Идиот

***

      Ночью мне снился Тсуму. Сон был странный и достаточно бредовый чтобы быть правдой. Во сне я мило проводила время с Атсуму, мы гуляли по весеннему парку, смеялись и часто держались за руки. И на тот момент я правда чувствовала себя счастливой, наверное у вас тоже такое было, когда эмоции и прикосновения во снах ощущаются так, будто это всё наяву. Но, помимо доброй и счастливой атмосферы была гнетущая, чернота которая наблюдала за нами со стороны. Я часто оборачивалась, и каждый раз эта темнота были всё ближе и ближе к нам. В один момент, я оступилась и чёрные щупальца этой твари начали утягивать меня в свою бездну, далеко от Тсуму. А он бежал за мной, кричал, плакал и пытался схватить меня за руку. Что самое бредовое, так это то, что у этой черноты было лицо моей любимой мамочки, это ли не дурной знак?       Раскрыв глаза я с облегчением выдохнула. На лбу появилась испарина, щёки горели, а одежда немного взмокла, вот так дела. Похоже мне пора на сеансы к психотерапевту, поскольку это уже начинает дурно пахнуть, во всех смыслах. Осторожно развернув голову, я увидела Тсуму. Он сопел рядом со мной, съёжился от холода, потому что всё одеяло я по привычке утянула на себя. Развернувшись, я наконец поняла — почему ощущение прикосновения во сне было таким пугающе реальным. Мия держал меня за руку, не знаю всё ли время пока я спала. Может быть, я кричала ночью? Этого ещё не хватало. Я глянула на часы, до школы ещё оставалось три часа, ничего себе я проснулась…       Высвободив свою ладонь, я встала на ноги, покрутила шеей в разные стороны, потому что она сильно затекла за ночь. Укрыв Тсуму одеялом, нужно было быстренько сгонять в душ и привести себя в порядок.

***

      Крик который я слышал ночью правда напугал меня. Ру ворочалась во сне, называла моё имя не один раз, и вопила. В тот момент я не придумал ничего лучшего как взять её за руку. Я подумал, что это сможет ей помочь, хотя бы чуть-чуть. И это подействовало. Девушка замолчала, часто задышала, крепко схватила меня за руку и уткнулась макушкой в шею. Я улыбнулся в тот момент, потому что я был счастлив. Потому что я рядом с ней, в её комнате, в её кровати, держу её за руку и пытаюсь ей помочь. Кошмары наверное часть жизни Руби, и это без сомнения имеет какую-то причину, а о синяках на теле я вообще молчу. Это жесть и мне безумно жаль, и хотелось бы узнать причину появления их на её теле. Пока я лишь могу строить теории и предполагать, она же сказала, что не может сказать сейчас.       Проснулся я в полном одиночестве. Было ужасно душно и жарко, и вероятно именно это неприятное чувство меня и разбудило. Скинув одеяло я пошёл искать Ру. Дверь в ванную я не рискнул дёргать, поскольку по шуму воды всё и так было понятно. Пока Ру была в душе, я засобирался приготовить завтрак.       Оказывается, в зале помимо телека было ещё много чего интересного. На полках стояли фото в рамках. На них я легко смог узнать Леона, саму Ру и рядом стоящую пару мужчины и женщины. Сама Ру на этом фото была маленькая, улыбалась во все тридцать два зуба и кажется была счастлива. — Что ты… — я резко обернулся.       Девушка стояла в огромного размера футболке, с полотенцем на голове и смешно надулась. — Это твои родители, да? — Ру вырвала фото из моих рук и перевернула его ножкой рамки вверх. — Да, мои родители. И… что ты приготовил? — Руби сразу решила перевести тему о родителях, на еду.       Каша на завтрак — легко и вкусно. Саму часто делает её по утрам, помимо своих любимых онигири. — Ты совсем не общаешься с родителями? Я их просто за всё это время не видел. — О… мы ещё не настолько близки, чтобы я знакомила тебя со своими предками, — Ру улыбнулась. — Ладно, шучу! Я бы ни за что не стала бы знакомить тебя с ними, просто потому что… не хочу. — Почему же? Всё впереди, — подмигнул я. — Отца большую часть жизни заботила только своя кампания, и он крутился вокруг Леона, поскольку он будущий её владелец, а о матери я даже слышать ничего не хочу, — на секунду я выпал в осадок, а что если Ру избивали в детстве? — Надеюсь, ты сможешь мне больше рассказать в дальнейшем. А пока, я хотел предложить тебе, поскольку информация между учениками никогда долго не задерживается, в субботу, в школе будет бал по поводу начала учебного года, не хочешь пойти вместе? — на щеках девушки проступил румянец.       Она на долгое время замолчала, видать раздумывала о том, что же ответить. — Ладно, если ты не хочешь, то я пойму. — Эй, полегче ковбой! А я и не говорила что не хочу, — я не смог сдержать улыбки.       Зазвонил телефон, понять кто звонил было не так и трудно. Я же не ночевал дома, а в таком случае, у родителей наверняка появились вопросы, если конечно Саму меня не прикрыл. — Да? — громкое: " — Тсуму ты тупой придурок, из-за тебя меня отчитали родители, да и мне пришлось прикрывать тебя» заставило отставить трубку от уха на несколько секунд.       Ру прикрыла рот ладонью сдерживая смех. — Спокойно, а отчитали за что? Спасибо кстати за прикрытие. — Директор звонил родителям, они знают обо всём. И об успеваемости, и о драке, мама очень зла на тебя, — стало не по себе. — Будешь должен мне упаковку с пудингом, чудила. — Чёрт, ладно! Придётся что-то делать с этим. В школе поговорим, до встречи.

***

— Я так думаю, день будет сложным, — Атсуму кивнул, наверняка будут проблемы с директором, впрочем это ожидаемо. — Твои вещи высохли уже, я погладила. Так что, можешь идти собираться, пока я тут приберусь, кстати спасибо за завтрак! — крикнула Ру напоследок.       Тсуму вернулся полностью собранный через минут тридцать. Его попросили подождать на кухне, теперь очередь Ру собираться. Когда в ожидании уже не было надобности, ребята покинули дом. Каждый понимал, что вчерашний день здорово так отразится на их репутации. Ру получила сполна, из-за мерзких сестёр и их свиты, Атсуму получит из-за своей неконтролируемой агрессии и несдержанности. Хотелось бы поскорее бы уладить все конфликты, хотя после всех происшествий, сёстры вряд ли успокоятся и продолжат пакостить, конечно, пока не взять всё под свой контроль и не поставить их на место. — О чём задумалась? — Атсуму осматривался по сторонам, но боковым зрением наблюдал за своей знакомой, она явно была многим озадачена. — Думаю, что делать с этим всем теперь, я по правде говоря… ужасно волнуюсь и переживаю. — В этом нет надобности, наверное? — волейболист почесал затылок, наверняка задавая этот вопрос самому себе. — Себя накручивать, да и так это всё уже произошло. — Может ты и прав, — улыбнулась Эллер, но легче на душе не становилось.       Осаму ожидал нас у входа в школу. Он явно был зол, да и вид у него был ужасно уставший и помятый. Вероятно, мама устроила ему взбучку по поводу непутёвого братца. Заприметив нас, он махнул рукой подзывая к себе. — Ну, что? — Атсуму начал первый, и это было правильно. — Мама ужасно разочаровалась в тебе, и по её виду я могу сказать, что байкотить она тебя будет ещё долгое время. Отец пытался сгладить углы как мог, но всё дошло до того, что они сами поругались, а потом мирились в спальне, — Осаму криво улыбнулся особенно после слов: «мирились в спальне». — А твои как дела, г-жа менеджер? — Ру с упрёком посмотрела на Осаму, но до конца раздракониваться не стала. — Пока всё идёт хорошо, осталось только дожить до конца этого дня, — ключевое слово «дожить».       Саму подхватил обоих под локоть и потащил в здание школы, одновременно с этим желая подруге удачи и крепких нервов.