Наводка

      — Рейст, просыпайся, мы опаздываем!       Маг поморщился и лениво приоткрыл глаза. Гилтиас носился по номеру, судорожно хватаясь то за шорты, то за телефон, то за бумажник.       — Солнце, ну куда мы можем опоздать в отпуске? — маг потянулся и устроился удобнее. — Вернись ко мне...       Глаза сами собой закрылись обратно, но тут на кровать прилетели джинсы — Рейстлин только охнул, получив пряжкой ремня по колену, следом спланировала рубашка: слава богам, на этот раз хотя бы белая, пусть и с очередным жизнерадостным рисунком.       — Что происходит? — поинтересовался Маджере, нехотя садясь и натягивая джинсы.       — Фы офефял, — из ванной выглянул Гил с зубной щеткой во рту, на несколько секунд занырнул обратно, снова высунулся и на этот раз повторил уже членораздельно:       — Ты обещал. У нас на сегодня планы.       — Видимо, нам срочно нужно в магазин, — мельком глянув на себя в зеркало, при следующем явлении офицера поморщился Рейстлин.       — И в магазин тоже! — заверил Гил, подпихивая мага в сторону ванной и доставая телефон. — Скорей, пожалуйста, мы правда опаздываем. Я вызову такси.       На вопросы офицер отвечал уклончиво и после третьего маг смирился — ехать, похоже, было далеко, а облокотившись на копа, можно было немного подремать...       Только не дремалось. Рейстлин закрыл глаза и поймал себя на том, что думает вовсе не о предстоящих планах Гилтиаса, которые могли подразумевать что угодно, а о нем самом.       Поначалу казалось — в этом чувстве можно спрятаться. Уткнуться носом в золотые завитки волос, вдохнуть запах чужой кожи, в котором отчего-то чудится все время мягкий металл, слушать-слушать-слушать его рассказы хоть о работе, хоть о приятелях, хоть об истории любимого мема... И не думать ни о чем больше, не ощущать, не заботиться ни о чем — кроме, разве что, него самого, но как-то тоже с самого начала вышло, что больше Гил заботился, и позволять это делать было на удивление приятно.       Наверное, если бы с самого начала сбылось хоть что-то из того, что пугало всегда в этой близости из совместных ужинов, переплетённых пальцев и понятных только двоим шуток, все бы закончилось, не начавшись. Но поначалу была лишь эйфория...       Это потом стало понятно, насколько все изменилось. Не быт, не заботы, не чувства даже — изменился мир вокруг, через Гила теперь смотрелось, как сквозь призму — без усилий, автоматически, нечаянно... Даже когда не хотелось. Эта любовь снимала кожу. Обнажала, делая чувствительным каждый нерв. А теперь ещё и это... Без магии оказалось можно жить! Удивительное открытие.       Удивительно отчего-то болезненное. И в дни ученичества, когда большинство открытий сводилось к тому, как много он ещё не знает, не было такой беспомощности, и ощущение, что именно теперь это может оказаться фатальным — вспомнить только, после чего магия ушла! — скреблось в мозгу постоянно.       И все же было... терпимо. Кроме первых дней, с бестолковыми вмешательствами офицера — без них было бы совсем невыносимо, ничто бы не отвлекало... А теперь мысли эти хоть и присутствовали постоянно, но где-то на фоне остального. Поразительно. Страшно. Гораздо страшнее на самом деле, чем в первые дни. Потому, наверное, открытие, что дело не в самой магии, и не изменило ничего — сил бороться с этим страхом не было... Пока не было.       И страх ведь был не один. Оказалось возможным лишиться магии, а что, если, однажды уйдет и то, благодаря чему это оказалось можно пережить? Без этого чувства теперь все показалось бы пресным — да ведь и стало так, когда он решил, что этот клубок можно просто разрубить, едва покажется, что пора — и не смог, чувствам поддался так, что стыдно до сих пор было.       Но люди меняются. Меняются их желания, привязанности, привычки... Если это будет — то как? Оборвется резко, с одной стороны? Тихо сойдёт на нет, с обоих? А жить потом как — без этого?       Рейстлин передёрнул плечами, чувствуя, как сразу крепче стали объятия — прижался теснее, вздохнул. Нет, пока не грозит... Но вдруг, позже?..       — Рейст? — офицер коснулся лба мягким поцелуем, задевая кромку волос, и маг невольно задержал дыхание. Пальцы офицера на плече сжались, погладили. — Снова тебя бужу... Приехали.       — Я не спал, — Рейстлин, не сдержавшись, прижался коротко губами к чужим губам, и вышел из такси ещё до того, как коп расплатился.       — Все в порядке? — поинтересовался Гил подозрительно, и маг потер лоб, собираясь с мыслями. Машина, развернувшись, уехала, а Рейстлин все ещё осматривал странное широкое поле с павильонами, лотками, и кажется, обрывом вдалеке...       — В порядке... — взгляд мага упал на что-то незнакомое. — Нет... Нет-нет-нет, Гил, ни за что!       — Тише, все не так страшно, — тот улыбнулся.       — Да ты издеваешься!       — Я сделал этот заказ до того, как узнал, что ты... В общем, ты можешь отказаться, я не буду настаивать на исполнении обещания, но хотя бы подумай, ладно? Я очень хотел разделить это с тобой.       — Что я тебе такого плохого сделал?..       — Рейст, — офицер укоризненно покачал головой.       Маг огляделся ещё раз, и нехотя согласился:       — Веди... И рассказывай. Что это вообще?       — Паратрайки, это...       Зазвонил телефон, и маг, посмотрев на экран, тихо застонал.       — Подожди пару минут.       Гил, насторожившись, проводил отошедшего Маджере взглядом. Тот вел себя странно — даже договорив, возвращаться обратно не торопился, бросил задумчивый взгляд на местный парк машин... «Не испуганный», — отметил коп мельком. Будто нехотя, Рейстлин вернулся обратно, стал рядом.       — Что это было?       — Нуитари. Даламар добрался, все в порядке.       — А по твоему лицу и не скажешь, что все в порядке.       — Это не... — маг беспомощно пожал плечами.       — Почему нельзя просто расслабиться?       — Что?..       — Я это твое выражение лица знаю и терпеть не могу. Пусть все идет своим чередом. Иногда нужно отпускать хоть что-то на самотек. И вообще не обязательно быть всеведущим и всемогущим.       — Для чего необязательно?       — Ни для чего не обязательно, Рейст, — Гилтиас вздохнул.       — Думаешь?       — Знаю.       — Давай проверим, — ухмыльнулся Рейстлин и шагнул к павильонам.

***

      Гилтиас с тревогой искоса смотрел на мага. Полет тот пережил на удивление хорошо, хотя сам коп перед взлетом уже готов был отказаться от своей затеи и недоумевал, зачем вообще потащил Рейстлина сюда — и без того оставшегося без магии, да еще и боящегося высоты.       — Все хорошо.       — Я же ничего не спрашивал.       — И не собирался?       Вернуться обратно в город оказалось не слишком просто, такси застряло где-то на середине пути, и ждали его уже очень долго — успели заказать в местном подобии кафе пристойного фраппе, выпить, позавтракать (почти в полном молчании), теперь просто отошли подальше, свесили ноги с оказавшегося невысоким обрыва, и... Продолжали молчать. Маджере, задумчиво таращащийся куда-то за горизонт, не ехидничал о родстве таксиста с черепахой, не был раздражен, и никаких «Гилтиас, больше никогда!» тоже никак не следовало.       — Собирался, — офицер нервно вздохнул. — Я не понимаю, что происходит. Ты с самого утра не в своей тарелке, а уж как сюда приехали... То яростно отказываешься, то вдруг соглашаешься, а теперь сидишь и молчишь, я уже не знаю, что думать!       — А ты отпусти на самотек, — хмыкнул маг. — Гил, все хорошо. Ты оказался прав. Вряд ли я соглашусь составлять тебе компанию в таких мероприятиях часто, но...       — Я вообще не то подозреваю. Между нами все хорошо? — не выдержав, коп рубанул сплеча и напрягся. Обещание мага вообще-то успокоило, но не до конца. А теперь он и отвечать не торопился!       Не обязательно знать и уметь все для того, чтобы... Все контролировать тоже не нужно. Не обязательно даже не бояться.       Под кажущимися ненадежными, золотистыми крыльями адской машины не было контроля и был страх — даже не страх, а ужас, нужно было быть полным идиотом, чтобы без магии согласиться на эту авантюру между небом и землёй. Нужно было быть полным, счастливым, влюбленным идиотом — чтобы поверить на слово тому, кто оказался за спиной, кто оказался за рулём.       Не обязательно контролировать все?       Ну же, это должна быть простая формула.       Не обязательно, чтобы быть счастливым?       Гилтиас успел только возмущённо вякнуть перед тем, как оказался опрокинут на спину и оседлан воинственно улыбающимся магом.       — Нет, между нами не все хорошо, балбес. Между нами все отлично. Ты мне сам это вечно говоришь разными словами, а я все привыкнуть не могу.       — Встань с ключей, пожалуйста. Рейст, а вот эти признания когда-нибудь будут без того, чтобы предварительно меня напугать хорошенько?       — Не обязательно не бояться, — хмыкнул Рейстлин. — Смотри-ка, какое-то такси. Может, свершилось чудо и наконец наше доползло?

***

      Отпуск продолжался спокойно до подозрительности. В отношения с морем и пляжами, невинными и не невинными туристическими радостями никто не торопился вмешиваться, неприятности держались поодаль. Из отеля вдруг переселились в маленький домик на отшибе — старушка-хозяйка придерживалась крайне консервативных взглядов, но познакомился с ней случайно Гилтиас, когда был один, так что ему удалось произвести лучшее впечатление. Контрабандный Рейстлин обещал, что копа, если правда всплывёт наружу, хозяйка обязательно проклянет, а проклятье некому будет снимать, но пожилая кубинка, ставшая недавно прабабушкой, про старый пригородный дом не вспоминала, и все было мирно. Время благосклонно растянулось, стало вмещать в себя и морские прогулки под кровавыми закатными небесами, и звёздные ночи, спать во время которых было бы преступлением, и сон по утрам. Просыпались, правда, от жары — в старом домике предсказуемо даже намека на кондиционер не было, но эта неидеальность делала все более настоящим, реальным, и не хотелось даже жаловаться.       Рейстлин на блошином рынке обзавелся старым полароидом и использовал единственную кассету почти наполовину, в первый же день загоняв и засмущав Гилтиаса неожиданными снимками.       Вчерашние воспоминания отдавались то похмельем, то ноющими мышцами после особенно удачной ночи, хрустели вездесущим песком и шелестели легкими занавесками домика. Несколько раз думали не возвращаться, иногда в это верили — обычный, неотпускной мир не торопился напоминать о себе.       Загорелый Гил иногда ворчал, что они будут привыкать заново к режиму мучительно, побронзовевший Рейстлин, теперь выделяющийся в толпе разве что глазами, отводил ему со лба выгоревшие до белизны пряди и ехидно напоминал, что кое-кто грозился уволиться, обзавестись собственным судном, выкупить отпускной дом и плевать на режим и дальше.       Маг, как оказалось, обладал талантом к смешиванию необычных коктейлей — коп однажды пошутил, что те заменяют ему магические зелья и испугался, что сказал не то, но Рейстлин только рассмеялся.       За домиком прятался в тени и неге широкий гамак.       Мир состоял из солнца и любви.

***

      Все пошло наперекосяк только на годовщину, когда они чем-то напрягли таксиста.       Рейстлин лежал на узкой деревянной скамье, закинув руки за голову, а ноги — на Гилтиаса: тот настоял сам, полы в камере предварительного задержания были каменными и вопреки всем законам физики и погоде холодными, а обувь, как водилось, отобрали.       — Давай в города играть?       Напряжённый Гил устало вздохнул — магу словно все было нипочём, предложение было не первым, но сосредоточиться на игре офицеру все равно бы не удалось.       — Не хочу, Рейст, уймись, а?       — Слушай, расслабься. Осталось просто немного подождать, вернёмся домой...       Коп страдальчески вздохнул.       — Лучше расскажи, куда мы из-за этого идиотского задержания не попали?       — В стрип-клуб.       — Куда?!       Ревновать Рейстлин умел даже на пустом месте превосходно, и выбор заведения для годовщины был действительно неожиданным.       — Арендовал пустую кабинку. С шестом и прочими радостями.       — ...ты меня надеялся на это развести?!       — А что, не вышло бы? — маг улыбнулся. — Вообще-то я планировал расплатиться за это кое-чем... Ну да я смогу и дома.       Гилтиас недоверчиво покосился и Рейстлин сел, протянул с ехидцей:       — Что? Надо же будет как-то снимать с тебя этот стресс...       С мыслью Гил согласен был, с тем, что камера, которую они делят с парой ночных бабочек и угрюмым наркоманом сплошь в наколках подходящее место для интимных поцелуев за ухом и любопытных обещаний прямиком в оное — уже не очень.       — Рейстлин...       — Что?       На жадный поцелуй пришлось ответить.       — Ебаться-сраться, я как припизднутая ведьма на злоебучей метле к ним торопилась, а им и тут неплохо!       Гилтиас, покраснев, сбивчиво поздоровался с детективом.       — Снаружи будет лучше! — торопливо откликнулся Рейстлин и, встал, потянул офицера за собой, покачав головой иронично:       — И когда ты уже привыкнешь? С годовщиной!       Сказанное тихо, к счастью, новая знакомая за лязгом открываемой двери не услышала.       — Полюбуйтесь. За этих хитровыебанных тушканчиков вас принял таксист, а мои глубокоуважаемые коллеги, успокоительного им в сраку, почему-то решили согласиться, что похожи. В глаза дежурные сегодня долбятся, что ли?       Ориентировка на задержанных походила лишь общими чертами вроде пола.       — Странная случайность, — вздохнул Гилтиас.       — Да что ты, — протянул маг ехидно. — Гил, это не случайность, а закономерность. Одна такая привела тебя однажды к моему дому, если помнишь. Детектив, как ваше расследование?       Девушка подняла голову от документов, которые недовольно заполняла.       — Обосраться как успешно топчемся на месте.       Гилтиас посмотрел на Рейстлина как никогда выразительно, но тот ответил лишь безмятежным взглядом и попросил девушку держать их в курсе. По возможности.       — Так мы можем идти?       Новый таксист, к счастью, чрезмерной подозрительностью не страдал и действительно, просто отвез их к месту назначения.       — Ну что, завтра едем домой? — уже в домике поинтересовался маг. — Или останемся, и гори все?..       — Домой, — твердо отрезал Гил и тут же посмотрел виновато. — Рейст, я не могу бросить работу. Ты сам про нее напомнил сегодня, когда...       — Успокойся, я знал, что так будет. Но, если хочешь, можем задержаться еще на пару дней, отменить машину и снова полететь на самолете...       — Нет уж, — коп передал магу пиво из холодильника. — По одной и спать. Выезжаем завтра. Зря я, что ли, маршрут составлял? Когда еще удастся через всю страну проехаться?