Не спеши

Два года назад

Вы замечали, что все в этом мире имеет свой характерный запах? Например, запах определенного города, одежды, лучшего друга, даже у песни есть свой запах. И все благодаря воспоминаниям, связанным с этими вещами и уровню привязанности к ним. В положительном или отрицательном отношении — не важно. Сейчас Диппер чувствовал запахи, которые сложно описать: уныние, одиночество, пустота и отчужденность — вот, что царило в небольшом домике штата Орегон. В доме было три комнаты, а еще гостиная, кухня и ванная, все как у обычных семей, но без чего-то приятного глазу. Все комнаты были неизменны с самого переезда, кроме одной, сильно выделяющейся среди оттенков серого. Розовое постельное белье, ковер, шкаф, даже свет в небольшой комнате был розовым из-за таких же ярких штор. Всегда убранная, аккуратная комната превратилась в склад всего, что только можно, даже розовый цвет начал «седеть» от еще тонкого слоя пыли. На такое преображение было непривычно смотреть, в груди что-то сжималось, скорее всего, от тоски по былым временам. Прошло всего две недели с момента переезда Мэйбл в Великобританию, но, несмотря на короткий срок, родители близнецов уже успели перетащить все барахло в ныне пустующую комнату. Небольшая зарплата напрямую связана с небольшой квартирой, поэтому пустое пространство надо использовать по максимуму. С одной стороны их можно было понять, но на самом деле это значило, что сестренка исключена из семьи и больше ее здесь не ждут. «После того как он свалит, сдадим комнату моему хорошему приятелю.» — такие слова часто слышал Диппер. Хорошо, что родители еще не додумались говорить ему это напрямую. Но даже если это полетело бы в его адрес, он бы все равно не обратил внимания, ведь свалить от сюда — его давняя мечта, а комната никогда не была для него родной. Только место рядом с сестрой и Хижина Чудес воспринимались как «дом». Близнецы расстались спустя несколько лет, впервые. Это было ожидаемо из-за разницы направлений в учебе близняшек, но то, что Мейбл найдет себе парня, а затем и мужа, удивительно. Диппер даже не понял, как так быстро все произошло, ведь сейчас Мейбл находится очень далеко от него, в компании мужа, его семьи, а вскоре и друзей, которых она конечно же быстро найдет. А Диппер тут, в пыльной комнате серых цветов, в окружении мрачных, как и вся атмосфера в этот доме, родителей. Дверь в комнату сестры медленно закрылась, и юноша двинулся на пустующую кухню. Холодильник парень даже не решился открывать, все равно ничего нормального не найдет. Если вообще что-то найдет. За то время пока он сидел дома на заочном подготовительном курсе к поступлению в университет мечты, у него выработался определенный цикл. Порядок привычных действий: встать, сходить на кухню, забежать на подработку, вернутся к учебе. Приемы пищи, ссоры с родителями и другие биологические потребности — единственное, что беспорядочно бродило по циклу, а иногда и исчезало вовсе. Сейчас Диппер подхватил свой рюкзак, почему-то лежащий на кухне и вышел через прихожую на улицу. На свежем воздухе было приятно находиться, лишь чересчур холодное лето напрягало, кому вообще понравится снег в конце лета? Работа в магазине уже давно не приносила удовольствия, вновь серые стеллажи и неприветливое окружение, которым важно лишь твое послушание. Раньше работа в магазине была стимулом для покупки услуг репетиторов, сейчас же, когда документы были уже поданы, на работе парень появлялся чисто по привычке. Звук уведомления на телефоне отвлекает паренька, и тот задевает перочинным ножиком палец. Небольшие капельки проявляются через тонкую линию пореза. Как ребенок Пайнс уводит свой взгляд от пальца, закусывает губу. Детские страхи со временем уходят, но страх крови у Диппера появился в начале подросткового возраста и не собирается уходить. «Странногеддон…» — шипит тихо Диппер. Не давая волю воспоминаниям, он берет в руки телефон. Уведомление пришло на почту, там может быть только информация о переводе зарплаты, но сейчас не время для этого. «Мэйсон Пайнс, ваша заявка на поступление в университет была одобрена…» Этой фразы хватило, чтобы окрасить всеми цветами радуги весь внутренний мир Пайнса, всего на миг, но ощущения заставили подскочить на месте. Парень понёсся домой, даже не попрощавшись с другими работниками. Ему хотелось как можно быстрее оказаться там. Надо лишь собрать вещи, документы, и путь к счастливому будущему открыт.

***

На большой скорости мимо пронеслось несколько машин, чудом не обрызгав девушку, стоящую рядом с дорогой. Погода была дождливая, Ричарду было бы хорошо поторопиться. Мэйбл уже в какой раз оказывается в больнице, вначале посещала больницу Портленда, теперь тут, в Лондоне, она относительно здорова, лишь не имеет возможности завести ребенка. — Мэйбл, очнись! — из раздумья длинноволосую девушку вытаскивает подъехавший к ней Рич, на что девушка вздрагивает и быстро оказывается на сиденье. — Ой, прости, я как всегда… Все порчу. — последнюю фразу девушка произносит как можно тише, прячась за прядями каштановых вьющихся волос. — Мэйбл! Ты ничего не портишь, в этом нет твоей вины! — яро отвечает Ричард, — У меня для тебя хорошая новость. Девушка вопросительно косится на водителя. — Мы нашли хорошего врача, если ты не против, можем провести операцию уже через несколько недель, — мужчина на секунду поворачивается к жене, широко улыбаясь. — Рич… Это отлично! Я готова, согласна, на все сто! — восторг, самое прекрасное чувство на земле, в нем столько радости и адреналина. Дома за большим семейным ужином семья Ричарда, а теперь и Мэйбл рассуждает о хороших качествах врача, больнице и проверках, которые надо пройти перед операцией. Для того, чтобы все прошло хорошо девушку уже на следующий день кладут в больницу. Неужели у нее все же будет идеальная жизнь?

***

— Алло, Дип-Дип? — Приве~ет, сестренка! — Твой голос такой же хриплый, но кажется ты все же рад? Мне? Или подружка появилась? — Мэй, я всегда рад тебе, а еще меня приняли в университет. — Поздравляю! А я некоторое время не буду выходить на связь, операция пройдет через несколько дней. Ты только не начинай паниковать, пугливый братик, ничего серьезного. Если не девушка, то парень? — Мэйбл! Хватит переводить тему и вообще чт… — Пока-пока, я тебе позвоню, как только буду в состоянии говорить внятно после наркоза. На другом конце провода послышался вздох, а дальше Мэйбл клацнула кнопку сброса звонка. — Внятно? Я тебя часто не понимаю, когда ты даже в спокойном состоянии, моя любимая, безнадёжная оптимистка. — слова не были услышаны, их перебили гудки. Диппер редко мог держать себя в руках из-за плохих новостей. Его сильнее других потрепал Странногеддон и все его последствия. На первый взгляд это было незаметно, но все выявлялось в определенных ситуациях, от грустных новостей, от вида крови перед глазами. Ночи у парня проходили еще веселее, если бы не его крики, может быть, он не надоел своим родителям. По крайней мере не до такой степени, что его вышвыривают из дома спать в бывшей конуре Пухли, который сейчас был в лучшем мире. А именно в детском контактном зоопарке с большой лужайкой для прогулок и достатком кормов. Такое идеальное для свинки место было бы сложно найти, если бы за поиск не взялась Мейбл. Уже в доме парень достал свой большой темно-зеленого цвета рюкзак, запихнул в него все свои вещи, которые были в небольшом количестве и, поняв, что он полностью готов, пошел в гостиную, где на полдома играл телевизор. В небольшой гостиной, напоминавшей по расстановке гостиную Хижины Тайн, на диване сидел отец. Если лет шесть назад его было сложно сравнить с дядюшками, то сейчас он все больше по внешности напоминал Стэна. Кудрявый подошел поближе к дивану, принюхиваясь, словно дикое животное, которое при любом движении кинется наутек. По виду отец был сонный, но от него не пахло алкоголем, что на руку юноше. — Отец, я уезжаю, — начал Диппер. Парень ошибся. За время от первой поездки в Гравити Фолз до сегодняшнего дня слишком много чего поменялось. От потери нескольких родственников, до обеднения семьи Пайнс. А бедность превращает людей в монстров, как и сейчас. Мистер Пайнс схватил сына за воротник потертой толстовки и подтащил поближе к себе. — Щенок, куда ты намылился?! — рявкнул, брызжа слюной, Пайнс старший. Диппер был в ступоре всего несколько секунд и, не дождавшись следующего монолога отца, стал вырываться, царапаться и делать все, что можно для того чтобы его отпустили. Мужчина, наверное, был слегка шокирован таким диким поведением и отпустил паренька, который, лишь сверкнув глазами цвета вишни, сбежал из гостиной. Времени не было, надо было бежать, не важно как, главное — спасти себя. Даже если опасность не такая уж большая. Рюкзак на плечах, документы и скудное количество денег тоже с собой. На вокзале парень пришел в себя. Быстро открыв телефон и включив карту, Диппер стал смотреть маршрут, как добраться от Орегона до Калифорнии. Почти 800 миль, а ведь он планировал попросить родителей помочь ему, как-никак уезд их «щенка» им был на руку, а тут у отца случился срыв на ровном месте и все обломал. Дальше парня ожидала покупка билетов, которые были относительно дешевые, а значит добраться он сможет. Мерный стук колес вагона успокаивал и вновь дарил надежду. Диппер уже начал привыкать к тому, что рядом с чем-то хорошим стоит что-то плохое, но в итоге парень оказывался в кое-каком, но выигрыше. Неужели это значит, что в конце все всегда будет хорошо? Под такие рассуждения грех не погрузиться в сон. Парень очень ждал этого момента, из-за всех сил спешил ускорить время, чтобы попасть сюда. Всего три поездки на поездах и он в университете своей мечты, который когда-то закончил и его отец. После происшествия с главой семейства вскоре наступило учебное время, которое помогло парню отложить воспоминания о жизни с отцом и матерью как можно глубже, в пучину его разума. — Пайнс, вам пришло письмо из больницы, расположенной у нас недалеко, вы тут недавно, но должны были видеть это здание? — к Дипперу подошла миловидная девушка с темными волосами. — Да, видел, — быстро ответил Пайнс, подавляя желание заржать в голос, ведь совсем недавно его сосед по комнате решил приударить за занятой девушкой, которая конечно же пожаловалась своему парню… Была драка, а затем Диппер на себе тащил Брендона до больницы. — Зайдите туда, пожалуйста, с удостоверением личности, — кажется от девушки не укрылось странное выражение лица парня. — Спасибо, я приду, — произнес Диппер, — и до встречи! — от девушки не последовало ответа, она просто удалилась. — Мэй! — послышался зовущий его крик в дали. — Брендон! — со злостью произнес Мейсон, оборачиваясь к новому другу.

***

— Мэйсон Пайнс, все верно. Ваш дядя, Стэнфорд Пайнс, оставил вам ключи от своего документа, следовательно и возможность использования его, — произнес главврач, отдавая какие-то бумаги и ключ. Кабинет был незнаком парню, но атмосфера была такая же, как в подвале дядюшки Форда. Дядя всегда останется кумиром Диппера, а то, что мальчишке старший передал не только тайны городка Гравити Фолз, но и медицинские рукописи, будоражило парня. Пыли на стеллажах с большим количеством книг и записей не было, и Мейсон мог легко найти любую книгу, но попалась ему именно про онкологию. После этого похода в больницу прошел всего месяц, а Пайнс уже нес в кабинет директора информацию о своем проекте и просьбу о том, чтобы ему выделили денежные средства. Проект был сделан на скорую руку, но имел шансы на выживание в современном мире и соответствовал профилю Информационных Технологий. Мэйсон получил согласие и достаточное количество средств, тем самым, встав на свой путь. «Диппер, меня выписали из больницы, говорят, что результат проявится в течение года.» — пришло короткое сообщение на телефон Диппера. Наконец-то пришла пора, когда парень почувствовал полную свободу над своей жизнью. У него было все: друзья, учеба, заработок, счастливая сестра. И как сказала бы Мэйбл: «Только девушки не хватает!»