Не по сценарию

Удары за спиной смолкают, мычание сменяется булькающими хрипами; что-то бьется о внешнюю часть решетки. - Я немного увлекся и сломал твоей игрушке ребра. Примени Дар, если не хочешь, чтобы он сдох. Не выдержав, Каркат оборачивается. Ужас и вина стискивают грудь так сильно, что какие-то секунды он не может вдохнуть, глядя на избитого почти до неузнаваемости Дейва, втиснутого в прутья. - Это. Ебаная. Ложь, - рычит он, заставляя себя смотреть выше, в покрытое гримом лицо Курлоза. – Я тебе не верю, ясно?? - Тогда смотри, как он дохнет. Я не думал, что ты сможешь отказаться от привязанности к этому отбросу настолько быстро, но так будет даже лучше. Дейв пытается что-то сказать, но из горла вырывается только хрип; на его разбитых губах пузырится кровь. Каркат скулит и проигрывает. Он бросается вперед, прижимает дрожащие пальцы к багровой от ударов щеке Дейва; под его прикосновением воспаление гаснет, кожа становится бледной, но присохшая кровь никуда не девается. Дейв делает несколько глубоких, всхлипывающих вдохов, смотрит на Карката с ужасом – его ресницы все еще слипшиеся от крови и слез: - Б-блять, прости, Карклз, прости, п-пожалуйста, я, я не должен был… П-помоги мне, пожалуйста, останови это, я больше не могу, правда не могу, - Он дергается и начинает говорить быстрее, когда Курлоз отрывает его от решетки и несет обратно к столбу. – Каркат, пожалуйста, пожалуйста… М-мгхм! Повесив человека на прежнее место и заткнув его кляпом, Курлоз поворачивается к Каркату: - Все еще считаешь, что это ебаная игра? - ПРЕКРАТИ ЭТО!!! – Каркат бьет кулаками по решетке в бессильной ярости, из глаз – и из здорового, и из ослепшего – текут слезы. – ЧТО ТЫ НАХРЕН ОТ МЕНЯ ВООБЩЕ ХОЧЕШЬ, ЗАЧЕМ ТЫ, БЛЯДЬ, ЭТО ДЕЛАЕШЬ?? - Ты наконец-то спросил, - Курлоз широко скалится, глядя на пленника сверху вниз. – Я хочу, чтобы ты выбросил из своей ебаной головы бред, которому там не место. Ты - фуксиекровный Наследник, представитель высшей ебаной касты, и тебе не престало жалеть грязнокровных выродков. Для начала, - он делает паузу, переводит взгляд за спину Карката, - Убей запертую с тобой падаль. Тролль встает с пола, подходит ближе к Каркату и улыбается: - Сделай это, брат, для меня честь умереть от твоих рук и во славу Мессий. Каркат скалится в ответ, не отрывая от Курлоза потемневшего взгляда: - Иди нахуй, урод, я не буду! Этот несчастный ублюдок ни в чем, блядь, не виноват! Курлоз усмехается: - Это из-за таких, как он, ты здесь. Каркат снова бьется о прутья, приходя в ярость: - Я ЗДЕСЬ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! ВЫПУСТИ МЕНЯ ОТСЮДА, ВЫПУСТИ, БЛЯДЬ, НЕМЕДЛЕННО, И Я ПОКАЖУ ТЕБЕ ТВОЕ МЕСТО, ТВАРЬ! Давай, ты же только что пиздел про кровь, так вот: твоя кровь дерьмо по сравнению с моей! Дерись со мной вместо того, чтобы издеваться над беззащитными мудаками! Ты… Нет, хватит! Не трогай его! – Он в отчаянии рычит, когда Курлоз снова бьет Дейва. Курлоз больше не улыбается. - Знай свое место, малек. Такими темпами ты еще не скоро получишь право со мной сразиться, - Он опять ударяет пленника – тот извивается и корчится, захлебываясь от боли. – Я буду продолжать «трогать» его до тех пор, пока твой сосед продолжает дышать. Выбирай сам, какое ничтожество тебе важнее. Каркат отворачивается, горбится, обхватывает дрожащими ладонями голову. Слезы продолжают течь по щекам; такая сильная, что ожоги на лице отходят на задний план, боль пульсирует под рогами и в районе затылка, а голоса и цвета под черепом звучат все отчетливее, подменяя то, что происходит в реальности.