Мессия

Гарри быстрым шагом направился в сторону сквера. До начала церемонии оставалось около получаса. Куда сначала идти, он не знал, люди стояли по группкам, разговаривая. Он решил пройти по кругу, чтоб посмотреть, кто вообще присутствовал. Он заметил много знакомых лиц, а также было много незнакомых, которые пришли проститься с героем. Все были в черном, как и положено на похоронах. Лица у людей тоже были "черные". Семья Уизли не могла сдерживать эмоций. Гарри увидел Рона и Гермиону, стоящих рядом с Невиллом Лонгботтомом около гроба. Его сердце сжалось от горечи. Такими потерянными и несчастными он их никогда не видел. Гермиона, облокотившись на плечо Невилла тихо плакала. У Гарри сбилось дыхание. Ему так сильно хотелось подойти к ним и сказать: "Вот он я, со мной все хорошо", успокоить их, чтобы не видеть эти слезы. – Родители не хотели брать Джинни, – тихо сказал Рон, невидящими глазами смотря на памятник, – она там чуть ли не скандал устроила. Я понимаю ее, она всегда любила Гарри. Гарри обернулся, чтобы найти Джинни. Она стояла чуть поодаль, рядом с миссис Уизли, заплаканная. Поттеру стало не по себе. Какой же он урод, заделался на службу к Лорду, перешел на темную сторону, предав этим своих друзей, которые оплакивают его. Если бы не зелье, которое ему влил Волдеморт, он бы тоже заплакал. – Не могло же все так случиться, – Гарри услышал дрожащий голос Гермионы, – Я не верю в это. Никогда не поверю, пока тело не увижу. – Увы, Гермиона, это правда, – произнес Невилл, стоявший тут же, – Дамблдор говорит. – Мне без разницы, что говорит Дамблдор. Мне постоянно кажется, что Гарри где-то совсем рядом. Даже сейчас. Поттер вздрогнул и отошел на несколько шагов в сторону. Мало ли что. Однако слышимость стала хуже, а послушать ребят хотелось. В своих книжках он вычитал много бытовых чар, и ему казалось, что подслушивающее там тоже было. Он напряг все извилины мозга, которые у него были, чтобы вспомнить. И наконец вспомнил. – Гермиона, ты должна верить Дамблдору, – услышал он голос Невилла, – он мне сам сказал, что Гарри убили. – Я знаю, что он это сказал, но где доказательства? – Гермиона серьезно посмотрела на Невилла. – Лучше себя не обнадеживать, Гермиона, – встрял Рон, – раз Дамблдор сказал, значит это правда. Гермиона нахмурилась: – Где доказательства? Есть много способов обойти поисковые чары, это очевидно, что они не работали. – Я вам не говорил, но Дамблдор мне кое-что рассказал, – осторожно, как бы сомневаясь, произнес Невилл, – он просил не говорить никому, но я думаю вам можно. Гарри навострил уши. Но он ощутил, что что-то тут было неправильно. Почему Невилл знает какую-то важную информацию, да и Рон с Гермионой никогда так близко с ним не общались. – Дамблдор через Снейпа узнал, что Тот-Кого… Волдеморт…, – Невилл дернулся, – на собрании объявил, что лично убил Гарри. Гермиона ахнула и замерла. А Гарри нахмурился. Он-то думал, что это всем давно известно. Видимо Дамблдор рассказал всем только о том, что Волдеморт возродился. Очень странно, что про его смерть он сначала рассказал Невиллу, а не Рону с Гермионой, которые были его лучшими друзьями. – Не может быть… Я, конечно, подозревала, но…, – голос Гермионы задрожал, – ужасно… Рон тоже побледнел. Они отошли дальше от памятника, и Гарри снял с них прослушку – ему было тяжело слушать этот разговор. Он сам подошел к памятнику и встал, как вкопанный, разглядывая его. Ему почему-то даже в мыслях не приходило, что где-то стоит памятник его родителям. И вот он видит его впервые, через четыре года в магическом мире. Очень странно, что никто ему про него не говорил. Гарри опустил взгляд на табличку, которая висела на памятнике:

«Джеймс Поттер. 27 марта 1960 года – 31 октября 1981 года

Лили Поттер. 30 января 1960 года – 31 октября 1981 года»

И внизу свежим шрифтом было приписано:

«Гарри Поттер. 31 июля 1980 года – 24 июня 1995 года»

Сердце Гарри сжалось. Он не мог поверить, что спустя столько лет оплакивания своих родителей он впервые видит их могилу. Как Гарри понял, памятник стоял прямо на ней. Нет, это не могила только его родителей. Это его могила тоже. Здесь сегодня будет захоронен Гарри Поттер, наивный и беззаботный гриффиндорец. Слезы сами покатились по щекам, Поттер чувствовал себя опустошенно, смотря то на своих родителей, то на свое имя на надгробье. Он наконец-то совершенно точно осознал, что его прошлая жизнь закончилась и началась новая – не такая радужная, веселая и беззаботная. Однако целью его жизни как всегда являлось спасение мира. И ей свою новую жизнь он должен полностью посвятить. Слезы исчезли так же быстро, как и появились. Гарри вытер тыльной стороной ладони глаза и резко развернулся, чтобы не расплакаться вновь. Он попытался отстраниться от гнетущих мыслей, однако как это можно сделать, когда в шаге стоит гроб, предназначенный для него. Он вдруг о чем-то вспомнил, и опять повернулся к памятнику, чтоб вглядеться в одну дату. 31 июля… Его день рождения. Невероятно, он был чуть меньше месяца назад, а Гарри о нем даже не вспомнил. Ему что, уже пятнадцать? Мерлин, жизнь с Волдемортом под одной крышей заставляет забыть обо всем. И с осознанием этого Гарри вновь развернулся. Поттер быстро пошел прочь от памятника. Сейчас ему нужно было выполнить задание Лорда, чтобы не страдать от невыносимой боли потом и немножко приблизить себя к решению данной Смертью задачи. Гарри удалось ни в кого не врезаться и выйти из толпы, не упуская из глаз Дамблдора, который представлял для него наибольшую опасность. Идти на риск Поттер не хотел и поэтому решил больше в толпу не пробираться, а вместо этого вовлечься в похороны при помощи подслушивающих чар. Люди стояли по группкам, которые периодически меняли свой состав. Приблизительно все разговоры были об одном: о Гарри Поттере, который так скоропостижно скончался. Кто-то говорил о том, что не верит в его смерть, однако и в их словах слышалось сочувствие к судьбе Поттера. На похороны явились те, кого он меньше всего ожидал здесь увидеть. Малфои. Как всегда высокомерные. Казалось, что они явились на какой-то светский банкет, а не на похороны героя. Малфой-старший глядел на всех свысока с холодной улыбкой, а Малфой-младший пытался соответствовать отцу. Присутствие Малфоев не понравилось некоторым из присутствующих, в том числе Рону и Гермионе. И Невиллу. Они тут же начали перепалку, содержание которой было очень интересно послушать Поттеру. – Малфой, – прошипел Рон, – пришел поглумиться? Драко фыркнул. – Нет, почему же. Пришел почтить память усопшего героя. Насколько я знаю, мне не запрещено тут присутствовать. Гарри увидел, как Рон покраснел от злости. Но высказаться ему не дала Гермиона: – Твои выходки сейчас ни к чему, Малфой. Хотя бы сегодня поимей к людям уважение. – Грейнждер, я все понимаю, – своим обычным ленивым тоном произнес Малфой, – мне вот тоже грустно. Поттер вообще-то помогал мне иногда не скучать в Хогвартсе. Его глупое лицо веселило меня в течение четырех лет. «Вот подонок», – подумал Гарри. Малфой остается Малфоем всегда. У них продолжилась обычная словесная перепалка, которая после слов Малфоя «ну подох ваш герой, что такого» переросла в драку, которую быстро остановили окружающие. Ну, для Малфоя мероприятие действительно было просто представлением, которое не несло в себе абсолютно ничего сокровенного, так как он был единственный из всех официально присутствующих, кто знал, что Поттер жив. Хотя Гарри не был уверен, что тот повел бы себя по-другому, если бы не знал. К Малфою у Гарри быстро интерес пропал, и он переключился на других присутствующих. Его особо заинтересовала кучка министерских, среди которых был сам Министр Фадж. Они по большей части обсуждали свои дальнейшие планы по поводу «героизации» Поттера, периодически причитая о том, что тот так рано умер. . Они говорили об открытии памятника Поттеру в министерстве, о том, что скоро выйдет книга о нем. Это все было очень забавно, и Поттер так и не мог понять, чем заслужил такую славу, что ему памятники ставят. Тем, что однажды случайно не умер? Смерть Поттера оставалась для всех загадкой, выдвигались совершенно разные теории от того, что его убили завистники до того, что Поттер сам жизнь самоубийством покончил, не выдержав славы. Смешно. Гарри также узнал, что проводилось расследование по Турниру Трех волшебников, потому что изначально все и думали, что погиб он именно из-за него. Опрашивались все, кто организовывал турнир, в особенности Дамблдор, который первый попал под подозрение, так как играл большую роль в проведении турнира, а также не нравился многим министерским. Однако расследование ни к чему не привело. О возрождении Волдеморта никто ни разу не упоминал, никаких причин так думать у людей не было. Пожиратели это тщательно скрывали, да и Волдеморт никаких заметных действий не принимал. Видимо ему нужно было окончательно восстановить свои силы, а уж потом действовать. В небольшом отдалении от всех стояли те, кого Гарри совершенно не хотел видеть на похоронах. Дурсли. Удивительно, что они все-таки пришли, а не проигнорировали приглашение, что было бы совершенно в их стиле. Поттер подумал, что настояла на том, чтобы прийти сюда именно тетя Петунья, так как Гарри все-таки был ее племянником, пусть она его совершенно не любила. Вернон выглядел так, будто ему под нос сунули какую-то крысу. Ничего в волшебниках ему не нравилось. Гарри мог поспорить, что пришел он просто ради приличия. А Дадли даже осунувшийся какой-то был, что порядком удивило Поттера. – Петунья, они похороны проводят на улице! Какой же бред, – Поттер услышал недовольный голос дяди Вернона, –Сумасшедшие люди! Тетя Петунья толкнула его в бок, и Вернон замолчал. Гарри не заметил как начались сами похороны. Все столпились вокруг гроба. В центр вышел Дамблдор. Согласно традициям англиканской церкви, тело сначала отпевает священник. Однако атеистический магический мир это игнорирует. Однако все же вступительное слово имеет место быть. Дамблдор кашлянул, обращая внимание всех на себя. – Я думаю, никому не стоит напоминать, зачем мы сегодня здесь собрались, – начал он, как всегда торжественно, однако сейчас с ноткой грусти в голосе, – Все мы сейчас очень огорчены известиями о гибели Гарри Поттера, который был всегда нами любим и почитаем. Нас покинул один из самых светлых, добрых и отзывчивых людей, которых я когда-либо знал. Смелость, любовь и отвага – были основными его чертами, Гарри Поттер ценил доброту в людях, помогал своим друзьям. Эта утрата невосполнима в наших сердцах. Глаза Поттера вновь наполнились слезами, он вслушивался в каждое слово, сказанное директором Хогвартса. Он понял, насколько ценным он был для этих людей. Для людей, которые, если узнают о нем правду, возненавидят его. Речь Дамблдора была не только о Гарри. Она была о дружбе и любви, о надежде, он призывал ценить окружающих людей, потому что никто не знает, что произойдет завтра. В общем, душевно. После нее, кажется, слезы потекли из глаз всех, кроме Малфоев и Дурслей, хотя Дадли, что-то был слишком расстроен. Дамблдор объявил о том, что сейчас каждый может подойти и сказать последние слова покойному. Выступили Гермиона с Роном, миссис Уизли, профессор Люпин, Макгонагалл. Все их слова Гарри слушал невероятно внимательно, задыхаясь от слез. В какой-то момент он понял, что ему лучше отойти немного подальше, потому что успокоиться он не скоро сможет, а Дамблдор, может, почувствует его эмоции. Он сделал несколько шагов назад, споткнулся о камень и упал. И так и остался сидеть. Столько хороших слов о себе он никогда не слышал и никогда уже не услышит. Столько людей помнили о нем столько хорошего, что он засомневался в своем решении принять предложение Смерти, отказавшись от всего этого. Возможно, не будь на нем метки, он смог бы как-нибудь сбежать, однако сейчас он ничего не может сделать. – Я хочу тоже сказать, – послышался неуверенный голос Невилла, и Гарри попытался отстраниться от гнетущих мыслей, устремляя взгляд на Невилла. Лонгботтом медленно вышел в круг и встал перед гробом, кинув на него беглый грустный взгляд. – Э... все уже сказали много слов о Гарри, и я согласен с каждым из них. Гарри был замечательным другом, всегда поддерживал… Не знаю как возвращаться в школу, где его уже не будет. Хогвартс без Гарри Поттера – это не Хогвартс. Если жизнь после смерти существует, то он обязательно будет там счастлив. Невилл замолчал, и послышались слабые хлопки из толпы. Но он почему-то медлил и не уходил. Невилл резко зажмурился и, открыв глаза, как мог уверенно произнес: – Его убил В-Волдеморт, я знаю! – резко произнес он, но его слова уперлись в гробовую тишину. Он продолжил уже не так уверенно, – Там, на кладбище, где нашли тело Седрика… Седрика тоже он убил! В толпе послышались смешки. – Тот-Кого-Нельзя-Называть мертв. – резко произнес Фадж, стоявший чуть поодаль, – И не произноси его имени. – Страх перед именем, – встрял Дамблдор, обращаясь к Фаджу, – лишь усиливает страх перед тем, кто его носит. Гарри непроизвольно фыркнул. Где-то он уже это слышал. – Мне без разницы, что вы думаете об этом, Дамблдор. Вы мальчишку надоумили? – Нет, министр. Он всего лишь сказал правду, – спокойно произнес директор Хогвартса. – Но где доказательства, Дамблдор? Вы бездоказательно рассеиваете панику. Дамблдор вышел вперед и своим глубоким взглядом из-под очков-полумесяцев охватил толпу. Невилл стоял сзади, не понимая, что ему делать. – Волдеморт вновь объявился, как Невилл сказал, в тот вечер на кладбище, когда погиб Седрик. Вы спрашиваете про доказательства, министр. Ну что же, я их вам предоставлю. Что вы скажете об убийствах в магловской деревне? Разве это не похоже на то, что происходило четырнадцать лет назад? Фадж демонстративно усмехнулся: – Бред. Фриков много, это мог сделать кто угодно. Авроры уже напали на след одного. – Вы не удивляйтесь, если этот один когда-то был связан с Пожирателями Смерти, – как всегда спокойно проговорил Дамблдор, – И сейчас он вернулся к нему. Волдеморт возвратился, я уверен в этом. – Вы можете быть уверенным в чем угодно, – раздраженно сказал Фадж, – но это не значит, что это правда. Тот-Кого-Нельзя-Называть ум… – Нет, он жив! – перебил Невилл, – Это единственное нормальное объяснение смерти Гарри! – Гарри Поттера убить мог кто угодно! Я не хочу этого слушать. Дамблдор опустил голову. – Ну раз вы боитесь правды, министр, – сказал он, – то мы не сможем вас переубедить. И он ушел обратно в толпу. Все провожали его взглядом. Невилл немного помялся, не зная, что ему делать, и просеменил за Дамблдором. – Бред, – еще раз произнес Фадж и затих. Гарри смотрел на это действо изумленно. Что вдруг нашло на Невилла. Всегда тихий и спокойный, вдруг он захотел такое заявление сделать. Не имея никаких нормальных доказательств. Понятное дело никто ему не поверит. Он все больше и больше убеждался, что с Невиллом что-то не так. Он вспомнил, что на собрании Пожирателей говорили про Невилла, как про преемника Гарри. Чушь какая-то. Но доказательства этому он сейчас и видит. Невилл крутится рядом с Роном и Гермионой, близко общается с Дамблдором, заявления громкие делает. Но зачем все это? Гарри не понимал. Видимо он еще многого не знает о том, что происходит в магическом мире. Тут он услышал шевеление веток невдалеке от себя и резко развернулся, вскинув палочку. Поттер широко раскрыл глаза и замер, стараясь не издать ни звука. В нескольких шагах от него стоял большой черный пес. Гарри знал, что Сириус придет, но не знал, что встретит его так близко. Гарри резко встал и отошел назад, чтобы Сириус случайно на него не наткнулся. Благо шагов Поттера он услышать не мог. Черт. Он же пес, он же запахи чует. Гарри не мог представить, что будет, если Сириус нападет на его след. Он не сомневался в том, что его запах он узнает. Однако пес стоял на месте и смотрел в сторону сквера, и Гарри пришел к выводу, что Волдеморт и это предусмотрел. Поттер все-равно отошел настолько далеко от Сириуса насколько мог и выдохнул, облокотившись о дерево. Честно, он был рад видеть Сириуса даже в облике собаки, но лучше бы не видел. Он понаблюдал за ним еще немного, но тот не пытался ничего унюхать, и Гарри успокоился. Разглядывая пса, Поттер убедился, что тот стал намного худее, чем когда он видел его в последний раз. Видимо, смерть крестника сильно по нему ударила. Как же Гарри хотелось подойти к нему и обнять. Обнять человека, который заменял ему родителей. Сказать ему, что все в порядке. Но отношение Сириуса к Пожирателям Гарри знал очень хорошо. Все начали по очереди подходить к гробу и класть цветы и подарки. Поттер увидел, что Миссис Уизли положила к гробу свитер, и зажмурился, чтоб вновь слезы не выпустить. Кто-то положил торт со свечками, видимо в честь прошедшего дня рождения. Снова образовались группки магов, и Гарри вновь принялся за прослушку. Сейчас все обсуждали выходку Невилла. Сам Невилл был очень смущен. Рон его подбадривал, хвалил за смелость, а Гермиона не одобряла его поступок, боясь за последствия. Среди министерских слышались насмешки над Дамблдором, слова «дряхлый старик», «маразматик», а также «глупый мальчишка» в сторону Невилла. Малфои просто исчезли. В общем, все были немного шокированы заявлением. Те, кто был приближен к Дамблдору, были очень озабочены, и Гарри понял, что о том, что Волдеморт убил Поттера, Дамблдор им тоже не говорил. Сам Дамблдор стоял поодаль и разговаривал со Снейпом и с Грюмом. – Вы уверены, профессор, что это было благоразумно говорить всем? – серьезно спросил Снейп, – Могут начаться нападки на вас и на Лонгботтома. Дамблдор посмотрел на него совершенно по-дамблдоровски, сверкнув глазами: – Я думаю, Северус, что подходящего для этого момента никогда бы не нашлось. А тут Невилл начал, и я поддержал. Министерство всегда пытается избегать правды, если она им не по душе. Тут Дамблдор резко замер. Он схватил Грюма за плечо и произнес. – Быстро собирай Орден. Волдеморт здесь. Черт. Черт. Нужно быстрее найти Лорда. Но как это сделать, если они оба невидимы. Гарри попытался тихо позвать его на парселтанге, но, понятное дело, ответа не получил. Он начал паниковать, озираясь по сторонам, и мысленно моля, чтобы Волдеморт его услышал. «Поттер?» – прозвучало в его голове. Гарри чуть не упал от испугу. «М-милорд, это вы?» – панически произнес Поттер мысленно. «Что случилось, Поттер?» «Дамблдор узнал, что вы здесь» – быстро сказал Гарри. «Отлично. Стой, где стоишь» Не успел Гарри и подумать о том, что же здесь отличного, как рядом дунуло ветром, что-то схватило его за плечо, и он исчез с Годриковой Лощины.