У Мисси дома на кухне так хорошо

      Как только ноутбук с открытым текстом проекта оказался на коленях на столе перед Доктором, он убедился, что все было не плохо. Все было просто ужасно. Наверное, даже в те далекие времена, когда он учился в университете, ни один лентяй и прогульщик не написал бы чего-то подобного. Любой из его интернов, учитывая их впечатлительность, немедленно застрелился бы на месте от количества того горячечного бреда, которым работа Мисси была пропитана насквозь. Конечно же в глазах есть лимфатические сосуды! Как куча медиков могли так ошибиться, решив, что ни в глазах, ни в зубах, ни в спинном или головном мозге, ни в хрящах, ни в эпидермисе нет лимфатических сосудов? Человек, который даже не может определить верное количество ребер, уж точно разбирается в этом лучше. — Я позвала вас, не чтобы у меня под ухом было старческое ворчание, — хмыкнув, отвлекла Доктора Клара и весело склонила голову на бок. Он тут же повернулся к ней лицом, недовольно хмуря брови. Он вовсе не старик. И тем более не ворчит. Сама попросила помощи, а теперь возмущается, — вы продолжаете, — с еле скрываемым весельем в голосе протянула девушка и лукаво улыбнулась, — только теперь ворчите не на текст, а на меня, — она совершенно точно издевалась. Не успел Доктор задать интересующий его вопрос, как Клара на него ответила, — это видно по вашим глазам. Они… ворчат.       В отличие от Доктора, который после этих ее слов почувствовал некоторое смущение, девушка выглядела такой же иронично спокойной, как и несколько минут назад. И это заставляло чувствовать себя еще более неловко. Вообще практически каждый взгляд Клары Освальд (да и сама Клара Освальд) вызывал некое смятение и желание как можно скорее от него скрыться. Огромные глаза этой девушки пугали еще сильнее, когда она сидела так близко и внимательно следила за каждым его действием. Возникало ощущение, что она ждет какого-то его неправильного жеста или ошибки, чтобы потом напоминать о ней до конца… месяца? Да, верно, после этого они уже никогда не встретятся. И как же Доктор был этому рад! Клара конечно не была неприятной… или злой или грубой, однако находиться рядом с ней было очень тяжело. Почти физически тяжело. Но на то, чтобы уйти, не хватало сил. Как тогда ночью или буквально… час назад? Каждый раз, пытаясь понять время, Доктор проваливался, сбиваясь с мысли. — Здесь просто, — понимая, что тишина на двоих с Кларой давит, начал он в некотором смятении, — здесь очень много ошибок. Грубых… даже грубейших ошибок, — стоило вновь посмотреть на текст работы, как неуютная атмосфера отошла на второй план. Кажется, одной из причин, по которым Мисси вечно повторяла, что у него сложный характер, была способность переключаться с одного на другое. И может окружающим было из-за этого сложно, Доктора все устраивало — на его работе так проще. После неудачной операции нужно провести еще одну, и вместо того, чтобы грызть себя чужой смертью, лежащей на твоих плечах, ты просто… выкидываешь это до поры до времени. Конечно когда выпадает минута, непременно стоит как следует проводить этого важного человека. Потому что сколько бы Доктор не работал хирургом, не стоило забывать о… человечности. О том, что все важны для кого-то он повторял себе несколько раз в день, потому что сам этого не ощущал. Но ведь не нужно переживать что-то на собственном опыте, чтобы иметь способность это понять, верно? Не нужно быть шахтером, чтобы осознавать тяжесть их труда, не нужно пережить смерть родственника, чтобы искренне посочувствовать кому-то, кому пришлось похоронить близкого. Достаточно просто быть человеком. И при всем своем скверном, тяжелом характере и оторванности от мира (снова замечание Мисси) Доктор изо всех сил старался им быть. Потому что если когда-нибудь наступит день, когда вместо положенной минуты скорби по умершему пациенту, он не почувствует ничего, то больше не будет обладать правом называть себя Доктором.       Прикосновение к руке заставило вздрогнуть, прерывая поток мыслей, которые все чаще посещали его во время отпуска (вот что значит — свободное время). Тут же подсознательно ощетинившись, Доктор сильнее нахмурился, по какой-то старой привычке пытаясь прожигать нарушителя его личного пространства возмущенным взглядом. Правда уже через секунду он понял, что Клара совершенно случайно тронула его, потому как она просто пыталась пододвинуть ноутбук ближе к себе, чтобы сделать… что-то. Доктор вновь принял чуть более расслабленную (если напряженного готового в любую секунду сорваться и убежать человека можно назвать расслабленным) позу и тихо обругал себя за такое по-глупому пугливое поведение. Что Клара Освальд — студентка его лучшей подруги Мисси вообще может ему сделать? Эта несомненно смекалистая, хитрая и непонятная девушка, несколько лет обучающаяся у самой непредсказуемой, странной и эксцентричной женщины. которую он только знал. Да, именно так — Клара Освальд может сделать абсолютно что угодно. Теперь попытка мозга защититься от ее прикосновения прекратила выглядеть такой нелепой. И совершенно не имело значения, что мозг Доктора реагировал так на любые прикосновения (кроме Мисси конечно. К ней он уже слишком привык). Пожалуй, повезло, что она не… — Я не кусаюсь, — внезапно хохотнула Клара, заставляя Доктора вздрогнуть всем телом. О боже… — не обязательно так дергаться, — весело с легкой издевкой продолжила она, и Доктор снова вздрогнул. Нет… Нет, нет и еще раз нет! Своими смешками она старалась скрыть свой интерес. Она интересовалась им. Что же, кажется, миссия, с которой он успешно справлялся… пару часов, была с треском провалена. Если Клара Освальд начнет интересоваться им, то обязательно начнет чаще к нему лезть, а он, как тот, кто не может устоять перед интересной загадкой, обязательно позволит ей это и… Он совсем не хотел общаться с людьми не по работе. Даже с этой девушкой он строил разговоры исключительно об этом. Об их совместном проекте (хоть это и был проект Мисси, работы для редактора и медицинского консультанта было просто невероятно много), который по факту стал заменой работы. О чем вообще говорят со знакомыми, в которых ты заинтересован? А если все зайдет настолько далеко, что они с Кларой…подружатся? Стараясь избавить свою голову от подобных размышлений, Доктор нервно моргнул. — Я не дергался, — торопливо произнес он, стараясь тоном как можно четче показать, что комментарий Клары не меньший бред, чем то, что у людей открытая кровеносная система. В каком классе это проходят вообще? Неужели Мисси со своей умной головой не сумела запомнить нечто настолько очевидное?       Будучи абсолютно уверенным, что идея посмотреть Кларе Освальд в глаза будет одной из худших за последнее время, Доктор конечно же сделал это — слишком важно было, чтобы она правильно его поняла. И судя по лукавой улыбке и игриво приподнятой брови, девушка поняла все совершенно по-своему. Кажется, восприняла его реплику, как обычное (и, судя по всему, довольно жалкое) оправдание. И возможно — только возможно — это подогрело ее разгорающийся интерес еще сильнее.       Пытаясь как-то скрыть невольное смущение, вновь возникшее под ее взглядом, Доктор кашлянул и пододвинул ноутбук обратно к себе — ему нужно исправлять ту чушь, которую Мисси написала. А работа редактора понадобится немного позже. — Чай? — внезапно спросила Клара. — Кофе, — уходя с головой в прочтение самой ужасной научной работы в его жизни, быстро ответил Доктор. — Суфле? — Не люблю сладкое.       После этого Клара вновь замолчала, и Доктор как-то сам собой насторожился. Опять. Зачем были все эти вопросы? Отвлекаться от экрана ноутбука совсем не хотелось: снова смотреть ей в глаза, снова проигрывать в игру «кто кого смутит», в которой у мисс Освальд было слишком явное преимущество, снова пугаться ее заинтересованности… Нет уж. Лучше действительно уйти с головой в работу, за которую он взялся. Со вздохом исправлять количество литров крови у взрослого человека с двух до среднего «пять»; убирать бред про то, что люди с двумя сердцами не просто рождались, но и продолжали нормально жить (ну вот и чего Мисси так к этому привязалась?); и редактировать огромное количество бреда, оказавшееся на одной только первой странице. Да, такое способно занять надолго. И вопреки вполне осознанному желанию в свой нерабочий месяц не думать о ангиологии как можно дольше, где-то внутри Доктор все равно радовался шансу заняться чем-то, связанным с любимым делом. Так что, наверное, если бы он был более вежливым или хотел общаться с Кларой, обязательно поблагодарил бы ее за предоставленную возможность. Да, тяжело и бесконечно глупо, но все равно так близко и дорого. Пожалуй, медицина это совершенно не та вещь, от которой можно отказаться… — Ваш кофе, — вместе с тихим стуком кружки о стеклянную поверхность стола тепло сказала Клара, в очередной раз за день вырывая Доктора из своих мыслей. Он тут же хмуро воззрился на стоявший перед ним кофе, а затем бросил короткий взгляд на Клару, стараясь не задерживаться на ее неприлично огромных глазах. Кофе? Зачем она сделала ему кофе? Это попытка поблагодарить? В этом кофе есть что-то странное? Однако вместо кучи вопросов, возникших в голове, Доктор задал тот, который появился где-то в подсознании: — Как вы нашли кружки?       Неловкость сказанного пришла, кажется, после целой минуты давящей тишины. То есть, очевидно же, что Кларе Мисси показывала, куда поставила их на этот день. Это ведь было издевательство именно над ним и, не смотря на любовь этой женщины к издевательствам в целом, вряд ли она стала бы доводить собственную студентку до белого каления, скрывая от нее местоположение кружек. Потому что прятала их настолько успешно, что Доктор до сих мог потратить часы, чтобы найти новое место. А все из-за того, что он, видите ли, читая свои книги, вечно забирает все кружки себе. Так что несколько месяцев назад, когда он решил провести выходной с лучшей подругой, она объявила свое очередное идиотское правило: каждый день все чашки, кружки и стаканы будут оказываться в новом месте, которое Доктору придется найти самостоятельно. — Потому что они… там же, где и всегда? — неуверенно протянула Клара, кажется, не зная, что ей стоит делать: плакать или смеяться. Она сама стояла с кружкой в руках и старалась смотреть исключительно на нее. Если ее содержимое позволяло девушке не так ярко демонстрировать свои эмоции, Доктор был совсем не против. Он был даже за. — Но ведь Мисси… ну, переставляет их, — почему-то начиная чувствовать себя каким-то идиотом, медленно произнес Доктор. Он нарочно выделял каждое слово, будто боясь, что его неправильно поймут из-за того, что неверно истолкуют акцент. Бросив быстрый взгляд в сторону девушки в попытке оценить обстановку, Доктор готов был провалиться на месте — она улыбалась, сдерживая, кажется, подступающий смех. Ему срочно был нужен глоток кофе, а иначе неловкость происходящего просто убьет его. Стараясь как можно незаметнее взять кружку, Доктор с таким громким скрипящим звуком пододвинул ее к себе, что, наверное, даже птицы за окном, слышали это. Идиотская, абсолютно идиотская ситуация, о которой Мисси не должна узнать не при каких обстоятельствах… — Они там же, где и всегда, — невероятно плохо скрывая веселье и недоумение, повторилась Клара и прокашлялась, чтобы придать своему виду хоть немного серьезности, — думаю, не стоит задавать вопросы, верно? — одновременно и сильнее втоптала Доктора в грязь и спасла ситуацию девушка. Теперь она считает, что он идиот (хотя, кажется, сейчас и он так считал), но не требует от него дополнительных унижений. Да, просто превосходное начало совместной работы...