Не спеши

С восходом солнца на улицах городов начинают появляться люди. Народа не так много как в весеннее время, ведь дети теперь не спешат в школу, а отсыпаются на заслуженных каникулах, а вот подростки, не закрывшие сессию, и взрослые спешат на автобусы. Диппер Пайнс, 21 год, студент второго курса университета информационных технологий, на данный момент, спящий на кровати. Комнатка, где он находится небольшая, с двумя кроватями, которые расположены вдоль противоположных стен, большой стол с двумя стульями рядом с закрытым жалюзи окном. Несмотря на яркий свет, ставни отлично блокируют его и если бы не будильник, то два парня точно проспали весь день. Будильник заиграл, надоевший до мозга костей рингтон, и худая рука быстро его выключила, надеясь забыть о надобности идти на учебу. Но прибор для пробуждения людей не сдается и начинает вновь доставать молодых парней. — Аргх, — с тихим рыком с кровати приподнимается кудрявый худой паренек и свесив ноги на пол окончательно выключает прибор. — Брендо-он, вставай, — пропел кудрявый, сладко зевнув. — Мейсон, мы же только спать легли, встанем утром, — парень названный Брендоном сильнее кутается в одеяло. Парни, вместе с еще двумя студентами, почти весь день работали над программой для конкурса в университете. Выигрыш довольно значим и приостановили работу они только в пять часов ночи, но если судить по википедии, то пять часов это уже утро. Так что Брендон не зря удивился, что утро так рано настало. Чтобы доказать свою правоту насчет времени, когда стоит поднять ленивые тушки и бежать в университет, Мейсон одним резким движением раздвигает жалюзи. Отлично, теперь в комнате можно разглядеть не только мебель, но и три ноутбука, которые валяются на вершине горы из конспектов и заметок. Грязная одежда тоже разбросана по всему периметру комнаты. Парни, что с них взять? Диппер начал лениться в уходе за собой, одеждой и комнатой, вспоминая Мейбл. Именно она всегда помогала брату и следила, чтобы он не помер с голоду. Сколько лет они уже не виделись? Вот как третий год пошел. — Ау! — вскрикнул Брендон от яркой вспышки света перед глазами, — мог бы предупредить! Пайнс лишь усмехнулся и направился к своему шкафчику. На удивление, сегодня у него был комплект недавно постиранной одежды. Сменив шорты с белой майкой на свободные штаны с толстовкой, шатен глянул на своего соседа по комнате и вроде как лучшего друга. Брендон несколько раз потянулся и лениво проковылял к шкафчику. «Пока эта копуша оденется пары уже закончатся,» — вздохнул Пайнс. — Я схожу умоюсь, — быстро произнес парень и выскочил из комнаты, чтобы друг не заставил дожидаться его. Общежитие, в котором жил паренек, состояло из четырех этажей, на каждом находился один санузел с несколькими душевыми кабинками, раковинами и конечно же с белыми конями. Почему только один санузел на этаж? Университет имел одну направленность — информационные технологии, которые в данном учебном заведении делились на программистов, информационных безопасников и разработчиков, так что девушек здесь было очень мало и жили они все на первом этаже. Добравшись до санузла и проскочив группу что-то обсуждающих третьекурсников, кудрявый подошел к зеркалу. В чистом зеркале (явно вчера был обход уборщиков общежития) отражался невысокий худой юноша с вечно лохматыми волосами. Но волосы были не самым страшным, под глазами залегли темные круги, которые паренек накапливал несколько месяцев, сами глаза были красными от полопавшихся капилляров. Удивительно, что с таким видом деятельности и состоянием организма Мейсон до сих пор не нуждался в очках. Кое-как парень расчесал свою шевелюру, которая, не смотря на внешний вид, на ощупь была не как колючее гнездо, а как довольно мягкая шерстка барашка. Двум близнецам Пайнс достались такие волосы от матери, чему женская часть близнецов была очень благодарна, Мейсону же было все равно, ведь даже если волосы помогали привлекать к себе внимание, то в сфере IT некому было обращать внимание на это. Пайнс считал себя стопроцентным гетеросексуалом, а девушек в колледже можно было по пальцам сосчитать, так что они все доставались такому же небольшому числу детишек из знаменитых компаний, которые обучались тут. Оценку своей внешности парень выставил по десятибалльной шкале — шесть. Выше середины — зачет. Более-менее довольный парень пошел обратно в комнату, на выходе из санузла он столкнулся с настолько спешащим Брендоном, который даже не понял, что столкнулся со своим соседом. Для Мейсона оно и к лучшему. В комнате шатен достал из-под кровати свой рюкзак, ведь это единственное место, где есть возможность не потерять вещи под завалом конспектов. В пыльный рюкзак были быстро закинуты первые попавшие под руку конспекты, ноутбук и можно было спокойно идти на первый этаж. На подходе к лестнице со второго этажа кудрявый услышал много мата, принадлежавшего Брендону, который не мог вспомнить какой компьютер для учебы надо брать. Все ноутбуки были выданы университетом, а Мейсону из-за позднего поступления достался поцарапанный, так что перепутать было сложно. Третий же гаджет принадлежал парню, который взял академический отпуск и свалил к родителям на другой край страны. Хорошо, что он хотя бы иногда присоединялся к учебному процессу дистанционно и не пропускал работу в группе. На первом этаже не было видно обладателей прекрасного пола, они относились к учебе более трепетно и приходили на пары за целых десять минут до начала. За это их можно уважать, хотя почти любая девушка-айтишница достойна восхищения. Пройдя по коридору парень оказался в просторном зале. На полу расстилался ковер. Вдоль стен с большими окнами располагались диваны, а в дальней части находилась небольшая общая кухня. Пайнс уже по привычке открывал нужные ящики и быстро доставал ингредиенты для того, чтобы пережить этот день. Полторы чайной ложки золотистого ароматного меда, один быстро очищенный и разрезанный зубчик чеснока. Все это парень залил водой и добавил две столовые ложки кофе. Доведя бодрящую смесь до кипения, парень сцедил всё через ситечко и заполнил заранее приготовленный термос сладко-острым напитком с названием: «Без Сна», или просто — БеС. так прозвали этот напиток студенты. На выходе из общежития парня резко хлопнули ладонью по спине. Брендон успел. Слегка запыхавшийся и непричесанный парень стоял с тостом во рту. Между кусочками тонкого горячего хлеба можно было заметить тонкий слой сыра. — Ого, сегодня завтракаешь? — воскликнул Диппер и скорчил гримасу удивления. — Кэйли дала, — хмыкнул Бренд и гордо задрал нос, покрытый веснушками. — Вау, удивительно, я думал она с… — сдерживая смех начал Пайнс. — Так значит наш задрот еще и извращенец! — засмеялся Бренд и по-дружески закинул руку на плечо кучерявого и ускорил шаг. Обижаться на перебивание и слова (задрот, извращенец) Мейсон не стал. Только удивился, что вроде совсем недавно его единственной поддержкой была сестра, а сам он был одиноким изгоем-заучкой. На самом деле поменялось не много. НО друзей стало уж точно больше одного, парень стал более открытым, но страх людей остался, также как и страх остаться одному. Это уже какое-то раздвоение личности. Парня даже передернуло от таких размышлений, движение не укрылось от внимания ярко-зеленых глаз Брендона. Но тот лишь как-то странно глянул на мальчишку и двинулся к корпусу университета, цветами напоминавшего флаг асексуалов. Как бы странно не звучало, но смотрелись эти цвета в дизайне здания отлично. Успели на пару студенты только благодаря тому, что аудитория находилась на первом этаже. Брендон расположился на галерке, а «заучка» конечно же пошел на первую, и уселся прямо перед преподавателем дискретной математики. Две пары подряд у одного преподавателя, а значит время принимать БеС. Кофе было интересным на вкус. Не сильно приятная горечь третьесортного кофейного порошка, сладость меда и острота чеснока. Сделав несколько глотков, парень принялся печатать конспект вслед за речью преподавателя. На короткой перемене между парами к Мейсону подошел Брендон и отхлебнув БеСа спросил: — Сегодня завалимся к Джо? Джо, парень Кэйли, не сильно приятная натура и даже если бы у Мейсона не было дел он бы отказался. Подобный Джордану человек был для Пайнса в списке: «опасность, опасность, опасность…». Главное опять не словить неприятные флешбэки. — Я сегодня опять туда, — слегка улыбнувшись произнес Мейсон, глядя на Брендона. — Вечно ты там, — вздох, — ладно, тусовка не значительная, просто выпить, кайфануть, так что я могу этим пожертвовать… — В смысле? — Мэй, я сегодня пойду с тобой на твою «практику», — ухмыльнулся Бренд. — Я тебе говорил уже сотню раз, не называй меня «Мэй»! — слегка психанул Мейсон. Мейбл и Мейсон, в детстве родители часто называли детей просто «Мэй», что очень не устраивало Пайнса младшего (всего на пару минут младшего!), ведь звучало слишком по-женски. — Ладно-ладно, после пар перекусим в кафетерии и попремся в твое любимое место, — изобразив что-то странное руками, произнес Брендон и подключился к разговору одногруппников на заднем ряду. Четыре пары прошли довольно успешно и Мейсон отправился к выходу, где собирался дождаться своего друга. — Пайнс! — окликнул сзади мужской голос. — Да, Мистер Келлог? — перед Мейсоном стоял преподаватель по дискретной математике. — Ваша группа, на конкурс, — отрывисто говорил Кэллог, наверное, куда-то спешил, — сходите в актовый зал и проверьте стоит ли бронь на место для вашего проекта. Не дождавшись ответа, преподаватель скрылся в толпе студентов. Изменение планов незначительное, но было обидно, что из четырех парней группы поймали именно его. Хотя, если подумать… Тони на академическом отпуске, Питер, наверное, опять ловит глюки, а Брендон… Брендон есть Брендон. Пайнс участвовал в конкурсе проектов уже второй раз и быстро выбрал одно из самых выгодных мест. Идея проекта была хорошей и ее бы скорее всего заметили люди из известных IT компаний, которые придут вербовать одаренных, но лучше перестраховаться и поместить проект на одно из самых видных мест. Пайнсу повезло довольно быстро найти Брендона. Тот стоял под единственной в университетском дворике сосной. — Что-то случилось? — без эмоционально спросил рыжий. Пайнс лишь отрицательно качнул головой. Сегодня в кафетерии продавали по скидке яблочный штрудель, от чего парни конечно же не отказались. Вкус яблочного штруделя напоминал о далеком детстве, когда совсем юные близняшки Пайнс вместе с родителями поехали в Германию, где впервые и попробовали в дорогущем ресторане фирменный яблочный штрудель. Вкус детства. «Главное не перейти на воспоминания детства, когда нам было по 12 лет…» — несмотря на смешанные эмоции от того лета парень тепло улыбнулся. — Наконец-то день подходит к концу! — потянувшись протянул Брендон. — Какой конец? Сейчас только шесть часов вечера, — в шутку возмутился Пайнс. — Сейчас ты зайдешь в свой кабинет и засядешь в работе с головой, время пролетит незаметно, так что единственное дело на сегодня у тебя - зависнуть в ноуте, а у меня… Там вообще есть что-нибудь для досуга? — Можешь зайти в морг, там одна девушка молодая, даже младше нас работает, так вот она слишком весело прибегает туда и так же с хорошим настроением уходит… — задумавшись, выдал кудрявый. — Ээ… Я, пожалуй, воздержусь, — покачал головой Брендон и открыл дверь Пайнсу, который кивнув проскочил внутрь серого здания. Серое пятиэтажное здание стояло всего в трехсот метрах от университета и являлось больницей. Несмотря на тусклый дизайн, больница была оснащена отличным дорогостоящим оборудованием и конечно же опытным персоналом. После смерти прадяди Форда от рака парню пришла идея создать программу, которая поможет больным и врачам более успешно проходить лечение. Приложение помогало больным следить за своим распорядком дня, могло подключаться к аппаратуре жизнеобеспечения, следить за пульсом, сердцебиением и имело простейшую кнопку вызова помощи. По крайней мере, оно таким задумывалось. Да, оно только на стадии разработки. Чудесно, когда у человека есть семья, друзья и распланировано все будущее, главное — чтобы все пошло по плану. Иметь дорогу в будущее являлось истинным счастьем для молодого программиста. Когда заболел Форд, никто толком не смог помочь. Родители выделили на больницу и лечение совсем немного, Стэнли скончался ранее, только Зус, благодаря заначке Стэнли помог оплатить хотя бы основной процесс лечения. После таких трат денег, а именно причитаний родителей, что деньги на учебу детей дают тому, кто и так бы скоро умер, младший Пайнс понял, насколько важны деньги и решил создать то, что без задней мысли отдаст даром медицине мира. В этом приложении нет на самом деле ничего супер нового, но оно распространиться по всему миру бесплатно и с большим каталогом болезней и способах ее лечения. Парень не поленится и сделает это приложение максимально нужным. Форд наверняка еще смог бы прожить лет десять, когда-то здоровый, натренированный организм мог бы дать еще время прожить заслуженную и спокойную старость, но судьба распорядилась иначе. Если бы только врачи были внимательны к состоянию пациента… Прошлого не вернуть. Поздоровавшись с охранником, парни отправились вглубь здания по мрачным коридорам. Сегодня навещать больных было нельзя, так что массы левых людей здесь не было. Время тоже беспощадно шло к ночи и в больнице остались только дежурные врачи. Диппер подошел к кабинету с деревянной поцарапанной дверью, на которой до сих пор висела табличка «Стэнфорд Пайнс». Удивительно, что университет, в который поступил Мейсон был рядом с больницей, где когда-то работал Форд. Когда-то Стэнфорд спасал людей на хирургическом столе, ему планировали дать должность главврача, но хирург уехал в городок Гравити Фолз, делать то, что хотел всю жизнь. Хирургия была лишь способом заработать на хороший домик в выбранном городишке. Доктор Пайнс был действительно восхитительным, раз спустя столько лет кабинет остался не тронут и даже впустил в себя другого Пайнса. В кабинете всегда горел тусклый желто-зеленый свет, который был специально для растений, расставленных на нескольких вытянутых столах. При должном уходе медсестер, а теперь и Мейсона растения продолжали расти. Усевшись за стол, Пайнс вынул из рюкзака ноутбук и сразу же погрузился в информацию. Брендону было откровенно скучно, так что, усевшись рядом с каким-то травянистым растением, парень вскоре провалился в сон. — Эй, Брен, вставай! — тормошил спящего Мейсон. Друг открыл глаза и быстро вскочил на ноги, а затем сел обратно. От резкого подъема у паренька закружилась голова. — Сколько сейчас времени? — поинтересовался Брендон. — Одиннадцать часов вечера, — ответил спокойно Пайнс, — дурашка, не надо было засыпать у хлорофитума, он вызывает сонливость и является энергетическим вампиром…- по глазам Брендона шатен понял, что последняя фраза была непонятна для веснушчатого. Пайнс подал руку другу, и они вместе вышли из кабинета. — Вызывают сонливость, утомленность, вызывают тоску и появляется чувство одиночества, — все же пояснил юный биолог. — Что? — Я про энергетических вампи… Парень не успел договорить и был за запястья придавлен к стене. — Мэй, ошибаешься, я не чувствую одиночество и тоску, — зеленые глаза блеснули в темноте. — Ну ты же немного совсем понюхал, логично, что эффекта практически нет… — не придав значения текущему положению, произнес Пайнс, — Может отпустишь? Мейсон по сравнению с рыжим был низким и хлипким. Кажется, Брендон в детстве любил тяжелую атлетику, но родители отправили его в IT. Обрывать любимое занятие — жестоко со стороны родителей. А жестокость всегда выходит в какие-нибудь отклонения и психологические травмы. Вот Брендон иногда срывался и был практически исключен на первом курсе, помогла лишь отлично сданная сессия. — Мэй, скажу прямо, а нет, зачем говорить, если можно так? — холодная ухмылка, от которой бросает в дрожь. Соприкосновение губ, шок шатена и возможность проникнуть глубже в открытый от удивления ротик. Язык Брендона прошелся вдоль десен, облизал небо и закрутил между своим и чужим языком танец. Диппер не вовремя опомнился и активно начал сопротивляться, что только сильней заводило насильника. Воздуха стало не хватать и Брендон на секунду отстранился, между ртами тянулась блестящая при слабом освещении слюна, а глаза двоих взбудораженных парней пересеклись. Мейсон вздрогнул. Рыжий вновь припал к губам, но внутрь уже не попал, мальчишка плотно сжал челюсть и попытался выкрутиться из крепкой хватки. — Мэй… — вздох Брендона и его же фальшивый стон, когда тот присосался к бледной коже на тонкой шее. Жертва заскулила и продолжала трепыхаться, пока Брендон просто вылизывал шею партнера. — Ах! — сдержать стон не получилось от укуса ключицы. — Мэй, успокойся, все будет хорошо, — зашептал успокаивающие слова насильник, приблизившись к самому уху. Брендон уткнулся в пушистые пряди шатена и вдохнул запах соснового шампуня полной грудью, а затем слабо прикусил ушко шатена. — Ты такой милый и мягкий, как олененок и запах соснового леса тебе так идет, а я ведь эти слова уже два года хотел сказать, — промурчал Бренд. — Удар бабы! — на удивление громко воскликнул Пайнс и зарядил, расслабившемуся парню, прямо по яйцам. — Сука! — взвизгнул рыжеволосый и присел на корточки, чуть покачиваясь от боли. Мейсон чисто на адреналине пробежал по коридорам больницы, пересек улицу, затем дорогу, чудом спасся от судьбы быть раздавленным фурой и оказался на четвертом этаже общежития. Идти в свою комнату Пайнс ни в коем случае не решился, так что он пошел к Питеру. Дверь в самом углу мрачного коридора оказалась как обычно открытой. — Пит… Ну что же ты опять натворил, — вздохнул Пайнс и зашел в комнату, закрыв дверь на замок. Питер был местным наркоманом. Обычное дело, но он являлся хорошим программистом и членом группы Мейсона, а значит, когда надо он должен быть в строе. Сейчас же он лежал на полу в грязи, воде (?) и муке (?). Пайнс в меру своих сил поднял Питера и переложил на кровать, а сам сел на противоположную. В комнате жил только один человек, потому что вторым был Тони. Закутавшись в теплое одеяло, паренька наконец-то пробила дрожь, его чуть не изнасиловали. Его чуть не изнасиловал лучший друг! Нет, вряд ли они теперь могут считаться друзьями. Мейсон вздрогнул еще сильнее, но уже от зазвонившего у него в рюкзаке телефона. Кто-то звонит, судя по веселой песенке, о солнышке это может быть только один человек. Парень быстро достал телефон, несмотря на позднее для его часового пояса время он был рад услышать голос сестренки. Приняв вызов, парень приложил телефон к уху. — Диппер, — раздалось на том конце, а Мейсон слегка поежился, ведь его довольно давно не называли этим именем.