Упавшие с Земли

      Саманта легко ступала по дорожке, вымощенной серыми плоскими плитами. Она пробегала мимо таких же, как и её домик, зданий, что были сделаны из белого прочного материала, напоминающего металл. Попутно здороваясь и улыбаясь соседям, девушка вышла на главную улицу — их дом находился не так далеко от центра. «Хотела бы я жить в более тихом месте», — устало вздохнула она, вспоминая крики любителей ночи под окнами, противные звуки транспорта, что любит пошуметь. Она на секунду закрыла глаза и остановилась — ей надоело спешить. Ей всегда казалось, что она живёт не в своём времени. Такое может быть? «Ахматова тоже так думала», — вспомнив поэтессу, девушка открыла глаза. Перед ней открылась вся площадь: по тёмной плоской плитке, покрывающей весь участок, неслись люди с мрачными и неприветливыми лицами, по бокам от дороги находились высоченные, из такой же тёмной плитки, здания, отданные под магазины, по середине красовался фонтан, переливающийся всеми цветами радуги, а над головами то и дело пролетали почтовые дроны, едва не врезаясь в искусственные растения, усаженные в чёрные, круглые, парящие «горшки»  — совсем другой мир. Однако, чтобы попасть в этот «мир», нужно сначала пересечь оживлённую дорогу, по которой ездили тёмные пафосные машины, в которых сидели не менее пафосными водители.       Когда пришло время, то из дороги плавно выросли бортики, препятствующие потоку машин, на дорожке, по которой должны были идти пешеходы, высвечивались убывающие цифры — отсчёт. Саманта не спеша пошла вперёд, ловя на себе вопросительные и даже укоризненные взгляды: в эту эпоху люди не приветствовали слишком выделяющихся из толпы. Конечно, лицо с лёгкой улыбкой, затаившейся на уголках рта, очень выделялось среди хмурых. Она лишь виновато улыбнулась сама себе и оказалась на площади.       Сэм лёгким движением расстегнула карман платья, вынув из него плоский смартфон, на рабочем экране которого красовалась фотография тёмнокожей девушки. У других детей уже были браслеты, из которых, как по-волшебству, вылезали плоские полупрозрачные экраны с индивидуальными интерфейсами; эти «чудо-браслеты» стоили приличную сумму, которую не каждая семья осилит. Семья Саманты, как раз, и не осилит. Девушка прошла дальше, уточняя в одном из диалогов место встречи, чувствуя, как её вновь засасывает спешка. Спокойная ходьба переходила на лёгкий бег, на огромных экранах зданий шли новости. Телеведущая вновь говорила о стабилизации новой денежной валюты — девры. «Да уж, предки, было очень умно объединить «доллар», «рубль» и «евро», создав «девры». Однако, вы не подумали про другие валюты», — Саманта хмыкнула, не отрывая взгляда от телеведущей. «Также, сегодня мы празднуем «день объединения». В этот день триста лет назад несколько крупных и не очень держав подписали договор об объединении их территорий, образуя новую, совершенно иную страну, в которой живём мы!» -женщина улыбнулась, переходя к другим новостям. Путь территории бывшие правители и объединили, но их потомки знают лишь «свой язык». Они не готовы так просто, в одночасье отказаться от культуры, что формировалась тысячи лет. Поэтому государство пошло на уступки — оно разрешило «оставить» свой язык, но необходимо было учить ещё и один из «ведущих»: русский, английский или китайский. Саманте повезло в этом плане больше — её родители являются потомками тех, кто жил две тысячи лет назад в России, поэтому она могла позволить выучить себе и русский, и английский. Китайский она не имела охоты учить. День объединения обычно праздновался салютами, большими ярмарками, ночными вечеринками. Девушка бы с радостью посмотрела салют и прошлась по ярмаркам, скупив какие-нибудь милые и ненужные побрякушки, но не в этом году. «Ох, Лора», — Саманта вспомнила вечно весёлую тёмнокожую подругу с вьющимися чёрными волосами и яркими, обворожительными, карими глазами. Лора с семьёй улетала «рейсом» раньше, чем Сэм.       Их дружба началась, как в приторной сказке с абсолютными злодеями и абсолютными героями: Лора была боевой ещё с самых пелёнок, поэтому местные задиры не трогали её, но трогали тех, кто был слабее. Им было проще поиздеваться над тихой и зажатой Сэм, так они, в общем-то, и делали до тех пор, пока Лора не подралась с обидчиками, набив большие шишки себе и им. Тёмнокожая девочка, которая была с разбитой губой и неплохим синяком под глазом, лишь мягко взяла Саманту за руку и с улыбкой спросила: «Ты не пострадала?». — Ох, мой герой, — в голове девушки всплыли забытые, но такие тёплые воспоминания. Она хотела прямо сейчас подбежать и обнять подругу, но, увы, не могла. Утешала мысль, что это одиночество ненадолго. — Ты это мне? — прозвучал мужской голос, выводя Саманту из приятной пелены воспоминаний и вовлекая в гадкую реальность. Перед брюнеткой стоял парень — Николай — который самодовольно улыбался. Тот самый «придурок», которого она должна бросить. Девушка презрительно посмотрела на него. — Малышка, ты чего? — юноша хотел взять её за руку, но та сразу отпрянула. Николай удивлённо смотрел на неё. — Коль, — сухо произнесла девушка, чувствуя, как её лицо и уши краснеют, а на груди от нервов выступают красные пятна, — нам стоит разойтись. Отрезала Саманта, ожидая реакции от парня. Она хотела убежать, улететь, уплыть — да что угодно сделать, лишь бы не находиться в неприятной компании. — Почему, малышка? Нам же было так хорошо, — парень вновь потянулся к ней. Саманта, не скрывая отвращения, отошла. — По-первых, не называй меня так, — она сделала небольшую паузу, собирая мысли в единое целое, — а во-вторых, хорошо было лишь тебе. Мне же не нравилось терпеть вечное нытьё с твоей стороны и постоянные измены. Николай весь сжался, выпучив глаза. «Хо, милый, ты не знал, что твои похождения — не новость для меня?» — Саманта усмехнулась. Парень сначала покраснел от стыда, после побагровел от злости. — А мне не нравилось, что ты постоянно училась! — кричал он во весь голос, привлекая внимание прохожих, — ты совсем забыла про меня! Мне было так одиноко. Это ты ввела наши отношения в тупик. Да, Саманта уделяла большое внимание учёбе. Как-никак, она хотела поступить в хороший университет, набрать хорошие баллы. Парень же пинал балду — у него были родственники, которые являлись не последними людьми в одном из высших заведений, поэтому он бы поступил даже с минимальными баллами.       Девушка дёрнулась от лицемерия юноши — вчера он говорил, что понимает, почему она так усердно сидит за книжками, а сегодня он кричит во всеуслышание, что она его игнорировала. Все эмоции разом нахлынули на неё: Сэм хотела накричать на него, высказать всё, что думает о нём, унизить его, чтобы он перестал чувствовать себя пупом Земли. Вместо всего этого, она лишь пронзительно взглянула на него, холодно произнеся: — Признайся. Ты меня не любил. Я тебя, представь, тоже, — девушка опустила ресницы, вспоминая, что сначала она всё же питала тёплые чувства к той приятной стороне, которую он показывал, а разлюбила: когда он показал ужасную вторую. — Желаю тебе счастья в твоих новых отношениях, — она, улыбнувшись, развернулась и хотела уже уйти, как он крикнул: — Твой любимый братец на заднеприводного похож, — к нему в тот момент подошли друзья и начали громко смеяться. Они хлопали его по плечам, показывая, что он поступил «круто». «Ах ты сукин сын», — прошипела девушка, в момент оказавшись перед Николаем. Звон от пощёчины, что она «подарила» ему, оглушил на долю секунды всех присутствующих. Парень попятился, хватаясь за ударенное место. Он вновь хотел сказать что-то язвительное, но Саманта, ни секунды не думая, взяла его за ворот рубашки, притянув к себе. — Если ты ещё раз хоть что-то скажешь про моего брата, — она выждала паузу, чтобы не закричать, — то сдохнешь самой мучительной смертью. Карие глаза, наполнившиеся кровью, с огромной ненавистью смотрели на ничтожного и униженного парня. Она грубо отпустила его одежду, от чего он испуганно, но будто от отвращения начал её поправлять. Саманта развернулась к его друзьям, обдав их презрительным взглядом, прошла между ними, почувствовав холодок, что пробежался по их телам.       Девушка направилась в магазин, чтобы купить всяких сладостей, от которых бы она сейчас не отказалась. Да и её брат тоже. Она готова порвать за Александра кого угодно — будь то сверхчеловек, что спустился за с самого неба. Но сегодня ей попался ничтожный червяк, что надолго усвоил этот урок.