Чёрная полоса

— Ну, почему ты всегда молчишь? Или тебе совсем не хочется меня заткнуть? Не думай, что я поверю, будто ты в рыбу немую превратился. Ну поговории со мноой, — тянул Сынмин, плескаясь ногами в воде, сидя на пирсе. — Ангела посмел игнорировать. Я не отцеплюсь от тебя, так и знай, Хван Хёнджин.    — Ты мою фамилию знаешь? — удивился Хёнджин. — Не смей произносить её, — шикнул он. Хёнджин ненавидел, когда его звали по фамилии, потому что на самом деле она была не совсем его, а его приёмных родителей, как раз тех, которых он убил в детстве. Он всей душой ненавидел тот период.    — О, боги. Оно со мной заговорило, — хлопнул в ладоши Сынмин. — Конечно, знаю. В этом городе ничего не происходит без нашего ведома.    — Мог бы и соврать, — закатил глаза Хёнджин и подплыл к пирсу, сложил на него руки.    — Я не собираюсь брать грех на душу, чтобы растопить твоё сердечко.    — Зачем ты приходишь ко мне каждый вечер? Я начинаю привыкать.    — Привыкай. Я так и буду приходить сюда каждый вечер, пока ты играешь в лягушку.    — Почему?     — Честно, не знаю, — он посмотрел на пасмурное небо и задумался. — Первый раз я просто гулял, чтобы очистить мысли, и наткнулся на тебя случайно. А потом... Не знаю. Может, потому что ты напоминаешь мне меня? — Хёнджин усмехнулся и закатил глаза. — Что смеёшься? Я абсолютно серьёзно, — Сынмин улыбнулся и посмотрел на Хёнджина. — Думаешь, наличие большой семьи что-то меняет? У семи нянек дитя без глазу, знаешь? Матери перестают о нас заботиться сразу, как выкормят, и дальше мы типа: “Плывите, сосиски”, — он рассмеялся. Про свою мать Сынмин умолчал. — Учимся выживать и совсем друг с другом не дружим.    — Ты просто не ценишь то, что имеешь, — перебил Хёнджин.    — Может быть, — Сынмин вздохнул и снова начал медленно болтать ногами в воде. — Ты своих родителей, пускай и приёмных, вообще сожрал, так что не тебе меня судить. Я тоже всю жизнь внимания искал, но куда уж там, у всех работа. Даже Феликс меня как будто не замечает, хотя мы и одногодки. А сейчас он так вообще с Джисоном развлекается.    — С Джисоном? Развлекается? — Хёнджин удивился.    — Ага. Джисону не хватает ангельской крови, поэтому он к ангелам липнет. Буквально. Ему от этого становится легче, они даже переспали.    — Переспали? — он не переставал удивляться. — Я Джисона с Минхо вчера видел, Минхо не в курсе?    — В курсе. Они так разругались тогда, Минхо даже собирался уезжать из города. Не смог, — Сынмин улыбнулся.    — А я его предупреждал, — Хёнджин тоже улыбнулся.     — Улыбка тебе идёт. Ладно, заболтался я с тобой, — Сынмин поднялся на ноги.    — Ты придёшь завтра?    — Да.     — Тогда, возьми запасную одежду. Хочу тебе кое-что показать, — он снова улыбнулся и нырнул под воду.    Сегодня они оба впервые вернулись домой в хорошем настроении. Хёнджин улыбался так глупо, но так счастливо. Его щёки горели. Ему действительно идёт улыбка? Может, не стоило быть таким категоричным насчёт Сынмина. Может, стоит дать ему шанс. Он кажется добрее и надёжнее своего брата. А ещё он милый и романтичный. Внимательный. Хёнджин закрыл ладонями рот и счастливо вздохнул. Вот бы этот момент никогда не заканчивался.    ***    — Хён, — шёпотом позвал Джисон, лежащий на кровати напротив Минхо. — Поспишь со мной сегодня? Последний раз.    — Предлагаешь это после того, как убил хозяйку дома?    — Давай по чесноку, если я захочу тебя убить, то мне будет неважно, спишь ты рядом или в зале. И вообще, мы спали после этого уже.    — Это ты мне так угрожаешь? — Минхо усмехнулся. — Мне просто так было спокойно, оставался шанс побега, но, как бы странно это ни было, с тобой мне спокойнее. Я буду спать здесь.     Джисон улыбнулся и подтянулся к Минхо ближе, чтобы поцеловать. Всё потихоньку стало налаживаться в их отношениях, Минхо это радовало в той же степени, как и настораживало. Нет, он был счастлив наконец выдохнуть, но ощущение, что это лишь затишье перед бурей не покидало. Тем более, что у Джисона снова начало расти количество демонской крови, но пока остановилось на пятидесяти девяти.     — Мне всё было интересно, — снова заговорил Минхо. — что ты чувствуешь, когда кровь меняется? Или ты не замечаешь?    — Замечаю. Когда у меня доминировала ангельская, то я... Мне просто было так хорошо, хотелось задержать это состояние на как можно дольше. А когда начинает доминировать демонская, то мне ну такое из-за чувства голода. Я даже сейчас его чувствую, только слабый, поэтому могу контролировать. Но есть определённая точка, когда перестаю. Я тогда обращаюсь и мало что помню из тех моментов. Из первого обращения я вообще ничего вспомнить не могу. Второй раз уже лучше помню. Мне так хотелось есть, что убийство не казалось чем-то криминальным. Типа, мы же едим хрюшек там или коров.     — Понятно, — Минхо вздохнул.     — Ты теперь ещё больше меня боишься? — Джисон грустно усмехнулся.    — Думаю, я почти смирился с тем, что мне так или иначе придётся умереть от твоих рук.    — Хён! — Джисон сел. — Как ты можешь так спокойно об этом говорить?    — А надо в слезах умолять тебя оставить меня в живых? — Минхо усмехнулся.    — Нет. Блин, я не знаю, ну ты должен верить в то, что я тебя не убью? Я же люблю тебя.    — А ты сам в это веришь?    Джисон опустил голову.    — Мне так страшно, — прошептал он, Минхо ласково погладил его по коленке. — Я так боюсь однажды найти себя рядом с твоим мёртвым телом и осознать, что это сделал я. Хён. Я утром собрал твои вещи и поговорил вчера с Крисом. Уезжай. Умоляю, уезжай отсюда.    — Джисон, — ошарашено проговорил Минхо и тоже сел. — И ты сможешь вот так просто меня отпустить?    — Хён, — Джисон всхлипнул. Конечно, не сможет. Ему даже думать об этом невыносимо больно. Они столько лет вместе, они ведь только съехались, только начали жить, а тут конец отношений. Но кто-то из них должен был повернуть рычаг на рельсах, пускай уж лучше это будет сам Джисон, чем Минхо. У Джисона бессмертие, он успеет смириться, а у Минхо короткая человеческая жизнь, которую он должен провести счастливо вдали от этого места и не винить себя за то, что бросил демона. — Смогу. Езжай, пожалуйста. Прошу тебя. Ну что ты так на меня смотришь? Я не люблю тебя больше.    — Ну кого ты пытаешься обмануть? Ты только что говорил обратное.    — Минхо, блять, хватит делать мне больно, — он всхлипнул и слез с кровати, взял рюкзак с пакетом и кинул их на кровать. — Просто возьми свои монатки и уёбывай, — Джисон повернулся к Минхо спиной, чтобы он не увидел его слёзы, потому что готов был вот-вот расплакаться.     Минхо тяжело вздохнул. Встречается с самым настоящим идиотом. Он молча взял вещи и вышел в коридор, Джисон тут же вылетел за ним. Минхо повернулся.    — Иди ко мне, — Минхо протянул руки. Джисон расплакался. Нет, он должен придерживаться своих слов, он никуда не пойдёт. Минхо закатил глаза и подошёл сам, крепко обнял Джисона, который тут же стал вырываться, но быстро сдался. — Я люблю тебя и ни за что не брошу. Мы уже об этом говорили, у меня кроме тебя никого нет. Мне некуда идти, да и я не хочу этого делать. Давай постараемся жить ну если не счастливо, то хотя бы спокойно. Я заметил, что сильные позитивные эмоции поднимают тебе ангельскую кровь, а любые негативные мгновенно ускоряют повышение демонической. Так что давай, успокаивайся, и пойдём твои нервные клетки восстанавливать, — он улыбнулся и стёр слёзы со щёк Джисона.    — Хён, — всхлипнул Джисон и прижался к Минхо как можно сильнее.    — Ну вот, а говоришь, не любишь меня больше, — усмехнулся Минхо и тут же получил кулаком по груди. — Больно вообще-то.     — Нечего меня дразнить.    — Нечего за меня решения принимать.    — Мы щас опять поссоримся.     — Хочешь, чтобы я тебе уступил?    — Даже не мечтаю, — Джисон усмехнулся, Минхо щёлкнул его по лбу. — Щас остатки мозгов вышибешь.    Минхо закатил глаза и поцеловал Джисона в макушку. Вместе они обязаны справиться.