Почему так хорошо?

- Хей, Свон, чё, очкуешь? Ахахаха, давай, лезь. Там никого нет. - группа подростков решила пробраться в чужой и взять оттуда всё ценное. Среди них Эмма Свон, девочка из детского дома. Это словно клеймо на всю жизнь. Она никогда больше не ощутит, что такое любовь матери и отца, потому что ей уже 17, а её никто не хочет забирать в семью. Как же, она же подросток, ничего хорошего ждать нельзя. Девчонка в 10 лет в миг лишилась всего, что было дорого. Её родителей убили, а дом, где они жили, сожгли. Это были какие-то уголовники, которые точно также, как и она сейчас собирается сделать, пробрались в чужой дом, вынесли все деньги и какие-то ценные бумаги. Но не известно, что на самом деле было их целью. Отец Эммы - Джон Свон,- был сержантом, последний месяц перед смертью он занимался каким-то давним делом, что-то ему не нравилось и мужчина пытался разобраться - что же не так. Но когда он практически дошёл до главного звена во всей этой чёртовой цепи - его убили. Совпадение? Навряд ли. Мать Эммы - Элизабет Свон, - была подстать мужу. Её все называли главным компьютерным мозгом всего участка, где работали Своны, да, они были вместе всегда и везде, и Элизабет была одной из самых важных помощников Джона. Совпадение или нет - их смерть, но для десятилетней Эммы это был сильнейший удар. Девочка замкнулась в себе и не шла на контакт ни с одним человеком. Но что она не любила - жалость в глазах окружающих. У девочки не было других родственников, поэтому её отправили туда, где она уже семь лет живёт ( ну как живет... выживает). - Нет. Я не полезу, - девчонка решила не портить себе жизнь сроком в тюрьме, хоть она и была одна, но планы то на жизнь имеются.       Эмма вдруг вспомнила это именно сейчас. Когда её жизнь стала значительно лучше, чем тогда. Ведь в тот день она была в одном шаге от пропасти. Все те, кто всё же пошёл в тот дом, были отправлены на исправительные работы, но это никого не проняло. Они продолжили грабить дома, некоторые даже начали убивать и насиловать, но немногие умерли, кто своей смертью, а кто - нет. У Свон же была другая судьба, она стала копом, сейчас направлялась в маленький городишко с названием "Сторибрук". Её, лейтенанта Нью-Йоркской полиции, переводят в какую-то глушь, это возмутительно. Почему? Чем она так провинилась? Чёрт, конечно, она " отличный коп, выполняет всё поручения сверху, её команда практически самая лучшая в этом мегаполисе", но её отослали. Дали какое-то письмо, сказали, что эта поездка нужна ей самой, но зачем только. Столько вопросов... И ни одного ответа, к сожалению.       Но Эмме уже некогда было рыться в мыслях, она уже проехала табличку "Добро пожаловать в Сторибрук."

***

      Она совершенно не знала этот город. Также как и не знала, как и сколько здесь будет жить. Да, она даже не знала, сколько должна находиться здесь. - Что ж... пора познакомиться с городом,- сказала блондинка, останавливаясь у кафе "У бабушки".       Она вошла в помещение и сразу почувствовала тепло и... уют. Играла музыка, за столиками сидело небольшое количество посетителей. За стойкой была женщина преклонных лет, видимо, та самая бабушка, и что-то наливала в высокий бокал, должно быть пиво. По другую сторону (сторону посетителей) сидел мужчина. Исходя из того, как внимательно он следит за махинациями женщины, заказ его. Да, Эмма любила следить и делать выводы, в этом деле она была превосходна, впрочем, как и в юриспруденции, и в компьютерных технологиях, и в рукопашных боях. Но выслеживать "добычу" она любила больше всего. Тем временем женщина уже отдала этот бокал именно этому человеку. Пройдясь взглядом по телу, Эмма сделала вывод, что этот человек ей неприятен, противен даже. Вот бывает так - не знаешь человека, но он неприятен тебе даже внешне. А с Эммой почти всегда так было - если тебе не нравится в человеческой внешности, то и сам то человек тебе не понравится. Белокурая могла увидеть почти в каждом что-то угрожающее: у кого-то взгляд, у кого-то улыбка (чаще оскал), а у кого-то язык тела. Свон не психолог, но в людях разбирается прекрасно. Тем временем мужчина с пивом уже ушёл за дальний столик. Что ж, так даже комфортнее. - Здравствуйте, можно, пожалуйста, кофе? Латте. - Конечно. Вы приезжая, так? - Да, - неуверенно протянула девушка, не понимая, как так быстро её вычислили. Словно прочитав мысли девушки, женщина сказала, - город маленький, все друг друга знают. Не удивляйтесь. - Ох, понятно. Я Эмма Свон, - представилась девушка, протягивая ладонь для пожатия. - Миссис Лукас, но меня называют бабулей. Вот ваш кофе. - Спасибо, раз уж вы всех знаете, то не подскажете, где я могу найти миссис Миллс? Кору Миллс. - Зачем она тебе, деточка? - Честно? Понятия не имею. У меня для неё письмо и, возможно, разговор. - Ты можешь найти её на Миффлин Стрит, 108. - Я не знаю города, миссис.. - Ох, давай без миссис. Давай просто "бабуля". Держи карту, милочка. Отдашь, как будешь уверенно ориентироваться без неё в городе. - Спасибо, бабуля, - как же неловко чёрт возьми!       После кафе Свон отправилась по названному адресу. Карта - это хорошо. Да, она с лёгкостью могла ввести в навигатор адрес и доехать, но он слишком невовремя разрядился. Её Chevrolet Camaro быстро донёс её к белому особняку. Эмма присвистнула от удивления. - Да, эта женщина явно не бедствует.       Подойдя к белоснежной двери, блондинка занервничала. Да уж, из лейтенанта в посыльные - класс. На самом деле так себе перспектива, но что поделать. Тем более, как сказал Стив, эта поездка будет полезна и для неё. И вот она уже стучит специальным молоточком. Через несколько минут дверь открывается и Эмма видит красивую брюнетку лет 35. Что ж, не так она представляла Кору Миллс. - Миссис Миллс? - Да, а вы кто? - Я Эмма Свон. Привезла вам письмо, вот, - девушка достала конверт и отдала в руки новой знакомой. Та прошлась глазами по нему и усмехнулась, переведя взгляд на собеседницу. - Видимо, мы не так поняли друг друга, мисс? - получив утвердительный кивок, продолжила. - Мисс Свон. - Сейчас я вообще не поняла. - Проходите, я всё объясню.       Эмма зашла в особняк и обомлела. Внутри он выглядел ничуть не хуже, чем снаружи. Не было ничего лишнего, все вещи лежали на своих местах, довольно-таки светло, просторно. Белокурая шла за хозяйкой дома, даже не зная, куда та её ведёт. А вела её Миллс на кухню. - Что хотите? Чай, кофе, что-то другое? Эмма услышала, как заурчал её желудок, требуя еды, причём сделал он это слишком громко, что аж вторая женщина услышала и негромко посмеялась. - Вы только с дороги? - Да, заезжала в ваше кафе, меня там напоили кофе. - Что ж, вас не накормила миссис Лукас? А Руби? - Руби? Я не видела её, кто это? - Руби - это внучка миссис Лукас, ну или бабули. - Ясно, - Эмма не знала, что ещё можно сказать, поэтому решила осмотреться. - Как вам тушёная индейка с картошкой? - А? Ах, да. Звучит вкусно. - Значит, сейчас будет, - женщина подарила улыбку и начала раскладывать по тарелкам обед. Эмма увидела, что было четыре тарелки и удивилась. - Вам помочь, миссис Миллс? - Если хотите, - брюнетка не стала исправлять Эмму, потому что эта ситуация её забавляла. Её никогда прежде не путали с матерью. Они слишком непохожи. Хотя откуда это знать Свон, которая никогда в жизни не видела ни одну, ни другую? - Подождите пару минут. - Хорошо, - на автомате ответила Эмма, глядя на тарелку с едой. Собеседница лишь усмехнулась. Через пару минут она вновь зашла на кухню, но за ней зашёл юноша и женщина с бутылочкой в руках. Всё это происходило в тишине и Эмме вдруг стало неуютно. - Кхм, - привлекла она к себе внимание. - Эмма Свон, - первым пожал руку парень. - Генри, - после него руку пожала старшая. - Кора Миллс, - девушка не сразу поняла подвоха, но когда до неё начал доходить смысл всего этого... Она резко перевела взгляд на вторую, а та, не удержавшись, рассмеялась. - Я Реджина Миллс, а это - моя мама. Генри - сын. Наверху сопит младший сынишка - Дэни. - Ох, чёрт... - пробормотала Эмма, поняв свой косяк. - Письмо, миссис Миллс, - сказала девушка с пунцовыми от стыда щеками. - Мама, это письмо тебе. - Кто вы, мисс Свон? И что вам нужно в нашем городе? - Я лейтенант Нью-Йоркской полиции. Работаю на этой должности уже 3 года, но начальство решило перевести меня в Ваш маленький городок, правда, думаю, у вас очень низкая преступность. Поэтому, наверное, зря я буду просиживать здесь. Но кроме этого у меня к вам есть личный разговор. - Что ж, я вас поняла, мисс Свон. Если Реджи согласна, мы после обеда займём её кабинет и там всё обговорим. - Лучше просто Эмма. - Хорошо. - Мисс Свон, - подал голос Генри. - Да, парень? - А расскажите о своей работе, пожалуйста. - Ох, - Эмма даже поперхнулась от неожиданной просьбы. - Знаешь, Генри... Обед не подходящее время для разговора о таком. Давай после разговора с твоей бабушкой я уделю тебе время? Вы не против? - Нет, - в один голос заявили обе женщины. - Замечательно. В таком случае, готовься, парень. - Мисс Свон, я попросила бы вас не вдаваться в подробности вашей профессии, - Реджина очень выразительно подняла брови, дабы блондинка поняла, что она имеет в виду. Да, она была рада, что её сын заинтересовался работой этой женщины, возможно даже сам пойдет в полицейскую академию. - Это наше с Эммой дело. Не лезь, - грубо ответил мальчик. Эмма пребывала в шоке, она ещё ни разу не слышала, что бы подростки так отвечали своим родителям, в особенности матерям. - Генри, ты как разговариваешь с матерью? Что за тон и слова? От папаши учишься? - Мама, не надо. Мы потом поговорим, - спокойно и тихо сказала Реджина, хотя в душе хотелось плакать. Сын не раз так разговаривал с ней, ей бы привыкнуть, да не может. Она помнит его в 10 лет. Он был таким жизнерадостным, милым, он не раз говорил ей о том, что любит. Но сейчас всё почему-то изменилось. Он начал огрызаться, грубо разговаривать и хамить. От этого материнское сердце разрывалось. - Да пошли вы к чёрту. Ни с одной из вас не собираюсь разговаривать. Вы меня никогда не поймёте! - крикнул подросток и ушёл из кухни. - Извините, Эмма, он никогда не позволял себе такого при людях. - Вам не за что извиняться. Переходный возраст, я понимаю, но он не имеет права так разговаривать с вами. - Извините, но это семейные дела. Мы сами разберёмся. - Да, вы правы, простите, - дальнейший обед прошёл в полнейшей тишине. - Эмма, пройдёмте в кабинет. - Спасибо, миссис Миллс, было безумно вкусно. - Но эта реплика осталась без комментария.

***

- Итак, мисс Свон, я прочла письмо. У меня к вам один вопрос: вы знаете, что там было написано? - женщины уже сидели в кабинете. Он был выполнен в классическом тёмном стиле. Посреди кабинета стол, н а нём торшер и больше ничего лишнего. У степы стоит книжный стеллаж, небольшие диванчики, столик между ними, плотные шторы и запах... Запах книг, дерева и ещё чего-то неуловимого, но Свон никак не может понять - чего же. - Нет, меня попросили, я передала. Ах да, вот ещё, - Эмма достала листочек и протянула Коре. - Меня временно назначили шерифом в ваш город. Но срок не сказали. - Да, я знаю. В письме и об этом было упомянуто и вы сами говорили. Итак, мисс Свон, - увидев красноречивый взгляд, женщина поправила себя. - Эмма, у меня к вам предложение. Вы останетесь в этом городе на месяц и поможете нам не только в полицейских делах, но и с техникой. Я не знаю, что случилось, но все компьютеры подхватили какой-то вирус и не возможно работать. А люди должны отправлять письма на почту, да и я сама многое должна сделать. Поможете? - Ну раз в моём распоряжении целый месяц и город с низким показателем преступности, то почему бы и нет? Только мне нужны адреса всех зданий, где есть компьютеры, работающие от сети. Я так понимаю, данная проблема не распространилась на ноутбуки? - Да, всё верно. У Реджи есть ноутбук, но и ей работать надо. Хоть она и занимается с малышом Дэни, ей нужно что-либо делать. Не умеет сидеть на месте. - Знаете, я её понимаю. Не редко я попадала в больницы после задержаний преступников и лежала там месяцами. Это было так ужасно. Я не могла двигаться, мне запрещали вставать и хотя бы что-то делать. Запрет был на всё, но я не слушала, именно поэтому выходила несколько раньше, чем прогнозировали врачи. - Вы живучая. - О да, это вы верно подметили. Миссис Миллс, можно попросить у вас помощи? - Я слушаю. - Четырнадцать лет назад я лишилась родителей. Их убили, и я более чем уверенна, что это не из-за награбленных драгоценностей и денег. Мой отец был капитаном полиции, а мать работала с ним, они взялись за какое-то опасное дело. Мне нельзя было его даже искать, потому что должность не позволяла. Но сейчас в моих руках есть возможность и надежда, что я найду тех ублюдков и накажу. Сначала по-своему, а потом уже по закону. Так вот, Стив, мой начальник, сказал, что здесь я могу найти что-то, что поможет зацепиться за это дело. Документы мне должны отправить сегодня вечером. У нас был уговор - я еду в Мэн, он мне все данные. Поэтому мне бы хотелось посмотреть, кто приезжал к вам за последние четырнадцать лет. Я могу рассчитывать на вас? - Мои соболезнования, Эмма. Наверное, это не просто - потерять родителей будучи ребёнком. Сколько вам тогда было? - Десять. После их смерти меня отправили в детский дом, там я была до 17, почти до 18 лет, и думала, что никто уже не заберет одинокого подростка, озлобленного на весь мир, но появилась одна женщина, которая дала мне тепло, заботу и уют. - Я рада, что нашёлся человек, который полюбил вас. Могу ли я подумать над вашей просьбой? - Да, конечно. - Приходите завтра также, в обеденное время, я дам вам свой ответ. - Спасибо, миссис Миллс. В таком случае буду ждать от вас адреса. И да, мне также нужно знать зону, где находится клубок всех проводов. Возможно, если я решу проблему с одним компьютером, самым главным, образно выражаясь, то на других этот вирус самоуничтожится. - Хорошо, завтра я вам всё отдам, объясню, покажу. - И ещё просьба. Я не хочу, чтобы кто-то знал о моих планах в этом городе, помимо рабочих. Шериф я и шериф. Не больше. Об этом должны знать только мы с вами. Договорились? - Да, я понимаю. - Что ж, а сейчас к Генри. - Вы уверенны? - Да, тем более нам с ним надо кое-что обсудить. - Хорошо, пойдёмте, я провожу вас.

***

      Тем временем, пока Кора и Эмма разговаривали, Реджина прибрала на столе и начала мыть посуду. Муж опять где-то ходит с самого утра и это огорчает. Она чувствует себя одинокой среди близких людей. Ей давно не дарят цветы и не целуют в щёку, не говорят комплименты и не приглашают на свидания. Она живёт, словно затворница в собственном доме, и это угнетает. Услышав звук открывающейся входной двери Реджина вытирает руки, благо она уже все помыла, и выходит посмотреть, кто пришёл. Для отца рано... - Оооо, меня жена встречает, какая честь, - пьяно ухмыльнулся мужчина. - Робин, я же просила тебя не пить. Ну зачем ты опять? - Она устала. Морально истощена. - Заткнись, - мужчина тут же подлетел к жене, больно схватил за запястья и завёл их над головой. - Ты должна делать, что тебе говорит муж. Не смей мне перечить! - Робин, - это было слишком больно. - Отпусти, пожалуйста, - в глазах стояли слёзы. - Что? Не устраиваю тебя больше? Так может ты где на стороне трахаешься? И как, с тобой обходятся нежнее? - Ты пьян и не понимаешь, что говоришь. У меня нет никого, ты прекрасно это знаешь и сам. - Не уверен, родная. Пора исполнять супружеский долг. - Я не хочу... Нет... Пусти меня, - женщина не могла вырваться, она была слабее супруга. Тот уже не церемонясь лапал её. А у Реджины только и было в голове "Господи, хоть бы Генри не видел этого позора". Эмма и Кора вышли из кабинета и увидели эту картину. Внутри Коры всё бушевало, она готова была убить этого подонка. Этот недоносок прижимает её родную дочь к стене и пытается изнасиловать, а из глаз той градом льются слёзы, но она стоически молчит. - Что здесь происходит, - первой очнулась Эмма. Это был тот самый неприятный тип из кафе, вряд ли он так с пива опьянел. - Я к тебе обращаюсь, - понимая, что мужчина не слышит, блондинка подошла, схватила его за волосы на макушке, оторвала от женщины и кинула к лестнице. - Пошёл вон из этого дома, пока не проспишься, не смей даже заходить. - Ты кто ещё такая? Сука, ты мне губу разбила! - завизжал он. - Я бы тебе ещё череп проломила. Убирайся, пока цел, - да, Свон действительно была сильна, и если мужчина не одумается, то почувствует на себе. - Она моя жена и должна выполнять супружеский долг. Может я хочу сейчас заняться с ней сексом? - Господи, какой ты противный, - отвращение отразилось на женском лице. Не желая больше тратить силы и время, Эмма подняла эту тушку, открыла дверь и хотела выкинуть на улицу, но кое-что вспомнила. - Ключи у него есть? - она обращалась к Реджине. Та лишь кивнула в ответ. - Ключи, - протянула ладонь. - Да щас, разбежался, - после этих слов он получил кулаком в живот. - Ключи, - более требовательно и грозно сказала блондинка. - Подавись, сука, - он швырнул ключи на пол и взглянул на девушку. - Ты заплатишь за это. - Пришли повестку, дорогой, а сейчас... Добро пожаловать на выход, - и швырнула его с расчётом, что тот вновь упадёт. Что ж, расчёты оказались верны. - Как она? - Эмма обратилась к Коре. - Сама видишь. - Давайте так, я отнесу её наверх, в спальню, а вы принесите воды. - И шёпотом добавила, - и снотворного или успокоительного. - Хорошо, Эмма. Реджина не сопротивлялась. Из её глаз просто текли слёзы, а взгляд был стеклянным. Это было предательство, она любила, но любила монстра. Девушка легко взяла её на руки и услышала сдавленный всхлип. Спросив направление у старшей женщины, Эмма начала подниматься по лестнице и пошла в сторону спальни Миллс. Ей повезло, что дверь была открыта, поэтому она лишь легонько толкнула её, чтобы пройти. Спальня была достаточно светлая, но не было впечатления, что она какая-то холодная. посередине комнаты стоит большая кровать, по бокам от нее небольшие тумбочки, на которых светильники, также есть большой шкаф-купе, напротив которого детская кроватка. На другой стороне, у самого окна, трельяж, на котором много косметики и пуфик, а на стене большой плазменный телевизор. Эмма аккуратно положила женщину на кровать и укрыла пледом. Потом присела рядом и начала говорить. - Знаете, мне в детстве кинули жвачку в волосы, какой-то парень-задира, причём он попал в макушку. Я тогда сильно разревелась, побежала домой и нажаловалась маме. Я тогда не хотела обрезать волосы, думала, всё, мои локоны будут обстрижены из-за какого-то мудака. Но мама сотворила просто какое-то волшебство, именно так я думала. Она как-то вытащила эту жвачку, а волосы то на месте остались. Слёзы были зря пролиты, но зато! Зато я потом накостыляла ему будь здоров. Помню, как он бежал от меня. Это было смешно, - она увидела слабую улыбку и поняла, что немного развеяла состояние хозяйки дома. Она хотела ещё что-нибудь рассказать, но не успела. Кора пришла со стаканом воды. - Отдыхайте, Реджина. Скоро увидимся, - девушка послала лёгкую улыбку и вышла искать комнату Генри.