Список Храбрости "Scared, Malfoy?"

— Вы просили зайти, профессор? — Гарри скромно выглянул из-за тяжелой двери кабинета зельеварения. Северус Снейп сидел за широким пустым столом, изъеденным зельями, за его спиной располагались деревянные стеллажи, усыпанные различными заполненными и пустыми склянками с бутылками, а в большом медном котле посреди кабинета мерно бурлило какое-то зелье. — Проходи, Гарри, — профессор плавно поднялся с учительского кресла и направился к дальним стеллажам. Никто не знал, что Снейп хранил на зачарованных полках, но некоторые предполагали, что там находились зелья и ингредиенты, принадлежащие лично профессору, не для учебы. Гарри тихо вошёл в класс и закрыл дверь. Он все ещё не привык, что наедине Северус звал его по имени. И, что скрывать, ему это ужасно нравилось. В подземельях Поттеру предсказуемо было не совсем уютно, но кабинет профессора за последний год стал его духовным спасением. Когда не было ненависти, неприязни, а только почти отцовское «Гарри» и тёплый травяной чай по вечерам вместо ряда обещанных отработок. Профессор вернулся, когда гриффиндорец уже привычно устроился за столом. Северус поставил на пожелтевшую шершавую поверхность две чашки ароматного травяного отвара и сел в своё кресло напротив студента, пододвинув к себе одну из кружек. — Попробуй, последний сбор. Должен быть слаще обычного, — профессор поднёс кружку к своим губам и вдохнул тёплый аромат, сосредоточенно пытаясь уловить тонкие ягодные нотки. Гарри послушно отхлебнул напиток и закрыл глаза от наслаждения. Тепло приятно окутало его тело, а вкус чая был и вправду фантастическим. Листья мяты в смеси с малиной и ещё сбором неизвестных магических трав, в которых Поттер, к сожалению, не сильно разбирался. — Это очень вкусно! — с наслаждением выдохнул брюнет и сделал ещё несколько больших глотков, совсем не боясь обжечься. — Я рад, — еле заметно ухмыльнулся профессор и медленно потянул малое количество отвара сквозь губы, чтобы тщательно его распробовать. — Я хотел с тобой поговорить. — Да, профессор? — Гарри едва отвлёкся от напитка, как прильнул к нему снова. — У тебя были какие-то планы на сегодня? — Да, сэр, — честно признался брюнет, не задумываясь, стоит ли вообще об этом говорить. — И какие же? — Северус вопросительно приподнял бровь и сделал небольшой глоток. — Мы пойдём в Запретный лес, — выпалил Гарри и тут же прильнул к своему отвару, чтобы залить им собственные слова. Но с каждым глотком болтать почему-то хотелось только сильнее. — В Запретный лес? — хмыкнул профессор и поставил кружку на стол. — И зачем же? — На дуэль... — черт, что он творит? Тёплый напиток снова наполнил говорливый рот. В глазах профессора читалось детское ликование. Он изумленно наблюдал за тем, как Гарри испугано хлопает огромными изумрудными глазами, а щеки студента были по-детски надуты от отвара, который не позволял ему говорить лишнего. Какой же наивный. Если бы не умение держать лицо, Северус уже бы повалился от смеха. Как просто оказалось провести Национального героя. Внезапно в перепуганных глазах будто что-то прояснилось. Парень сглотнул напиток и возмущенно вскрикнул: — Это Веритасерум? Вы подлили мне сыворотку правды? — Десять баллов Гриффиндору, — профессор, как ни в чем не бывало, потянулся к своей кружке и вновь поднёс ее к губам. — Но это... это незаконно! — Как и то, что четверо студентов собираются пойти после занятий на дуэль в Запретный лес, — невозмутимо парировал Снейп и снова потянул напиток губами. — Но... зачем? — Когда-то я поклялся помогать своему крестнику, Гарри. Даже если это будет стоить мне места в Хогвартсе, а тебе исключения из школы. Поэтому предлагаю оставить эту встречу между нами. — Драко? А при чём здесь... — Скажи мне, что у вас с ним? Гарри замер. Конечно, его рот сейчас болтал быстрее, чем соображал мозг, но другого он бы не сказал, даже если бы в его крови не было намешано зелье: — Ничего. Что у нас с ним может быть? — А ты бы хотел, чтобы что-то было? — было заметно, что Снейп сам был не в восторге от данного разговора. — Хотел бы, — скулы брюнета запылали ярким румянцем. Он по инерции приставил кружку к губам и внезапно добавил прямо в неё, слегка забрызгавшись мокрыми пузырями. — Очень хотел бы. Северус привстал и выдернул полупустую кружку из цепких пальцев гриффиндорца: — Иди. Ты выпил уже слишком много зелья. Не хватало тебя потом откачивать от похмелья. Драко наверняка уже ждёт тебя в лесу. — Но Малфой вызвал на дуэль не меня, а... — Иди. — Профессор, мне стоит поговорить с ним? Гермиона сказала, что я должен. — Я бы на твоём месте не сомневался в сообразительности мисс Грейнджер. — Это значит «да»? Снейп только недовольно закатил глаза: — Ты сегодня уже сам ответил на свой вопрос. А теперь иди, у меня тоже есть много дел, — он демонстративно встал и подошёл котлу, забросив туда пару бледных чешуек с полки. *** — О чем тебе тогда говорила Гермиона? Я не совсем понял... зачем тебе надо к Хорьку? — Рон обратился к Гарри по дороге в Запретный лес. Солнце уже начинало садиться, окрашивая небо молочно-малиновыми лучами, а тёплый майский ветер начал постепенно остывать, заставляя привыкшую к теплу кожу покрываться лёгкими мурашками. — Он мне...эм... нравится, — неожиданно для себя и друга выпалил Гарри под действием зелья. Кажется, сегодня ему вообще нельзя разговаривать. Он тут же припечатал рот ладонью и стыдливо опустил взгляд, разглядывая потрескавшуюся с годами каменную дорожку. Рону он хотел бы признаться в этом в последнюю очередь, как минимум, потому что совсем недавно ухаживал за его сестрой. — Чего? В каком... в смысле? Гарри, ты шутишь? — Рон мог бы посмеяться над странной шуткой друга, но интонация Гарри совершенно не походила на шутливую. Уизли упорно вглядывался в покрасневшее лицо, которое по цвету стало вдвое насыщеннее заходящего солнца. — Н-нет... — он со всей силы сжал рот ладонями. — Првданрвца, — ответил он сквозь пальцы, надеясь, что его речь будет максимально неразборчивой, но, кажется, Рону все стало ясно: — Хорёк??? Да он приворожил тебя! — вскрикнул он, но вдруг поймал на себе отчаянный зелёный взгляд, и его голубые глаза тут же округлилось. — Гарри, ты гей? Нет, ты не гей, ты просто спятил! А как же Джинни? Вы же были вместе, она тебе нравилась... Или я чего-то не знаю? — Нравилась... и я, кажется, бисексуал, — запирать рот было уже бесполезно. Гарри нервно потёр шрам по старой привычке и опустил руки. — Но как? Объясни мне, как ты мог... в парня? В этого... — Для тебя это такая большая проблема, что мне могут нравиться парни? — Нет, ты мой друг, я в любом случае тебя поддержу, но не этот же... — Рон, если ты мне друг, ты подержишь меня и сейчас. Да, мне нравится Малфой. Очень сильно нравится. Возможно, даже больше, чем просто нравится, — Гарри уже не замечал, как его несёт это откровенное течение правды, и останавливаться он не спешил. — Я влюбился в него тогда, когда ещё даже Джинни не воспринимал как девушку. Даже ещё не пытался. Я думал, что ненавижу его, я пытался, но он весь такой...— Гарри промочил губы и замолчал на пару секунд, пытаясь осознать все то, что он только что произнёс. Эта правда была новой и тяжелой для него самого, но сейчас признаться в ней себе и лучшему другу было необходимо. Слишком поздно, чтобы останавливаться. — Знаешь, почему я вытащил его семью из Азкабана? Потому что я... наверное, я его люблю, — он вновь замолчал, переваривая собственное признание. Его лицо отдало неприятным жаром, он так и не решался взглянуть на друга. Так долго он скрывал эту истину от самого себя, так долго сходил с ума по белобрысому красавцу, запрещая себе даже думать об этом. — Уже очень давно, — наконец решился продолжить он под немым напором ошарашенных голубых глаз Рона. — И у него прекрасная мать, которая не заслужила ни грязной камеры, ни соседей в лице дементоров. Она, как и Драко, заслуживает лучшего. И я хочу, чтобы у Драко была семья, чтобы у него была крыша над головой и было на что жить. Чтобы он ни в чем не нуждался и был счастлив. Я хотел предложить его семье свой дом на Гриммо в случае, если бы не удалось сохранить Мэнор. Если ты считаешь это мерзким, скажи мне это прямо сейчас. Уизли, находясь в шоке от пламенной речи друга, первые секунды только открывал и закрывал рот. Но вскоре все же смог собрать все свои мысли и связать их со словами: — Нет, прости... Просто это так странно. Я думал, ты ненавидишь его. Да и он такой... гад, если честно. — Я знаю. — Если ты правда... любишь, — на этом слове Рон все ещё недоверчиво повёл бровью. Было слишком странно говорить подобное лучшему другу. — Ты всегда будешь моим другом, Гарри. — Спасибо. Прошло всего несколько минут, как нежно-розовое небо скрылось за тёмными ветвями деревьев. В Запретном лесу сильно пахло хвоей и дождем. Прохладный ветер шумно играл листьями и ветвями деревьев, поэтому негромкие шаги гриффиндорцев по земле и сухой хвое были практически незаметны. Гарри и Рон не спеша пробирались сквозь заросли папоротника к расчищенной поляне, а их тихие шаги то и дело сопровождались гулким карканьем и уханьем каких-то неизвестных птиц. — Гарри, я ведь не так силён в заклинаниях... — заволновался Рон и огляделся вокруг. В чаще было так темно и жутко, что ему стало не по себе. Он громко сглотнул и съежился, оглядывая кривые тёмные ветви деревьев вокруг, искренне надеясь не заметить никакого существа, которое то и дело издавало каркающие звуки совсем недалеко от протоптанной тропинки. Да и психологическая травма, связанная с его встречей с Арагогом и армией пауков, никуда не делась, потому каждый раз, появляясь в Запретном лесу, даже в самый солнечный день, сердце Рона было не на месте. Солнце все ниже тонуло в горизонте, и его мягкие лучи совсем исчезли в синеве густых деревьев, окружающих лес. — Он в любом случае не убьёт тебя, — находить нужные слова Гарри умел далеко не всегда, но что правда, то правда. Малфой не мог убить даже крысу на одном из недавних уроков по ЗОТИ, что уж говорить о Роне. Эта мысль приободрила обоих. — И не факт, что он вообще придёт. — Так, так, так, — знакомый вальяжный голос раздался из-за деревьев. — Готов, Уизли? — блондин вышел из тени деревьев и встал на расчищенной поляне, ожидая двух подходящих гриффиндорцев. Из-за густых ветвей наконец вновь стало видно темно-лиловое небо. Рон испуганно посмотрел на Гарри, но тут же набрался решимости, откашлялся и вышел на середину поляны: — Я готов, — произнёс он и достал палочку. Малфой подошёл к нему почти вплотную, на долю секунды перевёл оценивающий взгляд на Поттера, усмехнулся, поймав на себе ответный зелёный взгляд, и сдержанно поклонился, следуя негласным правилам магической дуэли. Рон ответил на поклон, и оппоненты тут же разошлись в разные стороны. Гарри стоял в паре ярдов от Рона, будучи готовым в любой момент заступиться. Только возникла дилемма: за кого из них? Рон никогда в жизни не участвовал в дуэлях, разве что на втором курсе, и ещё не совсем привык к своей новой палочке, из-за чего выглядел очень неуверенно. — Ты хоть заклинания знаешь, Уизли? Или мозги в вашей Золотой троице есть только у Грейнджер? — усмехнулся Малфой и направил палочку на гриффиндорца. Блейза видно не было. Гарри пытался вглядеться во тьму деревьев, но так и не нашёл малфоевского секунданта. Он даже было подумал, что тот вовсе не явился на дуэль. Может быть Малфой действительно не собирался сражаться всерьёз? Между руганью оппонентов мелькали неприметные заклинания, которые звучали все же намного реже оскорблений, доносившихся с обеих сторон. — Экспеллиармус! — крикнул обозлённый Уизли. — Протего! Акцио палочка Уизли, — спокойно, но уверенно произнёс Драко ответное заклинание, и палочка гриффиндорца тут же левитировала в его ладонь. — Петрификус Тоталус! — добавил он и с насмешливым видом наблюдал за тем, как ноги и руки гриффиндорца в секунды каменеют, как испуганная эмоция застывает на веснушчатом лице, голубые глаза то и дело мечутся в разные стороны, и неподвижное тело камнем валится на землю. — Хватит с тебя, Уизли, — как-то даже по-доброму мягко сказал Драко и подошёл к лишенному движения гриффиндорцу, вернув ему палочку. Он аккуратно положил ее на траву, а затем ещё раз усмехнулся и спокойно произнёс: — Фините Инкантатем. Рон тут же подскочил на месте, ощупывая свои руки, и поднял на Малфоя подозрительный взгляд. Блондин лишь одарил его ухмылкой. В своих планах он явно переоценил Уизли, рассчитывая, что дуэль с ним затянется хотя бы на десять... да что там десять, хотя бы на пять минут. Но то, что гриффиндорец полетел на первой же минуте, его несказанно веселило. Он бросил немой взгляд на Поттера, который так и замер с палочкой в руках, неотрывно смотря на великодушного слизеринца. Драко улыбнулся ему одними лишь уголками губ. Драко. Улыбнулся. Поттеру. Гарри вздрогнул. Ему не показалось? В сумраке и не такое привидится. Драко насмешливо перевёл глаза на Уизли и вновь взглянул на брюнета, который тотчас же опомнился и кинулся к Рону, помогая ему встать. И только тогда блондин с ликующей улыбкой на лице, которую уже никто не увидел, развернулся и в секунды исчез во мраке ветвистых деревьев. А Забини и вправду не пришёл на дуэль.