Наводка

      — О, господи!       — Всего лишь я... Притормозить?       — Не сейчас!       Минутой позже Рейстлин уткнулся в подушку рядом с пытающимся отдышаться Гилтиасом.       — За три дня так соскучился? — влюбленно поинтересовался офицер. — В десятке, да?       — Десятке лучших? Однозначно. Это было еще одной причиной подумать о том... — маг усмехнулся, тоже вдохнул неровно и придвинулся поближе, — чтобы съехаться. В душ?       — Дай мне хоть пять минут, — взмолился Гил. — Если так же, как в прошлый раз...       — Ну вот еще, повторяться... Ладно, мне тоже нужно... пять минут. Может, даже десять...       Через час все-таки удалось собраться для поездки. Пара пива была причиной не садиться за руль, а такси таким поздним вечером ездить в этот район не любили, но после третьего звонка один отчаянный все-таки нашелся.       — Расскажешь хоть что-нибудь про дом? — поинтересовался Гил, открывая дверь после клаксона водителя, пока тот не передумал и не сбежал. — А это что?       Рейстлин хитро улыбнулся, приподнимая длинный продолговатый чехол и вынося его к машине.       — Это? Скоро узнаешь.       Чехол отправился в багажник, маг и коп — на заднее сиденье. Таксист, высаживая их на месте назначения, только усмехнулся, покачав головой: «Как подростки».       — Понял? — поинтересовался Рейстлин у Гила, всучив тому чехол и трость, и шаря под вазами у порога в поисках ключа. — Ведете себя как подросток, офицер...       — Да иди ты, — притворно возмутился тот. После возвращения Маджере из тюрьмы, несмотря на проворачиваемые им фокусы, между ними все равно царила аура беззаботной влюбленности, которой не было и в самом начале отношений, и коп с радостью подыгрывал. — А кто меня ущипнул?       — Я. И готов повторить хоть сейчас... Заходи.       Снаружи, в темноте, дом не произвел особого впечатления. Рейстлин зажег внутри свет и Гилтиас огляделся.       — Знаешь, а ведь неплохо...       — Гостиная, две спальни и кабинет. Ванная одна, правда...       — Рейст, в чем подвох? — поинтересовался Гил, осмотрев остальные помещения. Маг не соврал: дом был идеален. С таким количеством комнат можно было ужиться. Кухня и ванная размерами мало отличались от тех же помещений в доме Рейстлина, зато сад был раза в три больше, и Гил видел, как хищно на него посматривает маг — вечно жаловался, что негде выращивать травы для зелий. Окна выходили на восток и запад, свет не загораживало ничто, как любил Гилтиас, только одна комната была глухой — как требовалось Маджере... Плюсом ко всему служили невероятно низкая аренда, хороший район, частичная меблировка.       Маг посмотрел с вызовом, улыбнулся, неуловимым движением оказался рядом.       — И как тебе?       Гилтиас уже знал — когда тот становится так ласков, льнет сам, подвох — есть.       — Отвечай на вопрос.       — Или что, офицер, примените запрещенные методы допроса?       — Хочется? Рейст, я серьезно.       — Здесь произошло убийство, — поморщившись, признался маг. — Собственно, поэтому хозяин никак не может сдать его. Слишком честный риэлтер.       — А хозяин...       — Убийца, да. Сидит и сидеть будет еще лет двадцать. Застукал жену с любовником, ну и...       — Иногда мне самому хочется тебя прибить.       — Тебе дом нравится?       Гилтиас критично огляделся еще раз — уже символически. Даже коммуникации, чердак и подвал он под ехидные комментарии мага осмотреть успел, и... Придраться было не к чему. Убийство, по большому счету, полицейского тоже не слишком смущало, он знал, что обычно риэлторы предпочитают просто умалчивать об этом, так какая разница? Здесь они хотя бы знали... А призраков, сожительствуя с магом, можно было не бояться. О том, что в их существование до знакомства с Маджере он и не верил, Гилтиас предпочитал не задумываться.       — У меня было штук пятнадцать вариантов на примете!       — Если хочешь, посмотрим и их... — Рейстлин прикоснулся осторожным поцелуем к коже под ухом, не встретив сопротивления, уже куда активней продолжил.       — Прекрати сбивать меня с мысли... И все-таки, что в чехле?       — Я надеялся, что ты спросишь!       Отпустив копа, маг вышел в прихожую и вернулся, расстегивая чехол.       — Это что, штатив? — с недоумением поинтересовался офицер.       — И фотоаппарат. Я нашел у себя старый, пленочный... Пленка тоже есть. Помнишь, о чем мы говорили в тюрьме?       — Нет!       — Да брось! Я не буду заставлять тебя тискать змей, — Маджере расставил штатив посреди гостиной.       — Слушай, это было один раз! И после этого я зарекся позировать кому бы то ни было!       Рейстлин с громким шорохом стащил упаковочную пленку с дивана.       — Ты же знаешь, что я не отстану?       — Рейст! — офицер наблюдал за приготовлениями почти с отчаяньем — заставить мага отступить от запланированного могло только чудо.       — Ты кривлялся там перед каким-то незнакомым идиотом, а передо мной не хочешь даже просто попозировать? — нахмурился Рейстлин, и Гилтиас понял — не выкрутиться.       — Я не умею! Слушай, я уже ничего не помню, Рейст, это была просто глупость, тогда... И это еще не наш дом!       — Почти наш. Давай его опробуем, чтобы ты мог решить... И я скажу тебе, что делать.       Гилтиас тоскливо покосился на диван.       — Ты очень хочешь, да? — спросил кисло и, дождавшись несомненно утвердительного кивка, сдался, наконец. — Что мне нужно делать?       — Только раздеться.       — Да ты издеваешься... Слушай, тут же ничего нет. Диван, голые стены и пол.       — И ты. Раздевайся. Мне больше ничего не потребуется, — усмехнулся Рейстлин и принялся колдовать над фотоаппаратом. Гилтиас, задернув на всякий случай шторы, взялся за ремень.       — И что у тебя за фетиш такой на чужие дома?       — Ты виноват, — легко ответил маг. — Что? Не смотри на меня так, я серьезно. В жизни бы не съехал, если бы не ты. А в прошлый раз... Кто виноват, что приходится импровизировать, имея дело с копом?       По улице за домом проехала машина, мазнув фарами по шторе, осветив стену, и Гил замер сразу же.       — Никто не увидит, — мурлыкнул Рейстлин, подходя поближе и хозяйским жестом расстегивая чужой ремень. — Офицер, за окнами видны лишь силуэты в лучшем случае...       — Что ты делаешь?       — Привожу тебя в боевую готовность...       — А теперь?..       — Гил, в полную боевую готовность.       Оседлав диван, под прицелом фотоаппарата и голодного мажьего взгляда, Гил почувствовал себя неимоверно глупо, но первая пара щелчков затвора раздалась довольно скоро, и в голове промелькнула обнадеживающая мысль, что все это будет хотя бы быстро.       — Нет, так не пойдет, — недовольно протянул вдруг Рейстлин.       — Что такое? — переспросил Гилтиас, испытывая острое желание прикрыться чем-нибудь.       — Гил, я сплю с Нуитари.       — Что, блять?!       — Спокойно. Надо было как-то сбить с твоего лица это застывшее выражение. Вот теперь хорошо.       — Убью...       — А теперь еще лучше!       — Сколько у тебя там кадров? — вкрадчиво поинтересовался Гилтиас, прикидывая быстрый план мести.       — Тридцать четыре осталось, а что?       — А ничего. Поехали, господин режиссер. Я готов как никогда!       Месть удалась, хотя маг догадался о том, что он делает, после первых же кадров.       — Гилтиас... Это уже слишком развратно.       — Снимай-снимай. Или сдавайся уже и иди сюда.       До середины пленки Рейстлин все же выдержал, после расхохотался и бросил попытки сопротивляться. Гил уже праздновал победу, мстительно прижимая садиста-фотографа лопатками к злополучному дивану, когда камера щелкнула еще раз.       — Рейстлин?..       — Не обращай внимания.

***

      Гилтиас задумчиво бросил взгляд на телефон, на мгновение отвлекаясь от дороги. Сообщение о необходимости поговорить, отправленное Рейстлину, все еще оставалось непрочитанным — видно, тот был чем-то занят. Малодушно подумав, что его еще можно удалить, и приехать попозже, к тому времени, о котором договаривались, офицер вздохнул. Маг все равно узнает, и лучше уж он скажет все сразу и сам. Опять же, вдруг тот чем-то поможет... Когда прекратит метать громы и молнии. За тревожными мыслями Гил и сам не заметил, как добрался до места назначения.       Мага в доме видно не было. Гилтиас, проигнорировал остальные помещения, не стал даже звать и уверенным шагом направился в лабораторию, зная, что чаще всего Рейстлина можно найти именно там, но толкнув дверь, замер на пороге. Внутри стоял непривычный кисловатый запах, в углу светил забытый, похоже, красный фонарь, а на веревках под потолком сохли десятки фотографий...       Маг подошел сзади неслышно, положив неожиданно руки на плечи, заставил вздрогнуть, но не оторвать взгляд от фото.       — Нравится?       Гил покачал головой, не сразу собираясь с мыслями для ответа.       — Это можно загнать какому-нибудь порно-журналу за круглую сумму.       — Ну нет уж, — фыркнул маг.       — Можно — не значит будем. Рейст, сколько тут магии?       — Не считая моих поисков всего этого хлама для проявки и печати и автоматического таймера на древнем фотоаппарате? Вообще нет.       — Тогда у тебя талант.       — Окститесь, офицер, меня же за камерой не было половину времени. Просто ты хорош.       — И мы вместе.       — И мы вместе. Неожиданно, но... Ладно, хватит любоваться. Ты хотел поговорить. В деле какие-то подвижки?       Гилтиас посерьезнел, сосредоточился.       — Ну, в общем, да...       — Мне не понравится то, что ты скажешь?       — У тебя есть выпить?       Рейстлин отпустил офицера, выключил фонарь и, прикрыв дверь лаборатории, повел того за собой на кухню. Хлопнула дверь холодильника, кухонного шкафа...       — Нет. Если ты не хочешь, конечно, снять пробу с новой настойки. Гил, рассказывай уже.       — Они у тебя слишком ядреные для раннего вечера... В общем, из тех вариантов, про которые ты узнал, наши аналитики самым вероятным местом хранения бухгалтерских книг выбрали итальянский ресторан.       — «Гнездо канюка», да. Там частично отмываются деньги Наварро, я бы тоже на него поставил. Самое дрянное место из всего списка.       — В общем, да... И туда иду я.