Как организовать свадьбу за неделю и не сойти с ума

      Утро, а точнее день или, возможно, вечер началось со звонка курьера, приехавшего отдать купленные вчера свадебные костюмы. От звонка проснулся один лишь Шое, догадавшийся разбудить Ячи. Та с криками, что опаздывает на самолет, в рекордные пять минут привела свой помятый вид в более-менее презентабельный и, наскоро попрощавшись с Шое, вылетела из квартиры. К счастью, ей попался отчаянный таксист и до аэропорта она добралась вовремя, о чем и написала Шое, сидя в самолете.       К тому времени Хината успел встретить курьера, забрать костюмы, сходить в душ, позавтракать и несколько раз попытаться разбудить Кагеяму. Но никакие попытки на него не подействовали, и он также продолжал тихо посапывать, приобняв подушку Шое. Догадываясь о возможных последствиях вчерашней попойки, Хината решил вместо обычной утренней пробежки, про которую они с Тобио, впрочем, совсем забыли, прогуляться до супермаркета и аптеки, чтобы как можно быстрее привести Кагеяму в работоспособный вид — сегодня им предстоял еще один день этого безумия, именуемого свадебной подготовкой.       Утро для Тобио началось с головной боли. Виски ломило так, словно кто-то вчера использовал его голову вместо барабана, а после заставил есть песок, потому что другой причины для невыносимой сухости во рту он придумать не мог. Мыслительные процессы также приносили боль. Ему бы сейчас умереть! Для Тобио смерть казалась самым лучшим решением в данный момент, но кара небесная не спешила его настигать, поэтому Кагеяме пришлось открыть глаза и зашевелиться.       — Ты проснулся?! Наконец-то! — радостный голос Хинаты словно дробовой заряд стрельнул в голову никак не умирающего Тобио.       — З-зат-кнись, — попытался прошептать он в ответ, но горло драло не зря, и его потуги вряд ли услышали бы даже в абсолютной тишине.       — Ты что-то сказал? — еще громче завопил чертов Хината (хотя куда громче-то?), а потом его как никогда раздражающе ослепительное выражение лица появилось в поле зрения Тобио. — Впрочем, твой убийственный взгляд и полумертвый вид говорит сам за себя, Алкашояма! — как-как он сейчас назвал его?! — Вот, сбегал в аптеку и принес тебе адвил от головы и какие-то, эээ… сорбенты от этого, как там его, алкогольного отравления! — и со все еще лучистой улыбкой Хината поставил на прикроватную тумбу стакан воды, бутылку минералки и таблетки. — Сказали, что должно помочь, так что быстренько все это пей, а я пока разогрею целебного бульона!       Ладно, возможно, ослепительная рожа Хинаты не так уж и бесила Тобио. Особенно, когда за непринужденной улыбкой и напускной бодростью тщательно пряталась тревога за его, Кагеямы, здоровье. Ну, и вода с таблетками сейчас были самыми необходимыми для Тобио вещами, способными вернуть его к жизни или хотя бы притупить столь острое желание прибить себя. Неужели он в третий раз совершил одну и ту же непростительную ошибку?! Взял и напился в период, когда им каждый день нужно носиться с подготовкой к свадьбе? И… стоп, а что это такое странное обхватывает его шею???!       Запив таблетки водой из стакана и осушив целую бутылку минералки, Тобио, наконец, почувствовал легкий (особенно на фоне всех остальных ощущений) дискомфорт в области шеи. Будто бы он перетянул шарф или застегнул рубашку на все пуговицы. Трясущейся (не от волнения, естественно!) рукой он потянулся к своей шее, чтобы нащупать резинку с небольшим комочком ткани над левой ключицей. С третьей попытки Тобио сумел стянуть с себя этот неопознанный объект и в ужасе уставиться на ядовито-зеленый в горошек галстук-бабочку!!! Зато, кажется, ему стало намного легче! Или просто ужас от увиденного потеснил все остальные чувства.       — Это был твой выбор, если что, — вошел в спальню Хината с тарелкой бульона. — Я пытался отговорить тебя от ее покупки, но с пьяным тобой еще невозможнее спорить, чем с трезвой версией тебя!       — Это. Очень. Не. Смешная. Шутка. Хината! — просипел Тобио то ли от все еще саднящего горла, то ли от переизбытка чувств.       — Ну, конечно! — Хината передал суп Тобио и полез в карман за телефоном. — Конечно же ты не помнишь! Еще скажи, что наш спор для тебя сейчас пустой звук!       — Какой спор? — Тобио и вправду ничего не помнил из вчерашнего дня!       — Как хорошо, что Ячи догадалась сделать видео доказательства перед приходом домой! На, смотри! — и с самодовольной ухмылкой Хината протянул телефон к Кагеяме и нажал на кнопку «плей».       Тобио смотрел. Прихлебывал бульон и смотрел на раскрасневшегося себя, признающегося в любви к галстукам-бабочкам. Массировал покалывающие от боли виски и смотрел на невменяемого себя, говорящего про поражение в споре с Хинатой. Он смотрел и придумывал способы убийства своего хитрожопого жениха. Потому что он вспомнил.       То были мутные, обрывистые и очень смущающие куски воспоминаний. Эти воспоминания были ужасны, но еще ужаснее была широкая улыбка на лице Хинаты, который внимательно следил за реакцией Тобио.       — Как ты думаешь, Хината, можно ли стать вдовцом, будучи только помолвленным? — медленно и тихо произнес Тобио, удаляя позорное видео, на котором пьяный он говорит не менее пьяной Ячи о споре и своей любви к ломающим жизни галстукам-бабочкам еще и в такси!       — Эй! — Хината попытался вырвать у Тобио из рук свой телефон, но не смотря на отвратительное состояние последнего видео он удалил проворно. — Нельзя! — обиженно ответил Хината, спрятав смартфон обратно в карман.       — Жаль, из меня бы получился хороший вдовец, я думаю, — устало вздохнул Тобио, допивая остатки бульона.       — Ты можешь и в галстуке быть на свадьбе! — в расстроенных чувствах воскликнул Хината, помогая Тобио обратно лечь под одеяло.       — Эй! Ты считаешь меня тряпкой, которая не может сдержать своего слова?!       — Н-нет!       — Вот и не говори всякого, балбес! Надену я твою дурацкую бабочку, — возмущено буркнул Тобио.       — Прости, — Хината опустился на колени перед кроватью, заботливо подогнув одеяло. — Я перенес встречу с нашим организаторов на четыре часа. Ты ведь не захочешь, чтобы я один на ней присутствовал?       — Конечно, нет! Спасибо, — Тобио повернул голову к Хинате и слабо ему улыбнулся.       — Спи давай, мой не умеющий пить Алкошаяма, — хихикнул Хината. — Через три часа ты должен быть как огурчик!       ***       В который раз к Тобио приходила мысль, что подготовка к свадьбе — эта самая тяжелая вещь в мире? Он не смог найти ответ на этот вопрос, потому что в последнее время подобные мысли посещали его голову постоянно!       Уже смеркалось, а их встреча с организатором свадьбы даже близко не двигалась к завершению. Дурацкие цветы, дурацкий фуршет, дурацкая музыка, дурацкие гости! Еще немного и голова Тобио просто лопнет от всех этих дурацких свадебных обсуждений! Может ему правда стоило позволить Хинате одному пойти на встречу, а самому хорошенько отоспаться в квартире? Но по какой-то непонятной причине он не захотел ее пропускать и вот уже битый час сидел в тихом кафе недалеко от пляжа и выбирал все эти свадебные штучки, без которых мероприятие ну никак не могло пройти!       — А может вместо цветов у нас будет арка из волейбольных мячей? — возбужденно произнес Хината посреди обсуждения.       — Чего? — Эмма (их организатор) от удивления аж вся побелела и вылупила глаза. Хотя возможно это было не удивление, а самая настоящая паника. — Но это же будет совсем некрасиво!       — Почему? — Хината надулся. — Волейбольные мячи намного красивее каких-то дурацких цветов! К тому же мы профессиональные игроки и свадьба должна быть соответствующей!       — Н-но все же… — заикнулась Эмма, начиная белеть все сильнее.       — Успокойся, тупица! — вмешался Тобио. — У нас свадьба запланирована через три дня! Никто не успеет сделать арку из волейбольных мячей. Нужно выбирать готовые варианты.       — Точно, — погрустнел Хината. — Тогда давай эту с розовыми цветами, — ткнул он на фото в каталоге.       — Ну неееет! — Тобио аж передернуло от вида этих чересчур розовых цветов. — Ты что, девчонка?! Давай арку из белых роз! — перехватил он каталог у Хинаты и показал понравившейся ему вариант.       — Кагеяма-кун разбирается в цветах? — не мог не съязвить Хината.       — Тупица! Не нужно быть богом цветов, чтобы знать, как выглядят розы!       В ответ Хината зарычал и попытался выхватить из рук Тобио каталог, но тот предполагал подобную детскую выходку от своего жениха и крепко вцепился в глянцевую книжку, потянув ее в свою сторону.       — Я хочу арку с розовыми цветами! — продолжил скалиться Хината, дергая несчастный каталог на себя.       — А я с белыми! — Тобио не намеревался уступать Хинате ни при каких обстоятельствах. Он уже проиграл в том дурацком споре с бабочками, так что жениться под аркой с розовыми цветочками категорически отказывался!       — Эм, ребята? — тихий голос их организатора и выражение лица «зачем я вообще в это ввязалась?!» напомнил обоим о ее существовании и том, как глупо они сейчас себя вели.       — Эмма! Прости! — хором крикнули волейболисты, переходя обратно на английский язык, а затем попытались поклониться, но стол и сидячее положение свел все их попытки на нет.       — Что вы, что вы! — испугано замахала руками Эмма. — Все… в порядке! Я просто хотела напомнить вам, что при первом обсуждении мы договорились о проведении свадьбы в сине-желтых тонах, поэтому и арку стоит искать в соответствующей расцветке. У меня как раз есть несколько вариантов на примете, могу я их вам показать? — на какое-то время повисла тишина. Тобио не до конца понял сказанное, а вот Хината вдруг аж засиял и воскликнул:       — Точно! Как волейбольный мяч!       — Что? — кажется Эмма начинала подумывать о смене профессиональной деятельности.       — Желтый и синий! Это же цвета волейбольного мяча!       — Аааа, да, конечно! — с облегчением выдохнула Эмма, а затем протянула руки к каталогу. — Можно?        Ребята послушно передали чуть потрепанный каталог их организатору, чтобы через несколько секунд она вернула его им с нужной страницей:       — Вот, — ткнула Эмма на фотографии трех арок с желтыми, белыми и синими цветами.       — Эта! — хором крикнули новобрачные полминуты спустя, указав на центральное фото.       — О! — кажется, Эмма до конца не верила в то, как быстро будущие супруги пришли к единому мнению, точнее моментально! — Отлично! Этот вопрос можно считать закрытым.       — Он был последним? — с легкой надеждой в голосе спросил Тобио. — Больше ничего обсуждать не нужно?       Моргнув несколько раз, Эмма уткнулась в свой планшет, просматривая заметки и комментируя каждую тихим бормотанием.       — Кажется, все, больше от вас мне ничего не ну… Ой! — воскликнула девушка, что-то лихорадочно ища в планшете. — Точно! Совсем забыла об этом! Вы ведь должны были прислать мне на почту рассадку гостей по столам! Вы отправляли ее? Никак не могу найти!       — Рассадка гостей? — недоуменно моргнул Тобио, а затем повернулся к застонавшему Хинате. — Что такое?!       — Ну, конечно! — горестно воскликнул Хината, стукнувшись лбом о край стола. — Конечно же, мы забыли ее сделать! — повернувшись к Тобио, Шое ткнул его локтем в бок и добавил на японском. — Помнишь, мы должны были расписать, кто за каким столом будет сидеть на свадьбе?!       — Аааа, рассадка! — тяжело вздохнул Тобио, вспоминая. Кажется, в этом долбанном пляжном кафе они просидят до самого его закрытия.       — Ох, — Эмма подавила сокрушительный вздох, мягко улыбнувшись. — У меня с собой есть список гостей, так что может на месте решим этот вопрос? Он ведь не должен занять много времени?       Что ж, их организатор должна была догадаться, что ни один вопрос касательно свадьбы у Кагеямы и Хинаты не решался просто и быстро.        — Господи, Хината, откуда у тебя так много друзей! — устало вздохнул Тобио, потирая переносицу, когда они уже целую вечность разглядывали распечатанные списки гостей и листок с нумерацией столов, который был заполнен наполовину. Наполовину!       Солнце уже давно село, в кафе почти никого не осталось, а Эмме срочно потребовалось вернуться в офис, так что, возможно, из-за этого они и продвигались столь медленно по списку, ведь спорили спортсмены чуть ли не из-за каждого гостя!       — Я просто общительный? — пожал плечами Хината с легкой улыбкой на губах, вызывая у Тобио острое желание скомкать все эти дурацкие листочки и запихнуть их в глотку своего жениха. Да, Хината должен был знать, на ком он женился.       — Серьезно?! Когда ты так сблизился со связующим и капитаном, мать его, иранской сборной*, чтобы приглашать на нашу свадьбу?! — Тобио начинал злиться все сильнее и сильнее.       — После Кубка Азии, — то ли Хината прикидывался идиотом, то ли он на самом деле не замечал жажду убийства, исходящую от Тобио, и оставался все таким же спокойным и улыбчивым. Хотя постойте, он ведь и так был чертовым идиотом! — Мы с ним зависали много времени вместе во время чемпионата. Хоть он и старше меня, но с ним очень интересно! — улыбка Хинаты засверкала во все тридцать два зуба. — Чем-то мне он Ромеро напоминает.       — Оу, ну, да, — саркастично протянул Тобио. — И это послужило поводом, чтобы отослать ему приглашение?       — Мы с ним продолжили общаться онлайн, — опять это чертово безразличное пожатие плечами. — И до сих пор переписываемся.       — И я узнаю об этом только сейчас? — выгнул бровь Тобио, всем своим видом показывая крайнюю степень возмущения и раздражения. Хината нахмурился и мрачно ответил:       — Я не обязан тебе рассказать обо всех людях, с которыми общаюсь.       — Ооооу, — забарабанил Тобио пальцами по столу. — И сколько же таких людей, которых я не обязан знать, существует?! Пять, десять, пятнадцать, а может целый чертов дивизион высшей лиги?! — схватив один из листочков со списком, Тобио быстро пробежался по нему глазами и продолжил свою тираду, — этот русский диагональный из итальянской сборной* тоже твой друг?! — последнее слово он чуть ли не выплюнул. — Вместе с ним по пляжному волейболу ностальгируете?!       — И что если так?! — вызывающе вскинул голову Хината, начиная злиться. — Он ведь ТВОЙ сокомандник, идиот!       — ВОТ ИМЕННО! — Тобио не кричал, нет, просто говорил на повышенных тонах. — И я не приглашал его, болван!       — Ооо, кажется, я понял, — вдруг успокоился Хината, и на его лице расцвела гадкая самодовольная улыбка. — Кагеяма-сан просто ревнует!       — ХИНАТА, ПРИДУРОК! — Тобио взорвался. Он вскочил как ошпаренный из-за стола, бросил гневное, — я не ревную! — и чуть ли не бегом сорвался в сторону выхода, прочь от этих тошнотворных свадебных обсуждений, этого дурацкого пляжного кафе и своего не менее дурацкого жениха. Он не ревновал! Нисколечко! Ну, может… самую малость. Но сорвался он, конечно же, не из-за этого. Его просто все достало и нужно было срочно подышать свежим воздухом. Хватит с него всех этих свадебных безумств на сегодня.       — Ну и какого хрена сейчас произошло? — проворчал Шое себе под нос, продолжая смотреть в то направление, куда ушел разозленный Кагеяма. Шое терпеть не мог эти приступы ревности, которые каждый раз горячо отрицались самим ревнивцем. К тому же первым мириться шел всегда именно Хината, а порой ему еще приходилось извиняться, что казалось крайне нечестным! Видимо, в этот раз извиняться тоже придется ему, а не Кагеяме, но перед этим необходимо было собрать все разбросанные по столу вещи и рассчитаться за еду и напитки.       Спустя 10 минут взволнованный Шое кружил вокруг кафе, пытаясь понять, куда этот ревнивый балбес мог уйти. Он уже намеревался позвонить ему, когда телефон оповестил Хинату о новом сообщении, в котором Кагеяма писал, что ушел на пляж. Неожиданный поступок со стороны его обозленного жениха, но это намного упростило Шое жизнь, и радостный он поскакал в нужную сторону, придумывая на ходу речь с извинениями.       Пять минут бега трусцой и вот он уже видит знакомый силуэт, стоящий в нескольких метрах от береговой линии лицом к океану. Прибавив ходу, Шое в считанные секунды оказался рядом с Кагеямой и принялся переводить дыхание, чтобы начать свою извинительную речь. Но она не потребовалась, ведь первым молчание нарушил его жених.       — Извини, — произнес он шепотом.       От удивления Шое чуть не поперхнулся. Он внимательно посмотрел на Кагеяму, но тусклый свет луны не позволил ему увидеть, какое выражение лица было сейчас у связующего.       — Я повел себя… глупо… и эта… вспышка ревности была не уместной, — очень медленно и на грани слышимости произнес Кагеяма, продолжая бездумно смотреть на океан.       — Кто ты и что ты сделал с моим женихом? — совершенно серьезно сказал Шое минуту спустя. Его мозг все еще отказывался воспринимать недавние слова Кагеямы. Может это была вина алкоголя? Как долго вообще длился его эффект?       — Эй! — мигом вспыхнул Кагеяма, пихая Шое в плечо. — Я вообще-то тут извиниться хотел, придурок! А ты все испортил! Хината — идиот!       Услышав такую привычную тираду, Шое облегченно рассмеялся:       — А вот это уже точно мой Кагеяма-кун! — с широкой улыбкой на лице Шое ловко увернулся от рук своего жениха, который попытался схватить его за голову, чтобы скрыть предательское смущение. Эта их небольшая борьба натолкнула Шое на очередную детскую мысль и с криком: «Кто первый добежит до большого камня, тот выбирает музыку на свадьбу», — сорвался вдоль береговой линии в сторону освещенного луной валуна.       — Фальстарт! — заорал Кагеяма в ответ, но послушно принялся догонять хитрющего волейболиста.       Шое оставался всего один рывок до победы, когда его настигла рука Кагеяма, схватившая за край футболки и с силой потянувшая его на себя. От такого резкого движения Шое потерял равновесие и завалился аккурат на Тобио, отчего они вдвоем упали на мягкий песок.       — Это было жульничеством! — тяжело дыша прохрипел Шое, ерзая на Кагеяме в попытках удобно устроиться.       — Ты тоже сжульничал! — грубо спихнул с себя тяжелое тело Тобио.       — Ты все равно слушаешь только то, что нахожу и включаю я! — наконец, Шое нормально устроился на холодном песку рядом с Кагеямой.       — Ну, и к чему тогда был этот дурацкий спор? — Кагеяма повернул голову и вопросительно посмотрел на своего сокомандника.       — Не знаю, — легкомысленно пожал плечами Шое в ответ, с улыбкой поворачиваясь к Тобио. — Мы так давно с тобой не бегали и не упражнялись, что мне просто захотелось немного размять мышцы.       — С этой свадьбой не то что про тренировки, про нормальную жизнь забудешь! — нахмурившись, проворчал Кагеяма.       — Ага! Мы, кстати, закончили только с половиной гостей. А Эмме пообещали прислать полную рассадку уже сегодня, — голос Хинаты был каким-то чересчур расслабленным и спокойным, будто речь шла о списке продуктов для семейного ужина, а не о таком мозготрепстве как рассадка гостей по столам.       — Мы сегодня так долго и упорно обсуждали наших гостей, — после минутной тишины произнес Кагеяма. — Но ни разу не упомянули тех, кого на свадьбе не будет.       — Ты про… — Шое сглотнул, машинально ища ладонь Кагеямы и крепко ее стискивая.       — Да, — пауза, — я про наших родителей, — Кагеяма сжал холодную ладонь Шое в ответ. — Сестер и… остальных.       — Натсу… Натсу бы обязательно приехала, — горло свело судорогой, а сердце болезненно отозвалось в груди. Шое любил свою младшую сестру, и она отвечала взаимностью, даже повзрослев и став противным подростком. Но их мать… Их мать была слишком консервативной и ни за что в жизни не пустила бы дочь на подобное мероприятие, даже если его виновником был родной сын. — Мива бы тоже приехала! — уже более спокойно и твердо произнес Шое, справившись с болезненными воспоминаниями и чувством опустошения. — Но ты лучше меня знаешь, как много она работает.       — Знаю! А могла бы просто принять мою помощь! — голос Кагеямы был полон злости и обиды. — Ради моих племянников хотя бы!       Шое прижался к Тобио, успокаивающе поглаживая его по руке:       — Это ведь все равно не остановило тебя от того, чтобы тайно оплатить их учебу. Неужели ты думаешь, что твоя сестра поверила в «специальный гранд» от тайного спонсора?       Кагеяма вспыхнул от смущения, а чуть позже невнятно пробормотал, старательно избегая озорных огоньков во взгляде Шое:       — Мне она ничего не говорила!       — Ладно-ладно, давай не будем обсуждать эту тему больше, — Шое предпочел бы и дальше терпеть необоснованные (а они все были необоснованными!) вспышки ревности от Кагеямы, чем вспоминать их родственников и некоторых бывших друзей, оказавшихся проклятыми гомофобами. И если Кагеяму мало волновала реакция его родителей, с которыми он и так имел не самые теплые отношения, то ссору со своей матерью Шое пережил крайне болезненно, ведь они были довольно близки. И «были» здесь ключевое слово.       — Знаешь, кто был бы совершенно точно рад за нас с тобой? — очень тихо произнес Кагеяма, разорвав окутавшую их ночную тишину. — Мой дедушка.       Повернувшись всем телом, Шое лег на правый бок, обнял Тобио и внимательно посмотрел на него снизу вверх.       — Он бы обязательно дал нам свое благословение, — продолжил Кагеяма, обнимая Хинату в ответ. — Он бы гордился своим внуком и его балбесом женихом, в которого тот умудрился влюбиться! — Шое тихо фыркнул на последние слова, но прерывать Кагеяму не решился. — И он бы… обязательно приехал на нашу свадьбу и расплакался бы во время своего тоста! Если бы он только… — голос подвел Кагеяму, и он замолчал, шумно дыша. Одинокая слезинка покатилась из его левого глаза, которую Шое поймал легким прикосновением губ.       Кагеяма крайне редко говорил о своем дедушке Казуе-сане. Шое узнал о нем только на третьем году обучения, когда впервые посетил дом своего будущего жениха. И история его детства оказалась для Шое немного неожиданной и грустной. Ему было сложно поверить, что у такого гениального связующего не было ни одного единомышленника кроме почившего Казуе-сана. И что он, Хината Шое, стал таковым позже.       Пусть Шое и не посчастливилось познакомиться с дедушкой Кагеямы, но он был уверен, что они обязательно бы с ним подружились. А еще Шое был очень ему благодарен за то, каким помешанным на волейболе идиотом вырос его внук. Ведь, если бы не волейбол, они с Тобио никогда бы не познакомились, и Шое упустил бы лучшие, хоть порой и болезненные, отношения в своей жизни. Свою самую главную любовь (после волейбола, конечно, ну, или наравне с ним).       — Эй, — мягко позвал Шое Кагеяму, чуть приподнявшись на локте и внимательно посмотрев своему погрустневшему жениху в глаза. — Я уверен, что твой дедушка внимательно за тобой наблюдает и очень гордится, — на лице Кагеямы появилась слабая улыбка. — А еще он несказанно рад, что его внуку-балбесу достался такой крутой и лучший в мире жених! — улыбка тут же сползла с лица Тобио, которое так смешно скривилась, что Шое не смог сдержать заливистый смех.       — Тупица! — заворчал Кагеяма. — Он, наверняка, мне очень сочувствует и жалеет!       Шое засмеялся еще громче. Кагеяма в ответ хотел было пихнуть Хинату, но тот опередил его действия, поцеловав. Правда по началу поцелуй вышел не очень хорошим: Шое все еще продолжал хихикать, а Кагеяма не оставлял попыток побороть своего жениха, но таким образом начинались чуть ли не половина всех поцелуев влюбленной парочки! И вот желание смеяться кануло в лету, а воинственные порывы Тобио сменились на страстные объятия. Шое уже всем телом навалился на Кагеяму, давая волю своим рукам, когда в голову ему пришла не самая гениальная, но определенно сумасшедшая идея.       — Что ты… что ты делаешь? — прохрипел Кагеяма, когда поцелуи Шое сместились с губ на подбородок, затем на шею, а там и на тяжело вздымающуюся оголенную грудь.       — Возвращаю вчерашний долг, — руки Шое уже вовсю воевали с ширинкой.       — К…какой еще долг?       — Мммм, — протянул Шое, не отрываясь от своего занятия. — То есть тебя совсем не смутили свежие засосы на моем теле?!       — Мне было так хреново утром, что я ничего не заметил, — сквозь стиснутые зубы прошипел Кагеяма, обеспокоенно вертя головой в поиске случайных прохожих. На их счастье, пляж оставался все таким же безлюдным.       — Ну, теперь уже поздно! — в предвкушении облизнулся Шое, перед тем как окончательно заткнуть Кагеяму и выбить все посторонние мысли из его головы своими дальнейшими действиями.       Видимо сегодня парни так и не отправят Эмме готовый список рассадки по столам, зато день для них закончится на крайне приятной ноте.