Ангидрид

      Я в панике выбежал из туалета и помчался к кабинету Совета. Пара поворотов и я оказался на месте, благо не встретил никого из охранников: моё поведение показалось бы им подозрительным.       Мистер Ли сидел на диванчике возле двери, ведущей в комнату, в которой было заседание. Сначала он не обратил на меня внимания, но, увидев, в каком я нахожусь состоянии, профессор спешно поднялся и пошёл мне навстречу. — Мы должны срочно уйти, здесь нельзя оставаться, — проговорил я, как только столкнулся в проходе со своим наставником. — Сэм, успокойся, объясни, что происходит. — На самом деле здесь…       Я просмотрел в глаза профессора и запнулся. В них не было ни капли любопытства и участливости, только напряжённость. Он знал, о чём я хочу ему сказать.       Стоп.       Но, если ему всё известно, значит, он заодно с Советом? Неужто он привёл меня сюда специально? Почему я ничего не заподозрил ещё тогда, когда у профессора «совершенно случайно» обнаружился готовый проект для меня… — Сэм, так о чём ты хочешь сказать? — мистер Ли положил руку мне на плечо — Я? Нет, ни о чём, просто переволновался, —глухо произнёс я, отходя в сторону.       В этот момент один из охранников открыл дверь в кабинет и жестом пригласил нас войти. Я раздраженно выдохнул. Ладно, разберусь с профессором позже. Все члены Совета сидели за столом, уткнувшись в ноутбуки. Пару минут мы стояли в тишине, пока наконец сидевший посередине Ларсен не начал говорить: — Что ж, м-м-м, Сэм. Мы с коллегами посовещались и решили, что ты можешь продолжить свою работу за пределами лагеря. Мы дарим тебе такой шанс. В течение суток мы всё подготовим и переведём тебя в этот корпус, а пока можешь попрощаться со своими друзьями.       Он произнёс последние слова с улыбкой. С улыбкой, которая мне совсем не понравилась. Кто вообще улыбается, говоря о прощании с друзьями? Можно подумать, это повод для радости. Хотя, да, это должно было быть им, если бы я не подслушал тот разговор в туалете… Теперь я не знаю, что на самом деле меня ждёт, стоит ли мне смеяться или начать готовиться утирать слёзы.       Обратно в лагерь мы с профессором Ли добирались молча. Я был весь в своих мыслях, а он лишь напряженно поглядывал на меня. Я всё думал, неужели мой учитель, человек, которого я безмерно уважал, причастен к смертям подростков? Неужели я мог так сильно ошибаться в ком-то? Мистер Ли был мне как отец, вырастил меня, научил всему тому, что знает сам, и тут бац! и повёл на верную смерть. Не верится, что он мог сделать так. Должно быть разумное объяснение. И словам тех охранников должно быть объяснение. Может, они шутили? Или бредили… Зачем Совету убивать людей поодиночке? Не проще сразу весь лагерь отравить, к примеру? Подсыпать яд в еду и воду и смотреть себе спокойненько, как умирают дети. Должно быть всему это чертово объяснение. И у меня есть сутки, чтобы найти его. ***       По прибытии в лагерь я сразу направился в спальню, чтобы поделиться с Кайлом, и, может быть, Дэном своим довольно сомнительным успехом. Да, я думаю, Дэну стоит об этом знать. Я зол на него даже сейчас, но понимаю, что нужно простить. В конце концов, дружбу длиною почти в восемнадцать лет нельзя разрушить таким образом, да и обида ничего не решит.       Друзей я в комнате не нашёл, поэтому отправился в столовую. Но и там было пусто. Поспрашивав у нескольких парней, не видел ли кто Кайла с Дэном я пришёл к выводу, что Кайл находится в библиотеке. Придя в назначенное место, я действительно обнаружил там друга, но не совсем таким, каким ожидал его увидеть. Кайл сидел в дальнем углу, склонив голову к коленям и подперев её руками. Он выглядел подавленным. Я подошел ближе и спросил: — Эй, друг, с тобой всё в порядке? — Его забрали.       Сначала я ничего не понял. — Что? Кого? — Дэна забрали.       Я подумал, что он шутит, что он ошибся, что он бредит. Да что угодно, но только не это. Нельзя. После того, что я узнал об этом чертовом месте, нельзя было позволять забирать им Дэна. — Т-ты уверен? — вновь повторил я, заикаясь.       Кайл молчал. Тогда я спросил громче: — Кайл! Ты уверен?       Нет ответа. — Не молчи же ты! Ответь, ты уверен? Ты можешь ошибаться? — уже орал я, тряся друга за плечо. — Да! Да! Его на моих глазах увели, мы даже попрощаться не успели! — вскакивая, прокричал Кайл. Что-то во мне будто сломалось. В голове звучал какой-то хруст. Кайл что-то ещё говорил, но я слышал лишь непонятный шум. Его забрали. И это не шутка, не ошибка, не бред. Это реальность. А ещё реальность заключается в том, что его не просто забрали, а забрали на верную смерть. Он даже не догадывается, что его ждёт. Он, должно быть, даже был рад. Дэн давно мечтал о встрече с девушкой, говорил, что ни капли не расстроится, когда придёт время уходить. Если бы он только знал, что уходить он будет не из лагеря, а из этого мира.       Я ударил кулаком о стену. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу это место, этих долбанных охранников, мистера Ли, этот грёбаный Совет, их порядки и правила и… себя. Себя я тоже ненавижу. За то, что даже не попрощался с ним, не простил его тогда, когда он предлагал перемирие. Чего я ждал? Зачем было тянуть? Чертова, чертова гордость. Поздравляю, Сэм, теперь тебе вообще прощать некого. — Когда его забрали? —тихо спросил я. — Утром, как только ты покинул лагерь. Он не хотел идти, не помирившись с тобой. Когда он уходил… он… В общем, он не особо был рад этому.       Я уже развернулся, чтобы покинуть библиотеку, как Кайл вновь окликнул меня: — Напоследок… Он сказал, что наша дружба была для него самым дорогим на свете. И что он благодарен нам за годы, проведенные вместе.       По щекам потекли слёзы. Кто вообще сказал, что парни не плачут? Что это проявление слабости? Почему слабость — это что-то ужасное? Неужели я не могу оплакать друга, который даже не знал, что его собираются убить? Шёл на верную смерть и ни о чем не подозревал…       Я вышел в коридор и побрел в неизвестном направлении. В голове всплывали воспоминания. *** —Эй ты, хлюпик, что опять ночью описался от страха? — Ха-ха, нюня, иди позови мамочку.       Мне было страшно. Они подходили ближе, в глазах читалась злая насмешка. Мысленно я приготовился к худшему и уже сто раз успел проклясть всеми известными мне на тот момент плохими словами эти непрекращающиеся кошмары. Именно из-за страшных снов на меня вновь и вновь обрушивался шквал обзывательств, издевок, а порой не удавалось избежать и драк. — Всё ещё боишься, что монстр утащит тебя под кровать? Не переживай, от тебя так воняет, что он сам испугается, —зло посмотрел на меня один из нападавших. — Позаботься лучше о том, чтоб под кровать не утащили тебя. Внезапный голос друга словно вернул меня в реальность. Дэн. Как всегда вовремя. — Что, Пол, устал жрать козявки и решил заняться чем-то более глупым? Сколько раз я ещё должен повторить, чтоб ты наконец понял: не приближайся к Сэму, иначе будешь иметь дело со мной! — Да что ты мне сделаешь…       И с громким рыком Дэн помчался на соперника. Конечно, перепалку десятилетних мальчишек трудно было назвать дракой, они лишь катались по полу, вцепившись друг в друга. Второй задира уже хотел было помешать Дэну, как я повалил его на пол.       Буквально через минуту подоспели охранники, разняли нас и отправили по своим спальням, предварительно пригрозив, что пожалуются куратору Грэббсу. Уже потом, чуть позже, я благодарил Дэна: — Спасибо, что заступился за меня. — Пустяки, мы же друзья, — тихо проговорил он, особенно выделяя последнее слово. *** — Говорю же тебе, ничего не выйдет. — Почему нет? Я уверен в своих силах. — Даже если ты справишься с десятком охранников, всё равно не попадёшь в женский корпус. Там же повсюду камеры, поборешь одних, набегут другие. — Мне скучно сидеть здесь, разве тебе не хочется приключений? — Ты ищещь проблем, а не приключений.       Друг посмотрел на меня с доброй насмешкой и не закатил глаза. *** — Сэм, ты когда-нибудь думал о своих родителях?       Я кивнул. — Я постоянно. Интересно увидеть их лица, услышать голос. Каково это, иметь отца и мать… — Не мечтай о том, чего никогда не случится. Я стараюсь меньше вспоминать об этом, не портить себе настроение, вряд ли мы когда-то почувствуем что-то подобное. Дэн вздохнул, а я побоялся продолжать эту тему, ибо знал, что такие мысли не вызовут ничего, кроме глубокой грусти. ***       Оглядываясь в прошлое, я стал понимать, что мог быть более благодарным, более внимательным, я мог простить его. Я должен был. Должен был сделать это тогда, когда он просил, а не сейчас, когда уже поздно, когда уже некого прощать. Я горько усмехнулся. Некого прощать. Кайл ещё не знает, что Дэн мёртв. Он наверняка думает, что его переведут в блок для парней постарше. Лучше бы я тоже не знал. В душе бушевало море чувств. Я пытался взять их под контроль, успокоиться, но тщетно. Мне нужно было понять, как действовать дальше, но когда внутри беспорядочно борются разум и эмоции, довольно сложно совладать с собой и проанализировать ситуацию.       Я глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Так, для начала нужно узнать, что всё-таки происходит с людьми, попадающими в лапы Совета. И я, кажется, догадываюсь, кто может дать мне нужную информацию. Я должен попытаться выудить из профессора Ли всё ему известное.