Moon Rock

Чонгук перебирает бумаги у себя в кабинете, рассортировывая их по датам. Мысли постоянно возвращаются к Хо. Он так за него переживает. Гук сомневается, что своим вчерашним разговором с гонщиком хоть чем-то помог Хосоку, но он пытался. По крайней мере, он приоткрыл Мину глаза на сложившуюся ситуацию. В дверь постучали и Чонгук будто очнулся ото сна. Блять, он снова задумался. Когда же это прекратится? Волноваться всегда так тяжело? Получив разрешение, в кабинет вошёл Мик и доложил, что пришёл Ким Намджун, интересуясь, впустить ли его. Гук приподнял одну бровь. Что же могло понадобиться такому статному альфе, как Ким, чтобы он, рискуя своей репутацией, заявился к королю прямо в бордель? Почему-то Чон на девяносто девять процентов уверен, что причиной этого визита является Ви. Омега положительно кивает Мику. Когда Намджун проходит, Гук слегка удивляется его бесконечно усталому виду. Мужчина будто побледнел и из-за этого Чонгук странно себя чувствует. Хочется уложить Джуна в постель или приготовить ему покушать. Чего-то горячего, сытного, в меру солёного и островатого. Может Гук голоден? Да, это всё из-за того, что он хочет кушать. Точно. А точно ли? Впервые он не упивается произведённым на другого человека результатом. Омега понимает, что это из-за него Ким сейчас находится в таком состоянии и это совсем не радует. Но почему? Гук качает головой в разные стороны. Он снова отвлёкся и погрузился в свои размышления. Да что с ним сегодня? Король кивает Намджуну на кресло возле стола и альфа молчаливо усаживается в него, хмуря густые брови. Они недолго сидят в тишине и Чонгук резко начинает: — Сегодня у меня нет ни времени, ни желания обмениваться любезностями, так что давайте сразу к делу, — от слов омеги Джун тяжело вздыхает. — Я бы хотел узнать, — альфа проглатывает тяжёлый ком в горле, — что произошло с моим сыном. — Произошло? — Гук насмешливо хмыкает, поднимая вверх одну бровь. — Это дела моего заведения и я не собираюсь Вас в них посвящать, — стальным голосом добавляет омега. Намджун прикрывает уставшие глаза, массируя их подушечками пальцев. Практически всю ночь он просидел в комнате Тэ, наблюдая за спящим мужем, вдыхая любимый запах и не отпуская его руку. Он уснул только утром и сам сон продлился всего несколько часов, но Джун уже привык к этому. После ссоры с Джином он не мог долго спать один в пустой постели, а омега не подпускал его к себе. Теперь они понемногу сближаются и Ким не может спать, ведь хочет насладиться проведёнными с мужем минутами. Альфа так сильно его любит, что готов умереть за него, разбиться в лепёшку, но выполнить просьбу омеги. — Я готов сделать что угодно, — твёрдо произносит мужчина, устремляя взгляд прямо в глаза омеги. — Мне нужна информация о сыне. Чон не отводит взгляд, хоть и впервые очень хочется. А ещё больше хочется в одиночестве закрыться у себя в кабинете, укрыться тёплым пледиком, включить любимую криминальную дораму и наслаждаться сладостями во время просмотра. Блять, Чонгук, что за мысли? Ты же не какой-то там сопливый омежка. Ты король! Это всё голод. Гук гулко сглатывает, продолжая смотреть глаза в глаза Наму. Он не может проиграть этот зрительный бой. С каждой их встречей, король убеждается, что Намджун действительно заслуживает уважения. Он один из немногих, кто не побоялся прийти прямо к Гуку, чтобы узнать о судьбе родного, и он единственный, кто не ушёл после фактически отказа. Многие совсем не интересовались ушедшими в бордель «гарантиями», кто-то пытался узнать всё отдалённо, нанимал детектива или ещё кого, но естественно никому не удавалось ничего узнать. Несмотря на то, что Намджун обманывает миллиарды людей, приобретающих произведённые его корпорацией сладости, не зная, что в них находятся наркотические вещества, Чонгук чувствует, что он честный человек. Он ничего не сделает втихаря за спиной. Он не станет вставлять Гуку нож в спину, поэтому омега хочет попытаться довериться ему. — Есть нечто нужное мне, — неспешно произносит Чон. Они моргают, но всё ещё смотрят друг другу в глаза. Ким кивает и Гук продолжает: — Предлагаю обмен информацией. Вы соберёте досье на нужных мне людей, а я расскажу Вам, что произошло с Вашим сыном, — немного насмешливо заканчивает омега. «Произошло» — почему его так смешит это слово? На самом деле, Чонгук понимает, что Хо сейчас не в лучшем состоянии и просить его поскорее узнавать что-то для мести Гука было бы неправильно. А Намджун состоятельный человек, явно имеющий много связей и вызывающий доверие, поэтому у Чона в голове появилась прекрасная идея, что можно было бы попросить Кима разузнать о Соноке, Хёнрине и медбрате. Чонгук не подгоняет альфу, не хочет выдать, насколько сильно нуждается в этой информации, в помощи Нама. Но он нуждается. Он хочет продолжать свою месть и, пока у Хо свои проблемы, Гуку для этого нужен Намджун. Джун долго раздумывает. Собрать досье не так уж и тяжело, но Чонгук не уточнил количество людей, на которых это надо будет сделать. Нам готов собрать хоть сотни досье, лишь бы узнать хоть что-то о сыне, но это было бы чертовски несправедливо. В любом случае, он сделает всё возможное. До их с Джином разговора он безумно переживал за Тэ, винил себя во всей этой ситуации, но думал, что ничего не может с этим поделать. А вчера Ким словно прозрел. И как он только раньше не догадался прийти прямо к Чонгуку? Хотя это и не странно с тем количеством одолевавших его, тяжёлых мыслей. — На сколько именно человек? — альфа не уточняет, всё и так понятно. — Три, — честно отвечает Чонгук и заметив облегчение, мелькнувшее в глазах мужчины, предупреждает: — Это будет нелегко. — Я согласен, — мгновенно соглашается Намджун. Он уже всё обдумал и решил. — Как понимаю, информация о Тэхёне будет после? — больше спрашивает, чем утверждает альфа. — Тэхёне? — Гук переспрашивает, сперва не понимая кто это. Это Ви так зовут? Ему не идёт настоящее имя, пусть лучше остаётся Ви. — А, да. Сначала Вы мне, а потом я Вам, — Намджун кивает и принимает из рук омеги небольшой листок с двумя именами, названием рабочей должности и названием детдома. Джун ничего не понимает, поэтому Чонгук, не вдаваясь в подробности и без упоминаний о себе, сообщает ему что к чему. Понятнее не становится и Намджун думает, что Гук был прав. С таким количеством информации найти досье будет весьма сложно. Они кратко прощаются и Намджун покидает кабинет, а Чонгук вызывает к себе Мика. Ему срочно надо поесть. Как можно больше и вкуснее.

*****

Ближе к вечеру Гук проведывает Хосока. Альфа пытается убедить Чона, что с ним всё в порядке, пытается шутить, но от этого только хуже. «Чонгук-и, я пережил пулевое ранение. Я не умру от лёгкого алкогольного отравления». Чонгук понимает, что Хо просто пытался его успокоить, но от напоминания об этом случае, омеге внезапно стало очень плохо. Он поцеловал Хоупа в лоб и отправился в свою комнату. Не хватало ещё чтобы Хосок заметил его дурное состояние и стал переживать за него. Когда Гуку было четырнадцать, он всё ещё был глупым и слабым омегой. С помощью связей, его и семнадцатилетнего Хосока приняли в небольшой мафиозный клан “Red Bullet”. Задачей парней было сопровождать важных людей клана на различные встречи и доставлять некоторым клиентам небольшие партии наркоты. В то время они начали много работать над собой, пытаясь стать сильнее и добиться уважения в клане. Гук занимался различными видами борьбы, учился метать ножи, стрелять из пистолетов и винтовок. Он закалял своё тело и свой дух, понимая что для будущей мести ему это пригодится. Хосок поддерживал младшего. Он последовал за Чонгуком в мафиозный клан, вместе с ним улучшал свои навыки стрельбы и боевые умения. На тот момент Хо уже совершил свою месть и делал всё, чтобы помочь Гуку с его. Больше года они усердно трудились, понемногу становясь всё лучше, важнее для клана. О них практически ничего не знали, кроме фамилий, поэтому называли «братьями Чон», а парни не возмущались. За несколько лет, что они уже знали друг друга, Хо и Гук действительно стали родными, семьёй. На поручения братьев Чон всегда отправляли вместе. Все знали, что вдвоём они любую гору свернут. Это произошло, когда Чонгуку было всего пятнадцать, а Хоупу восемнадцать. Они больше не занимались мелкими поставками наркоты и их начали отправлять на заключения сделок уже не как сопровождающих, а как тех самых «важных людей клана». В том году они впервые попали на встречу руководства «Red bullet» и… Это было ужасно. Чонгук и подумать не мог, что этим кланом управляют такие дебилы. Когда посреди встречи Гук попытался предложить разумную стратегию, тупой старик сказал ему «заткнуть свой омежий рот и не вмешиваться во взрослые дела». Чонгук был так зол. Нет, он был просто в ярости! Он достал прикреплённый к поясу нож и метнул в старого маразматика. После этого достаточно импульсивного поступка омеги, в комнате разразилось настоящее кровавое побоище. Именно тогда Хо прикрыл Гука, получив пулю в плечо. Хосок уже миллионы раз говорил, что это был его осознанный выбор, но Чонгук продолжает винить себя в случившемся, своё ребяческое безрассудство и импульсивность. Братья Чон вряд ли победили бы в этой схватке, но им помогли те самые люди, что взяли их в клан и Мик. Чонгук до сих пор не понимает, почему мужчина им помог и, как и остальные поддержавшие их, признал главами клана братьев Чон. Конечно Хо отказался от власти, позволив омеге стать единственным главой. Гук не знает, чем заслужил себе такого верного друга, брата. Встреча с Хосоком — это лучшее, что случилось с ним в этой жизни, хоть она и была спровоцирована наихудшими событиями. Но это уже другая история.

*****

Чонгук заваливается на кровать, как только приходит в свои покои. Сейчас ему не хочется ни есть, ни работать, ни думать. Ничего не хочется. Лучшим вариантом пока кажется сон. Гук не переодевается в домашнюю одежду, просто разувается и падает на постель, укутываясь тёплое одеяло и вскоре проваливается в царство снов. Сегодня ему снится ужаснейший из всех кошмар. Он напоминает омеге о том, что случившееся непоправимо, пробуждает всех демонов Чона и желание мести. Ведь есть много кому и за что. Этот кошмар приходит к Гуку всего несколько раз в год, но он невероятно реалистичный. Во время него Чонгук заново переживает тот роковой день и все свои страдания. Этот сон не отпускает его, не позволяет забыть о мести. И главное, этот кошмар всегда предшествует течке. Гук просыпается в четыре утра. Он чувствует неприятное покалывание в заднем проходе и стопроцентно знает, что сейчас происходит. Омега вновь видел худший из всех кошмар, это может значить только одно… Течка. И как он только раньше не понял. Непривычно большое чувство голода, отчаянное желание тепла и заботы — всё указывало на течку. Он ни за что не выйдет из своей комнаты всю следующую неделю и никому не позволит войти к себе. Чонгук лучше умрёт от недомогания, но не встретится ни с одним живым человеком, ни с одним альфой.

*****

Хосок немного расстраивается, что Гук не приходит навестить его с утра. Возможно, он немного переборщил. Чёрт, не стоило упоминать своё пулевое ранение. Для Чонгука это больная тема. Как всегда, начнёт грызть себя за произошедшее. Хо решает дать омеге немного время. Не трогать, не переубеждать, лишь бы не сделать ещё хуже. В любом случае, хоть раз за день младший точно придёт его проведать. Как бы Гук не был расстроен или рассержен, он всегда находит время на семью. Когда Чонгук не приходит ни днём, ни вечером, Хоуп начинает волноваться и решает самостоятельно его навестить. Поднявшись с постели, альфа чувствует небольшое головокружение, но это не останавливает его. Сейчас важнее найти Гука, чтобы удостовериться, что с ним всё в порядке. Хосок всё не может перестать думать о Юнги. Он не может понять его действия, его слова. Зачем омега заигрывал, если понимал, что им не по пути? Зачем продолжал общаться, зачем позволял узнать больше о себе, зачем с каждым днём всё сильнее влюблял в себя? Зачем, если в конце концов всё равно оттолкнул? Остановившись перед двумя охранниками у дверей комнаты Чонгука, Хо слышит доносящиеся оттуда приглушённые всхлипы. Сердце разрывается от страданий младшего и Хосок уже готов выбить эту дверь, если амбалы его так и не пропустят. Давящую тишину в коридоре оглушает мелодия звонка. Хоуп хочет сбросить. Все дела подождут. Сейчас главное — брат. Но на экране высвечивается родное «Чонгук-и» и альфа мгновенно принимает вызов: — Тебе больно? — единственный волнующий сейчас Хосока вопрос. — Х-хо, — слышится шёпот омеги вперемешку с болезненным скулежом. — Те… чка, — Хоуп будто чувствует на себе всю боль Гука. Если бы он только мог облегчить её, он бы сделал всё что угодно. — Чонгук-и, прошу, — альфа отходит подальше от охранников. Это слишком личное, — перестань причинять самому себе боль. Позволь своему фавориту позаботиться о себе, — Хосоку не хочется разговаривать с младшим на эту тему, но что поделать, если глупый омега делает только хуже самому себе. — Не-ет, — Гук отчаянно вздыхает. Он судорожно мечется по постели и продолжает издавать болезненные стоны, не в силах сдержать их в себе. Ну как Хо не понимает? Чонгук сейчас слаб, уязвим и не сможет постоять за себя, остановить того, кто захочет причинить ему вред. Он не может просто отдаться и позволить делать с собой всё что угодно, руководить собой. Если Гук не будет доминировать, то не сможет контролировать весь процесс. Если партнёр получит полную власть над Чонгуком, то воспользуется им, будет удовлетворять только свои желание, причиняя боль омеге. А Чон не сможет помешать этому, дать отпор. И тогда, после течки, Гук опять будет ненавидеть себя и того, кто это с ним сделал. У Чонгука появится ещё одна цель для мести и он будет продолжать топить свою душевную боль в крови. Так всё и будет. Гук это точно знает. Это уже пройденный этап и Чонгук запомнил этот урок на всю жизнь. Все альфы одинаковые: дашь им немного порулить и они превратят тебя в раба. Чонгук знает лишь одного не такого как все — Хосока. Он никогда не сделает ничего против воли омеги, не причинит вреда слабому полу, не ущемит в правах, не унизит. Но так же Гук знает почему альфа поклялся никогда в жизни не делать ничего из этого. Категорические моральные принципы Хо обошлись ему огромной потерей, болезненной и невосполнимой. — Чонгук-и, — Хосок прерывает затянувшееся молчание, — я всё понимаю, но твоё затворничество в эти дни только причиняет тебе боль. Тебе нужен альфа, — Хо слышит, как Гук делает глубокий вдох, явно собираясь сказать что-то. — Нет, пожалуйста не отрицай. Это правда, — внезапно Хосоку на ум приходит одна мысль: — Я прямо сейчас поговорю с твоим фаворитом. Он ничего тебе не сделает, слышишь? Я позвоню тебе, когда закончу. — Н-не… — Чонгук не успевает договорить, как Хоуп вешает трубку. Как бы Гуку хотелось сейчас выругаться, но он не в состоянии выговорить ни слова.

*****

После телефонного разговора Хо действительно идёт в ближайший к Гуковому номер. Только открыв дверь, Хосок никого в комнате не видит, но пройдя внутрь, замечает сидящего на полу, прижавшись затылком к двери, разделяющей эти покои с чонгуковыми, альфу с закрытыми глазами. Его грудь тяжело вздымается, когда он в очередной раз затягивается воздухом, пропитанным ароматом омеги. Течного омеги. Течного Чонгука. Тэхён понятия не имеет, сколько часов уже сидит вот так, возле двери, но он не может от неё оторваться. Этот волшебный запах вызывает невероятно приятные ощущения внутри. Пахнет родным, единственным, что может сделать его счастливым, теплотой и домашним уютом. Всю жизнь альфа чувствовал себя невидимкой. Его старший брат Ихёк — будущий наследник всей корпорации, а Тэ — просто второй сын. Родители никогда ничего от него не требовали, не позволяли обществу узнать его внешний вид и разрешали делать что угодно. Казалось бы — мечта любого подростка, но из-за этого Тэхён чувствовал себя ненужным, лишним. В особняке родителей Киму всегда было безумно одиноко. Для Тэ дом — это уютное, тёплое гнёздышко, где в воздухе должны витать любовь, счастье и забота. Когда приходишь домой, у тебя возникают приятные, светлые ощущения. Ты чувствуешь, что это твоё место и именно здесь ты должен быть. Дома живут твои родные, любимые, семья, которая никогда не даст тебе почувствовать себя одиноко. Тэхён знает, что родители любят его. И он их тоже, но одной лишь родственной связи и любви по умолчанию альфе недостаточно, чтобы в особняке родителей чувствовать себя по-настоящему дома. Дом Тэ должен быть пропитан ароматом Чонгука. Гук — это и есть дом Тэхёна. Альфа чувствует, как Чонгуку сейчас плохо. Хотелось бы держать сейчас омегу в своих объятиях, нежно целовать желанные губы, успокаивающе поглаживать по спине или запустить руку в волосы. Тэхён хотел бы помочь Чонгуку и его не останавливает закрытая на замок дверь. Любой замок можно взломать, а у Кима уже и практика имеется. Альфу останавливает нежелание Гука. Если бы омега хотел, чтобы Тэ ему помог, то пришёл бы, но он этого всё ещё не сделал. Хосок громко прокашливается, обращая на себя внимание Ви. Тэ открывает глаза, устремляя взгляд на прибывшего. Он и не заметил постороннего присутствия, был слишком погружён в себя. Тэхён не может заставить себя оторваться от дверей, так что остаётся сидеть на полу. — Мне всё равно кто ты и из какой семьи, — угрожающе низко начинает незнакомый Киму альфа, — если причинишь Чонгуку боль, я тебя собственноручно кастрирую…

*****

После получасового разговора, скорее монолога, с Ви, Хо отправляется с себе, по дороге набирая Чонгука. Единственное, что сказал фаворит Гука за всё время присутствия Хосока было «Ви», брошенное в ответ на вопрос Чона, как его зовут. Дальше альфа просто сидел с каменным лицом, слушая Хо. И это неимоверно раздражало. Из динамика смартфона раздаётся всхлип, оповестивший Хосока, что Гук принял вызов. Ужас. — Чонгук-и, я поговорил с Ви и ещё раз повторил ему все твои правила, — Хо не рассказывает, что добавил и несколько своих. — Просто иди к нему. Я несколько лет пытался делать вид, что это не моё дело, но ты своими действиями гробишь себя. Я больше не могу это терпеть, —Хосок тяжело вздыхает и максимально серьёзно «угрожает» омеге: — Через час приду к твоей комнате и не дай бог я услышу, что ты всё ещё там…

*****

Чонгук зажмуривается, пытаясь сдержать очередной болезненный стон, но ему не удаётся. В этот раз течка проходит совсем не так, как раньше. Например, во время предыдущей течки, Гук смотрел смешные фильмы или захватывающие дорамы, часто занимался спортом, ведь не мог постоянно лежать, но много кушал. Он просто выпивал каждый день несколько таблеток и наслаждался одиночеством.Он всячески развлекал себя, пытаясь не вспоминать события, о которых напомнил сон перед течкой, и ему это успешно удавалось. Но в этот раз Гук всем телом сгорает от желания. Он не может ясно мыслить, связно говорить и встать с постели. Хочется умереть, воскреснуть и умереть заново. Умирать хочется медленно и мучительно, но так сладко и горячо и только с одним человеком — Ви. А воскресать — быстро и с одной единственной целью: чтобы вновь вернуться к Ви. Чонгук не понимает, почему сейчас все мысли об одном только Ви. Он встречался то с ним всего несколько раз в жизни. Ну трахнулись разок, и что с того? Этого недостаточно чтобы человек поселился у тебя голове и занял все мысли. Может это всё вина Хо? Он первым вспомнил о Ви и постоянно уверял, что с ним Гуку будет легче пережить течку. Или это всё из-за доносящегося из соседней комнаты аромата шоколадного ликёра? Чонгуку не хочется верить во второй вариант. Он понимает, что Хо хочет помочь, но его способ решения этой проблемы не подходит. Чонгук сильный омега. Ему не нужны никакие альфы. Он немного потерпит и всё пройдёт. В любом случае течка на протяжении этой недели должна закончиться.

*****

С утра следующего дня Хосок всё не может избавиться от волнения за младшего и решает всё-таки его навестить. Хо знает, что Гук никогда не спит рядом с кем-то, в чужой постели, но… А вдруг. У него всё-таки течка. Мало ли что может произойти. Поэтому Хоуп стучит сразу в комнату Ви негромко зовя Чонгука. После нескольких минут беспрерывного стучания, Ви наконец-то открывает. Вид у альфы потрёпанный и кажется он всю ночь не спал. Это ведь хороший знак, не так ли? Значит, он всю ночь удовлетворял Гука. Да? Чонгука ожидаемо здесь нет. Даже течка не заставит его изменить свои правила. Но почему тогда в комнате нет и ярко выраженного аромата омеги? Хосок непонимающе сводит брови и расспрашивает обо всём Ви. Блять, блять, блять, блять и ещё раз блять. Ну что Чонгук творит? Какого чёрта он ради своего же блага не может хоть раз послушаться? Хоупу хочется разъярённо ворваться в номер Гука и вразумить его уже наконец, но он никогда этого не сделает. В течки Чонгук безумно ранимый и не переносит чужого присутствия, особенно альф. Хо несколько раз набирает номер омеги, но ему не отвечают. Альфа негромко материться вслух и поворачивается к Ви. — Ты не посмеешь причинить ему вреда и хорошо о нём позаботишься. Иначе, ты знаешь что будет, — Ви закатывает глаза и Хосок со вздохом идёт к выходу, указывая альфе следовать за собой. Хо кратко объясняет Мику ситуацию и телохранитель скрипя зубами пропускает Ви в покои Гука. Хосок стоит несколько минут, беспрерывно пялясь на закрытую дверь, и надеясь, что правильно поступил.

*****

Тэхён проходит в комнату Гука, мгновенно захлебываясь волной ярчайшего аромата омеги. Сплошной Auto Moon Rock в его чистом виде — Тэ попал в рай. Взгляд альфы приковывается к неподвижному телу на постели. Ви быстрым шагом подходит ближе. Грудь Чонгука еле вздымается вверх при каждом вдохе. В этот момент омега выглядит по-домашнему тепло, уютно и всё так же бесконечно красиво. Тэхён убирает кончиками пальцев спадающие на глаза локоны. Его как магнитом притягивает к Гуку и альфа не сопротивляется. Всю прошедшую ночь, как и день, он просидел у дверей, разделяющих его номер с Чоновым. Ви невероятно устал, а спящий Гук идеально тёплый, излучает божественный аромат и не отталкивает. Тэ укладывается рядом с Чонгуком, плотнее укрывая обоих одеялом, и располагает одну руку поперёк талии омеги, притягивая ближе к себе. Нос Тэхёна утыкается в макушку Гука и он ещё раз вдыхает великолепный запах, перед погружением в глубокий, сладкий сон.