...
21 апреля 2020 г., 16:02
Яркие лучи солнца ползли по кровати, стараясь поскорее разбудить мирно спящую девушку. Ресницы трепетали от приближающегося пробуждения, и, как только яркий свет добрался до век, Сара зажмурилась и медленно открыла глаза. Сделать это было крайне сложно и она снова их закрыла, пытаясь прислушаться к своему телу. Голова просто раскалывалась и это не удивительно, ведь на вине вчера ничего не закончилось. Легкая тошнота и желание поскорее выпить холодной воды. И… что-то тяжёлое на ребрах. Сложно было не догадаться, что ее кто-то обнимает. Совладав со своим самочувствием, О’Нил открыла глаза и посмотрела на то место, что ощущало тяжесть – там мирно лежала рука. Эти руки с небольшим шрамом на фаланге большого пальца она узнаёт из тысячи. Миллион маленьких мурашек разбежались по коже, и очень радовало, что тела их не соприкасались, потому что сдерживать себя от соблазна было бы сложнее. Только рука, что так по-собственнически лежала. Почему Майкл с ней в одной кровати никому не известно. Грусть и страх разлились по всему телу, не давая спокойно вдохнуть, и из-за приступа легкой паники, тошнота подкатила к горлу. Сара аккуратно убрала руку Майкла, положив вместо себя подушку, девушка встала. Напиться до состояния, чтобы не помнить секс, она явно не могла, (секс с Майклом забыть невозможно), значит тут что-то другое.
От прокручиваний в голове событий прошлой ночи тошнить стало ещё больше. Она быстро осушила стакан воды и, облокотившись на письменный стол, наблюдала за спящими однокурсниками. Они так быстро сблизились, с одной стороны, это было крайне странно, но с другой, ей нужны были друзья, чтобы справиться со всем, что кипит внутри. Сара словила себя на мысли, что Майкл не поменял привычку спать на животе и тихо посапывал. Его тело было максимально расслабленным, и девушка не сдержала улыбку. Волосы, спадающие на красивое лицо Майкла, вызвали самые приятные воспоминания тех дней, что они просыпались вместе, и Сара могла насладиться минутами, рассматривая его лицо, каждую родинку, шрамик и морщинку. Она мысленно дала себе пощёчину, чтобы оторвать свой взгляд от него.
Сара тихо взяла телефон, сигареты, и пошла к ближайшей кофейне. По пути вытесняя тошноту ментоловым дымом. Майкл полностью завладел мыслями девушки, не желая вылезать из головы. Дыхание было тяжёлое, а талия хранила тепло его руки. Все эти годы девушку разрывало желание быть с Майклом, простить его и любить вечно, либо поступить как он, и начать совершенно новую жизнь. Оба варианта провалились с треском. Но, вернувшись в Штаты и попав с ним в одну группу, не осталось и доли сомнения, что чувства не удалось заглушить, в отличии от обиды, которая была совсем не важна уже через пару месяцев. Но обида от одного поступка сменилась на боль и разочарование от другого поступка. С двойной дозой справиться сложнее.
Оказавшись рядом с кофейней, она поняла, что совсем не знает, что любит пить Мэл.
— Утречко, — приветливо улыбнулся бариста. — Раньше тебя не видел. В гости?
— Доброе, — Сара улыбнулась в ответ и перевела телефон из авиарежима. — Нет, я новенькая. Сделай, пожалуйста, два американо с мускатом, большой латте на единичном эспрессо с литром орехового сиропа и-и-и, что же она пьёт? — вопрос был задан больше в пространство кофейни, нежели бариста.
— Латте на одном эспрессо пьёт только Кристофер, — улыбаясь, проговорил он, наблюдая за реакцией Сары. — Поверь, особенных клиентов мы запоминаем. Для Майкла мускатный орех, а Мэл пьёт капуч с лавандой и кокосом.
— Обожаю, — она игриво протянула. — Во второй американо тоже мускат добавь, пожалуйста.
И пока бариста был занят приготовлением напитков, Сара проверила почту, которая пиликала от входящих сообщений.
— United Airlines? — в изумлении она изогнула бровь, а открыв письмо, издала истерический смешок. — Твою ж мать…
Искать приключения на свою красивую задницу у Сары получалось, пожалуй, лучше всего. И вот сейчас на руках билеты в Барселону, которые они купили вчера. Она и Майкл в Барселоне? Так ведь должно было быть несколько лет назад.
— Словно петля времени, чертов апрель, чертова Барселона! — выругалась она в полголоса.
— Что-то случилось? — бариста вырвал ее из потока мыслей.
— Все в порядке, — шумно выдохнув, она посмотрела на витрину. — Так-так-так, вот уж не ожидала здесь увидеть баноффи пай. Любимый завтрак многие годы.
— Его не все любят, мы заказываем мало.
— Если он такой же вкусный, как и в туманном Альбионе, жди меня каждое утро.
Сара заказала ещё несколько сэндвичей, по пути в комнату она успела выкурить несколько сигарет и унять дрожь в теле.
— Просыпайтесь, пора завтракать и собирать вещи.
Мэл лениво потянулась и толкнула Криса в бок.
— Какие вещи? — вяло проговорил он в подушку.
— На самолёт, мы вчера таки купили билеты, и вылет у нас сегодня ночью, — с нервным смешком произнесла Сара.
— Добро пожаловать в безумный мир, — с игривой улыбкой сказал Майкл и заправил назад волосы. — Чую запах кофе.
— А я чую запах приключений, — Крис рассмеялся. — Это как мы осенью вечером напились, а проснулись утром в Юте. Ты ещё был с той, как ее…
— Тебе стоит сейчас замолчать, Кристофер Карлтон ІІ, — с нажимом пробубнил Майкл.
— Юта это не Барселона, Крис, — она отвернулась к столу, на котором стоял пакет, чтобы скрыть улыбку от реакции Майкла. — Я привыкла все планировать, эта поездка явно не в моих планах. И дедушку я не могу оставить, — Сара разложила еду на тарелки и передала всем кофе и сендвичи. Открыв окно, она ступила на мини балкон и закурила, выпуская колечки дыма в голубое небо. — Но я многие годы мечтаю о Барсе.
— Работа по Гауди и Барселона, день рождение этого красавчика, что может быть лучше?
— Все, что угодно? — с прищуром хохотнула Сара.
Майкл встал с кровати, зажал губами сигарету и приблизился к Саре. И как бы она не скрывала, но все еще млеет от его близости. Девушка любезно протянула ему зажигалку, он подкурил и выдохнул облачко серого дыма, а потом склонился к ее уху и прошептал:
— Когда-нибудь твой лед по отношению ко мне растает, — горячее дыхание обжигало кожу возле татуировки и мурашки пробежали по ее телу, Майкл самодовольно улыбнулся реакции ее тела, и продолжил шептать: — И ты потечешь.
Лицо Сары моментально окрасилось в красный, а бедра невольно сжались от накатившего возбуждения.
— Надо решить с деканом по поводу нашей поездки.
— Я все решу, — твердо заявила Мэлони. — Не переживайте.
***
— Майкл, почему я самая последняя узнаю о твоем возвращении в футбол? — Сара вошла в дом Тёрнеров и бросила рюкзак на пуф. — И тебе, добрый вечер. — Я серьезно, с твоей травмой нельзя год заниматься, как минимум. — Прекрати делать из меня сопляка, О`Нил! — резко прервал он разгоряченную девушку. — Я занимаюсь с пяти лет, и ты думаешь, дурацкая травма меня остановит? — Кого делать? Мне не послышалось? — Я стал мягким с твоим появлением в моей жизни и если я не сказал тебе, что возвращаюсь в футбол, значит на то были причины! — Ах, слабым ты стал, причины у тебя были? Ты чего, головой ударился?! — вскрикнула девушка не скрывая бурлящих внутри эмоций. — Какого хрена, Майкл? — Разговор закончен! Он развернулся и пошел вверх по лестнице, игнорируя пыхтения девушки. Лицо его озарила улыбка, когда Сара поднялась по лестнице за ним, не прекращая причитать. — Ничего мы не закончили, Майкл! — она толкнула дверь в его спальню. — Я беспокоюсь, что в этом плохого? — Даже мама не беспокоится, Сара, это лишнее! — Хочешь играть? Тогда пройди реабилитацию и играй, когда разрешит доктор! — голос сорвался на крик. — А знаешь, что?! Тебе нужен адреналин и жесткость? Так член себе отрежь, если так экстрима в жизни не хватает, но футбол не-ль-зя! — Сара, маленькая моя, — голос его сел, а взгляд затянула томная пелена. — Если я отрежу свой член, то под кем же ты так сладко будешь стонать, а? — он приближался к ней словно лис, загнавший добычу в угол. — Найду себе другого, будто бы парней с членами мало, — шумно выдохнула она и вжалась в дверь. — Не мало, но такого, как у меня, нет ни у кого. Его соблазнительный шепот мог растопить чертов айсберг, который стоял на пути у Титаника. Одно касание к горячей точке, и Сара забыла, что минуту назад кричала на него. Умелые руки забрались под платье и колготки, отодвинули промокшую ткань трусиков, скользнули по влажным складочкам, большим пальцем упираясь в клитор. Первый стон перед прыжком в бездну. — Если ты когда-нибудь решишь от меня уйти, — жар его шепота обжигал шею, грудь Сары вздымалась. — Ни один мужчина не сможет тебе подарить столько удовольствия, сколько могу дать я! — одним резким движением он развернул девушку лицом к двери, задрал юбку и спустил чертовы колготки. Зима бесит, осенью было легче добраться до бархатной кожи. Он погладил ладошкой попку, затем сильно хлестнул по ней, оставив красноватое очертание пальцев. Сара вскрикнула и дернула бёдрами, но Майкл крепко держал ее. — Единственный твой путь – перейти в радужный отряд. — А твой путь – прямиком к черту, Тёрнер, — шикнула Сара… — Если черт между твоих прекрасных ножек, то я уже на пути. Он присел на корточки и слегка грубовато стал покусывать внутреннюю сторону бедра. Стянув трусики до колен, губами он прильнул к половым губам, мягко раздвигая их языком. Сара ухватилась за дверную ручку, подавляя желание стонать от его мучительно-приятных ласк. Ну как можно держать себя в руках, когда он так ласкает ее? — Майкл… ах… — шумно выдохнула Сара. Он лишь улыбался, вырисовывая языком круги и спирали, всасывая клитор губами, и ждал, когда же она сдастся. А сдавалась она всегда быстро, и он знал. Он слишком хорошо знал чего она хочет. — Прошу… пожалуйста, — заскулила она, когда ноги дрожали, а низ живота горел от желания ощутить его в себе. — Что… ты… просишь? — горячее дыхание, которым он обдавал влажное лоно, сводило с ума. Немного жестко проникая в нее языком, чувствуя жар и запредельную влажность. — Я хочу тебя, — еле дыша, выдохнула она. — Не отрезай свой член, лучше оставь его во мне. — Кто я такой, чтобы отказать даме в такой просьбе? Все это дико забавляло, и ему нравилось, как Сара жаждет его: как не может долго терпеть сладкие пытки; как стонет от его ласк; как ее тело пробивает дрожь от всех касаний; как содрогается и сжимает тугим кольцом член внутри себя. Он любил, любил не только на физическом уровне, но и на уровне душевной боли. И проще было умолчать из-за чего он возвращается в спорт, чем рассказать правду. Толчок за толчком, стон за стоном, и они рассыпаются на тысячи осколков в таком сладострастном оргазме.***
— Дедушка, ты же знал, что здесь Майкл, зачем ты все это сделал? — Сара присела у кровати и сжала его еле тёплую ладонь. — Сарочка, мне осталось не так уж и много… — Не говори это, — перебила она, а глаза уже предательски пощипывали от горькой правды. — Милая, вы были глупыми и влюблёнными подростками, сейчас вы взрослые, — было видно, что слова давались ему тяжело. — Я знаю, что ты все ещё испытываешь чувства, — дедушка улыбнулся. — Хочу в последние дни знать, что ты счастлива, а не видеть твои заплаканные глаза. — Дедушка… — Сара расплакалась не в силах больше сдерживать себя, притянула его ладонь к губам, оставила несколько поцелуев, и влажные дорожки слез. — Лети в Барселону и оставь обиду за бортом самолета. — Как это сделать? Как? Он накачал меня какой-то дрянью перед важным экзаменом. Из-за него я попала в реабилитационный центр и потеряла шанс поступить сюда… Я люблю и ненавижу, и злюсь на себя, злюсь, что не замечала, как долго он употреблял это… — Сара, отмени свои слёзы, девочка, они не помогают. И не помогут. — Помнишь, я уезжала в Лондон с группой на три дня? — он кивнул, и уголки губ потянулись вверх. — То был не Лондон… Я прилетела сюда, потому что соскучилась по нему, до боли в теле, — слезы беспрерывно стекали по щекам. — А он был с другой, обнимал ее, целовал, он слишком быстро начал жить без меня. — Мне удалось увезти тебя в Манчестер и дать новую жизнь, но ты не воспользовалась этим шансом. Прекрати истерику. Если ты чувствуешь потребность поговорить – поговори с ним. Он очень сожалеет, Сара. — В каком смысле? — все слова дедушки были правдой, она не воспользовалась шансом на новую жизнь, потому что привязана толстым канатом к Майклу. — Он приходил вчера ко мне. Мы здорово поболтали, знаешь, — он усмехнулся и закашлял. Сара крепче сжала его руку. — Курить так охота. — Пойдём покурим? — с улыбкой сквозь слёзы произнесла Сара. — Прилетишь через недельку и покурим, детка. Я дождусь тебя. Девушка залезла на больничную койку и всем телом прижалась к дедушке. Самое доброе, искреннее, что есть в ее жизни. Он никогда и ни при каких обстоятельствах не бросал ее, был всегда рядом, оберегал и опекал. Она стала смыслом его жизни, а он стал смыслом ее жизни. Стать архитектором и забить на свое желание быть ветеринаром – только ради него. Все, что Сара делала, было для него, и ни разу об этом не жалела. — Ты замочишь своими слезами мою сорочку, — Альберт хрипло рассмеялся. — Привези мне хорошего вина и магнитик не забудь. — Обязательно, — она чмокнула его в щеку и крепко обняла напоследок. — Звони мне, в любое время. — Конечно, дедуля. Я люблю тебя, — получив ответ: «я тоже», она поспешила к корпусу. Сара собирала вещи только с одной четкой мыслью, что поездка в Барселону должна закончиться тем, что они будут с Майклом вместе. Она готова его простить, знать бы только, что ему это нужно. Первый шаг: забронировать места так, чтобы он сидел рядом на протяжении восьми часов перелета из Нью-Йорка в Барселону.
Примечания:
Миди таки быть 🤷♀️😏
