Тандем кровавых лепестков

      Джеймс, внимательно оглядевшись, поступательно обозначал последствия очевидно недавно произошедшей бойни — жестокого нападения и неудавшейся обороны. Предательство, опрометчивость, беспечный риск, кровавая месть, насилие ради насилия, — это всё имело место быть, и всё сливалось воедино: непомерная жестокость и человеческий эгоизм, — то рождало ужас кровопролития. — Это ведь люди... Нет! Те же твари, только всё ещё с жизнеспособным телом, —освирепевши выговорился Ал, сжимая ладони в крепкие кулаки. — Отвратительно. Огнестрелом в женщин, детей... В мужчин, которые пытались уберечь своих близких. Быть может, они и виноваты в чём-то, но...       Ал замолк, он долго и заворожённо смотрел на покалеченные тела, сглатывая отчего-то пробудившуюся горькую обиду и терпкий комок злости. Тогда Джей впервые ощутил пламенное желание мести. И месть его рождалась издалека: боль за этих людей гложила его душу. Казалось, что тандем этих взаимосвязанных поневоле чувств вот-вот разорвёт его изнутри, прорвётся наружу пронзительным воплем или просто уничтожит, обратив в бездушное чудовище, обманчиво обладающее лишь обликом человека. Но истинно ли желание коснуться вендетты? Мимолётно ли оно или исконно? — Я пойду, разберись со своими делами самостоятельно, Деймон, — сухо и осторожно обратился Джей к напарнику, лёгким бегом пробираясь к потоку раненых и параллельно выкрикивая тривиальное "Я врач!", на которое, казалось, никто не реагировал: все были оглушены случившимся, однако кто-то же забавлялся элементарным любопытством — такие тоже были. Вероятно, однажды нестерпимая боль обратила их в тех самых... Недолюдей.       Слёзы и режущий, истомлённый плач — так запомнил Джей свой путь к израненным. Глаза мальца, которые скопившейся слезой предательский выдавали его болезненное состояние, умоляюще очерчивали уже совсем мутную и еле различимую фигуру Джеймса. Рослый мужчина тут же преградил путь Алу, однако, лишь взглянув в стальные глаза врача, исполненные искренним состраданием и отчаянной решительностью, он отступил, опуская досадно голову, канувшую в беспощадную безнадёжность.       Ал, мельком ознакомившись с редкими медиками, определил поле действий каждого, ведь он являлся одним из немногих, кто сумел при такой экстремальной ситуации сохранить рассудок и рационально расставить приоритеты.       Белокурый мальчишка находился на грани между жизнью и смертью: коварная тьма сковала его, а надежда иссякала. И именно Джей вскинул на себя ответственность предать ему последний шанс.       Грозная туча нависла над разрушенным городом, собираясь оплакивать души, что сегодня покинули этот мир. Однако в окнах длинной постройки неумолимо горел свет, который освещал переполненные раненными людьми комнаты. Коек не хватало — расстилали одеяла на полу и клали на них пострадавших. Неустанно трое врачей носились из комнаты в комнату, бросая вызов самой смерти, чьё присутствие ощущалось с каждым тяжёлым вздохом, с каждым болезненным стоном...       На ушах стояло абсолютно всё поселение. Люди отдавали одеяла, имевшиеся остатки медикаментов. Женщины начинали хлопотать на кухнях, а дети разжигать костры, чтобы кипятить воду.       Деймона тоже без дела не оставили, впрочем, парень и не возражал. Вместе с остальными мужчинами он переносил тёплые вещи, одеяла в палаты к раненым. Иногда тот бросал взгляд на Аластора, который, словно фурия, носился из комнаты в комнату, оказывая помощь пострадавшим. Казалось, что в мире для него более ничего не существовало — настолько Ал был увлечен своей работой. Когда своеобразная "операционная" была подготовлена, Джеймс мгновенно направился туда: его ждало неутешительное известие... Ал был настоящим профессионалом, отчего, безусловно, выделялся на фоне местных врачей. — Вот сукины дети, — зарычал один из мужчин, который находился практически рядом с Ривьерой. — Эй, мальчишка, подсоби-ка!       Беловолосый невозмутимо поднял взгляд на крепкого мужика, рост которого колебался около двух метров, убедившись, что обратились именно к нему.       Он тащил на своём плече товарища, что, по-видимому, был без сознания. Ривьера помог донести пострадавшего до свободной койки. — Меня зовут Гилл, а ты, я вижу, новенький, да? — начал разговор мужчина. — Типа того. — Да уж, попал ты в самое подходящее время, — Гилл чуть прищурил глаза, рассматривая черты лица Деймона. — Мы раньше нигде не пересекались?       Деймон напрягся, но внешне старался виду не подавать. — Нет, не думаю.       Остановив кровотечение, один из медиков бросил раздосадованный взгляд на Ала, обозначая ничтожный, практически неуловимый шанс вытянуть этого пациента. Джей хладнокровно проглотил его и двинулся к койке.       Вот он... Совсем юный и совсем обессиленный. Мальчуган, который получил страшное ранение, обрёкшее его в нынешних условиях на очень непростое короткое будущее. Аластор, проведя ряд манипуляций, вынес однозначный вердикт — ампутация правой ноги до колена: гангрена стремительно поражала его плоть, он сгорал, словно обыкновенная спичка. — Влажная гангрена, стремительный некроз тканей. Единственное верное решение очевидно... Готовьтесь, — с несвойственно дрожащим голосом проговорил Ал, спешно надевая перчатки, запас коих был отложен местными медиками на крайние случаи.       Гнилостный запах расстилался по комнате, рассекая дыхания всех присутствующих. Мальчик терял сознание, местный врач вводил мальчишке наркотик, вероятно, морфий...       Джеймс нервничал: шанс успеха невероятно мал, этому способствовало не только отсутствие пригодных — стерильных условий, но и относительно долгое приготовление к операции: минимальный инвентарь собирался по крупицам.       Глубокий вдох, медленный, протяжный выдох. Снова вдох. Джей в последний раз отрезвляюще сжимает глаза и призывает пронзительным взглядом сестру к началу. — Начинаем.       Они томились там часами, часами из затворённой комнаты доносились лишь металлические стуки, тяжёлые вздохи и запах гнили, проникающий сквозь щель.       Деймон сидел на шаткой деревянной лавочке, напряженно слушая крики, что доносились из госпиталя. Видимо, на некоторых несчастных не действовало обезболивающее, либо его вообще не хватало.       Суета чуть утихла. Ривьера смог немногим расслабиться. Ему многое вспомнилось. В голове то и дело всплывали болезненные флешбэки из недалекого прошлого. Из собственных мыслей Деймона вытащил несильный удар по хребтине. — Не сутулься, малец, — Гилл опустился на лавку рядом с парнем. — Тебе лет-то сколько? Восемнадцать? Девятнадцать?       Беловолосый нахмурился, только сейчас обратив свой взгляд на нежелательного собеседника. — Двадцать три. — Неожиданно, — удивленно произнёс Гилл. — И всё же я тебя где-то видел. Ты сам-то откуда выходец? — С пятого. — Далековато, — мужчина нагло откинулся на спинку лавочки. Гилл достал из внутреннего кармана пачку сигарет, зубами вытащив одну. — Куришь? — Гилл протянул упаковку Ривьере.       Беловолосый не отказался от предложения мужчины. Какое-то время оба просто молча сидели, выдыхая табачный дым, что развевался на слабеньком зимнем ветерке.       Однако эту идиллию прервала еще одна порция криков и плача. — Отступники бунтуют? — Деймон перевёл свой взор на мелькающие в окнах силуэты. — Мы отправились за медикаментами и едой в центр... — Разве там что-то еще осталось, — перебил собеседника Ривьера. — Нет. У нас была сделка с одной из независимых группировок, что недавно обосновались в этом районе. — И вы доверились им? Весьма опрометчиво с вашей стороны... К тому же, насколько мне известно, "тузы" сами заставляют запасы поселениям, которые находятся под их главенством. — Так-то оно так, но вот уже долгое время сверху нет никаких новостей, — Гилл бросил на землю окурок, припечатав его массивной подошвой сапога. — У нас не было выбора. Люди голодали, умирали от болезней. Одной охотой всех не прокормишь. Мы должны были получить медикаменты и иное продовольствие, но вместо этого нас загнали в угол и перебили как мух. — Ваша наивность сыграла с вами злую шутку. Но ваше положение и впрямь толкает на отчаянные действия.       Дверь распахнулась для всех совершенно внезапно: люди уже привыкли к тишине, изредка нарушаемой уже привычными шорохами и гулом. Хлынула новая волна зловония: она медленно растекалась по коридору, заставляя людей морщиться и прикрывать носы озябшими руками. Из комнаты, где проводилась операция, прытко вырвался Джей, попутно скидывая пользованные перчатки на пол и впопыхах удаляясь в сторону выхода. Он крепко впился своей ладонью в подбородок, прикрывая рот и тем самым сдерживая грязные и скомканные ругательства. Его спина обеспокоенно вздрагивала при каждом вздохе, выдавая глубокое душевное волнение, которое металось в Аласторе с каждой секундой всё резвее.       Минутой спустя дверь вновь была заперта: прежде медсестра коротко объявила об ограниченном доступе в это крыло и завершении операции. Подробности и сущность процедуры она умолчала, поспешно осматривая раненых, травма которых терпела время.       Подбираясь к очередному искалеченному пулей человеку, женщина мельком усмотрела спутника Ала, который беспечно рассуждал о жизни с Гиллом. — Билл? — не дождавшись реакции Ривьеры, женщина начала осматривать засохшую рану сидевшего рядом мужчины, лицо которого не выражало абсолютно никаких эмоций. — Посредственное дело — получать ранения. — Прошу Вас, найдите господина Джеймса, он невероятно поддержал нас, вытянув этого мальчишку на биение сердца, однако этого недостаточно. Боюсь, что только вы сможете нам помочь. Марко завёл с ним разговор по окончании процесса, но он сразу же удалился, — женщина уцепилась карими глазами в беспробудно тёмные глаза Ривьеры, будто умоляя помочь и тотчас наставляя совершить абсолютно конкретные действия. — Я пойду, — Деймон кивнул Гиллу и сорвался с места.       Парню не составило огромного труда найти Аластора. Ривьера застал врача сидящим практически без сил в одном из безлюдных уголков. — Ты как? — раздался голос беловолосого за спиной Джеймса, который чуть вздрогнул от неожиданности.       Натянув пальто, Джеймс молча посмотрел на стоящего позади напарника. Глаза Ала упрямо пытались скрыть усталость и возникшее несколькими часами ранее смятение. Вновь пропустив через себя многозначительный взор Деймона, Ал рассеял томящее молчание: — Он умрёт, — с шипением Ал втянул свежий воздух, разминая руки, — умрёт через несколько дней. Умрёт в мучениях: таким и морфий не поможет. К вечеру осознает, что без ноги, и это его убьёт морально. И если бы даже не знал, то умер бы.       Ривьера чуть склонил голову в сторону, наблюдая за Джеем. Парень всматривался в лицо напарника, улавливая каждую эмоцию: гнев, отчаяние, сожаление... — Ничего не поделаешь, — слова Деймона, словно холодное лезвие ножа, врезались в сознание врача. — Ты не можешь спасти всех. Это нормально.       Врач иронично хмыкнул, приподнимаясь с раздробленной каменной плиты. — Деймон, я, по-твоему, переживаю за собственную неудачу, за неизбежное? — Ал пальцем указал на свои стальные глаза, которые были обрамлены опухшими и слегка красноватыми веками. — Я всё ещё могу сопереживать, могу анализировать и испытывать нечто ранее чуждое. В этот раз мне кажется, что я совершил ошибку... Эти дни для этого мальчишки станут Адом, Деймон.       Ветер развевал чем-то напоминавшие серебро волосы Деймона, а лицо Джеймса было прикрыто воротом пальто. — Научись слушать. Это для начала, — возмутился беловолосый.       Деймон медленно надвигался на Аластора, пряча оледеневшие бледные руки в карманы куртки. — Никогда не знаешь, как все может обернуться. Но всё же лучше попробовать что-то сделать, чем бездействовать и потом жалеть об этом.       Джеймс снисходительно ухмыльнулся, а затем вплотную приблизился к напарнику. Ал с призрачной надеждой на что-то неопределённое взглянул на Деймона, и это молчание, обрамлённое скованными взглядами, сыграло роль сокровенного диалога между ними. — Спасибо, — понимающе произнёс Джеймс, не отрывая глаз от гипнотизирующего взора Ривьеры, который оголял самые неожиданные стороны его ментальный сущности. — Ты случайно меня нашёл? Или кто-то... Догадываюсь, — врач прервал зрительный контакт, напряженно хмурясь. — Не важно, — Деймон выпрямился, отчего была видна существенная разница в росте между ним и Аластором. — Снаружи не очень хорошая обстановка. Даже если Остина тут мы не обнаружим, то нам придётся остаться на какое-то время... До того момента, как я всё не продумаю. — Ты впервые обмолвился об имени своего дружка, — Ал спешно скрыл внезапно нагрянувшую улыбку, рождённую частичкой искренней радости. — Ты прав, Деймон, давай возвращаться. Холодно и сыро, а простуда совсем не к чему.       Ривьера и Джеймс, со скрипом распахнув громоздкую дверь, размеренно зашагали по свободному от людей ввиду недавнего объявления медсестры коридору. Неприятный запах медленно выветривался, всё равно оставляя за собой очевидный след произошедшего.       Джей, замедлив свой шаг подле комнаты с мальчишкой, обратился к напарнику: — Мне нужно найти доктора Марко, — врач обречённо вздохнул. — Что насчёт тебя? Тебе удалось заполучить хоть какую-то информацию по поводу Остина? — Нет, я пытался её выведать, — беловолосый нахмурился и отвёл взгляд, — но во всей этой суматохе никто мне внятного ответа не дал. Постараюсь узнать что-нибудь завтра.       Ривьера окинул взглядом лежащее в полумраке тельце ребенка, что хрипло вздыхал и впивался тоненькими пальцами в серые простыни. Затем взор Деймона медленно пал на Аластора, что виновато смотрел в сторону бедолаги. Хоть по лицу Джеймса и было видно весь спектр чувств, что испытывал он в тот момент, но взгляд его таил в себе ещё больше эмоций... куда более сильных.       С приглушённым будто бы рычанием врач сделал вдох, вглядываясь в съедающую темноту неказистой палаты. Там несчастный ребёнок прерывисто дышал, изредка морщась и закусывая губы. Ал бесшумно прикрыл дверь, прежде жестом выманив Марко, что сидел напротив койки. — Деймон, будь рядом с палатой, мне ненадолго придётся отойти. Медсестра должна прибыть с минуты на минуту, — Ал последовал за доктором.       Когда Марко увёл за собой Джея, в коридоре остался лишь беловолосый. Томная прохлада ластилась по полу, рассекая недавнюю духоту. За дверью Деймон не слышал ничего, помимо источающегося страдания, которое поглощало и самого Ривьеру. Медсестра должна была вернуться совсем скоро: доктор Марко предупредил её о смене.       Ривьера устало упал спиной на стену, чуть откинув голову назад. Коридор опустел, а погасшие свечи мрачно испускали дым, что медленно стремился покинуть помещение через приоткрытое окно. Через минуту где-то со стороны выхода послышалось протяжное скуление, дверь приоткрылась, и в узкую щель показалась широкая пушистая морда.       Джейк, разглядев беловолосого, сразу же направился к нему. Медленно ступая массивными лапами по скрипучему деревянному полу, пёс приблизился к парню. Деймон съехал по стене вниз, чтобы быть наравне с Джейком, который радостно перебирал лапами и махал хвостом, но как-то не совсем энергично. — О тебе все забыли? — парень протянул руки к собаке, которая с радостью поддалась его ласке.       Аластора так и не было. Холодный сквозняк завыл и пронёсся по мрачному коридору. Звенящую тишину нарушил хриплый болезненный кашель за дверью. — Я не вижу зла. Я не слышу зла, — ладонь Ривьеры прикрыла глаза сенбернару. — Я не думаю о зле.       В состоянии неопределённости Ривьера потерял счёт минутам, отдавшись будто бы прострации, коварно затягивающей молодого мужчину. И время шло... Тянулось бесконечно, пока на плечо Деймона не снизошла чуть дрожащая рука Аластора. — С тобой всё хорошо? — Джей мельком оглянулся, убедившись, что в коридоре остались лишь он и Деймон.       Врач выглядел взволнованным, и попытки перекрыть его тревогу переменчивыми взглядами, которые, в конце концов, устремлялись в пол, не увенчались успехом. Ривьера смог прочесть душевное настроение сообщника сразу же. — Деймон, возможно, сейчас не лучшее время об этом говорить... — Ал приостановился, неторопливо спуская свою руку с плеча беловолосого. — Послушай, я кое-что обсудил с доктором Марко, думаю, нам также стоит рассмотреть этот вопрос в роли напарников. Сначала проспись, потом я тебя найду, Деймон... Договорились?       Парень внимательно всматривался в глаза собеседника, из-за чего заставил того ещё больше пребывать в состоянии полной растерянности. — Выкладывай всё сейчас, — твёрдо выдал беловолосый.       Деймон с лёгкостью смог уловить нешуточное волнение во взоре Джеймса, отчего уже смог предположить, что дальнейший диалог ему вряд ли придётся по нраву.       Вновь удостоверившись, что коридор не обременён посторонними людьми, Джеймс неспешно и отчасти неуверенно спустился на кафельный пол, укладывая локти на колени, пытаясь расслабиться, прижимаясь к холодной тусклой стене, и жестом призывая напарника сделать то же. — Я говорил с местным врачом. Если опустить не столько важные аспекты и перейти к самой сути, то нам предложили сделку, — Аластор покосился на Деймона, который уже не мог скрывать насмешливого скепсиса за своим равнодушным выражением лица: уголки рта безнадёжно ползли вверх. Джей вновь отвёл взгляд, сжимая зубы и будто бы вытягивая каждое последующее слово с большим трудом: — Ты, верно, знаешь о Максвелле и его деле. Это убежище находится под его влиянием, у них заключён своеобразный контракт: поставка сырья и выполнение некоторых запросов — каждомесячная обязанность этого объекта; поставка минимальных запасов и медикаментов — на Флетчере. В последнее время он пренебрегает условиями и оставляет это место на мучительную погибель... Понимаешь, Деймон? Это место очень ценно для выживших, и оно загибается, — Ал решительно взглянул на Ривьеру, — что до нас: выгода одна — информация. Мы узнаем точное местоположение Максвелла, его политику и подробности всех "походов" на районы. Быть может, что-то о твоём друге... Они просят нас помочь, Деймон. Рассчитывают на нас... — Я отказываюсь, — резко ответил беловолосый. — Ты не представляешь, какую опасность несёт проникновение на место пребывания "туза".       Деймон медленно встал на ноги, надеясь закончить это разговор. — Мы не будем связываться с Максвеллом, и это не обсуждается.       Джей сжал кулаки и холодно посмотрел в сторону бескомпромиссно настроенного Ривьеры. — Да как же ты тогда планировал решать вопросы без рисков, Деймон? Это выгодная сделка, — на миг усомнившись в подлинности сказанного, Джей отвёл стальные глаза от фигуры напарника, противным холодком рассеивался по его телу привкус сухого эгоизма. — Давай попробуем? Мы можем получить ценные данные, Деймон, нам нужно это сделать. Ради этих людей, ради того мальчика, ради нашего дела, ради...       Джеймс замолк, предчувствуя вот-вот всплывающую правду его неопределённых чувств, которые уничтожали его как человека, для которого блага других превыше собственных. — Ради чего? — Ривьера приблизился к Джеймсу, чуть склонившись над ним. —Договаривай.       Аластор продолжал молчать. Его взгляд был также направлен в сторону, что начинало нервировать Деймона. Бледная рука грубо дёрнула подбородок Ала вверх, чтобы взор мужчины был направлен на беловолосого. — Мне кажется, что тобой движет не только альтруизм, Джей.       Ривьера несколько секунд всматривался в черты лица напарника, после чего убрал руку от него и выпрямился. — Нам там делать нечего, я не смогу разорваться, одновременно защищая нас обоих. — Да с чего ты вообще взял, что я не способен защитить себя? Мы работаем в дуэте и, вероятно, являемся равноценными его членами, — Ал, застегнув пуговицы пальто подле шеи, встал с прохладного кафеля, вплотную приблизившись к Деймону и поступательно изучая его настроение. Горячее дыхание врача устремлялось в ключицы парня, а сталь глаз была немногословна. — Кажется, я ошибался, думая так... — Ал отпрянул и, развернувшись, направился в глубь помещения, оставляя тоскливый коридор позади.       Мрак распространился по коридору... В душе Деймона бушевало багровое пламя. Парень прикрыл глаза, дабы унять весь спектр своих эмоций.

***

      Луна этой ночью светила особенно ярко. На улицах ещё присутствовали люди, которые спешно доделывали остатки своей работы и готовились ко сну. Деймон вышел из постройки, оглядев поселение, которое уже немного успокоилось после внезапной встряски. — Я теперь боюсь к тебе подходить, — прозвучал знакомый девичий голос. — А то ещё прибежит...этот и накинется на тебя прямо у меня на глазах.       Нелла стояла напротив Ривьеры, сжимая тоненькими пальчиками скомканные испачканные простыни. — Думаю, сейчас ему совсем не до меня, — беловолосый облокотился плечом о дверной косяк. — Мы не пара, он просто дурак.       На лице девушки в тот же момент засияла улыбочка. — Значит, я могу украсть тебя на эту ночь? — Почему бы и нет?

***

      Аластор сидел на обшарпанном диване, машинально водя ногтем по деревянному подлокотнику. Никого — ночь уложила всех жителей убежища, рассеяв по крохотным комнаткам, где каждый мог окунуться в собственные грёзы, сожаления... Вспомнить былую жизнь, поделиться своей пламенной тоской с самым понимающим собеседником, который успел породниться со многими, — одиночеством. Тени вырисовывали загадочные этюды: с ними игриво и умело обходился огонь расставленных упорядоченно свеч. На электричестве экономили.       Врач помнил его: образ этого человека укоренился в сознании Джеймса, он не отпускал и всячески сзывал к себе. Веки Ала набухали и постепенно смыкались, усталость это была или драма прошлых дней? Кто знает, возможно, что и они сыграли в дуэте. Аластор пытался отдаться сну, но сон его стал долгим кошмаром, в котором сплотились призраки былой жизни.

***

      Лучи яркого солнца пробивались сквозь прозрачную занавесь, что чуть приподнималась от лёгкого сквозняка.       Деймон устало раскрыл глаза, беглым взглядом окинув маленькую полупустую комнатку.       Под его боком что-то зашебуршилось, и лёгкая девичья рука опрокинулась на оголённых торс беловолосого. — Бля, — парень взъерошил непослушные волосы, вспоминая обрывки минувшей ночи.       Одежда была разбросана в разные стороны, царапины от ногтей на плечах неприятно щипали, а растрёпанная девушка рядом, чье обнажённое тело было частично окутано в белое покрывало, никак не хотела отпускать парня даже сквозь сон.       Джеймс встал ранним утром: проверил мальчика, которому вчерашним днём провёл операцию, разузнал общую обстановку и расспросил местных о местонахождении напарника, который был известен в нынешнем обществе как Билл. Прошлой ночью врач много о чём раздумывал, и он почувствовал срочную нужду в разговоре с Ривьерой.       Врач шагал быстро, мимолётными взглядами ища нужную дверь. Чуть собравшись и вновь убедившись в том, что номер двери соответствует комнате Ривьеры, врач негромко постучал в неё. — Деймон? — услышав знакомый голос и не получив ответа на свой, видимо, риторический вопрос, Ал стремительно распахнул дверь. Нелла всё ещё ластилась на скомканной постели, поглаживая плечо Ривьеры. Джей, оказавшись узником внезапно сложившейся ситуации, смущённо сжал губы, отводя глаза. Однако это состояние молниеносно сменилось озарившим возмущением: — Так, получается? Развлекаешься? — Джей говорил с трудом, буквально вытягивая из себя слоги и скрывая подступившую к горлу горькую досаду. — Развлекайся.       Тотчас Ал развернулся и, замедлив шаг возле самой двери, вновь взглянул в сторону Деймона и Неллы, робко укрывающей своё лицо одеялом. — У него ВИЧ, кстати, — врач с грохотом закрыл дверь. — Истеричка, — выдохнул Ривьера, приподнимаясь с кровати.       Парень начал беспорядочно натягивать на себя одежду, приводя своё сознание в порядок. — Его здесь нет, около месяца назад ушёл за пределы стены, — внезапно выдала Нелла, переворачиваясь на живот и сонно поглядывая на беловолосого через плечо. — Это всё, что я могу тебе рассказать. — Маловато информации после такой ночки, — парень нахмурился, заканчивается свои сборы. — На другом конце города есть многоэтажное здание. Слышала, что там находятся люди из "верхов". Возможно, твой друг находится именно там. Остин не собирался покидать этот город.       Джеймс торопился найти доктора Марко, чтобы сообщить о принятом в одиночку решении. Ал раздражённо смыкал глаза и ворчливо высказывал нагрянувшие после увиденного мысли. — Плевать, я сам со всем разберусь, — врач нащупал пистолет и невзначай коснулся сумки, которую практически всегда таскал с собой. Пройдя мимо палаты Сэма, который всё чаще звал к себе медсестру, Джеймсу пришлось вновь вернуться к вгоняющему в тупик вопросу Деймона: — И всё же... Ради кого? — Ал остановился, находясь в поисках конкретного ответа. — Ради кого? Нет, нет... Результат один. Не время зацикливаться на гипотезах, нужно действовать. — Ал ринулся вперёд, прежде будто символизируя громким выдыхом снятие гложущего груза с собственных плеч.       Спустя треть часа нерезультативных брождений, врачу удалось выяснить у знакомого медика, что доктор Марко сейчас занят с тяжёлыми пациентами. Сглотнув, Ал принял непростое для себя решение — просто действовать. Действовать самостоятельно и своенравно. Аластор, обратившись тёплым взглядом к лежащему рядом с бегающей ребятнёй Джейку, перешёл порог главного выхода, упрямо двигаясь в сторону охраняемых ворот. — Стоять, — вооруженный высокий мужчина, словно стена, воздвигнулся перед Джеймсом. — Есть разрешение на выход?       Большие грубые руки угрожающе сжимали автомат, а хмурый прищур оценивающе был устремлён на растерянного врача. — Личное распоряжение доктора Марко, — Ал решительно сделал шаг, однако мощная рука смуглого мужчины тяжким грузом легла на сравнительно хрупкое плечо врача.       Гул разлился по территории убежища, перетягивая основное внимание своеобразных стражников на группу зрелых мужчин, безусловно направлявшихся к выходу. — Вылазка соответствует плану, Энтони, — обозначил стоящий в нескольких шагах охранник.       Фортуна дала Аластору шанс, которым Джей беспрепятственно воспользовался, перемыкаясь в толпе, прежде резким движением скинув крупную ладонь охранника. — Свезло, — шёпотом выговорился врач, не поднимая глаз и затерявшись в чужих спинах. — Э-э, а где тот? — оклемался мужчина, вглядываясь в проходящий поток добровольцев. — Забудь, Тони, какая разница? — Так, э-э... Пускай. Всё равно не вернётся.

***

      Ривьера задумчиво опустил голову, анализируя слова своего собеседника. — В общем, в сторону этой высотки и смотреть боятся. А уж тем более идти туда равноценно самоубийству, — тяжёлая рука Гилла дотронулась до беловолосого. — Я надеюсь, что ты не собираешься наделать глупостей. — Я не собираюсь сразу же врываться туда...без каких-либо планов, но у меня есть проблема, — Деймон заметно помрачнел. — И эта проблема — один знакомый придурок, которому, видимо, мало приключений на свою жопу!       Мужчина почему-то лишь улыбнулся внезапному всплеску эмоций Ривьеры.       Скрип открывающихся ворот обратил внимание собеседников на себя. — Сегодня решили пораньше? — подал голос Гилл. — Что-то у меня предчувствие нехорошее, — Деймон прищурился, рассматривая издалека группу людей, что медленно выходили за пределы стены.       Знакомый силуэт, смешавшийся с покидающей поселение толпой, заставил парня резко подорваться с места и со всех ног бежать в сторону выхода. — Эй, ещё и мальчишка головой двинулся? Постой-ка, отстал от группы — оставайся здесь, — усмехаясь произнёс Тони, оголяя свои пожелтевшие и кривоватые зубы. — Энтони, ты поаккуратнее: этот какой-то озлобленный. Папка, верно, мозги однажды отшиб, — и второй охранник гнусно рассмеялся, складываясь от своей нелепой шутки будто пополам. — Януш, ты только посмотри на него: брошенный пёсик. Пацан, вали обратно! — вскрикнул смуглый мужчина на стремительно приближающегося Деймона.       Рука охранника столкнулась с плечем Ривьеры, заставив того отшатнуться назад. Слова мужчин острым лезвием проехались по сознанию Деймона, отчего тот оскалился и сжал кулаки. — Ого, и вправду...как будто щенок, который пытается показать свой характер, — один из амбалов высокомерно вскинул голову, подчеркивая внушительную разницу в росте между ним и парнем. — Ну ничего, таких обычно быстро осаживают.       Ривьера мгновенно словил себя на мысли, что ему необходимо успокоиться. Нельзя было давать волю эмоциям.       Видимо, мужчину, стоящего перед беловолосым, забавляла вся эта ситуация, поэтому тот продолжил выводить парня: — Ну и что, даже ничего не ответишь? Это все твои возможности? — Просто открой чёртову дверь, пока я сдерживаю своё желание прострелить твою пустую и уродливую башку, — голос Ривьеры был тихим, но по его интонации можно было понять, что все вышесказанное не блеф. — Плюс за догадливость, я и вправду отшибленный.       Парень стянул невзрачную шапку со своей головы, зачесав рукой белоснежные волосы назад.       Один из охранников замер на месте, как и некоторые другие, что стали свидетелями этой перепалки. — Ты...Откройте ворота! — внезапно выдал охранник. — Януш, ты сейчас угараешь!? — всполошился рядом стоящий молодой парень.       Совершенно без лишних вопросов вышедшие из секундного ступора мужики выполнили приказ.       Деймон, игнорируя все пристальные взгляды, двинулся на выход. — Деймон Ривьера, — отчеканил Януш, глядя в спину уходящего "мальчишке".