Moon Rock

— Я готов быть Вашим! Чонгук поворачивает голову на черноволосого и, приподняв брови, наблюдает за немного потерянным лицом альфы, которое меняется по мере осознания сказанной фразы. Не выдержав, король хрипло рассмеялся. Тэхён мысленно бьётся головой об стенку и пытается исправить ситуацию: — Быть Вашим работником. Я не договорил, — не помогло, но Ким по крайней мере попытался. Тэ переводит взгляд на отца. Намджун хмурится и по его лицу невозможно определить, что он сейчас чувствует. Он то ли зол, то ли расстроен или у него что-то болит. На самом деле там всё вместе. Джун злится на своё бессилие, грустит из-за скорой разлуки и туманного будущего своего сына, а болит у него разрывающееся родительское сердце. Веселье омеги мгновенно испаряется, стоит ему увидеть обмен взглядами отца и сына. Они ничего не делают и не произносят, но их невидимая родственная связь и немое волнение безумно раздражают. — Дела не ждут, — резко произносит Чонгук и разворачивается к выходу. — Нам пора. Тэхён моментально мрачнеет и решается спросить: — Можете дать мне несколько минут на прощанье с родными? Чонгук смотрит на альфу и с каменным лицом одним-единственным словом, как бомбой, разрывает его на куски: — Нет. Король быстрым шагом направляется к машине, взглядом указывая Мику на Тэхёна. Телохранитель кивает и выполняет немой приказ господина. Если придётся, он альфу силой доведёт до машины. Напоследок Тэ бросает короткий взгляд на отца и, сбросив с себя руки амбала, уходит самостоятельно. Два черных Мерседеса покидают двор особняка.

*****

Всю дорогу Чонгук томится в воспоминаниях, что до сих пор снятся ему в кошмарах. Голова будто раскалывается, но он не может перестать думать о прошлом. Детдом всегда был и будет его личным земным адом. Это место полно страшнейших из всех существующих чудовищ, уничтожающих всё что можно и нельзя. Гук может больше никогда и не появится в детдоме, но он не сможет избавиться от оставленных беснующимися там чудовищами шрамов. Он был всего лишь маленьким, брошенным родителями омежкой. Милый и невинный ангелочек, который так надеялся, что найдётся тот, кто смог бы его полюбить. Но с этим всё никак не складывалось. И чем старше он становился, тем больше это его ломало. Вот пятилетний Гук беззаботно топает с ведерком в миниатюрной ручке к песочнице, как вдруг в него врезается бегающий по площадке, шестилетний альфа. Дети теряют равновесие и, при падении, сталкиваются лбами. Омежка всем телом оказывается на земле, больно ударившись об неё головой, а старший наваливается на него сверху. Альфа поднимается с малыша и начинает плакать, прикладывая руку к пострадавшему лбу. Гук же не способен даже пошевелиться. Боль распространяется по всему телу и он может лишь срывать голос, истошно рыдая. Сквозь слезы малыш видит подбегающего к ним воспитателя. Омежка пытается успокоиться, ведь верит, сейчас ему помогут встать, полечат и все будет хорошо. Но уже прибежавший Пуонг совсем не обращает на Гука внимания, всё оно обращено только к маленькому альфе. Воспитатель успокаивающе поглаживает шестилетнего мальчика по голове, дует ему на ранку и в глазах старшего омеги Чон отчётливо видит волнение. Но эти глаза так ни разу и не посмотрели на него. Гук начинает рыдать и кричать ещё сильнее. Пару минут спустя к ним подходит второй воспитатель, уставший от громких криков. Он говорит омежке быть потише и устало выдохнув, поднимает ребенка на руки, направляясь в медкабинет. По дороге малыш заглядывает взрослому в глаза, но не видит там никакого волнения. Несколько лет спустя Пуонг со своим мужем усыновили того самого альфочку. Тогда у Чонгука впервые появилась навязчивая мысль, что с ним так никогда не будет. И он утратил надежду.

*****

Дверь авто открывается и Чонгук понимает, что они приехали. Он вылезает, боковым зрением замечая стоящего возле машины телохранителей Тэхёна. Не успев отойти от машины, омега останавливается, потирая пульсирующие виски. Голова всё ещё болит и единственное, что король сейчас хочет — это поспать. — Господин, вы плохо себя чувствуете? — Мик, как всегда, сама проницательность. Он уже четыре года работает на Чона, три из которых — личным телохранителем. Иногда в трудные минуты, омега думает, что было бы круто иметь такого отца, как Мик. Ему около 45 лет, но он отлично понимает Чонгука. Альфа беспрекословно выполняет любые приказы омеги. Бывает, ему даже говорить не надо, он и так всё поймёт. А ещё он очень заботливый. Пожалуй, он мог бы быть третьим человеком, чьё волнение не раздражало бы Чонгука. Но Мик никогда не переживает за Чона, ведь знает, что тот и сам может постоять за себя. — Всё нормально, — негромко, но серьёзно произносит омега. — Его, — король кивает на Тэхёна, — передай Лаву. Мик учтиво кивает и идёт исполнять поручение, а омега в сопровождении другого телохранителя уходит в свой кабинет.

*****

После обеда к Чонгуку приходит Хосок и они до глубокой ночи работают. Когда мозг уже не выдерживает такой перенагрузки, омега собирается прерваться: — Хо, принеси пожалуйста что-то не очень вкусное из мини-бара, — устало просит Чон. Хоуп молчаливо поднимается и идёт к мини-бару на противоположной стороне кабинета. Минуту спустя он возвращается с двумя бокалами, бутылкой коньяка и мартини. — Спасибо, — Чонгук приподнимает уголки губ и тянется к ближайшей бутылке. Хосок примерно понимает, что сейчас произойдёт, поэтому подталкивает к омеге «не очень вкусный» напиток. Ухватившись за горлышко, король швыряет бутылку в недавно перекрашенную стену, затем любуясь стекающими по ней на разбитое стекло, прозрачными капельками алкоголя. — Водка? — не отводя взгляда от стены, интересуется омега. — Нет, — отвечает Хосок, разливая коньяк по бокалам. Подняв бровь, Чонгук переводит взгляд на альфу и берёт протянутый ему, уже наполненный стакан, кивая в благодарность. — Мартини, — просто говорит Хо, наблюдая за прищурившимся парнем. — Надо прикончить того, кто посмел притащить эту хуйню в мой кабинет, — абсолютно серьёзно произносит король, а Хоуп мысленно делает заметочку, что утром разберётся с этим человеком. Парни разговаривают о чем угодно, кроме работы, потягивая крепкий алкоголь. Когда первая бутылка пустеет, Чонгук отправляется за второй. Когда уже и она подходит к концу, король внезапно хмурится и вдумчиво начинает: — Кажется, время пришло, — Хо мгновенно напрягается. Достав с кармана пачку сигарет, он предлагает одну Чонгуку, но тот отказывается. Омега молчаливо ждёт, пока Хо поджигает сигарету. Пробегаясь задумчивым взглядом по кабинету, альфа делает глубокую затяжку. Выпустив белое облачко дыма, Хосок останавливается взглядом на наблюдающем за ним Гуком. — Если это то, о чём я подумал… — альфа делает ещё несколько затяжек. — Тогда с кого начнём? — Чхве Пуонг, — Чонгук ухмыляется, наблюдая за расползающимися по помещению клубами дыма. — Хотя, наверное, уже не Чхве. Он должен был сменить фамилию, выходя замуж, — ухмылка сходит на нет. Омега устало вздыхает и откидывается головой на спинку кресла, прикрывая глаза и массируя виски. — Чонгук-и, — альфа видит, что Чону сейчас очень тяжело, так что использует милое прозвище. Уже больше двух лет Хо не называл так парня, но почему бы не начать вновь? Раньше это всегда помогало. — Для тебя я как можно быстрее все разузнаю о нём. Гук впервые за долгое время искренне улыбается. Улыбка грустная, но главное, что от всей души. — Спасибо. Не знаю как ты, а я спать, — немного пошатываясь, омега уходит в свои личные покои, что находятся на этом же этаже. Хосок смотрит вслед омеге и, потушив сигарету о пепельницу, тоже покидает кабинет короля.

*****

Три дня Чонгук в поте лица трудится у себя в кабинете. С полученным статусом «короля» он думал, что наконец-то сможет отдохнуть, но работы стало только больше. Любой другой в свои девятнадцать мог бы уже давно забить на это и уйти развлекаться, прожигая свою жизнь вместе с друзьями на тусовках, но не Гук. Конечно бывают моменты, когда ему хочется попробовать побыть обычным парнем: поучиться в университете, найти много друзей, влюбиться. Но желание мгновенно исчезает, стоит ему лишь вспомнить, ради чего он всё это делает. В детстве он пережил множество ужасных моментов, повторения которых он больше не допустит. Теперь единственной его целью является месть тем, из-за кого он стал таким. Естественно омега понимает, что местью прошлого не исправить, но она, по крайней мере, успокоит его душу. Тем более, раз тогда тем людям было наплевать на его чувства, то сейчас ему похер на их.

*****

В дверь стучат и Чонгук разрешает войти. Мик оповещает короля, что к нему пришёл Лав, и спрашивает впустить ли его. Не отрываясь от работы, омега положительно кивает. Охрана обязана докладывать Чонгуку о прибытии каждого, кроме Хосока, и пускать в кабинет только с разрешения господина. Даже работникам борделя не избежать этой процедуры. Безопасность очень важна. Лав — это двадцатитрёхлетний бета, уже второй год работающий в центральном «Lure». Его не приволокли сюда силой из-за долгов или в качестве залога. В поисках лучшей жизни и ради спасения от нищеты, парень самостоятельно пришёл в бордель. Привлекательная фигура и смазливое лицо были его единственными умениями, но сколько бы он не пытался, его не брали в модели. Однажды, после очередного неудачного прослушивания, он настолько разочаровался в себе и всём этом мире, что хотел броситься с крыши. Он забрёл в ближайшее здание с яркой вывеской и, уйдя от встречающего его персонала, проскользнул в лифт. Пока он ехал на верхний этаж, отметил, что внутри, как он думал отеля, всё очень дорого выглядит и наверняка таким и является. Мысль, что хоть раз в жизни, пусть и перед смертью, он побудет в настолько роскошном месте, радовала. Лифт остановился на седьмом, верхнем этаже и бета вышел, отправляясь на поиски входа на крышу. За пятнадцать минут поисков, он многое увидел и услышал, с каждой минутой все больше убеждаясь, что это вовсе не обычный отель. Наконец-то найдя лестницу на крышу и поднявшись по ней, он обнаружил, что на краю здания уже стоит человек. Первой мыслью было подойти и спасти его от смерти, но затем он подумал: «А вдруг этот человек такой же как и я, просто желающий облегчить свои страдания? Я бы не хотел быть спасённым». Пока же бета раздумывал, Чонгук отошёл от края и развернулся, намереваясь вернуться в свой кабинет, но замер, увидев стоящего у входа бету. Парни несколько часов сидели на крыше. Лав делился своей историей, Чонгук же молча слушал и лишь по окончанию рассказа вынес свой вердикт. — Мне похер на твою жизнь. Можешь прямо сейчас сброситься с крыши. Но главное не с этой, а то принесёшь моему бизнесу огромный ущерб. Такие случаи плохо влияют на репутацию заведений, — после небольшого перерыва омега продолжил: — Или можешь начать работать здесь и будешь иметь всё нужное. В итоге, бета в целости и сохранности отправился домой, раздумывая о словах короля. Для бет такой вид деятельности, как и для альф, является редкостью. Раньше он даже не думал о таком способе заработка, но после этого разговора эта мысль всё не покидала его. Через два дня полных суетливых раздумий, он вернулся в бордель и попросился там работать. Всё же его тело хоть как-то ему пригодилось. Спустя год и девять месяцев Чонгук, ещё с первой встречи заметивший потенциал беты, назначил парня управляющим предоставляющими секс-услуги. Лав стал третьим по значимости в борделе. Отныне он подчиняется только королю и его заместителю Джей-Хоупу. Кажется, он никогда не забудет сказанное Чонгуком в тот день.

*****

Пройдя в кабинет, Лав приветствует короля и отдаёт ему свои отчёты. Затем они обговаривают обстоятельства дел в борделе, после чего Чонгук интересуется причиной появления огромнейшего количества жалоб. — Этот новичок абсолютно ни на что не способен. Даже его псевдоним пришлось придумывать мне! — возмущённо восклицает Лав, но затем тушуется под пронизывающим взглядом омеги и снижает тон голоса. — Он ещё до сих пор не удовлетворил ни одного клиента, вот они и оставляют жалобы. — Может, это просто ты больше не в состоянии справляться со своими обязанностями? — бета вздрагивает от стальных ноток в голосе омеги. — Мне стоит заменить тебя? — Нет, — немного испуганно произносит бета, — я очень старался. Перепробовал на нем всевозможные афродизиаки, но ничего не подействовало, — опустив голову вниз, парень продолжает, с небольшой обидой в голосе: — Этот Ви только и повторял, что ничего не получится. Уже и не знаю, что с ним делать. Пока Чонгук раздумывал над услышанным, в кабинете появился Хо. Он подошёл к столу омеги и положил на него огромную папку. Гук вопросительно глянул на альфу, на что тот ответил кивком на папку. Король достал из неё стопку листов и, пробежавшись по первому глазами, ухмыльнулся. — Пусть он обслуживает только альф, — обращаясь к Лаву, произносит Чонгук. — Вдруг роль пассива ему настолько не понравится, что аж дружок заработает. А если нет, то хоть перестанет приносить жалобы. — Я дам распоряжение, — негромко отвечает бета и, поклонившись, покидает кабинет. Гук же возвращает всё своё внимание на вынутые из папки листы. — Спасибо, Хо. И ты все это нашел всего за три дня? Как? — Хоуп приподнимает уголки губ. — Есть связи, — в глазах появляется грусть и уголки губ опускаются. — Не первый же раз такое делаю... Чонгук серьёзнеет, мысленно матеря свой язык. Ну какой черт его дёрнул, спросить именно это. Напоминать Хо о прошлом — это последнее, что Гук хотел бы делать. Хотя, скорее это то, чего он никогда не хотел бы делать. Омега, вспоминая о детстве, чувствует небывалую злость, отвращение, желание отомстить обидчикам. Хосок же уже отомстил причинившим ему боль. Бешеная ярость ушла и теперь ужасные воспоминания вызывают лишь горечь и боль. Чонгук ненавидит видеть страдания альфы, а ещё больше он ненавидит быть их причиной. С момента их знакомства прошло пять лет, за которые они фактически стали братьями. Если бы не Хо, омега бы ничего не добился, ничего не имел. Для Гука он самый близкий друг, семья, старший брат, который всегда поддержит, поможет и, если надо, уступит младшему. Всю имеющуюся сейчас у короля власть, он должен был разделять с Хосоком, ведь они вместе к этому шли, прикладывая равное количество усилий. Но альфа уступил младшему. Он стал всего лишь заместителем, хотя мог быть бизнес-партнёром. Он знал, насколько важно для омеги иметь как можно больше власти, чтобы осуществить свою месть, потому отдал и свою часть власти Чонгуку, поставив себя ниже. Гук хоть и был совсем не против, наоборот только рад стать со старшим партнёрами, но Хо сам предложил сделать так, и омега был ему безумно благодарен. Хоть все и считают Хосока заместителем, на самом деле он работает не меньше короля, а бывает и больше. И при этом он ещё успевает исполнять просьбы Чонгука. Он действительно невероятный человек. — Прости, — искренне извиняется омега. Хо несильно мотает головой в разные стороны. — Ничего страшного, — словами подтверждает Хо. — Просто, пусть тебе будет полезна эта информация. — Уверен, она будет, — этот разговор явно не вызывает лучшие эмоции у обоих, так что Чонгук решает сменить тему. — Выпьем? — Да, — мгновенно соглашается Хосок.

*****

После многочасовой попойки с Хоупом, Гук, впервые за последние две недели, отправляется не в свою комнату, а соседнюю. Омега не любит одноразовый секс, поэтому из своих работников он выбирает желаемого и делает своей личной шлюхой. В любое время фаворитом может стать кто-то другой, ведь определённый партнёр может надоесть, разонравиться или это может случиться по каким-нибудь другим обстоятельствам. Поэтому у каждого работающего здесь глубоко в душе таится надежда и желание испробовать все преимущества личной шлюхи короля. Красивого, изящного, сексуального, роскошного, божественного, бесподобного, обворожительно-пленительного короля. Фаворит предоставляет секс-услуги только Чонгуку и проживает в соседнем от него номере. Между комнатами есть соединяющая дверь, ключ от которой есть только у омеги. Она нужна для того, чтобы Гук мог в любое время быстро прийти к фавориту. Конечно выйти из комнаты и зайти в следующую не так уж и тяжело, но ходить через боковую дверь удобнее. На данный момент уже полгода фаворитом является Ричард, хоть Чонгук и не чувствует к нему никакой привязанности. Ему просто нравится тело альфы. С ним хорошо заниматься сексом, но у омеги не возникает желания трахаться именно с ним. Гук пользуется им, когда ему надо удовлетворить свои сексуальные потребности, но осознает, что мог бы с лёгкостью удовлетворять их с кем-либо другим. Ричард не является единственным и незаменимым, по крайней мере для Чонгука. Около двух часов омега проводит у Ричарда, а спать отправляется к себе. Чонгук не смог бы провести целую ночь в фактически бессознательном состоянии рядом с другим человеком. Ещё один отпечаток болезненного прошлого. Их слишком много для всего лишь одного, пусть и очень сильного омеги.

*****

Весь следующий день Гук проводит в изучении досье на, теперь уже, Кан Пуонга. Воспитатель сменил место работы ещё до того, как Чонгук покинул детдом, поэтому парню всё было интересно, куда же перешёл омега? Как оказалось, он устроился учителем младших классов в школу, где учился его приёмный сыночек Киен. Как это до приторного отвратительно. Хоть сын уже и выпустился, Пуонг продолжает работать в этой школе. Может, ему понравилось или просто на другую работу не берут. В любом случае первым делом Гук решил избавить омегу от работы, а заодно и всю его семью. Добиться увольнения учителя младших классов не составило Чону никакого труда, что уж говорить о подработке учащегося в университете Киена. А вот с мужем Пуонга было потяжелее. Отличного менеджера всё не хотели отпускать, но и это удалось. Ещё одно доказательство того, что в этом мире практически всё можно купить.

*****

Пару недель люди Чонгука предотвращали любые попытки семейства раздобыть деньги. Каждое утро омега просыпался с мыслью, что сейчас все семейство Кан страдает. Он будто упивался сладким запахом их отчаяния, что витал по всему городу. Или омеге он просто мерещился. В любом случае, Чонгуку не хочется, чтобы они отделались голодной смертью. Это слишком легко. Сейчас король тщательно собирается на праздник смерти. На такое замечательное событие стоит принарядиться. Омега одевается исключительно в черное: гольф, классические брюки, кожаные ботинки и наконец, под стать обуви, кожаный корсет, акцентирующий внимание на тонкой омежьей талии. Образ завершают несколько металлических колечек разной величины в каждом ухе и подчёркивающий природную красоту макияж. По прибытии к нужному зданию, омега с лёгкостью находит захудалую квартирку. Дверь ему открывает Киен, который, после небольшого разговора, с радостью пропускает Чона внутрь. Короля безусловно радует, что эти люди сейчас настолько отчаянны и беспомощны, что готовы даже пустить в свой семейный очаг незнакомца с неизвестными им мотивами, только услышав, что тот пришёл по поводу работы. На тихий семейный ужин нагрянула сама смерть, но Каны пока об этом не знают. Гук рассматривает стол посреди гостиной, на котором находится небольшое количество чего-то похожего на пищу. Дела у них очень плохи, что не может не радовать короля. Чонгук, естественно, не собирается здесь кушать. Не хватало ещё отравиться здесь. Он отказывается от ужина, сразу же переходя к главному. Он предлагает Киену работу в своем борделе и объясняет некоторые тонкости. Но не дослушав омегу, Каны не принимают его предложение и хотят выпроводить незваного гостя. Гук предполагал такой исход, поэтому достаёт из-под корсета заранее припрятанный нож и метко запускает его в солнечное сплетение старшего альфы. Следующие несколько минут омега наслаждается громкими криками, слезами и страданиями как Пуонга, так и Киена. Когда сердце альфы перестаёт биться, Чонгук с насмешкой спрашивает: — Киен-и, ты же не хочешь, чтобы такое приключилось и с твоим папулей? Иди к выходу, мой телохранитель доставит тебя к новому месту работы. Альфа не двигается с места, ведя внутренний бой, но увидев, что король достаёт ещё один метательный нож, сдаётся и, обнявшись напоследок с папой, уходит. — За что Вы так с нами? Что мы такого Вам сделали? — дрожащим голосом вопрошает разбитый омега. —Мой дорогой воспитатель, ты вовсе не изменился. Как и раньше думаешь только о себе и своих родных, на остальных же тебе абсолютно наплевать, — тревога за ребёнка в глазах старшего омеги сменяется непониманием. — Думаю, именно ты меня этому научил. Хоть ты этого уже и не увидишь, могу пообещать, что твой сын скоро присоединится к своему отцу на том свете. Рассказать тебе как это произойдет? — Пуонг отрицательно мотает головой, но Гук не останавливается. — Куча извращенцев досмерти затрахают твоего приёмыша, а я получу за это денежки. Чонгук подходит к осевшему на пол омеге, поднимает его лицо и в последний раз заглядывает в его искрящиеся волнением за ребёнка глаза, перед тем как выколоть их. — Ты спрашивал, за что? За то, что ты, не замечая никого, кроме Киена, лишил меня надежды. А она была единственным, что я имел. Теперь ты понимаешь меня. Ну, и как тебе живётся без всего, что имел раньше? — Пуонг все ещё пронзительно кричит и пытается наощупь добраться до своего супруга. Чонгук закатывает глаза и уходит из квартиры, отдавая охраннику приказ, не давать омеге убить себя. Смерть будет для него облегчением, а король не даёт поблажек своим обидчикам.