Суицидальные тенденции Кроули

Стрелка неторопливо переползла отметку 16:00. В голове Кроули царил беспорядок. Мысли мельтешили и сбивались в кучу, не желая идти одним последовательным сплошным потоком. Вместо этого они путались друг с другом, а ослабленное сознание не могло заставить себя сконцентрироваться на какой-то одной мысли. Демона переполнял страх — осознание того, что после своего ухода он никогда не сможет увидеть Ангела не давало ему покинуть углы своего разума и вслушаться в то, о чём говорил Азирафаэль. Он слышал слова словно из-под толщи воды. Вновь тонул, не во сне, а наяву. «Уже в который раз» — мрачно подсказал ему голос, подтолкнувший его на дно Темзы. «Ты только и делаешь, что тонешь по жизни. Может быть, хватит?» — Прозвучало язвительно. Кроули закрыл глаза, борясь с намерением массировать вески. «Если тонешь сам, то не тяни за собой других…» — Демон сильнее зажмурился, как никогда желая изгнать голос из своей головы. «Не будет ли проще просто смириться с тем, что ему будет лучше без тебя? От тебя одни проблемы.» — «Заткнись» — Уже без прежнего запала мысленно ответил Кроули, пытаясь не обращать внимание на методичное психическое воздействие. «Ты знаешь, Ей тоже будет лучше без тебя. Всемогущей уже давно надоело смотреть на своего опозоренного ребёнка на Земле. Она изгнала тебя. Ей на тебя плевать. Она больше не любит тебя, и ты это прекрасно знаешь. Неужто ты всё ещё пытаешься её впечатлить имитацией стойкости? Пытаешься прикрываться благими намерениями и поступками для человечества? Не смеши меня. Уже забыл сколько ужасов ты сотворил с людьми, заставляя их грешить, чтобы потом отправить их души на вечные муки в аду, лишь бы откупиться от своих? Ты всего лишь жалкий, пытающийся оправдать себя в глазах окружающих, ничтожный демон. Такой же, как и все остальные. Ты даже Армагеддон остановил только в своих корыстных, эгоистичных целях — ты хотел спасти мир для Ангела, чтобы он решил, что ты сделал это из доброты душевной. Не-е-ет, ты это сделал не для людей. И даже не для него. Ты сделал это для себя. Чтобы привязать этим поступком Азирафаэля к себе, заставить его полюбить и позаботиться о тебе. Ведь о тебе никто никогда не заботился. Ни Богиня, забросив тебя в огненный омут спустя всего ничего после создания. Уже тогда она видела порочность, гноящуюся в тебе. Ни люди, закидавшие тебя камнями насмерть в подворотне за уродливые змеиные глаза. Ни Азирафаэль, оставивший тебя бесчисленное количество раз, опекающий тебя сейчас только из жалости… Ты никому не нужен, Кроули. Никто не будет по тебе скучать, когда ты умрёшь.» — Демон стеклянным взглядом уставился в стену, сильно побледнев. «Так зачем же пытаться отсрочить неминуемое?..» — Кроули прошиб холодный пот и табун мурашек от пугающей — одновременно мрачной и веселящейся интонации. Перед тем, как голос замолк, Змею на секунду показалось, что он каким-то непостижимым образом ему улыбнулся. — Дорогой, — нахмурившись, Азирафаэль осторожно приблизился к демону, как к раненному животному, готовому наброситься, — ты меня слушаешь? С тобой всё в порядке? Кроули внимательно посмотрел на ангела, ощущая оглушающую пустоту в себе. Сглотнув, всё ещё не до конца «выплывший» из своего подсознания, Кроули приготовился врать. Ему уже было всё равно, сколько правил их «Соглашения» он нарушит. Больше это не имело никакого значения. — Да, ангел. — Язык слушался плохо, но Кроули надеялся, что Азирафаэль не замечал разницы. Он сам до конца не понимал, что происходило. Предметы в конце комнаты казались откровенно размытыми, на их фоне резко контрастировал отчётливый, стоящий вблизи, Азирафаэль. — Прости, голова болит. Что ты говорил? Ангел обеспокоенно положил ладонь демону на лоб, по дороге убирая со лба прядь волос. Ангел любил длинные волнистые локоны Кроули, хотя не мог не знать, что иногда они ему мешали. — Я говорил о том, мой дорогой мальчик, что по телефонному разговору Анафема высказала своё подозрение о том, что тебя мог проклясть священник, когда я ей рассказал всё, что произошло с тобой в церкви. Немного обдумав ситуацию, я был склонен согласиться с ней. — Рука Азирафаэля упала демону на плечо. «Зону поражения» сразу же опалило приятным теплом и Кроули на автомате потянулся ближе. — Конечно, это только предположение. Вместе мы постараемся выяснить, что произошло на самом деле. Всё, что от тебя требуется — это не сопротивляться и побыть здесь, в безопасности. — Кроули выдохнул, но промолчал. Ему тоже казалось, что странный священник имел какое-то отношение ко всему происходящему. — Ты не будешь ограничен кроватью, но я буду вынужден вновь надеть на тебя наручники, чтобы быть уверен, что ты будешь в «целости и сохранности» пока меня не будет. Демон вмиг ощетинился: — Я не буду носить их, Ангел! Я обещаю ничего с собой не делать, если тебе это нужно, но я отказываюсь! — Кроули отстранился от руки Азирафаэля и переполз на противоположную сторону кровати, скривившись от боли в пылающих огнём бёдрах и лопатках (там, где всё ещё ощущались на ментальном плане уязвимые, временно не работоспособные, крылья). — Я не позволю те… — Демон не успел договорить — его довольно грубо перевернули на живот, как это было совсем недавно, и заткнули рот подушкой. От злости, Кроули прикусил её вместе с губой, продолжая извиваться. Конечно, не то, чтобы это ему помогло. Ослабленный демон не мог быть соперником Азирафаэлю. Да и, не ослабленный, по сути, тоже. Как ни крути, Азирафаэль был сильнее. Если раньше это было слабо выражено, то после так и не случившегося конца света, когда силы Азирафаэля перестали регулировать Архангелы, его было сложно узнать. Возможно, Кроули смог бы попытаться воспользоваться чудом, пока Ангел ещё не надел на него наручники. И он честно попытался, но то ли сил не хватило, то ли концентрации. В этом не было ничего странного. Демон был выжатой губкой. — Я действительно не могу тратить время на то, чтобы быть нежным с тобой, Кроули. — Это был уже не голос милого владельца книжного магазина. Это был суровый, буквально дышащий святостью ультразвук ангела. — Надеюсь, ты это понимаешь. На кону стоит твоя жизнь. И я не позволю никому помешать мне. Даже тебе. — Кроули услышал щелчок закрывшейся благословлённой стали на своих запястьях и почувствовал, как силы вновь отсекаются от него. По краям сознания зарябили тёмные пятна, слабость тяжёлой волной окатила итак ослабленное тело, и демон никак не мог не поддаться искушению опустить веки. Спустя некоторое время ветер согнал с асфальтированной дороги изумрудный кленовый листок. Движимый воздушными потоками, он обогнал все машины и сделал крюк, элегантно прилепившись к прохладной поверхности окна книжного магазина. По счастливому обстоятельству, листок выбрал именно то окно, из которого виднелся один из его обитателей. Не заинтересованно поглядев на отдыхающего на кровати длинноволосого мужчину, природный элемент эластично отлепился от окна и полетел продолжать своё путешествие по Великобритании. В то время сознание выше описанного мужчины постепенно начало возвращаться. Перед глазами всё плыло и демон чувствовал себя ужасно. Будучи в курсе, что это временно, и что вскоре после пробуждения святость перестанет действовать на него так подавляюще, Кроули из-за всех сил постарался разлепить глаза. Темнота никак не помогала с ориентацией в пространстве. Помня о некоторых чувствительных областях, демон медленно перевернулся с живота на бок. Ангела, конечно, уже не было. Такой вывод сделал Кроули, оглядев помещение. На улице за окном понемногу темнело. Кинув быстрый взгляд на часы, Кроули сильно удивился. Стрелки старомодного механизма показывали 16:32. «Я отключился всего на пол часа… Это означает, что у меня ещё есть время до прихода Ангела!» — Подумал Кроули и быстро поднялся с кровати, о чём сразу же пожалел. Головокружение вспыхнуло в самый не подходящий момент, и Кроули только и оставалось, что радоваться тому, что он не упал на задницу. Скованные за спиной руки были бесполезны для сохранении равновесия. Бессильные крылья сочувственно побаливали на метафизическом слое реальности. Кроули был уверен, что его бы стошнило, если бы он ел хоть что-то в этом месяце. К счастью, он этого не делал. Наученный прошлым неудачным опытом, Кроули, на этот раз медленно приподнялся в относительно вертикальное положение, чтобы тут же прислониться к стене. Неприятные самоуничижительные мысли кружили вокруг и склоняли демона к двум вещам: к побегу (голос Совести Кроули) и смерти (полос Проклятия). И сам демон уже не знал, к чему ему склоняться. Ведь по сути, обсуждаемые понятия — синонимы. Даже разрывая себя на части, Кроули признавал, что не протянет без Азирафаэля долго. Как бы банально это не звучало, жизнь без Ангела не имела смысла. Существо, которое показало ему доброту с первого дня знакомства, оградило от зла и защитило от самого себя запало в сердце слишком сильно. Азирафаэль в его голове давно получил статус Бога. Он сделал бы всё для него. Слепая любовь, иногда переходящая в одержимость, не знала границ. Кроули любил Азирафаэля и именно поэтому отпускал. Он не мог позволить этой раковой опухоли и дальше опутывать Ангела. Увы, именно от демонов все беды. Без Кроули ангел будет в безопасности. По щеке скатилась солёная слеза, разбившись о пол. Это было правильно. Голоса Совести и Проклятия на этом пришли в согласие и затихли. Демон за спиной с силой сжал руки в кулаки. Пока он сможет, он будет жить. Одной лишь силой воли Кроули отошёл от стены. Возможно, сейчас у него в сознании всё смешалось, и нельзя было отличить реальность от бреда, но в одном Кроули был точно уверен: «Ангел не хотел бы, чтобы я умер. Я знаю это. Поэтому я буду жить. Ради него и этого желания.» —Кроули показал Голосу Проклятия ментальный средний палец. — Я буду жить, ублюдок! — Не сдерживаясь прокричал он на всё помещение. И хоть и внешне демон звучал довольно уверенно, внутри всё ещё были сомнения. Как он будет жить без Ангела? Жить? Никак. Существовать? Возможно… Не услышав в ответ колких фраз, Кроули решительно двинулся по комнате. Голос Проклятия даже не стал убеждать демона в его неправоте на этот раз, ограничившись одним саркастическим смешком. Кроули начал думать. Он должен был составить план побега. Ангел сильно его недооценивал, если считал, что Кроули не сможет покинуть книжный магазин. Пусть он и лишил его сил, хитрости он не сможет его лишить никогда. Несмотря на то, что демон не слыл популярным "высоко-функциональным" социопатом Лондона, Кроули был точно уверен в том, что с этой загадкой ему не понадобится помощь кого бы то ни было. С этими мыслями демон подошёл к углу комнаты, над которым сильно ощущалась эфирная граница. «Плотная. Полноценно огибает всю площадь. Ни одной прорехи или слабого места. Ангел хорошо постарался. Как же мне пролезть через неё? Возможно ли это вообще?..» Пораздумав пару минут над типом охранного заклинания, Кроули, разыскав лазейку, улыбнулся и впился тупыми ногтями в наполовину исцелённые ладони, в надежде содрать кожу до крови. Созревший на скорую руку план был простым и потому лучшим. Как показывала практика, все не нагромождённые деталями планы и разработки пользовались большим успехом. На самом деле, ангел сам облегчил ему задачу. Охранные заклинания по периметру были разными и делились на классификации. К счастью, Кроули посещал свои уроки в «воскресной школе», а потому знал о них всё. Одни защитные заклинания впускали и выпускали только существ с определённой классификацией (ангел, демон, человек и т.д.) Такой барьер достаточно сложно преодолеть, так как все условия в нём слишком конкретны. Энергетику своей сути изменить очень сложно, а чаще всего — вообще невозможно. Второй тип барьеров работает со списком «пригласительных». Он более универсальный и быстрый в наложении на площадь, чем первый. Суть его состоит в том, что заклинатель сам добавляет в него людей, которые могут входить и выходить за границы, используя крохотные частички их энергетики. Как с пригласительной открыткой на вечеринку. К счастью, не желая тратить лишнее время, Азирафаэль воспользовался этим типом барьеров, «пригласив» только себя. Кроули он не добавил в этот список. Демон не смог бы даже попасть в магазин, если бы уже там не находился. Но, так как он был здесь, работало только ограничение «Не выходить». Соответственно, всё, что нужно было сделать — это добавить себя в список «приглашённых». Но как это сделать без Азирафаэля? Очень просто. По крайней мере, Кроули надеялся, что будет очень просто. На самом же деле, он не мог говорить наверняка. В магии всегда были свои риски. Тем более, когда он, по сути, не мог ей пользоваться. Во-первых, нужна была его энергетика для того, чтобы добавить себя в список. Однако, из-за наручников он не мог воспользоваться своими силами. Как быть? Тут стоило понимать, что энергетика содержится не только на метафизическом плане. Её крупицы также содержались в крови человека. Или, в данном случае, демона. Поэтому, выдавив некоторое количество крови на границу, заклинание скорее всего увидит в жидкости то, что ему нужно. Другое дело — необходимо, чтобы Азирафаль сам пролил кровь демона для этого «фокуса». Тут Кроули надеялся лишь на то, что он достаточно долго находился рядом с ангелом, чтобы к нему пристали частички эфира Азирафаэля. В этом случае барьер может расценить его как заклинателя и позволить выдать себе «пригласительный билет». Был ли Кроули уверен в этом плане? Нет. В конце концов, даже если он всё же сможет покинуть книжный магазин, ангелу не будет затруднительно найти его, пока он находится в Великобритании. Именно поэтому нужно было уйти туда, где ощущалась другая сверхъестественная энергетика. Тогда определить среди неё Кроули было бы очень сложно, разве что, методом «тыка». А именно, прочёсывать (довольно внушительную) местность самостоятельно. В этой местности, будучи, при желании, довольно маленькой змеёй, он смог бы легко затеряться. Но сделать это нужно было быстро. Иначе Азирафаэль схватит его раньше и у него больше не будет шанса избавить ангела от себя. Кроули прикрыл глаза, не замечая стекающую на границу барьера кровь. Ангел отрезал его от сил, но он всё ещё мог чувствовать чужие ауры на расстоянии. Ему только нужно было понять, в какую сторону двигаться. Где были другие демоны? Поиск отнимал бесценное время. Сконцентрировавшись, Кроули почувствовал небольшую группу в США. Не больше пяти особей, в совершенно разных штатах. А вот где они конкретно — хороший вопрос. Однако… Один очень сильный, точно находился в Лос-Анджелесе. Возможно, даже статусом выше Герцога ада. «Лишь бы не Люцифер» — мрачно усмехнулся Кроули. Конечно, вряд ли это был он. Что ему делать в Лос-Анджелесе? Содержать подпольное казино? Или, может быть, ночной клуб? Сомнительно, к тому же, очень смешно. В любом случае, лучше США, чем Россия. (Несомненно, если присмотреться, то и там, конечно, было несколько демонов. Но это «местные», так что их лучше не трогать.) В последний раз Кроули посещал те холодные мрачные дали во времена Сталинских репрессий, и с тех пор зарёкся когда-либо возвращаться. Даже из-за атеизма в Советском Союзе. Кроули нравился атеизм, побольше христианства и прочих мировых кровожадных религий. Если бы ему было дано родиться человеком, демон считал, что почти наверняка бы считал себя атеистом. Но, безусловно, его так же привлекало язычество. Во многом потому, что иногда, благодаря змеиным глазам, его принимали за Локи, Велеса, и некоторых других богов со змеиными чертами. В те моменты его ужасное проклятие становилось даром... «От Лондона до Лос-Анжелеса восемь тысяч семьсот пятьдесят пять километров. Это пять тысяч четыреста сорок миль.» — Для Кроули не составляло труда вспомнить точные цифры. В конце концов, он жил на этой планете шесть тысяч лет. И даже если учесть, что в сравнении с этой цифрой Великобритания и США сравнительно «новые» обозначения для этих территорий, демон предпочитал знать такие детали географии на крайний случай. — Это где-то одиннадцать с половиной часов на самолёте… Если мне удастся сесть на него. Ангел вряд ли рискнёт телепортироваться ко мне, чтобы не оказаться в воздухе над океаном. Или нечаянно столкнуться с самолётом и помешать пилоту. Он не будет рисковать аварийной ситуацией для мирных жителей, как бы он не хотел вернуть меня. И я собираюсь этим воспользоваться... — Пробормотал демон, отрешённо глядя в пол, окрашивающийся в багряный. — Но как я попаду на самолёт? Допустим, деньги и фальшивые документы не проблема, но как меня пустят в этих наручниках? — Кроули посмотрел на часы — 17:04. — Чёрт возьми, я теряю время! На месте разберусь. По-быстрому неловко забинтовав ладони (с скованными за спиной руками слишком неудобно), Кроули воинственно посмотрел на дверь. Он не почувствовал, что у него появились новые полномочия, однако, раз он продумал всё на пару шагов, было бы неплохо начать следовать своему плану. Став боком, демон попытался надавить на ручку, ожидая, что та повернётся. Спустя пару нецензурных выражений, Кроули всё же справился с этим и покинул комнату. Но на радость не было времени. Спустившись по лестнице вниз и распихав по карманам деньги и фальшивые документы, Кроули набросил на плечи лёгкую тёмную накидку, достаточно длинную для того, чтобы скрыть руки. Вскоре он забронировал рейс и такси до аэропорта (оплатив транспорт и билет до Лос-Анджелеса со своего счёта) по оставленному на виду телефону Ангела. Кроули довольно долго (постоянно оглядываясь за плечо на экран телефона) с этим возился, но в конце концов у него всё вышло. Вернув телефон в положение, в котором он и лежал на столе, демон в последний раз оглядел место, которое он в течении года, невероятно счастливого года, считал своим домом. Сил на слёзы больше не было, однако, глаза всё равно предательски намокли. Тихо всхлипнув, демон заставил себя собраться. Голос был прав. Он был всего лишь жалким, эгоистичным демоном, который по какой-то причине решил, что заслуживает любви. Всего лишь сутки назад он подверг Азирафаэля риску развоплощения. И подвергал опасности нападения ада в течении всего года. Он не заслуживал прощения или искупления. Его судьбой было гнить остаток своей никчёмной жизни в грязной канализации в форме змеи (или человека, если он не сумеет к тому времени избавиться от наручников). На протяжении всей жизни страдая от слабости и головокружения. Собрав себя в кучу ровно для того, чтобы перейти из ментального ада в ад физический, Кроули развернулся к двери. Открыл её, перешагнул порог… Но нет, не смог. Граница. Выдохнув сквозь зубы, Кроули понял, что ангел поставил два барьера. Потратив ещё три минуты на последнее кровопролитие, демон поспешил покинуть дом, в который он больше никогда не вернётся. Который, со всей пылью и книжными шкафами стал ему настолько родным, что было бы глупо даже пытаться отрицать это. Кроули не брал никаких вещей с собой, кроме одной старой клетчатой бабочки. Он физически не мог не взять с собой чего-то, что принадлежало ангелу. Азирафаэль давно её надевал, и демон забрал ту с собой, чтобы иногда вдыхать запах ангела и вспоминать… Их вечера за вином, завтраки, обеды, и ужины в Ритце, долгие дискуссии, споры, ссоры и примирения, моменты радости и горя. Посещения скверов, парков, садов, площадей, кафе, опер, театров, кино, галерей и музеев. Всех публичных мест, в которых ему случалось побывать с Азирафаэлем и наблюдать за проявлением его чувств. Ангела никогда не смущала толпа, когда он хотел его поцеловать. Заалев, Кроули не заметил выступивших слёз (или он не переставал плакать с того момента?), идя по улицам и не оглядываясь. Азирафаэль разозлится на него, но вскоре поймёт, что так будет лучше. Когда Кроули уйдёт, ангел увидит, что с ним больше нет наглого, нахального демона, тянущего постоянно на себя одеяло. Что нет больше того, кто будет тянуть его вниз. Он поймёт и будет жить в своё удовольствие. А Кроули… Кроули уйдёт туда, куда ему место.