А тебе удобно?

      Итак, бот, все по стандартной ситуации — керри и его саппорт. Варус старательно пытается сосредоточиться над мелочью под ногами, добивая их через раз и изредка поглядывая на свою союзницу рядом. С Нами ему приходилось работать бок о бок впервые, да и своим опытом в боях парнишка похвастаться не мог. Каждый раз получалось так, что стоял на своей линии он с одной лишь Морганой, которая не упускала случая подшутить над ним, убивая врагов в одиночку и периодически спасая его убегающую без маны попку прочным щитом.       Тут же случай совершенно иной. Нет, Варус наслышан о способностях этой русалки, вот только вид её изрядно напрягает, заставляя его промахиваться все чаще и злиться на самого себя. А виной всему был хвост, от которого отходили прозрачные волны морской воды и тут же испарялись неподалеку от неё. Повидал в Лиге он многого, так что его совсем не интересует то, каким образом она плавает по воздуху. Ему интересен сам вид того, как Нами все чаще, становясь сильней, грациозно вытягивается вперед и движется впереди него. Конечно, она быстрее, но не забывает о нем. Без какой-либо эмоции на сосредоточенном лице она оборачивается и легко обнимает потоком своей волны. Так продолжалось на протяжении всего боя, который закончился для Варуса со счетом всего в два убийства, но без смертей, благодаря его напарнице. И для парня он оставил неизгладимое впечатление.       С каждым разом он все больше привыкал, находил подход к Нами и даже ловил её еле заметную улыбку, когда тот справлялся без её помощи. Однако от этой скромной русалки не удавалось скрыть его взгляда в самом начале боя. Для Варуса эта минута у своей башни наедине с ней стала сущим адом, когда от неё совершенно не удавалось оторваться и постоянно тяготило это неловкое молчание. И вот в какой-то момент, почесав в затылке, Варус сжал в руке лук и так ненавязчиво на неё посмотрел, скорчив невинное лицо. — А тебе удобно? — конечно, он еще не понял, что сморозил чушь, но Нами сразу уловила суть. — Хвост? — она снова улыбнулась, начиная делать это все чаще с ним. Ранее они переговаривались коротко лишь о стратегии, но выражение его лица всегда говорило само за себя. — Я могу тоже самое спросить у тебя о ногах.       Больше Варус глупых вопросов не задавал, хотя в его голове их была уйма. Что Нами в нем нравилось – так это то, что этот тип, не смотря ни на что, включался в бой, меньше начал отвлекаться и становился со временем более собранным. Однако же в конце сражения, сидя на земле разрушенной или целой базы он поглядывал на неё с неизменным блеском в глазах, пока та оживленно переговаривалась с союзниками. И все так же наедине, в тяготящую минуту: — Но как же вы размножаетесь? — он немного покраснел, хоть и задал этот вопрос самым правильным образом, не учитывая того, что у него в голове на этот счет. Нами даже не удивилась, она знала, что этот доставучий даркин просто так не отстанет, поэтому просто перевела на него взгляд и вздохнула. — А мы и не размножаемся, потому что «нас» нет, — заметив недоуменный взгляд своего собеседника, русалка снова вздохнула и пояснила более подробно. — Ты видел в Лиге еще русалок? Мы все сюда попали не от мамочек и папочек, а от создателя.       Конечно, Варус это понимал, зная историю своего происхождения, однако этот вопрос его волновал немного с другой стороны. Нами — какая-никакая, но все-таки девушка, вот и интересно, как она удовлетворяется, снимает стресс в конце концов. Хотя, судя по её характеру, она этого не делает. А Варусу нравилась эта её холодная черта. Понял это, когда как-то раз сравнил её с противной писклёй Люкс. В силе этой блондинки он ни капли не сомневался, вот только слишком уж она зарывается.       Возможно, Нами и поняла смысл этого разговора, вот только раскрывать все карты сразу она не собиралась, пусть парень помучается. К тому же забавно будет наблюдать, как он решится продолжить его только к следующему или даже через несколько боев. Так и случилось, правда в тот же самый день, поздним вечером после их очередной победы он снова начал крутиться возле неё. Варус был красив в этом полумраке, освещенным лишь камнями башен.       Парень еще поглощен множественными аурами своих артефактов, быстр и силен, молнией сшибая противника с ног. И Нами всегда нравилось смотреть на него после долгого сражения, да и делала она это более незаметно.       Так вот, немного уставшим голосом он продолжил как-то даже виновато: — Нами, уж не сочти за грубость, это только мое больное любопытство. Серьезно, всю голову сломал. Я тогда о сексе говорил. Ты ведь, получается, единственная, с кем это невозможно? — и снова вспых, но уже с решительным взглядом, устал он размышлять об этом. К слову говоря, русалка умела сидеть, вот и сейчас она облокотилась о свой нетронутый нексус спиной. Варус же стоял рядом, лениво разминая плечо. Все союзники разошлись. — Это почему это? — она нисколько не обиделась, лишь изогнула бровь вопросительно и подняла на него взгляд. — Видимо, мало ты голову еще поломал, хотя, мне кажется, сегодня с вражеской базы было слышно, как пыхтит твой мозг.       А вот Варус на это недовольно фыркнул и отвел взгляд. Нами воспользовалась этим и, улыбнувшись, бесшумно и плавно подплыла к его ногам, чуть вытянулась у его пояса. После она незамедлительно коснулась прохладной рукой его паха. Парень едва не подпрыгнул на месте от неожиданности, распахнул глаза и чуть отстранился назад к нексусу. — Ты чего это? — Показываю, как это может быть, дабы больше не мучить тебя, — она усмехнулась своим словам и приблизилась вплотную, собрав под собой хвост.       Русалка снова коснулась его и на этот раз начала осторожно и мягко поглаживать, когда наконец убедилась, что панику парень закатывать не собирается. Он просто взволнованно сглотнул слюну и остался на своем месте, не произнеся больше ни слова, выдохнув глубоко, боясь упустить этот момент. Реакция его тела на столь нежную ласку не заставила себя ждать, руки у Нами хоть и были прохладными, но движения пальцев плавные, с нажимом. Так что практически сразу она начала стягивать его облегающие штаны вместе с бельем. Она немного медлит, оглядывает вставший напряженный член Варуса и поднимает глаза на его смущенное выражение лица. Он и подумать не мог, что она окажется такой решительной, да и последний его опыт в этом деле был уже слишком давно. А сейчас ему оставалось лишь прикусить губу и сдерживаться, возбуждаясь от одного только вида Нами, которая скользит взглядом по его стволу.       Её пальцы легко смыкаются на основании члена, и Варус тут же вздрагивает от разницы температур, когда её горячий скользкий язычок касается головки, поглаживает её по кругу и медленно спускается вниз. Русалка не торопится, скользит к нежной уздечке и с напором проходится по ней язычком, трется, спускаясь к стволу, но вновь поднимается и наконец обхватывает головку плотным жарким колечком из мягких губ. Посасывая головку, она будто смакует её на вкус, и Варус глухо стонет, ощущая жар и скользкую негу её рта, проворный язычок кружит внутри вокруг головки, и он едва не сходит с ума, когда она в один момент погружает член в ротик почти до основания. И это не составляет труда, она расслабляет упругое горло, ощущая, как его касается головка с каждым поступающим движением, немного помогает себе рукой и совмещает оба движения, с закрытыми глазами и неторопливо. Язычком и чуть припухшей нижней губой Нами успевает ласкать уздечку под головкой и вдруг еле слышно коротко стонет, когда на её грудь капнула собственная слюна, начинают раздаваться тихие причмокивания. Это её смущает, ведь весь твердый член Варуса покрыт её вязкой слюной, по которой она легко скользит плотно сжатыми губами, из-за чего ствол изредка трется об её щеки изнутри. Он давно накрыл её голову своей ладонью, сдавленно стонет и в полном забытии насаживает её ротиком на свой член, и она не сопротивляется, подается навстречу под его напором, тихо постанывая. Вибраций в её горлышке парень не выносит, неожиданно для себя самого прижимает её к себе и со стоном кончает, не давая отстраниться. Нами сжимает пальцы на его торсе и глотает все до капли, делает два больших глотка и чуть отстраняет голову, медленно выпуская член и легко его обсасывая, собирая губами остатки спермы. И, подняв глаза, облизывается, смущенно пройдясь языком по нижней губе.