Moon Rock

— Гук-и, — окликает омегу Тэхён. — Зайчик хочет мультик про розовую б… бляку или баку? Я не понимаю, помоги пожалуйста. — Да. Сейчас, — Чонгук медленно поднимается с кресла. Ветер накидывается на лишенное тепла пледа тело. Уже как год у омеги появилась традиция проводить вечера на террасе дома за чашечкой чего-нибудь согревающего. — Гук, ты выглядишь потерянным, — подмечает альфа. — Опять что-то вспомнил во время сеанса с терапевтом? — Нет, просто задумался о прошлом, — Тэ приобнимает мужа за талию, заводя в дом. — Помнишь, когда дядюшка очнулся и мы к нему приехали…

*****

По пути к больнице Чонгук успел искусать практически все ногти от волнения, пока Тэхён говорил трёхлетнему сыну, что так как папа делать нельзя. На полпути Ёниль уснул, поэтому Тэ повёз его к дедушкам, едва Гук вылетел из машины. Встреча с самим дядюшкой была самым сопливым событием со времён свадьбы Юнги и Хосока. Все рыдали, обнимались и целовались, наперебой пересказывая мужчине всё произошедшее за долгие восемь лет комы. Дядюшке нетерпелось вживую увидеть Иля и Ви, а вот Шуга, сразу приехавший с мужем, ему очень понравился. Омега был прекрасной партией Хоупу, пусть и не хотел детей. Хоть дядюшке и не суждено понянчить детишек Хо, он с нежной улыбкой принял решение племянника и его мужа. К тому же, у дядюшки Чон теперь есть сын Чонгука и большая вероятность, что омега родит ещё раз, а то и больше. Про большую вероятность это естественно только надежды мужчины, но все же. Гук ненадолго покидает палату, чтобы встретить у входа вернувшегося Тэхёна. И когда мужья возвращаются, с палаты слышится дрожащий голос дядюшки. — Это все моя вина, Хосок-и. Следовало с самого начала все тебе рассказать, но я боялся, что ты перестал бы поддерживать Чонгука, если бы все узнал… — Гук останавливается за стенкой вместе с Тэ, вслушиваясь в слова дядюшки. — Дядюшка, ты ни в чем не виноват. Это наша с Чонгук-и месть, она не имеет никакого отношения к… — Нет, мой мальчик, ты не понимаешь. Чонгук болен. Господи, я мало что понимаю в медицине, но вы не должны были убивать столько людей. Я должен был предотвратить это, но кома… — Дядюшка о чем ты говоришь? — спрашивает Гук, появляясь на пороге палаты. Мужчина со вздохом вспоминает минувшие времена.

*****

Когда Хосок с Чонгуком лежали в одной палате, альфа из-за полученных в драке ранений, а омега после изнасилования, дядюшка предложил Гуку сбежать и жить вместе. Чон согласился, а сам дядюшка в тот же день расспросил у лечащего врача омеги все о его состоянии, прикинувшись далеким родственником. — Мальчик в тяжёлом состоянии, — первые слова врача о Чонгуке. — На фоне посттравматического стрессового расстройства у пациента развился особый вид парамнезии, — дядюшка растерянно глядит на доктора. Страшные медицинские термины. — Проще говоря, после испытания огромного стресса, изнасилования, насколько мне известно, сознание мальчика активировало защитный механизм. Это огромная редкость, но многие хорошие воспоминания заменились плохими, придуманными, а хорошие люди в его понимании стали злыми. — И что же… Что нам делать? Как обратно заменить плохое хорошим? — Регулярные посещения психотерапевта, социализация, избегать определенных ситуаций, звуков, касаний и прочего, что могло бы послужить триггером, возможно приём антидепрессантов, прописанных психотерапевтом, — последовательно объясняет врач…

*****

— Так вот что за мультик ты хотел! — восклицает Тэ, с открытым ртом уставившись на экран. Чонгук улыбается, подкалывая мужа, что вместо того, чтоб по клубам шляться, лучше бы с ребёнком посмотрел мультфильм. Тэхён закатывает глаза, ведь «я не шляюсь, «Stigma» — это моя работа вообще-то!» Гук заносит на кухню пустую чашку от чая, цепляясь взглядом за чёрную тарелку в раковине. Раньше таких было две. Одна красная с надписью «Love», вторая чёрная с «Death». Теперь Ви всячески прячет чёрную, чтоб не попадалась на глаза омеге, а Ёниль её находит и делает с ней все, что только может, пока родители не обнаруживают ее. Зайчик в будущем мог бы стать прекрасным сыщиком с такими умениями находить вещи, но пока ему всего пять и это умение невыносимо раздражает родителей. Нет, ну правда. Каждый подарок на день рождения, новый год и остальные праздники приходится держать на работе, у друзей или дедушек, потому что все находящееся в доме обязательно будет найдено раньше нужного срока. А уж как было неловко, когда Иль нашёл пачку презервативов… — Гук-и, ты снова выпадаешь из реальности, — шепчет Тэ, обнимая омегу со спины. — Прости, — целуя мужа в щёчку, — сегодня был тяжёлый день. Ты что-то говорил? Я все прослушал, — неловкая рожица, от которой Тэхён посмеивается. С гостиной слышится смех Ёниля, видимо мультик действительно увлекательный. — Я напоминал любимому мужу, что завтра мы собирались на ужин в честь годовщины свадьбы, — игривым тоном повторяет Ви. — Чёрт! — Чонгук зарывается лицом в ладошки, пытаясь скрыть смущение. Он и вовсе забыл об этом. — Сегодня ведь тринадцатое февраля… Почему я не вспомнил! — Ты все ещё можешь компенсировать свою забывчивость кое-чем другим, — шепчет Тэ, пробираясь рукой в штаны омеги. Гук шумно вздыхает, разворачивается к Тэхёну лицом и утягивает в поцелуй. Альфа подхватывает мужа под бёдрами, направляясь в спальню. Пока ребёнок смотрит мультик, родители на втором этаже устраивают настоящее хоум порно.

*****

Красная тарелка летит в стену, разбиваясь прямо возле Тэхёна. Небольшой набор из двух тарелок был подарком Юнги, когда тот приехал из деловой поездки в США. У этого омеги всегда было своенравное чувство юмора. — Тэ, я псих! Настоящий псих! Просто бери зайчика и уходите от меня. Вам будет лучше без меня, — Чонгук утирает непрекращающийся поток слёз. Голова раскалывается от долгого рыдания, горло хрипит от криков, а ноги больше не держат тело. А все из-за глупого альфы, который почему-то не хочет уходить. Когда Тэхёну наконец удаётся подойти к мужу, он обнимает настолько крепко, что едва не душит, обещая действительно задушить омегу, если тот когда-либо ещё посмеет говорить, что он псих и всем будет лучше без него. Гук долго и тяжело успокаивается. Позже Чонгук записывается на приёмы к лучшему психотерапевту. Разговоры о прошлом, медитации, реже гипноз — после каждого сеанса омеге становится легче. Память возвращается отрывками и на смену злости за скверное отношение обидчиков к себе, приходит сожаление за месть невинным. С этим терапевт тоже помогает бороться. Пуонг, бывший воспитатель в детдоме, оказывается после столкновения детей помог не только альфочке, своему будущему приемному сыну, а и Гуку. И то самое волнение в глазах предназначалось в равной мере как Киену, так и Чону. Что ж, не стоило отправлять альфу в бордель. А омеге выкалывать глаза. И убивать его мужа… Еще тот случай со старшими омегами. Хёнрин ведь на самом деле говорил, что у Чонгука крутой запах, а у некоторых такой противный, что лучше бы они чаще мылись. Да, после Сонок и Рин окунули головой в унитаз какого-то омегу, но это был не Гук. Эти омеги определенно не были святыми, но все же смерти они не заслуживали. Как и многие другие. Чонгук не сожалеет только об отправлении своих насильников в «Lure Fetish». Кстати, бордели, как напоминание о некоторых несправедливых прошлых поступках, Гук полностью передает в правление Чимину и Хосоку. Единственным условием было, чтобы у руля все ещё оставался омега, а услуги сексуального характера предоставлялись только альфами и бетами. Чимин со всем был согласен, изменив лишь название сети. Больше не «Lure», а «Promise». Спустя год лечения, Чонгук окончательно отходит и от наркоторговли. Неожиданно с помощью в поиске любимого занятия приходит Бёнмёль. Бета, как вполне известный и успешный художник, становится настоящим наставником Гука в творчестве. Больше всего омеге понравилось писать картины и фотографировать. Пробовать себя в чём-то новом всегда приносило Чонгуку уйму эмоций. Отдельной страстью парня был спорт. Однажды, поддавшись уговорам Чимина, Гук пришёл посмотреть на его с Хосоком выступление на хип-хоп фестивале. С тех пор Чонгук записался в танцевальную студию с братьями. Омега был хорош во всем, за что бы не взялся. Как и в любом другом занятии, он был успешен в любви. О, любовь — это было то, что он получал ежедневно в огромных количествах, а вот с отдачей были проблемы. Тэхён всё ещё не услышал заветные три слова. Те самые «я тебя люблю».

*****

— Ёнил-я! — альфочка запрыгивает на любимого дядю Хосока, посмеиваясь от крепкой хватки. Юнги даёт малышу пять и идёт закрывать за Чонгуком и Тэ дверь. Альфы же наперебой начинают обсуждать планы на вечер. Рядом с Илем Хоби будто сам становится ребёнком. Юн сидя на диване проверяет документы, что-то исправляя, зачёркивая и перекладывая в кучку «перепечатать», а что-то просто подписывая. Время от времени взгляд омеги останавливается на альфах, что устроились на ковролине возле дивана, строя длинную гоночную трассу. Шуга улыбается, делая замечания по поводу строения. Ёниль хмурится, но прислушивается к дяде, меняя путь. Машины, гонки, трассы — это стихия Юнги. Это то, что его радует. В этом он разбирается, как ни в чем другом. Год назад он всё-таки выкупил автосалон, в котором работал и где-то через полгода планирует приобрести ещё один. И честно говоря, Юн обожает свою работу. Да и с Хо у Шуги все хорошо. Мужьям прекрасно живётся лишь вдвоём в огромном пентхаусе. Едой парочку взялись обеспечивать дядюшка Чон и Сокджин. И если с дядюшкой ещё все понятно, то с какого чуда Джин решил это делать, вообще отдельная история. Юнги вообще-то всегда нравилось общаться со старшими. Он не то чтобы считал себя гением, но да. Младшие омеги чаще всего казались Юну глупцами. Пожалуй единственным исключением из правил был Чимин, даже Гук казался Шуге слишком наивным, чтобы общаться. Так вот, Сокджин в силу своего возраста был опытным и мудрым. Он мог поддержать любую тему, что впрочем и сразило младшего. Юнги с Джином начали много зависать вместе. Старший делился жизненными мудростями, а Юн рассказывал ему трендах и современных технологиях. Омеги стали настоящими друзьями и Сокджин посчитал своим долгом кормить друга, а заодно и его мужа.

*****

Ночь наступила весьма быстро. Юнги заканчивал разбираться с документами, пока Хосок укладывал Ёниля. Тело омеги все ещё болело после утреннего празднования четырнадцатого февраля. Хоби принёс кофе в постель, но увы оно успело остыть за то время, как сонный Юн с энтузиазмом скакал на члене альфы в благодарность за сюрприз. Поясница до сих пор приятно тянет. У Шуги было задумчивое выражение лица, когда Хоуп наконец прилёг рядом. Иль с горем пополам уснул и Чону наконец выпал шанс побыть с мужем наедине. У Шуги было очень задумчивое лицо. — Может разведёмся? — в который раз со времени замужества интересуется омега. Хо вздыхает. — Клянусь, ещё одно предложение развестись и я искусаю все твоё тело метками. Надеюсь тогда ты поймёшь, что только мой и забудешь о такой дурости, как развод, — негромко ругается альфа. Оба знают, что это ложь. Знают, что бред, ведь Хосок никогда не причинит омеге вреда, только если тот сам не попросит. — Ну что на этот раз случилось? Юнги молчит. Хоби придвигается ближе, сгребает любимого в объятия и легонько щекочет, в попытке выбить правду. Юн начинает задыхаться от смеха и всё-таки рассказывает: — Просто я вижу тебя с Ёнилем и… Ты хочешь быть отцом. Это твоё призвание. Ты отлично ладишь с детьми, а я, — омега вздыхает, — не могу дать тебе, то что ты хочешь. — Юнни… — Хо набирает побольше воздуха в лёгкие, готовясь в который раз повторять лекцию о том, что плевать на детей и ему нужен только Шуга, но… — Да, я знаю, что ты сейчас собираешься сказать, но все же. Черт, если бы дети рождались сразу совершеннолетними, не нуждающимися в воспитании, кормлении и подтирании соплей, — Хосок смеётся, целуя Юнги в висок. — Но они рождаются мелкими и нуждаются в уходе и всё такое. Прости. — Юнни, я не буду вновь повторять переубеждения, раз ты итак все это знаешь, но скажу, что если бы нам очень захотелось, мы могли бы взять ребёнка с детдома. Даже не ребёнка, а скорее подростка. Знаешь ведь, большинство родителей забирают малышей, чтобы лично воспитать с малого возраста, а взрослые дети чаще всего так и остаются без семьи до самого совершеннолетия, пока их просто не отпускают. Мы могли бы взять кого-нибудь взрослого, кто не нуждался бы в воспитании и прочем и стать подростку скорее друзьями-наставниками, а не родителями. Как тебе такое? — Звучит хорошо. Возможно как-нибудь, когда тебе захочется, — Юн прерывается на сладкое зевание. — Я не буду против. — Ну вот и все, — мужья сплетаются в ленивом поцелуе и вскоре засыпают в объятиях друг друга.

*****

Гук с Тэхёном отправляются на ужин в честь годовщины свадьбы. Родители Ви решили устроить себе трёхдневный отдых на Мальдивских островах в честь дня всех влюблённых, так что Ёниля пришлось оставить у Хосока и Юнги. Был конечно ещё вариант с Чимином, но у того свидание с возможным продолжением восемнадцать плюс, да и оставлять пятилетку в борделе, где до сих пор ночует Чим, наверное, не очень хорошая идея. Тэ галантно подаёт Чонгуку руку, помогая выбраться из машины. Ночной воздух треплет волосы, парни быстро скрываются от него в стеклянном здании. Лифт бесшумно поднимает мужей на верхний этаж, где находится ресторан. Гук удивляется, не видя ни одного посетителя, кроме них, а Ви лишь улыбается предлагая омеге выбрать любое понравившееся место. Выбор падает на стеклянный столик на двоих возле огромного окна в пол, открывающего вид на прекрасный ночной Сеул. Чонгук мысленно пищит, когда Тэхён все так же галантно отодвигает для него стул и перед тем, как устроиться напротив, нежно целует в щёчку. Еда в ресторане великолепная, да и выбранное Тэ вино отлично оттеняет вкус. Супруги негромко переговариваются, вспоминая забавные моменты из совместной жизни. На фоне приятно играет атмосферная музыка. Когда на столе остаётся только начатая бутылка вина, а вся еда оказывается в желудках парней, Тэхён тянет мужа на свободное от столиков место. Супруги медленно покачиваются в такт с музыкой, пока Ви нашептывает на ушко омеге комплименты. В один момент альфа сильно раскручивает Гука, ненадолго отпуская из объятий, а когда смеющийся парень прекращает вращаться, взгляд натыкается на вставшего на одно колено Тэ. — Мы уже замужем друг за другом шесть лет, дурачек. Не надо мне делать предложение, — посмеивается омега. — Ким Чонгук, — Тэхён достаёт из внутреннего кармана пиджака неброскую чёрную коробочку, не спеша показывать ее содержимое, — я помню тот момент, когда впервые почувствовал твой аромат в особняке родителей. Клянусь, первой моей мыслью тогда было «этот омега станет любовью всей моей жизни», — Гук мотает головой, закатывая глаза и обнажает передние зубы в прекрасной улыбке. Этот альфа просто неисправим. — Это был один из лучших моментов в моей жизни, ведь без него я не имел бы ничего из того, что имею сейчас. Поэтому я решил запечатлеть этот момент не только в своей памяти, но и… — Тэ открывает коробочку. Внутри два изящные кольца. Сами изделия прозрачные, но кажутся зеленоватыми из-за кусочков какой-то растительности внутри. Чонгук удивленно пялится на прекрасные кольца, обдумывая связь между ними и моментом, о котором говорил Ви. И просто… Блять. Дошло. — Это… Очень трогательно, — наконец произносит Гук. — Но как ты только додумался засунуть травку в кольца?! Это… Это… — омега не может подобрать слов. — Это Moon Rock, — с улыбкой заканчивает Тэхён, надевая кольцо на безымянный палец Чонгука рядом с обручальным. — Я люблю тебя. Гук взамен надевает кольцо Тэ и переплетает их пальцы. Альфа поднимается, утягивая мужа в чувственный поцелуй с привкусом соли от слезинки, которую Чонгуку не удалось удержать на ресницы. Нет, ничего такого. Просто слёзы счастья. — Я люблю тебя, — впервые произносит вслух Гук.

*****

Утро следующего дня начинается с совместного пробуждения в гостиничном номере. Супруги в одних лишь боксёрах нежатся в объятиях друг друга. Ноль желания вставать и куда-либо идти. Пожелания доброго утра, воспоминания о вчерашнем вечере и о ночном безумстве, лёгкая утренняя эрекция. Губы парней одновременно находят друг друга, сплетаясь в нежном, ленивом поцелуе без языка. Тэхён слегка потирается возбужнением о шикарные бёдра Гука, углубляя поцелуй. Ладонь альфы поглаживает торс любимого, задерживается подольше на сосках, после ласкает шею, а затем скрывается за кромкой чёрных боксёров. Чонгук вскидывает бёдра, толкаясь членом в руку мужа. В боксёрах становится влажно. Поцелуи все более жадные, оторваться от губ супруга — невозможно. Тэ подбирается пальцами к текущей дырочке омеги, вылизывает шею, засасывает сосок, лениво дразня языком и толкается сразу двумя пальцами внутрь. В Гуке не шибко узко после вчерашней ночи. Боксёры омеги таинственным способом испаряются. Ви устраивается между ног мужа, старательно посасывая небольшой член во время растягивания сладкой дырочки. Чонгук откидывается головой на подушки и немного втягивает низ живота. Хриплые от недавнего пробуждения постанывания непроизвольно вырываются изо рта. Вскоре омеге надоедает, хоть и приятное, но бездельное лежание. Гук легонько тянет мужа за шикарные кудри, заставляя оторваться от члена и вновь прильнуть к губам парня. Да, Чонгук бывает капризным в постели, но Тэхён это обожает. Ступнёй Гук наощупь дотягивается до полувялого члена альфы, принимаясь поглаживать его сквозь ткань боксёров, которые вскоре улетают прочь в неизвестном направлении. Ви не позволяет супругу долго контролировать ситуацию. Хватает шаловливую ножку омеги, чмокает в лодыжку и закидывает себе на плечо. Чонгук хмыкает на наглость мужа, но ногу не убирает. Тэ несколько раз дразливо толкается возбуждением между округлых половинок омеги, нарочно игнорируя пульсирующую дырочку. Гук хнычет, притягивая альфу для мокрого поцелуя, который сам же прерывает, отталкивая Ви и недвусмысленно повиливая бёдрами. Тэхён сжаливается, ласково чмокает супруга в пупок и плавно толкается внутрь, придерживая омегу за бёдра. Чонгук чувственно отзывается на каждый толчок, время от времени принуждая Тэ сменить позу. Ну, как принуждая, альфа в принципе и сам не против в который раз рассмотреть любимого со всех сторон. Разве что со спины Гуку до сих пор бывает страшновато, но они с Тэхёном пытаются побороть это. Вместе. — Может… — с отдышкой начинает Ви. — Заделаем ещё одного… Альфочку? — и в своей манере поигрывает бровями. — Может заткнешься? — нахмуренно интересуется омега, насаживаясь обратно на достоинство мужа. Да, Чонгук все ещё не любит разговоры во время секса. — И только попробуй кончить в меня. Тэхён улыбается, помогая супругу привстать, но только чтобы вновь насадиться на член. Вскоре Гук кончает на торс мужа и скользит вниз по постели, решая довести любимого до оргазма ртом.

*****

— Алло. Алло! Вам слышно? — интересуется Сокджин. Сзади подсаживается Намджун, укладывая обе руки чуть ниже талии мужа. — Дедушки! — радостно восклицает Ёниль, потянув ручки к ноутбуку. Чимин успевает подхватить альфочку до того, как тот достал бы до монитора. Все с облегчением выдыхают. С недавнего времени ребёнок стал настоящим богом разрушения, точно в деда Джуна пошёл. Трёхдневный отпуск Джина и Нама на Мальдивах перерос в недельный, поэтому присутствовать на празднике в честь дня рождения Хосока приходится через интернет. Остальные же собрались в доме дядюшки Чон, который настоял на таком решении и готовку еды взял на себя. С поздравлений Хо тема разговора плавно перетекает на обсуждение всего на свете и каким-то чудом останавливается на давней беседе Тэхёна с Гуком о клейме. Тэ пересказывает всем своё клеймо. За ним Юнги говорит, что если бы и имел клеймо, то это было бы беглец, гонщик, чайлдфри. Чимин отмалчивается, раздумывая о том, что его самое большое клеймо на данный момент это отсутствие постоянных отношений. Самые долгие продлились три дня. А потом Хоби вдруг говорит, что он убийца. Таково его клеймо. И разговор становится слишком печальным. Намджун вдруг говорит, что они с Джином разрушители. Джун естественно и в прямом смысле, а оба супруга в переносном. Однажды Тэхён назвал их таковыми. Альфа потом долго отмахивается, извиняясь перед родителями и умоляя забыть те гнусные слова. А после высказывается Чонгук. Король, мститель, жертва, омега, доминант, феминист, монстр, поджигатель, боль и грех… Псих. Это всё его клеймо. Сокджин просит Ёниля закрыть ушки и услужливо напоминает Гуку, что тот ещё и сука. Чим в защиту сообщает, что Чонгук его спаситель, а уж Тэ дополняет, что он папа, муж и брат. Больше никто из взрослых не высказывается, а вот Иль радостно выкрикивает «я зайчик!», вызывая у всех смех и знатно разряжая обстановку. Позже Намджун с сожалением сообщает, что им с Джином уже пора отключаться. Все начинают прощаться, Сокджин в очередной раз поздравляет Хосока, перед самым отключением сообщая компании шокирующую новость о… Беременности! Своей! У Тэхёна с Ихёком будет братик. У Ёниля будет дядя младше него самого. У Нама и Джина появится ещё одна радость, третий ребёнок. И несмотря, на солидный возраст, супругов не пугает появление младенца, наоборот, сердце сильнее бьется в ожидании чуда.

*****

*10 лет спустя* — Па, отец, я к Чимин-хёну! — альфа выбегает на улицу, на ходу застёгивая куртку. Чонгук что-то кричит вслед, но Ёниль его уже не слышит. Родители уже почти смирились. Иль с детства больше тянулся к Чиму, чем к ним. Парень садится на заднее сидение собственного автомобиля, называя водителю адрес центрального «Promise». На пятнадцатилетие дядя Юнги позволил Ёнилю выбрать любую машину из своего лучшего автосалона, но поскольку парень ещё слишком мал для вождения, дядя Хосок в подарок оплатил услуги водителя на год вперёд. — Здравствуйте! Желаете… — начинает заученную речь администратор у входа, но Ёниль мягко останавливает его жестом. — Я к Пак Чимину, — и заходит в прибывший лифт. Омега встречает сына друзей раздражённым закатыванием глаз. Четвёртый раз за неделю. У Иля вообще нет дел что ли? Малой уже надоел, честно говоря. Вот и сегодня пришёл и завёл свою шарманку, что Чим ему нравится, что хочет с ним встречаться и всё такое. А омега уже устал объяснять ему, что они не могут быть вместе. Да Чимин его ещё сопливого новорождённого на руках носил! К тому же он брат Чонгука и вообще ему уже больше тридцати. Поздно уже с подростками крутить романы. Ему бы мужа и детишек уже завести, да все альфы какие-то бесячие и инфантильные, а те, что не раздражают, уже заняты. — Хён, почему ты не можешь дать нам шанс? — хмурится Ёниль, из-за чего лицо становится сильнее похожим на тэхёново. Даже родинка на кончике носа есть! — Я же только что объяснил! — раздражённо восклицает Чимин. — Ты меня совсем не слушаешь… Кстати, вот тебе ещё одна причина. — Нет, я все услышал, но не могу понять, чем же это мешает нам стать парой, — Чим все так же раздражённо вздыхает, не позволяя альфе обнять себя. — Чимин-хён, я люблю тебя… И обещаю, однажды утром ты проснёшься в моих объятиях с фамилией Ким в паспорте и малышом-зайчиком в утробе.