4 туза

      Утро. Сегодня Чонину надо было идти в школу и как раз сейчас звенит надоедливый будильник. Ловким движением руки Минхо вырубает его, прижимая Чонина к себе.       — Может прогуляешь сегодня? — сладко шепчет старший на ухо Яну и тот с удовольствием бы повелся на этот шёпот, если бы не Чан, вошедший в комнату, чтобы поднять Чонина и накормить завтраком. Ну точно заботливая мамочка.       Минхо тяжело вздыхает и нехотя выпускает мальчика из своих рук. Если бы не школа, они много времени бы проводили вместе и это время они с лёгкостью могли бы назвать «счастьем», но старший не дает им эту сладкую, желанную мечту.       На завтрак каша. Чан вычитал рецепт вчера в Интернете и не знает, получилось ли у него что-то или нет. В готовке он не силён, но ради его «семьи» пришлось научиться. Опять это слово. Который раз? Этих детей никто не учил готовить, а он, хотя бы в детстве, но жил с родителями и чему-то да понабрался от них.       — Ну как? — с надеждой на положительный отзыв спросил хен у младшего, когда тот попробовал первую ложку утреннего блюда.       — Очень вкусно! Спасибо! — улыбчиво говорил Чонин, а затем продолжил уплетать завтрак. Вскоре спустился Минхо, уже одетый, причесанный. Он принёс рюкзак Яна к выходу, чтобы младший не бегал за ним в комнату.       — Ты проводишь меня? — с радостью в глазах говорил он, на что Минхо кивнул. Ли не часто провожает его, потому что обычно помогает Банчану убираться дома, как и все, в принципе, кто живет в этом доме. Но сегодня ему почему-то хочется побыть с парнем лишние полчаса. Банально-романтичная фраза: «влюбленные часов не наблюдают» сейчас как раз описывает отношения Минхо и Чонина. На такие отношения я бы сказала — приторно-сладкие.       Чонин помыл за собой тарелку и поблагодарил хена за завтрак. Им всем нужно благодарить хена за то, что он делает. Пускай они и зарабатывает телом — это тоже работа. Пусть грязная, но работа.       Чонин и Минхо выходят из дома, чуть поодаль друг от друга. Школа, пока что, самое ненавистное место для Чонина. Даже «4 туза» не сравнится с ней. Одноклассники — жестокие люди, если их можно назвать людьми. Они издеваются над Чонином из-за его работы, даже не зная, почему ему пришлось пойти на этот шаг. Чан приходил в школу пару раз, разговаривал с обидчиками младшего, но все повторялось снова и с бóльшей силой.       — Я так не хочу туда идти, — ныл Ян, цепляясь за руку старшего где-то выше локтя.       Минхо ушел куда-то в себя и уже не слушал Чонина, который продолжал жаловаться на школу, одноклассников и на жизнь в целом. Рассказал о Джисоне, который говорил, что поможет ему, если что. Минхо слышал его, но не слушал.       Когда подошло время заходить в школу, Чонин обнял Ли за шею и попрощался. Минхо обнял за тонкую, словно женскую, талию парня и тоже попрощался.       Начался день в школе. День новых издательств, стебов и прочего дерьма, которого в жизни Чонина больше чем иллюзорного счастья. Почему иллюзорного? Он не знает, но любит так выражаться.

♤♡◇♧

      Минхо возвращался домой с никаким настроением. Это такое состояние, когда ты ничего не чувствуешь, ничего не воспринимаешь и просто смотришь пустым взглядом в дорогу, не замечая прохожих и машины. Еще говорят: «Ни жив, ни мёртв».       Вдруг, парню резко зажимают рот смоченной чем-то тряпкой и надевают на голову мешок. Минхо быстро теряет сознание и уже ничего не понимает. В глазах кроме темноты ничего нет. Ничего.

♤♡◇♧

      — Что-то Минхо долго нет, — беспокоился Хенджин, очищая кожуру с яблока для Феликса.       — Может он решил погулять? — предложил парень, продолжая залипать в книгу.       — Он без Чонина не гуляет, что-то случилось. — сказал Чан, входя на кухню. — Пошлите, пройдём до школы, может ему стало плохо и он лежит где-нибудь на дороге. — это предположение, конечно, глупое, но в экстренных ситуациях даже самые бредовые идеи имеют место быть.       Парни кивнули и пошли за куртками, собираясь искать Ли. Через несколько минут Бан чан, Хенджин и Феликс шли по тому пути, по которому ходит в школу Чонин и кричали имя Минхо, в надежде, что он издаст хоть слабый писк о помощи. Но ничего. Ни звука. Люди смотрели на них как на придурков, а у самих парней в глазах читалось только беспокойство. Люди крайне удивительные существа. Именно существа. Они хотят чтобы им помогали, а сами никогда не протянут руку, чтобы помочь. «Вы так бескорыстны, так добры» — хочется сказать им прямо в лицо. Но сейчас не до этого.       Они уже дошли до самой школы. До конца последнего урока оставалось совсем немного времени и Кристофер решил, что они подождут макне и вместе пойдут домой.       — Мы расскажем ему? — спросил Феликс, прокручивая в руках сорванную ромашку. Белые, нежные лепестки падали на джинсы парня, пока тот глупо и по-девичьи наивно гадал на любовь, но это не то, что сейчас вы могли представить. Он гадал на то, существует она или нет. Ли аккуратно стряхивал лепестки на землю и ветер уносил их подальше отсюда.       — Он всё равно увидит, что его нет, — с грустью сказал Хенджин, с надеждой смотря на дверь школы, когда же оттуда побегут школьники. — Зачем вообще ходить в школу?       — Чтобы быть образованным, Хенджин. — ответил Феликс, тоже начав смотреть на дверь.       — Что за стереотипы? Можно быть образованным ни разу не посещая школы. — возмущался Хван, который уже жаждал затеять спор с австралийцем.       — Закрыли тему. — твёрдо сказал Чан и оба парня замолчала, начав смотреть в пол, как виноватые котята.       Через минут десять начали выбегать младшие классы. Среди малолеток Хван заметил их младшего и побежал встречать его объятиями. Чонин обнял друга и они вдвоём подошли к остальным. Айэн быстро окинул всех взглядом и не нашел Минхо.       — А где Минхо? — спросил он, смотря на Чана. Тот неловко отвёл взгляд в сторону и тихо произнес о том, что Минхо не возвращался с утра. На глазах младшего появились слезы, как алмазы они падали на землю и разбивались о нее. Чан прижал его к себе и погладил по голове. Чонин очень ранимый мальчик, хоть и не показывает это в себе слишком часто, но Чан знает. Чан чувствует. А сейчас особенно сильно. И особенно сильно он был привязан к Ли Минхо. Какими-то невидимыми нитками они связали себя друг с другом и даже представить не могли, насколько крепкая стала эта связь.       Простояв так немного, они пошли в полицейский участок, чтобы заявить о пропаже человека.

♤♡◇♧

      — Кто ты?! — кричал Минхо. Он был привязан к стулу сзади, на голове был черный тканевый пакет, а под ногами покрытие было похоже на ковролин.       — Ты знаешь меня, Ли Ноу, знаешь… — человек, которому принадлежал этот сладостный голос, стоял в темноте комнаты, куда лампа не могла отбрасывать свой свет. Он стоял и едко усмехался, смотря на безнадёжные попытки парня освободиться из самодельных оков. — Не пытайся, я крепко привязал тебя.       — Что тебе от меня нужно?! — кричал в стороны Минхо, но ни разу не попал в ту, где и стоял похититель. Он стоял за спиной.       — Мне нужен ты. — строго сказал человек и вышел из темноты прямиком к стулу по середине комнаты на котором и сидел Ли. — Мне нужен ты, Ли Ноу. — человек наклонился и прошептал это прямо в ухо Минхо. — Только ты. — прошептал в другое. Человек встал за спиной парня и положил ему руки на плечи, потом начал спускаться руками по груди. Все мышцы парня напряглись, если бы руки не были связаны за спиной, в лицо бы этому человеку, кто бы он не был, прилетело бы. Но пока Минхо ничего не может сделать, ему придется терпеть эти неприятные ласко-подобные движения чужих рук.       Человек встал напротив лица Ли, но парень этого увидеть не мог из-за непроницаемого мешка на голове. Человек наклонился к лицу Минхо и немного приподнял мешок, чтобы открылись только губы.       — Минхо, надеюсь тебе будет приятно. — человек прошептал прямо рядом с губами и хотел было поцеловать или хотя бы прикоснуться к его губам своими, подарить ему самый нежный поцелуй, который он только умел делать. У Минхо в голове всплывали флешбеки рабочей ночи. Ли Ноу закричал:       — Я знаю кто ты, сволочь! И тебе это с рук не сойдёт, Ким Сынмин! — Минхо начал прыгать на стуле, пытаясь сломать его. От этого действия Сынмину пришлось отойти на расстояние двух-трёх шагов от старшего, что изрядно пытался выбраться из плена.       — Правда? — Сынмин сдернул пакет с лица Минхо и щелкнул пальцами, чтобы включился свет. Минхо быстро начал хлопать глазами и когда зрение восстановилось он увидел Чана, Хенджина, Феликса и Чонина.       — СУКА, ТОЛЬКО ТРОНЬ ИХ! И Я ВЫРВУ ТЕБЕ ХРЕБЕТ ГОЛЫМИ РУКАМИ! — Ли Ноу был вне себя от гнева, он сильнее пытался раскачать стул, чтобы тот упал и сломался, но всё напрасно. Слишком крепкий.       Сынмин подошёл к Чонину и провел рукой по волосам. Чонин дёрнул головой, за что получил оплеуху.       — Он, любовь всей твоей жизни, Ли Ноу? — не дожидаясь ответа, Сынмин продолжил трогать Яна, положив ему руку на щеку и повернув голову из стороны в сторону, будто оценивая. — Симпатичный, милый мальчик, жаль, если из-за тебя ему придется навредить…       — Что тебе нужно? — будто сдавшись, шептал Минхо, опустив голову в пол.       Сынмин усмехнулся.

♤♡◇♧

(до того, как Сынмин схватил их)       — Я думаю полиция просто закроет глаза на это все, — говорил Чонин, хлюпая носом, хотя в груди он пытался посадить в себе росток надежды на лучшее.       — Надежда умирает последней! — подбадривал Хенджин, хотя его надежда в этой жизни умерла еще в детстве, когда он оказался на улице. Тогда он потерял и надежду и веру в этот мир, но сейчас мальчику нужно было слышать о хорошем, а не о грустной правде жизни.       — Хенджин прав. В любом случае, попробовать стоит, — рассудительно закончил Банчан и дальше они шли молча. Каждый в своих мыслях, терзающих голову и сердце.       Чонин думает только о Минхо. Только о том, что с ним случилось. Только о нем. Хенджин переживает за обоих: и за Минхо, и за Чонина. За Минхо потому что неизвестность всегда заставляет переживать, а за Чонина потому что психика младшего и так не устойчива к потрясениям, а тут еще это. Феликс думает как и Хенджин. Они идут рядом и даже не подразумевают, что думают об одном и том же. Бан чан переживает за всех. Другой бы сказал: «Успокойся, нервов не хватит переживать за всех», но смог бы этот «другой» говорить себе также, когда его семья в беде. А эти парни — семья Банчана. Снова он думает о них, как о семье. Так часто…       Вдруг, всех четырёх парней зажимают за горло и прикладывают тряпки к лицу. Как и случилось с Минхо часами ранее. Почти все одновременно теряют сознание. Сразу можно понять — это хорошо спланированное похищение. Значит они для чего-то нужны раз их похитили, а не убили. Хотя убить было бы просто. Слишком просто.