У Мисси дома на кухне так хорошо

      После случая с костюмом… успело пройти некоторое время. Хотя Доктор из-за своего постоянного пребывания в доме искренне считал, что с появления Клары в доме прошло около недели, но скорее… не более трех часов. Либо ровно неделя и три часа — никогда нельзя быть уверенным в такой тонкой штуке как время. И так как наступила ночь, а включать свет это для неуверенных идиотов, Джон не мог посмотреть на календарь, чтобы сказать, сколько дней все-таки Клара Освальд живет здесь. Но отсутствие света вовсе не помешало Смиту пройти на кухню: Мисси уже давно ушла спать (не смотря на все свои особенности, она ложилась на удивление рано), так что никто не смог бы возмутиться, если бы он стащил что-нибудь из приготовленного ею ранее. — Кхм-кхм, — произнес кто-то, заставляя Доктора вздрогнуть от неожиданности, — можно было хотя бы поздороваться, — настолько поучительно, насколько это было вообще возможно, произнесла Клара, сидевшая за столом с ноутбуком, свет от экрана которого делал лицо девушки неприятно-голубым. — Привет? — нахмурившись, спросил мужчина. Это было неловко. Слишком неловко. Чего эта девушка от него хочет? И почему она вообще сейчас здесь? — Привет, — гораздо дружелюбнее ответила она, и, даже несмотря на раздражающий яркий свет ноутбука, Джон заметил, что она достаточно тепло улыбнулась, — и вы извините. Мне не стоило тогда, — девушка задумчиво нахмурилась, почему-то неплохо изображая то, как хмурился он сам, — ну, знаете… — Доктор знал. Он определенно знал, но наблюдать за тем, насколько тяжело этой Кларе даются эти извинения, было слишком забавно, чтобы сказать ей об этом. — Честно говоря, я не знаю, за что извиняюсь, — пожала плечами девушка, — просто почувствовала, что должна это сделать.       Не ожидая такого ответа, Джон удивленно хмыкнул. Это было… честно. Даже, наверное, слишком честно. Доктор мало что понимал в правилах приличия, — работа не располагала — однако, кажется, так говорить не принято. То есть, все прекрасно знают, что есть множество ситуаций, когда ты и сам не знаешь за что извиняешься, или не знаешь, за что благодаришь. Ты просто это делаешь. Ты просто… должен это сделать. И это тот самый секрет, о котором знают и молчат абсолютно все. Пока что все, кроме Клары Освальд (они с Мисси, кажется, просто не извинялись, так что и считать их было нельзя) пытались отыскать формальный повод. А она так просто и спокойно призналась в этом, перестав мяться, что Доктор невольно улыбнулся. Как тогда, когда почувствовал, что не смотря на всю свою раздраженность, эта девушка способна поддержать какую-никакую, но шутку. — Я вас прощаю, — таким же ровным и спокойным голосом произнес Доктор, осторожно — словно прощупывая почву — разглядывая собеседницу, освещенную только раздражающим голубым свечением экрана, — не знаю за что, но прощаю, — почти мягко закончил он, пытаясь углядеть в карих глазах Клары Освальд ту самую невероятную эмоцию — спокойствие, смешанное с еле различимым весельем. Почему-то это оказалось невероятно сложно. И это с ее-то огромными глазами!       Вопреки ожиданиям Доктора, девушка ничего не ответила… Однако взгляда тоже не отвела. Они словно бы изучали друг друга, анализировали, выбирая нужный подход для общения. Джон был уверен, что эта Клара тоже понимает, что Мисси была права, и им придется уживаться. И судя по тому, что Смит успел в ней обнаружить — ужиться с Кларой Освальд будет тяжело. Возможно даже тяжелее, чем с ее профессором, от которой Доктор хотя бы знал, что ожидать. Не смотря на бесконечное паясничество, ехидство, глупые раздражающие шуточки, Мисси была неплохим человеком, к которому Джон привык. Он отлично знал эту женщину: в конце концов, Смит собственной персоной видел, как формировался у его подруги этот характер, наблюдал с того самого момента, как они познакомились. Клара же, судя по ее взглядам, жестам и голосу, была человеком рассудительным, спокойным, наверное, даже не по годам взрослым (ну, то есть, довольно приятным), но эта ее импульсивность, которая появлялась по щелчку пальцев (на протяжении пятнадцати минут Мисси активно демонстрировала другу эту ее способность)… пугала. Пугала и завораживала одновременно. Мисс Освальд была сложным человеком, каким несомненно являлась и Мисси, однако, кроме этого Клара была также человеком незнакомым. И потому Доктор ощущал необходимость прощупывать ее перед тем, как сказать следующее слово. Вернее, перед тем, как не говорить ничего.       Клара задумчиво склонила голову, продолжая гипнотизировать мужчину задумчивым взглядом своих неприлично огромных глаз. Выглядело так, словно она пыталась разгадать его, и чувство было крайне неприятное. Будто бы эта девушка раскалывала его, как Мисси порой раскалывала свои любимые устрицы. Интересно, сколько черт эта Клара переняла от своего профессора? — Вы пялитесь, — констатировал Доктор, понимая, что больше этого не выдержит. — Вы тоже, — не собираясь ничего отрицать, парировала девушка и хитро прищурилась.       На этом разговор, в общем-то, был исчерпан, но ни он, ни она взгляда не отвели. Ни одному в этой практически кромешной темноте не удавалось разглядеть ничего стоящего, но Джон все равно усиленно пытался хоть что-нибудь сделать, ведь у него было даже некое преимущество — перед мисс Освальд все еще лежал ноутбук. Конечно, судя по всему, у них будет довольно много времени, чтобы поиграть в гляделки, но сейчас рядом не было Мисси, да и специально сталкиваться с девушкой Доктор совсем не собирался. — Прячетесь от профессора? — чувствуя необходимость хоть как-то разбавить эту тяжелую атмосферу (на самом деле просто не желая проигрывать в игру «кто кого первый разгадает»), насмешливо уточнил мужчина. — Как и вы, — снова парировала Клара, наконец отводя свои огромные глазищи и переключая все свое внимание на экран.       Дышать почему-то стало немного легче, словно взгляд этой девушки заставлял легкие Джона стать гораздо меньше. — А что за проект? — нельзя было сказать, что Доктору это было по-настоящему интересно, но сдвинуться с места не получалось, словно бы он стал с полом одним целым (Смит не сомневался, что если бы такие ловушки существовали, Мисси расположила бы в своем доме парочку). А стоять здесь просто так и пялиться в пустоту… ну, терпения у мужчины хватило на добрых десять секунд. — Пытаетесь завести разговор? — спокойно, хоть и с легкой еле уловимой усмешкой уточнила она, отвлекаясь от работы и заглядывая Доктору в глаза. По крайней мере, так ему показалось в этой темноте. — Да, — немного неловко произнес он в ответ и кривовато улыбнулся, чувствуя, что легкие снова начинают уменьшаться под ее внимательным взглядом. Люди действительно всегда так пялятся на тебя? Будучи вечно занятым хирургом Джон умудрялся этого не замечать. Мисси же просто не считалась — она априори была для него не просто «человеком». Она была абсолютно и полностью особенной и неповторимой. И приравнивать ее поведение к поведению остальных было бы как минимум глупо. Впервые за несколько лет Доктор внезапно подумал о том, что его социальные навыки далеки даже от «стандартных». — Вы не очень хороши в этом, — словно подтверждая его мысли, весело хмыкнула девушка и снова склонила голову набок — может, так было легче его рассматривать. С ее-то глазами людей должно быть удобно рассматривать с любого ракурса… Что бы Джон не делал, при взгляде на нее, он почти сразу начинал думать о ее глазах. Не из-за их глубины, цвета или прочей чепухи, которую он, наверное, даже не смог бы заметить. Тем более при таком вот освещении. Дело был исключительно в размере. Они просто… они же практически пол лица у нее занимают! И это Клара Освальд еще щурится. Что будет, когда она широко раскроет их от удивления? На ее лице вообще останется хоть что-нибудь кроме глаз? — ангиология, — прервала поток мыслей Доктора девушка. — Что? — мужчина нахмурился. Что ей успела рассказать Мисси? И к чему здесь вообще его работа? — Вы спросили о проекте, — кажется, с трудом сдерживая смешок, объяснила Клара и растянула губы в легкой лукавой улыбке, — мой ответ — ангиология. — А мне она всегда говорила, что в медицине не понимает, — больше для себя пробормотал Смит и еще сильнее сдвинул брови к переносице, — «легче научить кого-то учить других, чем разбираться в твоей латыни», — недовольно буркнул он, — неужели она скрывала, что преподает в мединституте? — и снова реплика вовсе не предназначалась Кларе: слишком тихая, слишком быстрая, со слишком сильным акцентом. — Этот проект не имеет отношения к ее специальности, — напевно произнесла девушка, привлекая тем самым внимание Доктора к себе. Он резко повернулся к ней, мрачно всматриваясь в ее лицо, словно призывая продолжать. Однако, заметив ее насмешливое выражение лица, несколько смешался — чему это она так радуется? — неужели не знаете, кем работает ваша, — Клара ощутимо задумалась, словно не могла подобрать нужное слово, — не знаю, насколько в вашем возрасте уместно слово «подружка». — Ни за что, — Доктор поморщился. Мисси его лучший друг, тот, кого он знает с самого детства. Было бы просто глупо — невероятно глупо — разрушать такую чудесную дружбу чем-то вроде того, о чем эта Клара говорила. — Если она и говорила о вас, то только как о своем «бойфренде», — сложившаяся ситуация, кажется, девушку ничуть не смущала. Она выглядела скорее веселой и искренне заинтересованной. — Это Мисси, — единственный подходящий ответ, который мужчина сумел подобрать. Кажется, чтобы найти причину для того, что делала эта женщина, потребовалось бы проникнуть ей в голову, а там, судя по всему, было темно и невероятно страшно.       Клара в ответ прыснула от смеха и, кажется, даже не думая возвращаться к своей работе, откинулась на спинку стула. По просторной кухне, в которой кроме пары небольших растений странного вида не было никаких украшений, раздался тихий скрип мебели, сопровождаемый тихим эхо, отразившимся от стен. Доктор невольно вздрогнул, потому как уже привык, что, кроме их с Кларой голосов, звуков здесь нет.       Из-за смены положения лицо девушки больше не выглядело голубоватым в свете экрана, что несомненно было плюсом. Однако теперь его почти нельзя было различить в такой вот темноте, и это абсолютно точно минус. Теперь от внимательного, заинтересованного и, как Доктор увидел раннее, веселого взгляда осталось лишь только ощущение. Мужчина чувствовал его на себе настолько хорошо, насколько взгляд вообще можно почувствовать. Он знал, куда Клара смотрела. Он знал, когда она начинала осматривать его, а когда снова возвращалась к глазам. Он просто… чувствовал все это. — Так почему вы делаете проект об ангиологии? — кашлянув, так серьезно и спокойно спросил Джон, насколько хватало сил под этим ее взглядом, который, к слову, немного отступил, стоило мужчине разрушить тишину. — Я просто редактор, — пожала плечами девушка, и в ее голосе до сих звучала еле уловимая насмешка. Почему она над ним насмехается, Доктор не знал, и это его раздражало. — То есть, Мисси — автор? — будучи немного раздраженным, Смит скорее ощущал себя несколько… потерянно. То есть, стоило ему хотя бы заикнуться о своей работе, так его подруга тут же напускала на себя скучающий вид и обещала найти какое-нибудь ружье, чтобы застрелиться и не слушать «тоскливый врачебный бред», а сейчас оказывается, что она отлично во всем этом разбиралась. — Именно так, — Клара вновь прищурилась — Доктор почувствовал. — И как? — несколько сомневаясь в том, что хочет услышать ответ, уточнил мужчина. — Отвратительно, — честно призналась девушка с легкой улыбкой в голосе, — столько плохих оборотов в жизни не видела. — Я про содержание.       Джон нахмурился: ему всегда казалось, что он задает свои вопросы невероятно точно и правильно, так что должен получать на них такие же точные и правильные ответы. Но эта Клара заставила его немного в этом усомниться. А еще то, что у Мисси не получалось красиво о чем-то написать — довольно подозрительно. Доктор всегда был уверен в том, что в формулировании своих мыслей этой женщине нет равных. Она довольно часто говорила много лишнего или заставляла свои слова звучать… странно, однако, второго Мисси добивалась за счет своего голоса, а не стиля письма, а первое в таких проектах вообще должно быть ценно. — Не имею ни малейшего понятия. Я учитель — не доктор, — вновь пожала плечами Клара, наконец прекращая сверлить собеседника взглядом и позволяя ему вздохнуть полной грудью, — а что? — Спокойной ночи, Клара, — чувствуя, что ноги вновь ему подчиняются, спокойно произнес Доктор, проигнорировав вопрос девушки. На самом деле, он просто не хотел отвечать. Без причины. Просто потому что не хотел. И даже стряпни Мисси, за которой он пришел на кухню с самого начала, сейчас хотелось меньше, чем уйти отсюда. — Спокойной, Доктор, — не удержавшись от смешка, ответила девушка, провожая спину Смита долгим внимательным взглядом.