Moon Rock

Чонгуку не хочется вставать с постели. Здесь так уютно и тепло. Омега будто прилёг отдохнуть на безлюдном пляже. Вокруг никого, нежные лучи восходящего солнца заключили его в согревающие объятия, а волосы треплет лёгкий морской бриз. Солнце сильно припекает. Гуку откровенно душно, но не возникает желания что-либо изменить. Ему было слишком холодно в последние дни, чтобы отказаться от этого тепла, пусть оно и слишком обжигающее. Он лучше сгорит до тла, чем будет переживать очередную ночь, полную кошмаров, от которых мороз проходится по всему телу. Разум понемногу просыпается и Чон с разочарованием осознаёт, что тёплый пляж был всего лишь слишком реалистичной фантазией. Слишком. Чонгук до сих чувствует жару, ветерок у себя в волосах и солнечные объятья. Парню потребовалось несколько минут неподвижного лежания с закрытыми глазами, чтобы вспомнить события вчерашней ночи. Глаза сами по себе раскрываются от удивления. Спать больше совсем не хочется. Гук немного опускает голову вниз по подушке, чтобы в зону видимости попали руки Ви, окольцовывающие его торс. Затылком омега чувствует едва тёплое дыхание спящего рядом с ним альфы. В комнате практически нечем дышать. Окно было закрыто, так что природные ароматы Чонгука и Тэ прочно засели в воздухе. Внезапно омегу осенило, хотя, скорее стукнуло башкой об осознание того, что всю ночь он провёл в чужих объятиях, греясь теплом альфы вместо одеяла, что так и валяется на полу, после того, как он отбросил его ночью, когда очнулся от кошмара. Почему в объятиях Тэхёна Гуку теплее, чем под зимним одеялом? А в следующую секунду Чона с ног до головы охватывает неконтролируемая паника. Целую ночь к нему сзади прижимался альфа. С тринадцати лет, после того как во время своей первой течки он уснул, а проснулся лёжа на животе, раздеваемый альфой, Чонгук не может уснуть, если в комнате находится кто-то другой, особенно альфа. Всего несколько раз Гуку удалось довериться дядюшке Хосока настолько, чтобы осмелиться поспать рядом, хоть тот и был омегой, а самому Хо довериться было ещё тяжелее. Тем не менее, Чону не кажется чем-то удивительным факт того, что он смог довериться своей почти что семье, но какому-то чужому альфе… Ви его фаворит. Да, но… Чонгук не может знать, что творится у альфы в голове. Они практически ничего не знают друг о друге. Сколько раз они делились своими интересами, рассказывали друг другу забавные или грустные истории из жизни, просто обсуждали какую-то чепуху? Ни разу. Не было ни одного разговора не о сексе. Они близки физически, но не духовно. Гук не может довериться Тэхёну. Это всё равно, что довериться незнакомцу. Чонгук делает несколько глубоких вдохов-выдохов, считает в уме до десяти и постепенно заглушает рвущуюся наружу истерику. Хоть как-то они ведь близки, это уже хорошо. Омега чувствует себя хорошо после сна рядом с Тэхёном, это тоже хорошо. Ви его не изнасиловал, это ещё лучше. Всё хорошо. Просто Гук был немного не в себе, а Тэ его успокоил. А сейчас. Всё. Хорошо. Чон осторожно выпутывается из чужих объятий. Разбудить альфу сейчас было бы… неловко. Ладно, нет. Просто Чонгук не знает. Что делать, когда Тэхён проснётся? Объяснять что-то, игнорировать ситуацию, равнодушно приказать забыть о произошедшем… Что? Гук действительно не знает. Он осторожно подходит ко шкафу, хватая первую попавшуюся одежду. Омега скрывается в уборной на несколько минут, стараясь приводить себя в порядок как можно быстрее и тише. После Чон пулей летит к выходу, жестом указывает Мику молчать и практически беззвучно уходит в кабинет, оставляя второго охранника у своих покоев.

*****

Полчаса Чонгук сидит уставившись в одну точку и размышляет о своём трусливом побеге. Блять, и что это было? К счастью, в кабинет наведывается Хосок, вытаскивая омегу из раздумий. — Чонгук-и… Ты сам замечаешь, как в последнее время от тебя сильно несёт… ммм, в смысле… пахнет шоколадным ликёром? — будто невзначай интересуется Хоуп посреди разговора. «В последнее время?» — Ну, так получилось, что сегодня я вроде как ночевал с Ви. В одной постели… — Хо вопросительно приподнимает одну бровь. Это совсем не похоже на прошлого Гука. — Ничего не говори и не спрашивай, — предупреждает омега. — Окей… — Лучше расскажи, что это за несползающая с лица улыбка? У вас всё так хорошо с твоим парнем-гонщиком? — Хосок закатывает глаза. — Твоё повышение с обычного «гонщик» до «парень-гонщик» звучит неуместно. Юнги пока боится выходить на улицу. И даже любовь к гонкам ещё не победила его страх, — Гук немного удивился. Такого он точно не ожидал, — Но это единственная проблема. В остальном у нас всё хорошо. Всё свободное время мы проводим вместе, и я, кажется, влюбляюсь с каждым днём всё сильнее. Хотя мы ещё не ночевали вместе. В одной постели… — время младшего закатывать глаза. — Ой, заткнись. Но… Почему твой парень-гонщ… а, нет, парень. Юнги… В общем, почему он боится выходить на улицу? — Чтобы отец не забрал обратно. Там долгая история, — Хоуп замолкает в надежде, что Гук поймёт, что это нежелательная тема для разговора. — Ладно. Это ваше дело, но Хо… Ты же его парень. Вытащи его на улицу, помоги побороть страхи, как уже помог мне, — Чонгук был как никогда искренен в своих словах. — Разве я помог тебе побороть страхи? Тебе ведь до сих пор снится тот день и ты всё ещё желаешь мести. Так я тебе «помог»? — мрачно отзывается Хосок. — Я хотел умереть, — со мнимым спокойствиям в голосе отзывается Гук, — но я всё ещё жив. Так ты мне «помог». — Я ничего не сделал, — Хоупу необходимо сказать это младшему. — Ты сам себя спас, — на этом разговор прекращается. В кабинете ненадолго повисает мрачная тишина. Несколько минут спустя Хо поднимается, кивает младшему на прощанье и уходит к себе в кабинет. Обоим есть о чём подумать в одиночестве.

*****

Сегодня Чонгук впервые за прошедшую неделю выспался и, как назло, чуть ли не каждая секунда этого дня погружает его всё глубже в размышления. Сегодня у него была прекрасная возможность поработать в хорошем настроении с чистым, не омраченным кошмарами разумом, но нет. Гук вздыхает и выходит с кабинета. Омега уходит бесцельно слоняться по коридорам борделя, то спускаясь вниз, то поднимаясь вверх. Ему всё равно где ходить, главное не встретиться с людьми. Чонгук бы вышел на крышу, но туда часто заглядывает Лав, а его сейчас видеть также нет никакого желания. Мик, научившийся за все проведённые рядом года по виду Чона определять, что нужно делать, молчаливо следует за господином, находясь от него на достаточном расстоянии. В такие моменты королю всегда хочется побыть в одиночестве. Спустя непонятно какое количество времени бесцельного блуждания Гук резко останавливается, прекращая любые движения и размышления. Он слышит протестующее мычание и звуки возни из комнаты слева от себя. И его бы не взволновало это, потому что он в своём борделе и тут разные звуки слышатся с комнат, но он отчётливо чувствует аромат джекфрута. Аромат омеги. Из комнаты в его борделе. В борделе в котором секс услуги клиентам предоставляют только альфы и беты. Это может быть клиент-омега. Мычание протестующее. Шлюха решила изнасиловать клиента? И такое может случиться, если шлюхой является альфа. Чонгук отправляет Мика в кабинет за связкой ключей от комнат. Сам омега подходит ближе и чем больше вслушивается, тем сильнее убеждается в своих подозрениях. Грёбаные замки в дверях. Чувство уединения нравится клиентам и это никогда не было для Гука проблемой. До сегодняшнего дня. Сегодня Чон не может просто оставить этого омегу там, внутри. Он должен его спасти. Чонгук не желает ни одному омеге, даже своему самому заклятому врагу такой судьбы. Изнасилование — это худшее, по мнению Гука, из всего что может произойти с человеком. Лучше уже смерть. Да, Чонгук лично обрекает многих альф в своём борделе. Другие альфы или беты могут применять к шлюхам в «Lure» насилие, если они не будут делать то, чего желает клиент. И Гуку не жалко этих альф, но жалко омег. Потому что омеги не заслуживают. Был ли в истории хоть один случай, когда омега изнасиловал альфу? Да даже если и был, то всего один на миллион других случаев изнасилований со стороны как раз таки альф. Этот мир совсем несправедлив по отношению к омегам, а Чон идёт против всего мира. Чонгук несправедлив к альфам. Хотя несправедлив ли? Возможно он просто восстанавливает баланс справедливости в мире. Мик возвращается спустя две минуты и передаёт связку Гуку. Омега потряхивающими руками пытается вставить нужный ключ в замочную скважину, что является не такой уж простой задачей. Просто Чонгук боится, что уже слишком поздно. В любом случае лучше поздно, чем никогда. Чон прокручивает вставленный ключ два раза и за ручку дёргает дверь на себя. Успел. На вид тридцатилетний мужчина среднего телосложения, нависающий над полуголым рыдающим омегой, поворачивает голову ко входу, впиваясь взглядом в вошедшего. Сам Гук не задерживаясь на пороге подходит к постели. Он хватает зажимающую рот молодого омеги ладонь и выкручивает руку в другую сторону. Альфа шипя от боли двигается в нужном Чонгуку направлении, высвобождая худощавого омегу из под тяжести своего тела и его руки из хватки своей другой ладони. Чон брезгливо отпускает ладонь альфы, передав его в руки Мика, и подходит к рыдающему пареньку, скрючившемуся на постели в попытке прикрыть оголённое тело. Гук снимает с себя классический деловой пиджак, помогает омеге присесть и набрасывает его тому на плечи. — Чё за хуйня?! — выкрикивает разъярённый альфа, пытаясь выбраться из захвата Мика. — Какого хера вы нас прерываете?! Я заплатил за время с этой блядью! — значит этот омега не клиент. Как такое может быть. Только не в борделе Чонгука. — Сука, я буду жаловаться! Зовите главного… — Гук треплет макушку содрогающегося в рыданиях омежки и поднявшись с корточек разворачивается к мужчине лицом. Альфа прекращает гневную тираду, потеряв дар речи от встречи с адским пламенем во взгляде короля. — Чон Чонгук, владелец этого заведения, — стальным тоном представляется омега и продолжает, не давая и слова вставить мужчине: — К сожалению, — Гук еле удерживается от закатывания глаз, — произошла ошибка. Этот омега не является нашим работником. Прошу прощения, — таким тоном скорее посылают на три буквы, а не прощения просят. — Сейчас Вас проведут к нашему работнику. — Но я платил за эту шлюху! Я выбрал его в каталоге этого борделя, так как он блять может не быть вашим работником?! — орёт альфа в ответ. — Произошла. Ошибка, — отчеканивает Чонгук. — В качестве извинений можете выбрать любого парня из нашего VIP-каталога. Вас обслужат по времени оплаченному Вами по обычной цене, без доплаты за VIP статус, — Гук разворачивается к подуспокоевшемуся омеге, помогает встать и приобнимая его одной рукой за прикрытые пиджаком плечи, выводит из комнаты, оставляя мужчину на Мика.

*****

Чонгук приводит омегу в свои покои. Тэхёна внутри уже нет. Так даже лучше. — Я уже говорил, но повторюсь. Можешь звать меня Чонгук, — омега кивает уже полностью успокоившемуся парню на постель, а сам подходит к шкафу, чтобы найти там удобную одежду подходящего размера. — А тебя то как зовут? — Чон решает остановиться на бордовом свитшоте и чёрных скинни, которые на худощавом омеге будут сидеть как обычные джинсы. Бёдра Гука чуть ли не в два раза объёмнее. — Чимин, — негромко отзывается парень, с благодарностью принимая одежду из рук Чонгука. — Хорошо, Чимин. Уборная там, — Гук указывает рукой на нужную дверь, — можешь принять ванную или просто душ. Не торопись, — Чонгук чувствует, как сильно Чиму хочется убрать с себя запах того альфы. Гуку тогда тоже хотелось. Он готов был хоть кожу с себя содрать, только бы больше не чувствовать на себе тошнотворный микс тринадцати ароматов. Вот только снятие кожи не помогло бы, запахи были уже глубоко под ней. Чимин везучее. Запах альфы на нём не будет чувствоваться уже после первого мытья. Ну максимум после второго. Чонгук не мог избавиться от ароматов практически неделю. Чим негромко благодарит Гука и скрывается за дверью уборной. Этот парень… Есть в нём что-то такое притягательное, от чего Чонгуку хочется о нём заботиться. От Чимина исходит родное тепло. Чон будто видит в этом омеге немного прошлого себя. Или Чонгук просто надумал себе это всё от жалости к парню. Разве такое можно надумать? Гук вздыхает, присаживаясь на постель, достаёт с кармана ранее переключенный на беззвучный режим телефон и набирает Лава. — Срочно в мою комнату, — чеканит Чон, как только бета принимает вызов, а затем отключается. Лав уже через две минуты просит разрешения войти… — …Так может ты мне объяснишь, каким образом в моём блять борделе омега оказался в номере для обслуживания клиентов? — Чонгук пересказал бете увиденное собственными глазами произошедшее с Чимином и ждал объяснений ситуации. Все новички сразу же по прибытию попадают к Лаву, который обязан рассказать им всё необходимое и создать на них страничку в каталоге для клиентов. Если омега попал в бордель, Лав не мог не узнать об этом. — Я… ничего не понимаю, — растерянно произносит бета. — К нам не поступало никаких омег. Я… Честно! Клянусь, я ничего не знаю, — Гук хмуро выслушивает Лава. Тот, кажется, искренне не понимает. — Разузнай об этом, — со вздохом приказывает Чон. — Свободен, — когда Лав покидает комнату, омега понимает, что тоже ничего не понимает… Через час Чимин показывается в комнате. На мокрые волосы накинуто небольшое полотенце, а на щёчках умилительный румянец, видимо парень купался в горячей воде. Из-под рукавов свитшота едва показываются кончики пальцев, а джинсы приходится подтягивать при ходьбе. Чонгук не сдерживает улыбки. Чим выглядит слишком мило. Даже в мрачноватых оттенках чоновой одежды омеге удаётся выглядеть ангелочком. Пепельный блонд волос поблёскивает, как будто нимб над головой, а длинные серьги в ушах придают небесной утончённости. Чимин красивый, милый, восхитительно пахнет и безумно притягательный. Гук хлопает по постели рядом с собой, безмолвно подзывая Чима сесть рядом, но видя небольшие мучения парня поднимается, чтобы найти в шкафу пояс. К счастью, находится нужный и проблема со сползанием джинс решается. — Что будешь кушать? — интересуется Чонгук с намёком на то, что кушать они будут точно. Вопрос только в том, что именно. — Не знаю… хён, — несмело выговаривает Чимин. — Хён? — с улыбкой чуть удивлённо переспрашивает Гук. — Ты выглядишь старше меня, — пожимает плечами Чим, демонстрируя милую улыбку в ответ на чонову. — Мне шестнадцать, — добавляет. — Ты выглядишь старше своего возраста, — парирует Чонгук. — Можешь просто звать меня по имени, — Чимин может стать третьим близким Гуку человеком, третьим человеком, который будет обращаться к нему фамильярно. Чон совсем не будет против. — Я всего на три года старше и мне не принципиально. — Нет. Мне нравится «хён». У меня никогда раньше не было того, кого я мог бы звать хёном, — Чонгук шире улыбается на слова Чима и несильно тискает его щёчки. — Прости. Не могу удержаться. Ты такой милый, — «оправдывает» свои действия Гук. — У меня никогда раньше не было донсена, — улыбка Чимина настолько увеличивается, что глаза превращаются в полумесяцы. Он точно ангел. Чонгук предлагает посмотреть какую-то дораму, пока к ним будет ехать еда и Чим соглашается. Младший листает каналы, пока Чон просматривает меню своего любимого ресторана. Там восхитительно готовят и доставка работает быстро. — Может карбонара? — интересуется Гук, не отрывая взгляда от страницы меню ресторана, открытой в браузере. — Что? — Чимин удивлённо переспрашивает, оторвавшись от экрана плазмы. — Хочешь покушать карбонару? — повторяет Чонгук переводя взгляд на младшего. — А, — облегченно выдыхает Чим, — да, хён, хочу. Я сначала немного удивился. Вместо «карбонара» мне послышалось что-то вроде «лачимолала», — парни рассмеялись. Ситуация до абсурдности глупая и смешная.

*****

Парни всё же пообедали карбонарой. Чимин сказал, что это самое вкусное блюдо из всех, что он когда-либо пробовал. Чонгук не мог не согласиться, вкус был просто божественный. Чим выбрал хорошую дораму. Иногда, на слишком сопливых моментах, Гук не мог удержаться от закатывания глаз. Но, несмотря на эти моменты, у дорамы оказался действительно интересный сюжет. Младший был слишком сильно увлечён происходящим на экране, чтобы замечать, как Чон закатывает глаза. Под конец пятой серии Чимин подполз ближе к старшему и обнял его. На несколько секунд Чонгук искренне растерялся, а потом обнял в ответ. Объятия… Это напомнило ему о сегодняшней ночи, о Ви и его тёплых руках вокруг талии Гука. Чим устроился сбоку от Чона, положив голову ему на плечо. Руки младшего оплетали талию Чонгука, а одна нога была перекинута через ноги парня. Гук приобнял Чимина одной рукой и накрыл их переплетённые тела пледом. — Спасибо, хён, — шёпотом отозвался Чим. — Это всего лишь плед, — тихо, в тон младшему ответил Чонгук. — Не за это, — кажется Чимин закатил глаза. Гук не уверен, он смотрел на экран, случайно заметив какое-то движение боковым зрением. — Спасибо, что спас меня, — дальше парни молчали, думая каждый о своём, но не решаясь произнести что-то вслух. Чонгуку очень легко и приятно с Чимином. Он уже и не помнит, когда в последний раз мог спокойно посмеяться из-за какой-то глупости или устроить просмотр дорам в обнимку с кем-то. С Хосоком тоже легко и приятно, но он взрослый и не такой беззаботный, как Чим. С ним есть о чём посмеяться, но не от такой глупости, как то же простое «послышалось». Обниматься с Хо иногда бывает неловко, всё-таки он альфа, а Гук является омегой. С обоими Чонгуку нравится проводить время, с обоими хорошо, но по-разному.

*****

Ночью Тэхён, как обычно, вскрывает замок. Едва открыв дверь альфа стопорится в проходе. Помимо любимого Moon Rock в комнате витает сладкий аромат чего-то. Это не персик, не ананас и не банан. Запах экзотический и Ви не удаётся его распознать. Впрочем, это и не важно. Важно то, что этим ароматом наполнен воздух в этой комнате. Тэ пытается заглушить нарастающую ревность и подумать трезво. Он делает ещё один вдох-выдох и с облегчением понимает, что в воздухе нет альфьих феромонов. Тэхён подходит ближе к постели. Издалека в темноте тяжело что-либо рассмотреть, а вот вблизи… Ким просто не может поверить в то что видит. Чонгук, его истинный спит в обнимку с каким-то парнем, судя по всему омегой. Почему Чонгук спит в обнимку с каким-то парнем, а не со своим истинным Тэ? А ещё кто этот парень? Кто он Гуку такой, чтобы спать с ним в одной постели?! Ким не может унять ревность внутри себя. Он разворачивается и возвращается к себе. Ему просто хотелось понаблюдать за сном своего омеги. На такое зрелище он уж точно не рассчитывал. Тэхён просто не выдержит долго смотреть на это. Тяжело видеть Чонгука рядом с другим.

*****

Гук просыпается первым и едва не пищит от милоты. Чимин выглядит на лет пять младше, когда спит. Такой малыш. Особенно омегу умиляют причмокивания пухлыми губками. Так и хочется затискать щёчки Чима, но будить этого ребёнка было бы кощунством. Чонгук осторожно выбирается из постели, прямо как вчера, пытаясь не разбудить спящего. Омега сразу же звонит в доставку и заказывает двойную порцию своего любимого завтрака и только после отправляется приводить себя в порядок. Чимина будит мелодия входящего звонка. Гук фейспалмит от своей тупости, извиняясь у младшего, что не переключил телефон на беззвучный режим. Звонил доставщик сообщить о небольшой задержке. После завтрака, который Чим назвал второй самой вкусной едой в его жизни, Чонгук говорит, что ему нужно работать и спрашивает у погрустневшего от этой новости парня, что тот будет делать дальше. — Не знаю, — Чимин пожимает плечами, в точности как вчера, когда не знал, чего желает на ужин. — Хочешь вернуться домой? Стой, как ты вообще попал в бордель? — это были скорее мысли вслух, так что когда Гук осознал, что действительно произнёс это, поспешил исправиться: — Можешь не отвечать. Прости, если это больная тема… — Ничего страшного, хён, я расскажу тебе, — отзывается Чим, — но пообещай после этого тоже ответить на мой вопрос. — Обещаю, — заверяет Чонгук, кивнув головой для подтверждения. — Хорошо, — Чимин подходит к кровати, ложится, оставив ноги в кроссовках на полу, и прикрывает глаза. Гук размещается рядом, повторяя позу младшего. — С детства я жил с отцом, понятия не имея кто мой папа, что с ним и почему он не живёт с нами. Год назад отец умер, — Чон открывает глаза и смотрит на младшего, но у того ни одной эмоции на лице. — Нашли моего папу и тот почему-то согласился взять меня к себе. Он оказался законченным нариком, — с почти что ,нескрываемой злостью выплёвывает омега. — Я ему нужен был, чтобы получать пособия для пап-одиночек и спускать эти деньги на наркоту. В конце концов, он продал меня в бордель за даже не знаю какое количество наркоты. Всё. — Мне жаль. Может тебе от этого не станет легче, но я всё равно скажу… Твоя жизнь не такое говно, как моя. По крайней мере ты знаешь, кто твои родители и у тебя был любящий отец. А, и тебе никогда не приходилось бывать в детдоме. И тебя так и не изнасиловали, — Чонгук решает пока не продолжать этот список. Хотя Чиму на удивление легко открыться. — Я не такой везучий, как ты. — Хён, это ужасно, — Чимин поворачивается боком и смотрит Гуку прямо в глаза. — Это всё действительно произошло с тобой… — Чим видит по глазам, что да. — Какой же ты сильный. Невероятно, — младший придвигается ближе и обнимает Чона. — Ты тоже сильный, — кажется, пора прекращать эту тему, а то Чонгук разрыдается от безысходности. Странно. Раньше Гук мог расплакаться только в стрессовых ситуациях, а сейчас готов от простого разговора. Странно. — Я обещал ответить на твой вопрос, — омега всё-таки меняет тему. — Мг… Хён, почему ты меня спас? — бормочет Чонгуку в шею, не выбираясь из объятий. — Я не спасал тебя, — с насмешкой отрицает Гук. — Нет, спасал. Тот альфа просто трахнул бы меня, если бы не ты. — Разве ты не слишком мал, чтобы употреблять такие слова? — игриво интересуется Чон. — Мне уже шестнадцать! — негромко возмущается Чим. — Хён, ты обещал ответить. Это из-за того, что тебя когда-то… — Чимин не решается прямо сказать. Гуку может быть больно слышать это слово. — Отчасти, — соглашается Чон. — В моём борделе шлюхами могут быть только альфы или беты, так что я понял, что что-то не так когда почувствовал запах омеги. У нас конечно бывают клиенты-омеги. Чаще всего это одинокие течные омеги. Просто из комнаты доносилось мычание и какие-то странные звуки, так что я должен был убедиться. — «Только альфы и беты» — это интересно, — Чимин не мог не прокомментировать это. — Да, поэтому я до сих не могу понять, как мои люди допустили тебя до работы. — Думаю, меня приняли за бету. Я почти год пил блокаторы. Папа часто приводил в дом каких-то мужиков. Их очень привлекал мой запах, так что однажды я очень сильно испугался и попросил у соседа блокаторы. Он давал мне их целый год и часто кормил меня. Наверное, это было от жалости, но мне было всё равно. Парни понежились ещё немного в постели в объятиях друг друга, но Чонгуку действительно нужно было идти работать. Гук пообещал вернуться на обед и попросил не грустить. — Не бойся, я не отправлю тебя домой к отцу, — тихо проговорил Чон. Чим в последние раз крепче сжал старшего объятиях, а затем отпустил, чтобы тот мог уйти на работу, но не смог удержаться и произнёс: — Хён, как бы ты не отнекивался, ты всё равно мой спаситель, — Чонгук отрицательно помотал головой в разные стороны и ушёл.