Минерва даже вздрогнула. — То есть ты нейтрализовал алкоголь, — с научной дотошностью интересовался зельевар. — Похоже на то, — профессор трансфигурации тоже вернулась в разговор. — Запаха совсем не осталось. — Это из-за открытого окна, — запротестовал Снейп. — Нет же! — настаивала женщина.       Снейп наклонился к уже мирно спящим подросткам и принюхался. Действительно от алкоголя ни следа, надо будет расспросить эльфа про заклинание, которое он использовал. Но об этом потом. Без Минервы. — Попробуем? — осторожно спросила она. — У нас нет выбора, — вздохнул мужчина, доставая флакончик из кармана и пару браслетов. Через пару минут задание было выполнено. — Тинки может еще чем-нибудь помочь? — домой эльф все крутился вокруг. — Перенеси Забини в его комнату и тоже отправляйся спать, — устало ответил Снейп. — Спасибо, ты нам очень помог, — искренне поблагодарила Минерва. — Тинки всегда рад помочь Хозяину, — обрадовался эльф.       Северус молча достал из бесконечных карманов мантии мятный пряник и протянул Тинки. Он принял угощение. Они поняли друг друга и без слов благодарности.       Через пару минут преподаватели медленно спускались в гостиную замка, где был камин, чтобы трансгрессировать в Хогвартс. Из-за бессонной ночи сил совсем не было, но МакГонагалл не была бы МакГонагалл, если бы не была столь ответственной. — Нужно пойти к директору, — заявила она, когда они оказались на пороге комнаты Минервы. — Зачем? — Доложить результаты и… — зельевар не дал ей договорить. — Он и сам все прекрасно видел с помощью зелья. — Всё? — опешила женщина. Ей внезапно стало стыдно. Ведь теперь она знала, что директор видел, как она подслушивала разговор Гермионы и Астории. — А знаешь, ты прав, — продолжила она. Обо все можно рассказать и утром.       Затем оба преподавателя повалились спать.       В это время солнышко уже вступало в свои права, сменяя ночь. Птицы громко щебатали, радуясь новому дню, а в кабинете директора было все так же прохладно.       Старичок дремал, покачиваясь в кресле-качалке, сова дремала рядом. На столе стояла пустая вазочка из под лимонных долек и полупустая чашка чая, с рисунком мелких красных розочек. У стены тихо бурлил котелок, проецируя на стену восемь квадратов с изображениями, мирно спящих подростков.       Подростков, которые еще и не подозревали, что начинаются их связанные каникулы.