Ставка

***

      Юнги собирался его трахнуть. Это было очевидно всем кто не слепоглухонемой. А в Big Hit таких не было.       Очень видно это стало даже для самого Чимина. Прорезавшаяся проницательность неожиданно проросла из глубин наивной пусанской души и озарила этот суровый мир своей готовностью доносить до его тупенького мозга просто, блять, очевидные истины. Мин Юнги собирался его разложить, потом сложить и еще по-разному.       Его темный взгляд - долбаная глубокая холодная бездна, открывавшаяся так неожиданно - посреди обычного разговора, привычных шуток, очередной жратвы, миллионной тренировки… Господи, просто во время репетиции и ничего не значащего разговора. Просто – бац! Внезапно и без предупреждения. Обухом по голове.       Чимин затыкался посреди своей партии, спотыкался в полушаге, дебильно валился на пол, давился едой и воздухом.       Почему, блять, Мин так делает? В компании первый-второй-десятый – все красавчики и супермодели. Он же… Пак Чимин из Пусана: щеки на полмира, глаза-щелки, тупая стрижка, мешок неуверенности и тележка комплексов. И голос - девчачий и ломкий…       Но провалы темнее темного под рваной челкой на противоположной стороне стола как бы намекали, что «заткнись, Чимин-и, выруби свой маленький мозг и готовь свою охеренную задницу!»       Чимин не знал, что об этом думать и стоит ли вообще пытаться. Шуга был его личным и совсем особенным фетишем, воплотившимся почему-то в реальном мире - вот в этом вот хмуром комке плоти хена-интроверта. Чимин был как сучка влюблен в него, взгляда с эдак десятого, воспринимал его как нечто среднее между личным божком и фрейдовской теорией.       Эх, неважно, все это неважно. Он давно просто принял как факт свою зависимость от каждого слова Мина и не пытался выстраивать логические цепочки и искать объяснений. Первопричины в задницу, Пак простой как фантик - симпатичный, шуршащий и мало ценимый жмущими его руками. Он знает свое место, не смеет мечтать о недостижимом. Парень просто ловит крошки внимания и покровительства, даруемые небрежной бледной рукой.       Понял, что его песенка спета, когда начал ни с того ни с сего задыхаться от любого проявления таланта Шуги. Стоило тому коснуться своими, сука, изящными пальцами клавиш инструментов или клавиатуры, или чего угодно (боже!) – и Чимин выпадал из реальности.       Мин прикусывал в задумчивости ручку, втыкая невидящим взглядом в вечный блокнот – Пак заканчивался как личность. Рэпер зачитывал – Чимин плавился, смеялся – сердце в груди колотилось как от убойной порции кофе, «включал» мимику на шоу и дурачился – юный тонсен скулил, иногда вслух, маскируя под смехуевинки.       Позднее, при просмотре видео, ему было стыдно, он палился на этих шоу по-черному.       Вокалист ловил извращенный эстетический кайф, когда просто смотрел на Юнги: ласкал несмело нежным взглядом его бледную кожу и жесткие волосы, эти смешные коленки, и локти, и плечи, и сладкие губки…       Каждый раз удивлялся наивно – как это, никто не замечает?!       Если бы его спросили: «Скажи-ка, Чимин, что именно стало последним гвоздем, сладкой вишенкой, апофеозом и последним Рубиконом для твоей влюбленности?», он бы ответил: конечно, голос. Заслушанные от корки до корки песни, вспоминать о которых и сладко и стыдно. Ласкать свое тело под хрип и речитатив Юнги – частое наслаждение для Чимина. Кинк, без комментариев.       И теперь-то понятно, что замечали. Яснее ясного, блин.       Мин Юнги оказался не настолько интроверт чтобы не замечать очевидного. До Чимина дошло, что он был самым очевидным из всего очевидного в этом мире, когда хен впервые приложил его одним из «этих» взглядов. Он не смог сглотнуть в тот момент и закашлялся до красноты, покрывшей его всего целиком.       Он испугался. Вот серьезно. Пак не позволял себе даже мысленно надеяться на ответку, а тут – однозначный прицельный сканер, прямо дающий понять, что его услышали, приняли к сведению и подумают как быть дальше с его унизительно-восторженными тайными желаниями по отношению к любимому хену. И такое себе ощущение у Чима с тех пор - хм, некомфортно-неуютное, неопределенное…       Ладно, уже понятно: остальные мемберы и стафф просекли. Лишь изредка жалостливо ему улыбались или обнимашками-похлопываниями давали понять, что - «ну, бывает, брат… держись, что ли». Но то – остальные.       А теперь – Юнги прекратил делать вид (внезапно!), что ничто земное его не обходит и эти ваши гормональные всплески не по его персону. Оказалось, по его.       Чимину интересно - с чего вдруг? Как он прокололся? Или хен просто не показывал раньше. А с какого перепугу тогда проявил миру свою заинте…, нет-нет, не надейся, пусанская булка, не может этого быть. Не ты ли подмечал не будем загибать коротенечкие пальцы на обеих ручках сколько девиц побывало в студии Юнги и это только те, что ты засек?!       Надо быть честным - положа руку на сердце, Чимин допускает (гипотетически), что может представлять для Шуги сексуальный интерес. Ну, наверное. Возможно. Всякое же бывает в этом мире…       Как еще объяснить происходящее? Гляделки продолжаются уже месяца два, и он не удивился совсем, когда Тэхен откровенно выдал ему коммерческую тайну, что в агентстве вовсю работает тотализатор - азартно принимаются ставки на исход его влюбленности, сроки скорого (никто не сомневается вообще, крайне низкий коэффициент!) перепихона и дальнейшее поведение Юнги.       Его, Чимина, дальнейшее поведение никого не интересовало, видимо. Суки!       Хорошенько наставив тумаков своему платоническому соулмейту за бесстыдное поведение и насмешки над светлым (не всегда) чувством, Пак продолжил гнуть свою линию – краснеть, бледнеть и не предпринимать ничего. Ловить взгляды и ждать когда апатичный хен подсоберет силенок нагнуть тонсена представлялось куда безопаснее рискованной инициативы и признания.       Время шло, взгляды переставали быть просто изучающими, а ставки неуклонно росли. Запутавшись в своих мыслях и желаниях, будущая сексуальная жертва (последние сводки показали 95% вероятности, спасибо Киму-младшему за инфу) начала уставать от ситуации.       Чимин еще раз просмотрел страничку и в очередной раз охуел от дикой фантазии сотрудников Big Hit. Похоже, у большинства очень много свободного времени и нерастраченных сил. Это ж можно горы свернуть, а не херней страдать!       «Пак Чимин признается прилюдно и упадет в обморок», «Мин Юнги совершит сексуальное действие над Пак Чимином в собственной студии, записав это и вставив впоследствии в новый трек», «Пак Чимина засосет Мин Юнги (или наоборот) на ближайшей премии», «Мин Юнги трахнет Пак Чимина в комнате для танцевальных тренировок»…       А как они (гады бессердечные!) собираются это проверять? Камер понаставили, что ли? Чимин расстроился, но не удивился, что с такими сволочами ему работать, дебютировать и завоевывать мир к-попа.       Прикинув свои варианты, пусанский комок нежности и наивности решил показать всем этим «проницательным» товарищам большой такой обиженный фак и нашел наименее популярный запрос с самым низким коэффициентом.       Да будет так, сучки, готовьтесь!