Личное лекарство Драко Малфоя

POV Драко Половицы дома скрипели, явно играя на моих нервах. Все это время я старался незаметно пробраться как можно ближе к Уизли и его женской версии. Рон, подойдя к ванной, остановился в нерешительности. На его лице можно было прочитать, что он не хочет заходить внутрь. Он просто молча стоял, обдумывая что-то, и уже готов был развернуться назад, но в этот момент из ванной комнаты вышли девушки. Гермиона врезалась в грудь Уизли. Ее глаза заметно округлились, а брови немного приподнялись. Готов поклясться, что увидел, как по ее виску скатилась капелька пота. Видимо, появление Грейнджер заставило рыжего вспомнить о причине, по которой он искал ее. -Гермиона, нам стоит поговорить. Я наблюдал за реакцией Грейнджер, но она стояла неподвижно, как будто приросла к земле. Дальше все развернулось настолько нелепо. Джинни придумала глупый предлог, чтобы оставить Гермиону наедине с ее экс-бойфрендом и удалилась на кухню. Я слышал весь дальнейший разговор. Чем больше рассказывал Уизли, тем больше чесались мои кулаки. Незаметно для себя, я начинал испытывать гнев. Хотелось подойти и оттащить Гермиону от него. Исключительно с целью сохранения ее психически здорового состояния, конечно. И я собирался это сделать, пока не увидел лицо Грейнджер. На нем не было ни единой эмоции. Кулаки постепенно разжались, а тело расслабилось после долгого напряжения. Вместо гнева появилось опустошение, раньше я где-то уже видел этот взгляд, но не мог вспомнить где. Как только Уизли увидел ее реакцию, а точнее полное ее отсутствие, он явно растерялся. Наверняка, он решил, что она злится, но это явно было не так. Я видел Грейнджер, когда она злилась, и это точно был не гнев. В ее глазах была пустота, как будто вместо нее стояла кукла. Это было одновременно пугающее и восхищающее зрелище. Я пришел в себя, когда из уст Уизли донеслась моя фамилия. Кулаки снова сжались. Он хотел переключить ее внимание с гнева и обиды на него на воспоминания…из Хогвартса? Серьезно, Уизли? Детские воспоминания? Изначальная стадия закипания сменилась беззвучным смехом. Я бы хотел засмеяться в голос, но не хотел быть обнаруженным. Все-таки было интересно, что этот парень сможет еще придумать в своей туго соображающей голове. Но все, что он мог припомнить – это о том, как я высказывался о чистоте крови. О чистоте ее крови. Губы Грейнджер сжались в узкую полоску, а взгляд изменился. Я не успел понять ее эмоции. Она снова вернулась к начальной стадии безразличия. Глупый Уизли, она ничего не помнит. -Это все, о чем ты хотел поговорить? – голос Гермионы прозвучал почти оглушающе после нескольких минут молчания. – Нам нужно возвращаться ко всем, пока нас не потеряли. -Да, - сглотнул Рон, - это все. После этой познавательной беседы они вернулись ко всем за стол, старательно делая вид, что ничего не было. Несколько раз я оборачивался в сторону Грейнджер. Ее лицо выражало радостные эмоции, пока она общалась с друзьями, но ее глаза оставались такими же безразличными, как и во время монолога Уизли. Словно кукла… И от этой мысли стало неприятно. Если честно, у меня не было ни единой мысли о том, почему из ее памяти стерлись только воспоминания о Роне и мне. В этот момент я повернулся к ней, и мы встретились взглядами. Почему именно я, Грейнджер?