Сочельник

Январь подходил к концу, но погода была такой же. Как же уже хотелось хотя бы немного тепла, ведь на душе и так было холодно. После недели постоянного общения Арианна почему-то решила снова меня игнорировать. Мы не ссорились, я, больше чем уверен, ничем её не обижал, а она снова решила потрепать мне нервы. Ну кто вообще так поступает? Хотя, может, я реально её чем-нибудь обидел? Ну не верю я, что с ней что-то случилось. С Рут у меня тоже не всё в порядке. Мы отдаляемся друг от друга, и это нереально сильно видно. После того поцелуя с Арианной мой организм перестал вырабатывать фенилэтиламин, норадреналин, дофамин и эндорфин в сторону Рут, ведь при взгляде на неё в моём животе больше не рождались бабочки. От этого было ещё хуже. Я не знал, что мне делать. Если я расстанусь с ней, то потеряю самого лучшего друга, а если нет, то буду мучить нас обоих. Эти размышления просто разрывали меня и моё сердце на части так, что сил терпеть всё это уже не оставалось. Я понимал, что нужно уже решиться на что-то одно, но не мог. Иронично, но Рут, видимо, тоже думала обо всём этом. Она пришла ко мне в субботу без предупреждения, поэтому, когда ко мне в комнату заглянул брат, оторвав меня от «Илиады» Гомера, и сказал, чтобы я был с кем-то помягче, я ничего не понял. Но после того, как шоколадные волнистые волосы моего брата сменились чёрными, уже отросшими до лопаток, локонами, я понял, что это Рут. К моему удивлению, сегодня она их не выпрямляла, как делала это обычно, но я решил, что не стоит на это обращать внимания. Но, пожалуй, мне стоило это сделать. Одета она была в чёрную толстовку, с выглядывающей снизу белой футболкой, чёрные рваные на коленках джинсы скинни и светло-коричневые кожаные ботинки на шнуровке. Не знаю почему, но мне казалось, что это был мой последний шанс что-то почувствовать к ней. К сожалению, ни одна бабочка не проснулась. — У меня к тебе серьёзный разговор, — даже не поздоровавшись, сказала Рут. Видимо, случилось что-то нереально плохое, раз всё так начиналось. — Поэтому мне нужно полное твоё внимание, Джаспер. Рут не назвала меня Джас и попросила быть внимательнее. Видимо, этот разговор должен был изменить наши жизни, поэтому я сделал то, что она попросила. Рут села на мою кровать и похлопала рядом с собой, приглашая меня присесть рядом. Я не стал отклонять её предложение. Почему-то мне казалось, что после этого таинственного, очень серьёзного разговора мне захочется куда-нибудь присесть, так что я решил не тратить время будущего меня, которое он мог бы потратить на поиски ближайшего стула. После того, как я уже сидел рядом с Рут, вдыхая запах её духов, она продолжила свою речь. — Почему мы отдалились друг от друга? «Так сразу? Я не думал, что моя девушка настолько прямолинейна». — М-мы вовсе не отдалились… — я хотел что-то добавить, но Рут меня перебила: — И не отрицай. Это видно уже всем вокруг. Я не придумывала этого, Джас. Я понимал, что речь сейчас зайдёт о том, что я хотел отложить очень надолго. Жалко, что судьбе наплевать на мои планы, и она всегда вносит свою лепту в то, во что не надо. — Скажи правду… — она немного помолчала, собираясь с мыслями и пытаясь набраться смелости, чтобы спросить: — У тебя появилась другая? Это фраза повергла меня в шок. Я вспомнил поцелуй с Арианной и то, что я неимоверно хотел продолжения, и мне стало нереально стыдно. К моим щекам прилила кровь, и они стали пунцово-красными; я опустил взгляд на свои руки и начал перебирать пальцы, пялясь и рассматривая их так, будто впервые видел. По моему внешнему виду Рут всё поняла. Она не сказала об этом, лишь ппросто кивнула самой себе и начала смотреть прямо перед собой. Мы молчали несколько секунд, которые в данный момент казались часами, а после Рут неожиданно спросила: — Почему ты со мной? — её голос дрожал, словно она вот-вот расплачется, но, посмотрев на неё, я увидел лишь холод в глазах, глядящих куда-то в пустоту. У неё никогда не было такого взгляда. Неужели она пыталась сейчас скрыть свои настоящие эмоции? Боже, именно этого я и боялся. Я попытался дотронуться до плеча Рут, но она немного отсела, не дав мне этого сделать, а после повторила вопрос, уже глядя прямо мне в глаза: — Почему ты со мной, Джас? — я молчал. Не хотел отвечать на этот вопрос. Я лишь снова начал смотреть на свои руки, но Рут не унималась. — Это из-за того, что мы всегда были вместе? Из-за того, что нас к этому подтолкнули родители, и мы оба боимся им перечить? Из-за привязанности? — я пожал плечами. — Привязанность — это не любовь, Джаспер. Надеюсь, ты это понимаешь? — я кивнул. — Мы вместе лишь потому, что нашим родителям это выгодно, а мы уже привыкли к обществу друг друга. Нам навязали то, чего нет, Джас. И… — следующие слова Рут дались нелегко, да и я напрягся, ведь понимал, что это будет. — И именно поэтому нам нужно расстаться и не мучить больше друг друга. Я сжал челюсти и промолчал. Не думал, что это будет настолько больно. — Джас… Посмотри на меня… — Рут положила руку мне на плечо, и я не смог перечить ей, поэтому посмотрел. — Это не значит, что мы не будем больше общаться. Мы до сих пор остались лучшими друзьями. Но теперь ты можешь быть с ней… — Рут мило улыбнулась, и из-за этого на мои глаза навернулись слёзы. «Ну почему она так спокойно прочитала меня? Это нечестно…» — А… — я сглотнул и проморгался, пытаясь прогнать слёзы. — А как же ты? Рут хмыкнула. — Я одна из самых популярных девушек в школе. У меня много поклонников, да и уже есть кое-кто, кто мне нравится. Я не пропаду, Джас. Я не сумел сдержать слёз, и они покатились по щекам. Рут заметила это и обняла так крепко, как только могла. Но это не было похоже на те старые утешающие объятья. Сейчас это было так, словно она забирала остатки моей любви к ней, рушила связь наших душ, чтобы наконец-то мы стали свободными. Это причиняло лишь больше боли. После этого мы какое-то время поговорили ни о чём, словно этого разговора и не было, и мы всё ещё вместе. А после она ушла. Не попрощавшись. Ушла из моей жизни раз и навсегда…

* * *

9 февраля. Весна всё ближе и ближе, а значит, с каждым днём должно становиться всё теплее и теплее. Скоро под окном будут петь птицы, а лес, рядом с которым находится мой дом, зазеленеет. Как же красиво будет выглядеть наше с Ари тайное место, когда всё зацветёт. Так, нужно переставать мечтать. Всё-таки сейчас только начало февраля, на улице до сих пор собачий холод и полно снега, да и то, что в какой-то момент всё будет зелёным, представить очень сложно. С нашего с Рут расставания прошла неделя. Боль в груди утихла, и мы снова начали общаться как прежде. Она даже начала расспрашивать про мою новую любовь, но я отнекивался, мол, её нет. Мне даже начало нравиться, что мы всё прекратили. Не знаю почему, но теперь мы как будто были более открыты друг другу, чем раньше, и это было круто. Что насчёт Арианны, то она до сих пор меня игнорировала, и, если честно, мне уже начинало казаться, что с ней что-то стряслось, хотя все пытались убедить меня в обратном, но у них уже не очень получалось. Мой организм серьёзно взялся за выработку допамина, вызывая тревогу за мою знакомую. Именно по этой причине я сейчас стоял у двери её дома — не спрашивайте, как я узнал, где она живёт — и боролся с желанием сбежать от страха домой и укутаться в пледик. «Я должен это сделать, даже если окажется, что этот адрес неверный. Даже если меня пошлют и посчитают параноиком. Я. ДОЛЖЕН. СДЕЛАТЬ. ЭТО». Тук-тук «Господи, может, ещё не поздно сбежать? Зачем вообще я это сделал? Ведь, скорее всего, у Арианны всё просто шикарно, как мне все и говорили. Какой же я придурок. Ну правда, зачем я это сделал?» Дверь мне открыл полный мужчина, сорока двух лет, с коричнево-зелёными волосами, в которых только пробивалась седина, с густой бородой и глазами глубокого голубого цвета. Одет он был в бежевую водолазку, тёмно-серые брюки карго и тёмно-коричневые кожаные ботинки. Он явно не понимал, кто я, и ждал, что я ему что-то скажу, но я лишь застыл на месте, боясь что-либо сказать. Поэтому мужчина меня поторопил: — Вы что-то хотели? — его милый голос и ни капли враждебности на лице заставили меня немного расслабиться. — Здравствуйте, а… А Арианна Гилмор тут живёт? — я настолько волновался, что голос у меня дрожал, а руки тряслись. Пожалуй, я не нервничал так давно. — Да, а что? — Я Джаспер Фримэн, её друг. Я… Я просто хотел убедиться, что с ней всё в порядке, просто она игнорирует меня без какой-либо причины. Я могу с ней поговорить? — Мне очень жаль, но я не знаю, где она. Её давно нет дома. Может, она снова попала в спецприёмник? Ну, или опять сбежала, — мужчина пожал плечами. Было видно, что он начал волноваться. Видимо, он был уверен, что Арианна хотя бы с друзьями поддерживает связь, а, услышав, что это не так, тоже начал думать, что с ней что-то не так. — А-а, хорошо, спасибо за информацию, — я постарался выжать из себя милую дружелюбную улыбку, которая не получалась из-за усилившегося волнения и бушующих в моей голове различных плохих мыслей. — Если что-то узнаешь, то можешь сказать? — Конечно, мистер Гилмор. — Спасибо, Джаспер. Ведь так? — мужчине было неловко уточнять моё имя, но это было даже мило. Я кивнул, мистер Гилмор предложил мне зайти и выпить чаю, но я, поблагодарив, отказался. Я не мог сидеть и пить чай в тот же самый момент, когда Арианна могла быть в беде. Мне нужно было как можно скорее найти её. Во что бы то ни стало. Поэтому вторым моим пунктом назначения стал дом Уго.

* * *

Когда я рассказал обо всём своему лучшему другу, он мне не поверил. Он понимал, что Арианна могла просто взять, бросить всё на свете и сбежать, не сказав ни слова. Жаль, что я этого не понимал. После долгих просьб поверить мне Уго всё-таки согласился помочь, хоть и не верил мне до конца. Он предложил пока что единственную разумную идею в данной ситуации — пойти в полицию. Я бы не додумался даже до такого с моими паническими атаками и волнением. В полиции наше заявление приняли, хоть тоже не особо мне поверили. Нам устроили целый допрос: почему мы считаем, что с Арианной что-то не так, и она пропала, а не просто куда-то сбежала. Хорошо, что Уго отлично умел убеждать людей, так что от нас довольно быстро отстали, хотя, я уверен, у полицейского было намного больше вопросов. Жалко, что это был не мистер Диккерсон, он бы не задавал вопросов. Затем мы поехали ко мне. Мы не знали, что делать дальше. Тупо сидеть и ждать то, что полиция возьмёт и за пару часов найдёт Арианну, было бессмысленно, да и бездействовать мы не могли. Мы долго думали, какой будет наш следующий шаг, и ничего лучше, как позвонить моему брату, не придумали. После нескольких минут разговора с Дональдом он успел усомниться в наших умственных способностях и любви Уго к детективам, но всё равно дал совет обойти всех, кто мог быть хоть как-то причастен к исчезновению Арианны. Мы решили сделать это завтра, ведь было уже довольно поздно, да и адреса многих нам были неизвестны. Мы с Уго ещё немого посидели, разговаривая ни о чём, попивая чай под фильмы, а после он ушёл, оставив меня наедине с моими паническими мыслями и размышлениями, что же случилось с Арианной.

* * *

Придя в школу, я, пожалуй, впервые за всю свою жизнь не думал об уроках или об оценках. Сейчас мне было важнее зажать в угол хулиганов, всё время достающих Арианну и распускающих различные слухи о ней. Но сделав это, к сожалению, или к счастью — я ещё не решил это — я понял, что они ничего об этом не знали. Конечно же, мы с Уго не особо верили саркастичным фразам этих козлов, поэтому пришлось прибегнуть к грубой силе и угрозам. Грубияны понимают только язык грубости. Но даже после этого они не перестали говорить, что ничего не делали с Арианной и понятия не имеют, где она, хоть и в другой форме. Поэтому нам с Уго пришлось отстать от них, думая, к кому пойти следующим. Мы немного подумали и решили, что правильнее всего будет узнать о том, что произошло, у человека, который мог её видеть последним. Мы не хотели идти к её отцу, который и так уже был нереально взволнован только одной мыслью о том, что с его дочерью могло что-то случиться, поэтому, сбежав с последних уроков, мы направились к корпусу младшей школы. Ещё никогда я не сбегал с уроков. Но мне было наплевать на эти экстремальные ощущения нарушения правил, мне было наплевать на всё, что не касалось хоть какой-то информации об Арианне. Мы немного подождали у дверей младшей школы, и вот из них вышел паренёк, лет десяти, с чисто оранжевыми кудрявыми волосами и глазами цвета зелёного воска. Одет он был в обычную школьную форму: белая рубашка, чёрные брюки, чёрно-белые кеды из плотной ткани и цветастый, в пору возраста, рюкзак. Пока мы шли сюда, Уго проверил, как выглядит младший брат Арианны, поэтому сейчас мы без проблем его узнали. Когда мы подошли к пареньку и позвали его, он немного испугался, но, когда мы объяснили, кем мы являемся, успокоился. Я объяснил мальчику ситуацию и попросил рассказать о последнем моменте, когда он видел свою сестру. По его словам, она смотрела с отцом телевизор, а после резко встала и убежала. К сожалению, сказать даже примерную дату он не мог, поэтому нам пришлось уйти ни с чем.

* * *

Дома мы с Уго обдумали небольшую информацию, которую добыли, и пришли к выводу, что ничего из этого получить невозможно. Но вдруг Уго резко встал с кровати и начал ходить туда-сюда по моей комнате, что-то раздумывая. — Что-то случилось? — недоумевающе следя за его движениями, спросил я. — Я тут подумал… — Уго остановился передо мной и посмотрел прямо в глаза. — У неё же парень — самый опасный человек города, разве не так? — Ну да… — Так почему мы первым делом к нему не пошли? Больше вероятность, что именно он что-то сделал с Арианной, а не какие-то школьные задиры. Так, может, завтра навестим его? — на лице Уго отразился азарт. Ему явно нравилась роль детектива, да ещё и близкого к разгадке. В ответ я лишь кивнул. От удивления от того, какой же я дебил, у меня пропали все слова в моём лексиконе. После этого Уго собрался и пошёл домой, а я, проводив его до машины, решил немного расслабиться, посмотрев телевизор. Мне было всё равно, что я не сделал домашнюю работу, нервы отнимали у меня все силы, и на какие-то химические уравнения или же деепричастные обороты у меня их не хватало. Да и желание быть пай-мальчиком резко пропало. Промотав неинтересные мне программы, я почему-то остановился на новостях. Не знаю почему, но мне казалось, что я должен сейчас тут что-то увидеть. Видимо, я стал экстрасенсом, ведь, немного подождав, увидел объявление о пропаже. Скорее всего, наше с Уго заявление увидел мистер Диккерсон. Он всегда очень серьёзно относился к таким вещам, не то, что остальные полицейские. После этого я пошёл в душ, тщетно надеясь расслабиться под тёплой водой, а после лёг спать. Ни на секунду меня не покидали мысли об Арианне, в общем, как и всегда в последнее время…

* * *

После школы мы с Уго сразу же направились к трейлерному парку. Всем было известно, что «Гоблины» тусуются именно там. Это была их территория, их неприступный замок, даже попытка подойти к которому с плохими намерениями наказывается расстрелом. И мы с Уго решили прийти в эту обитель монстров, чтобы пытаться наезжать на их короля. Гениальный план. Мы спросили у какого-то парня, который казался адекватнее всех здесь находящихся, где трейлер Оливера — его, вроде, так звали, а после пошли туда, стараясь не наткнуться на бухого бунтаря и не вляпаться в чью-нибудь блевотину. Подойдя к чёрному трейлеру, я посмотрел на Уго в надежде, что он передумает и мы поскорее уйдём из этого ада. Но надеяться было не на что. Уго уж точно не сдался бы, уже зайдя так далеко. Поэтому он лишь подтолкнул меня к двери, и я постучал. Мне открыл высокий парень, двадцати лет, с чёрно-красными волосами и глазами цвета жёлтой маслины. Одет он был в тёмно-синюю толстовку, такого же цвета джинсы, чёрные кожаные высокие кеды и чёрную кожаную косуху. Выглядел он не просто круто, а НЕРЕАЛЬНО круто. Словно… Да даже сравнение придумать сложно. Парень явно ничего не понимал, но при этом всё равно смотрел на нас с огромным презрением, что казалось, будто мы по сравнению с ним обычные букашки. — Ну и кто вы? — скрестив руки на груди и оперевшись о дверной косяк, сказал парень. — Меня зовут Уго, а это Джас, — начал мой друг, пока наш собеседник неприлично разглядывал нас с ног до головы. — Мы знаем, что ты встречаешься с Арианной Гилмор, которая пропала несколько дней назад, — когда Оливер услышал имя девушки, его словно шибануло током. Он сразу же изменился в лице, очень стараясь скрыть удивление. Как-то очень подозрительно… — Мы, типа, расследуем это дело, поэтому у меня и моего друга есть к тебе пара вопросов. Ты не против? — Уго кивнул на трейлер, таким образом прося разрешения войти. Оливер немного замешкался, но всё-таки пропустил нас. Даже чаю налил и усадил поудобнее. «Необычно и странно для главаря самой опасной банты города». — Так что вы хотели узнать? — поставив печенье на стол, Оливер сел напротив нас с таким невинным личиком, что даже тошно стало. — Когда ты в последний раз видел Арианну? — спросил Уго, пока я тихонечко пил чай, пытаясь сдержать свою ненависть к этому человеку. — Ну… — Оливер немного подумал, ну, или же сделал вид, что думает, а потом продолжил: — Она узнала, что кое-кто из моих людей, напившись, поджег старую ферму, и пришла поговорить насчёт этого. Ну как поговорить, она была в ярости. Я тут же извинился и сказал, что эти люди сразу же будут выгнаны из «Гоблинов». Но она меня не слушала. Вы не подумайте, я хоть и бугай, но её ценю и готов ради неё на всё. Но Ари — сложный и непонятный человек. Я пытался её успокоить, но она просто порвала со мной из-за вообще левых парней и ушла. — Ты не видел, куда она пошла? — продолжал Уго, а у меня терпения было всё меньше и меньше. Этот урод явно что-то не договаривал… — Я видел лишь то, как она ушла из парка. — Да что за бред? — уже не выдержал я. Оливер, как и Уго, с удивлением посмотрели на меня. «Не думали, что я заговорю, да? Ну так вот, вечного терпения нет ни у кого, мальчики!» — П-прости? — всё ещё пытался строить из себя невинного зайку Оливер. — Хочешь сказать, что она порвала с тобой только из-за того, что кто-то поджёг ферму? — Из-за пожара умерла пожилая пара. Ари очень серьёзно относится к таким вещам, — растерянно пожал он плечами. — А с чего ей бросать тебя? — не унимался я. — Потому что я глава банды, в которой были люди, сделавшие это. Наверное, она понимала, что такое может повториться и она просто не выдержит. — Не выдержит чего? — Того, что она встречается с тем, кто, может быть, это организовал. Проще говоря, что она девушка монстра. Так понятно? — тоже начал закипать Оливер. Я хотел было продолжить этот допрос, но Уго меня прервал, поблагодарив Оливера за радушный приём и ответы на вопросы, попрощался с нашим подозреваемым. После встал и пошёл на выход, потянув меня за собой. Когда мы ушли из трейлерного парка, я возмутился, почему Уго остановил меня. Тот же остановился, встряхнул меня нереально сильно. — Успокойся, Джас! — привёл меня в нормальное состояние Уго, — Если ты будешь на всех кричать, то ничего не изменится. У нас нет причин его в чём-то обвинять, даже если мы этого хотим. У нас нет доказательств. После его слов я задумался. А ведь он прав. Как бы я ни ненавидел Оливера, как бы ни хотел его обвинить во всех грехах, я не мог этого сделать. Как бы я этого ни хотел. И это меня изнутри убивало. Придя домой, Уго начал меня расспрашивать о моей последней встрече с Арианной, не говорила ли она чего-то странного. Я рассказал ему о её «мечте» просто взять и исчезнуть, после чего сразу же пожалел об этом, ведь Уго начал предполагать, что Арианна просто сбежала, сделав вид, что исчезла, исполнив тем самым свою недомечту. «Как Уго не мог понять, что не могла она просто сбежать и не сказать мне! Только не после той ночи, только не после того, что между нами было. Она не такая жестокая». Но Уго даже слушать меня не стал, он решил придерживаться этой теории, отказываясь даже выслушивать другие. А когда я сдался, устав его переубеждать, он пожелал мне терпения и ушёл, снова оставив меня наедине с самим собой. Хорошо, что я слишком устал от переживаний и вырубился прямо в одежде, всего лишь попытавшись моргнуть.

* * *

18 февраля. Весна всё ближе и ближе, а моё душевное состояние всё хуже и хуже. С нашего расследования прошла уже неделя, но даже следа Арианны не было найдено. С каждым днём моя уверенность в том, что она просто сбежала, пропадала, а подозрения к Оливеру становились всё больше и больше. Плохие мысли с каждым днём терзали меня всё сильнее, а надежда на лучшее бесследно пропала. Всё было просто отвратительно. Приходилось просто сидеть и с замиранием сердца следить за новостями, боясь увидеть что-то, что навсегда разобьёт мне сердце. Все пытались убедить меня прекратить переживать, ведь Арианна просто такой человек. Она и правда могла спокойно предать всех, кому она дорога, начав игнорировать, и укатить куда-нибудь в Россию. И ведь никто не поймёт, реально она сбежала или с ней случилось что-то плохое. Это и бесило. Сегодня вечером я решил пропустить просмотр новостей и наконец-то сделать домашнюю работу. Я за последнее время если и делал её, то совершенно ужасно или вообще списывал, поэтому нужно было наверстать упущенное. Но когда ко мне зашла Эвис с лицом, словно умер её любимый певец, у меня зародилось чувство, что зря я именно сегодня решил позаниматься. — Д-Джас… — Эвис ждала, что я как-то отреагирую, считая, что я в курсе всех дел; но я не был в курсе, так что просто продолжил смотреть на сестру с полным непониманием, — Т-ты не видел? — Что не видел? — моё сердце на секунду замерло. «Неужели это было то, о чём я думал? То, чего я боялся всем сердцем последние дни? То, о чём я даже думать не хотел? Боже, прошу, что угодно, но только не это…» Моя сестра протянула мне свой телефон. Я взял его и увидел уже знакомую ведущую новостей. Я немного подождал, молясь, чтобы всё было хорошо. Теперь я был уверен, что умер уж точно не какой-то певец… Я нажал на плей и стал внимательно слушать, рассматривая ведущую. — Одной из главных тем данного месяца является пропажа восемнадцатилетней Арианны Эвис Гилмор. Сегодня нам передали информацию, после которой расследование прекратится. К сожалению, у этой истории не вышло хорошего конца. В отделение полиции пришло видео, в котором некий Ричард Оуэнс признаётся в нераскрытых убийствах девушек в Торонто, Монреале, Ванкувере и Оттаве. Так же он говорит, что последней его жертвой стала недавно пропавшая Арианна Гилмор. По его словам, он погружал остатки девушек в формальдегид, чтобы любоваться своими жертвами. После признания он совершил самоубийство. Когда полиция прибыла в его тайное логово, то они нашли трупы некоторых пропавших де… Тишина, тьма и больше никаких переживаний. И всё. Конец.