Драбблы по Алене Швец

Я спускалась по лесистым холмам, вдали виднелась наша деревня, небольшая, тихая, но в тихом омуте черти водятся, верно? Я увидела, как на главной площади начинают собираться люди, два грузных мужчины готовят костер. Будет весело. Смеясь, я побежала вниз. Радость кружит голову, а легкие распирает от свежего воздуха. Я забегаю в деревню и скорее мчусь к твоему дому. Он в самом конце поселения, маленький, неприметный, с поехавшей крышей. Отпираю дверь ключом, которым заперла тебя в последний раз. Дырявая деревянная дверь с визгом открывается. Ты суетливо мечешься по дому, прячешь свои кюветки, колбы, баночки, котлы, да вот только прятать некуда – вся твоя мебель на глазах гниет и разваливается. По скрипучим половицам прыгают две твои лягушки, путаясь под твоими ногами, в углу крыса грызет какой-то мусор, ворон, сидящий на кривой метле, противно каркает, наводя на тебя панику. Ты оборачиваешься. Твои синие глаза испуганно смотрят на меня. Хромой походкой приближаешься ко мне и шепчешь: «пощади меня». А я лишь улыбаюсь. «Пощади меня, девочка рассвет, капелька нектара, капелька в я…» С ужасом закрываешь рот и прижимаешь костлявые руки к лицу, будто сдерживаешь заклинания, которые ты так привыкла читать и днем, и ночью. Не бойся, я знаю. Знаю, что ты ведьма. Но ты ведь тоже знаешь, что я в курсе твоей тайны. Да, знаешь, но не хочешь верить. После нашей с тобой смешной любовной истории любому было бы стыдно на твоем месте. Ты представилась городу и мне прекрасной молодой девушкой, а оказалась старой ведьмой. Ввела в заблуждение, и сама же прокололась. Я влюбилась в тебя. Влюбилась в синие глаза с обручем цвета океана, влюбилась в пухлые бледные губы, которые наливались кровью от каждого моего поцелуя, влюбилась в твои аккуратные, прилежные, разумеется, рыжие волосы. Сейчас же я видела перед собой уродливую старуху. Ты была полной и сутулой. Твое лицо покрылось морщинами и бородавками. Кожа на твоих ладонях стала грубой и потрескалась, синие вены до жути выпирали, интересно, по ним еще течет кровь? Твои рыжие волосы стали ломкими и сухими и теперь торчали во все стороны. Единственное что осталось неизменным это твои глаза, по-прежнему синие, с сапфировой окантовкой. «Ведьм у нас сжигают» шепчу я, все еще стоя в дверях. Ты так испуганно смотришь на меня и твои глаза все выдают: «пощади меня». Ты умоляешь, а я улыбаюсь. Ты сейчас умрешь, а мне весело. Я слышу топот лошадиных копыт – это скачут сюда солдаты. Сейчас они ворвутся в твой дом, грубо схватят тебя, свяжут, наверняка ты получишь пару заслуженных ударов и справедливых оскорблений. Тебя увезут, покажут горожанам, публично унизят, вынесут приговор, а потом - сама знаешь. А я останусь стоять около твоего дома, по-прежнему улыбаясь, а затем рассмеюсь от души, не сдерживая себя, выпуская каждую частичку смеха на свободу. И мои губы вновь прошепчут: «ведьм у нас сжигают».