Мать, мы в заднице!

— Нужно валить. — Дрожащим голосом сказала Эл. — Да… Валить. — А остальные? — Встрепенулась Люси в то время как Эл умудрилась отодвинуть тяжелый стол и открыть таинственный люк в пустоту. — Что с ними будет? Эл, успевшая поставить одну ногу на лестницу, грозно посмотрела на Люси. — Это вооружённые берги. — Напомнила Эл, словно это и без того было понятно. — Не гражданские. А самые настоящие, черт возьми, военные берги. С огромными пушками и гранатами. Нам бы самим спастись, Люси! — Люси металась в сомнениях: что то внутри мешало ей бросить своих друзей на произвол судьбы. Это заметила Эл и продолжила уже спокойным, даже ласковым тоном. — С ними Хорхе и Бренда, а они мастера своего дела. Если мы и впрямь с ними не пересечемся то у них даже больше шансов на спасение. Так что? Ты со мной? — Да. — Заторможено кивнула Люси. Как только Люси спустилась в подвал та сразу получила в лицо яркий свет фонарика. Позади резко раздался взрыв и часть с люком и лестницей обвалилась вниз. Люси успела отскочить в самый последний момент. Она застыла с испуганным лицом, но Эл вовремя потащила ее за собой. — Что произошло? — Спросила Люси. В слабом свете Люси увидела, как Эл закатила глаза. — Взрыв, как видишь. — Упрекнула Эл. — Снаряд попал именно в ту комнату, где мы были. Задержались бы еще на пару минут и сейчас бы лежали под этой грудой камней. — А зачем ПОРОК это сделал? — интересовалась Люси. — Я думала, что мы нужны им. — Я могу только предполагать, Люси. — Задумалась Эйлидх — Мне кажется, воссоединение с Хорхе не входило в их планы. Смерть Уинстона, буря — да. Но заполучив поддержку Хорхе мы получаем неплохое преимущество над ситуацией. — И как нам отсюда выбраться? — Люси метнула взгляд на заваленный проход. — А это самое простое из моего плана. — Хмыкнула Эл направляя луч света на наручные часы: теперь вместо аккуратных серебряных часов Эйлилх были массивные и с множеством непонятных кнопок. — Махнулись с Хорхе на случай непредвиденных ситуаций. Если хочешь знать, это коридоры называют подвалами и в часах есть карта. — Подвалы? — Переспросила Люси. — Как-то банально. — Это придумали еще до Хорхе. — Ответила Эл. — И насколько хорошо они исследованы? — Спросила Люси, двигаясь за Эл. — Настолько насколько было возможно. — Ответила Эл. — Хорхе говорил, что тут они постоянно натыкаются на шизов. Совсем конченных. — Нам ведь ничего не угрожает? — Поинтересовалась Люси. Эл тем временем медленно продвигалась по подвалам, сверяясь со странной картой. — Мне кажется нужна вернуться и найти моих друзей. — А Хорхе? — Спросила Эл. — Бренда? Их спасать не надо? — Ну да конечно. — Виновато промямлила Люси. — Нельзя же их бросать. Вздохнув Эл резко остановилась и посмотрела на Люси. — Пообещай мне кое что. — Попросила она. — А? Что же? — Несмотря ни на что, даже если путь до правой руки нам придется пройти вдовеем помоги мне выжить. Я не хочу сгинуть здесь в кругу шизов. А я в свою очередь найду как тебя отблагодарить. — Хорошо, Эл. — Ответила Люси. — Отлично. — Она улыбнулась. — Нужно двигаться дальше. Есть предположение что это люди Хорхе сдали нас. Они знают о других спусках в подвал: нельзя терять время. И Эл, насколько могло, двинулась дальше в путь. — А зачем им это? — Не унималась Люси. — Не проще же примкнуть к нам? — Им тут хорошо. — Ответила Эл. — У них есть еда, воды и относительно безопасное убежище: что еще нужно для поехавшего шиза? В Хорхе они видят своего лидера и вероятнее всего испугались что он наберет новую команду а их порешает. Вот на всякий случай и сдали нас. — Как все сложно. — Буркнула Люси. Эл ничего не сказала. Следующие несколько минут они не разговаривали. Люси не видела Эл, но чувствовала ее присутствие, а спустя энное количество поворотов впереди забрезжил свет и они быстро пошли ему навстречу. Оказалось, это солнечные лучи проходят сквозь дыры в потолке на месте взрыва. Там, где прежде стояла лестница, теперь громоздилась гора бетонных осколков, гнутой арматуры и обломков труб. Взбираться по ней наверх нечего было и думать — слишком опасно. Из-за танцующих в воздухе, словно гигантские комары, пылинок свет принял форму плотных, почти осязаемых столбов. Пахло штукатуркой и чем-то горелым. Обвал загородил дорогу и в кладовку, однако Эл быстро отыскала заготовленные недавно рюкзаки. — Вроде никого, — сказала она. — Сюда никто не возвращался. Хорхе, наверное, уже вывел наших друзей через другой выход. Люси понятия не имела, что ищет Бренда. Впрочем, один положительный момент заметила сама. — Тел не видно. — Подметила Люси.— Взрывом никого не убило. Эл пожала плечами. — Тела могли достаться шизам. — Буркнула Эл. — Хотя сомневаюсь… Забей. — Идем через Подвалы, — прервала долгое молчание Эл. Похоже, все это время она, как и Люси, обдумывала варианты действий. — Если наши наверху, они покойники. К тому же отвлекли внимание от нас на себя. — А если они все еще под землей, мы их встретим? — Перспектива бросить друзей Люси не нравилась. — Тоннели в конце концов сходятся? — Да, верно. — Кивнула Эл. — Хорхе поведет остальных к горам. Пересечемся с ним и продолжим путь. Погнали? — Погнали, — пробормотала в ответ Люси. Она все еще переживала за пропавших друзей. Однако стоило девушке стартануть, как она последовала за ней без вопросов. Глядя на сырость и убогость, Люси пожалела, что вокруг не кромешная темень. Пол и стены — бетон, крашенный в тускло-серый цвет; тут и там подтеки воды. Через каждые несколько десятков шагов в стенах попадались двери, большей частью запертые. Светильники на потолке — почти все разбитые — покрывал толстый слой пыли. В целом местечко производило впечатление населенного призраками склепа, и название «Подвалы» казалось очень даже подходящим. Для чего же построили их изначально? В качестве подземных переходов между зданиями на случай дождя? Или аварийных выходов? Или путей отступления при катастрофической солнечной активности и нападении сумасшедших? Коридор сменялся коридором. Люси и Эл почти не разговаривали, на развилках или перекрестках сворачивая то налево, то направо. Эл изредка останавливалась, хмуро смотрела на часы и вновь шла с прежней уверенностью. Энергию, полученную от недавнего завтрака, организм Люси истратил быстро. Через несколько часов удалось уговорить Эл остановиться и перекусить. — Я так понимаю, с картой нам нечего бояться, — сказала Люси, когда они вновь отправились в путь. Для нее все коридоры выглядели одинаково: грязные, темные и если не сырые, то пыльные. В них царила тишина, нарушаемая только отдаленной капелью и шелестом одежды при ходьбе. Подошвы ботинок глухо ударялись о голый бетон. Эл вдруг резко обернулась и, посветив Люси в лицо фонарем, прошептала: — Страшно? — Хихикнула Эл. Подскочив на месте, Люси оттолкнула девушку. — Хорош придуриваться, — прикрикнула она. Себя же Люси почувствовала донельзя глупо. Сердце от страха чуть не разорвалось. Эл засмеялась и они продолжили путь, минуя поворот за поворотом, один длинный коридор за другим. Неспешное упражнение, мерная работа ног помогла Люси не думать о неминуемой опасности, и она чувствовала себя намного лучше, чем в последние несколько дней. Разум словно погрузился в полудрему, подкидывая воспоминания о Лабиринте. Наконец Эл привела ее в просторную комнату, из которой в разные стороны тянулось множество коридоров. Здесь, наверное, сходились тоннели от разных зданий. — Центр города? — спросила Люси. Эл присела возле стены и принялась массировать ногу. Люси присоединилась к ней. — Типа того, — ответила девушка. — Видишь, полпути к границе проделали. Хорошая новость. Правда, Люси не могла избавиться от ощущения, что подвела остальных. Где сейчас Минхо, Ньют, Фрайпан и Арис? Надо было поискать их, проверить, не в беде ли. А может, они давно покинули город? От резкого звука — будто лопнула лампочка — Люси очнулась. Эл стрельнула лучом фонарика назад. Тоннель, из которого они с Люси вышли, полнился тьмой — разве что чернели на сером фоне потеки воды. — Что это за звук? — прошептала Люси. — Старая лампочка, — совершенно равнодушно ответила Эл и отложила фонарик на пол, лучом в сторону стены напротив. — С чего это старой лампочке лопаться? — Не унималась Люси. — Вот так, на ровном месте? — Понятия не имею. — Устало пробормотала Эл. —Крыса раздавила? — Ни одной крысы тут не видела. Тем более они по потолку не бегают. Эл насмешливо глянула на Люси. — Да, ты права, это была летучая крыса. Рвем когти. Раздался еще хлопок, а за ним иной звук — как будто стекло рассыпалось по полу. Последние сомнения пропали: кто-то точно идет за Люси и Эл. И вряд ли это глэйдеры. Больше похоже на людей, стремящихся напугать беглецов. До дрожи в коленях. Даже Эл не смогла скрыть эмоций. Когда их с Люси взгляды пересеклись, девушка прочла в ее глазах беспокойство. — Вставай, — шепотом велела она. Они поднялись на ноги одновременно. Тихо и быстро застегнув рюкзаки, Эл еще раз стрельнула фонариком назад, в коридор. Ничего, пусто. — Проверим, что там? — В тишине тоннелей ее голос прозвучал очень громко. Любой, кто притаился в коридоре, мог расслышать их разговор. — Проверим? — Давно такой дурацкой идеи Люси не предлагали. — Нет, сама сказала: рвем когти. — Чего-о? — Встрепенулась Эл. — И позволить вот так нас преследовать?! Или дать им дружков собрать, чтобы засаду нам устроили?! Лучше сразу обо всем позаботиться. Схватив Эл за руку, Люси заставила ее направить луч фонарика в пол и, наклонившись, зашептал на ухо: — Вдруг нас заманивают в тот коридор? — Предложила Люси. — На полу в нем нет ни единой стекляшки. Значит, кто-то бьет лампочки на потолке. — Если у них достаточно людей для атаки, — возразила Эл, — чего ради заманивать нас в коридор? Глупо. Проще выйти сюда и убить нас. — Тогда еще глупее сидеть здесь и лясы точить. — Буркнула Люси. —Что будем делать? — Давай просто… — Начав говорить, Эл нацелила фонарик на проход в коридор и тут же умолкла. Глаза ее расширились от ужаса. На самой границе светового пятачка Люсм увидела мужчину, похожего на призрак. Слегка подавшись вправо, чужак судорожно подергивал левой ногой. Пальцы левой руки то и дело нервно сжимались. Мужчина был одет в темный костюм — некогда опрятный и элегантный, но теперь грязный и в потеках воды или иной, мерзкой, жидкости на коленях брюк. Детали Люси заметила мельком. Больше всего внимания приковала к себе голова. Люси смотрела на нее словно зачарованная: лысый череп, как будто волосы выдрали, оставив на их месте кровоточащие струпья; влажное, мертвенно-бледное лицо в язвах; кровавое месиво на месте одного глаза; носа нет — лишь две щелочки под лохмотьями кожи. Губы разошлись в стороны, обнажив стиснутые, по-звериному оскаленные зубы. Переводя взгляд с Эл на Люси, мужчина злобно посверкивал уцелевшим глазом. Потом он, булькая — от чего Эл вздрогнула, — произнес всего несколько слов, настолько неуместных, что от этого стало только страшнее: — Сунул нос в чужой вопрос. Отхватили — как не рос. Из груди Люси вырвался тихий крик. Она даже не слышал его, просто почувствовала. Эл стояла рядом, пригвожденная к месту, не сводя луча фонарика со страшного незнакомца. Тот тяжело шагнул им навстречу, размахивая для равновесия правой рукой. — Сунул нос в чужой вопрос. — В горле у него с отвратительным звуком лопнул пузырь слизи. — Отхватили — как не рос . Затаив дыхание, Люси ждала, что предпримет Эл. — Ясно вам? — спросило страшилище, пытаясь вылепить из оскала широкую ухмылку. Сейчас оно напоминало животное, готовое броситься на добычу. — Как не рос. Отхватили. Сунул нос в чужой вопрос. Он разразился влажным смехом, и Люси испугалась, что больше никогда не сможет спать спокойно. — Да, все ясно, — ответила Эл. — Смешно. Она ловко вытащила из рюкзака консервную банку и, прежде чем Люси успела подумать, хорошо это или надо остановить Эл, запустила ею шизу в морду. Шиз завопил, и у Люси кровь застыла в жилах. В комнату потянулись другие — сначала двое, потом трое, четверо. Мужчины и женщины, они выползали из тьмы и становились позади первого шиза. Все как один, давно перешедшие Черту. Отвратительные, пожранные Вспышкой, в язвах с ног до головы, жаждущие крови. И безносые. — Не так уж и больно, — похвалился главный шиз. — У тебя милый носик. Мне ой как хочется новый нос. Облизнув губы, псих снова оскалился. Язык его представлял собой омерзительную, покрытую шрамами пурпурную мочалку, словно шиз от нечего делать жевал его. — И моим друзьям — тоже. В груди, будто исторгнутый желудком ядовитый газ, растекся страх. Теперь понятно, во что под конец превращается инфицированный Вспышкой. Люси видела больных в финальной стадии в старом амбаре. Ужас подобрался вплотную. Лица шизов казались примитивными, лишенными последней капли человеческого. Главный псих сделал шаг навстречу Люси и Эл, потом еще. Пора бежать. Эл не сказала ни слова — да и не надо было. Едва она зашвырнула в морду шизу второй банкой, Люси развернулась и побежал вместе с ней. Эл хромала, скалилась от каждого шага но бежала уверенно, даже обгоняя Люси. Позади раздались вопли, словно боевой клич армии демонов. Луч фонаря скакал по полу и стенам, высвечивая тут и там повороты. У Люси и Эл имелось преимущество: шизы медлительны, их тела изъедены болячкой. Однако вдруг где-нибудь в глубине тоннелей беглецов поджидают другие психи? Эл остановилась, потом резко свернула направо, потянув за собой Люси. Та слегка пошатнулась, но быстро восстановила равновесие и набрала нужный темп. Злобные крики и свист поутихли. Эт взяла влево, затем вправо и погасила фонарик. — Ты что задумала? — спросила Люси; боясь врезаться в стену, она вытянула перед собой руку. Эл в ответ шикнула. Она вновь остановилась, на сей раз надолго. В темноте они с Люси тяжело дышали, восстанавливая пульс. Шизы вопили где-то позади, сокращая разрыв. — Так, — прошептал Эл. — Где-то… здесь… — Что? — Спросила Люси. — Надежная комната. — Пояснила Эл.— Убежище. Хорхе отметил его на карте. Шизы о нем не допетрят. Идем. Эл за руку протащила Люси через узкую дверь, затем потянула на пол: — Тут старый стол. Нащупал? Она положила ладонь Люси на гладкую деревянную поверхность. — Ага, есть. — Ответила Люси — Береги голову. — Подметила Эйлидх. — Проползем под столом и через небольшой желоб в стене — в убежище. Для чего оно здесь — не знаю. Шизы его не отыщут, даже с фонариком… хотя вряд ли он у них есть. Люси уже хотела спросить: как же они сами обойдутся без фонарика, — однако решила не терять времени. Эл уже ползла вперед. Опустившись на четвереньки, Люси стала пробираться следом; пальцы его при этом то и дело задевали подошвы ботинок Эл. Через квадратный желоб вползли в узкую вытянутую комнату. Люси на ощупь попыталась определить ее размеры; потолок был всего два фута высотой, и дальше пришлось тоже ползти. К тому времени как Люси добралась до Эл, девушка устроилась на боку, спиной к торцу. Она кое-как улеглась в той же позиции: лицом к выходу, спиной к Эл, чувствуя затылком дыхание девушки. — Очень удобно, скажу я тебе. — Буркнула Люси. — Молчи. Люси проползла чуть в сторону, пока не уперлась головой в стену. Притихла и стала дышать глубоко и медленно, прислушиваясь: не идут ли шизы. Поначалу от тишины, такой глубокой, звенело в ушах. Потом раздались первые звуки: кашель, случайные выкрики, дурашливые смешки — это психи с каждой секундой подходили все ближе и ближе. Люси чуть не запаниковала: как они могли загнать себя в ловушку?! — но потом, успокоившись, прикинул: шансов, что шизы отыщут комнатку в темноте, практически нет. Они пойдут дальше. Может, даже забудут о Люси и Эл. Лучше бы так: исчезнуть для шизов совсем, чем постоянно бегать от них. В худшем случае Люси отобьется, в узком-то проходе. Наверное… Шизы подошли совсем близко. Люси старалась сдерживать дыхание. Не дай Бог, выдать себя внезапным жадным вдохом. Несмотря на кромешную тьму, она закрыла глаза и напрягла слух. Шелест подошв по бетону. Хрипы, тяжелое дыхание. Кто-то постучал по стене — глухо и безжизненно. Послышались споры, безумные и невнятные. Люси разобрала только: «Сюда!» и «Нет, туда!» Потом еще кашель. Один шиз сплюнул на пол с такой силой, будто хотел избавиться от органа или двух. Разразилась полным безумия смехом женщина, и Люси вздрогнула. Эл стиснула ее руку и одарила теплой улыбкой. Мол, не переживай, прорвемся. В комнату вошел и остановился прямо перед лазом шиз. За ним — второй. Послышалось свистящее дыхание, шорох ног. Появился, подволакивая больную ногу и топая здоровой, третий урод. Не тот ли, что заговорил с ними? Псих, чьи дрожащие рука и нога отягощают тело мертвым, бесполезным грузом? — Де-евочки-и, — ядовито позвал шиз. Точно, тот самый, его голос не забудешь. —Покажитесь-покажитесь, хоть немного поскребитесь. Хочу ваши носики. — Пусто, — сплюнула женщина. — Один только старый стол. Скрип дерева по полу пронзил воздух и резко оборвался. — Может, они под ним и прячут свои носики? — ответил главный шиз. — Носики, которые еще не расстались с милыми мордашками? Люси прижалась к Эл, когда у самого лаза шаркнула нога или рука. В каком-то футе от прохода. — Нет здесь ничего! — Снова сказала женщина. Затем встала и пошла прочь Тело Люси подобралось, напряглось, как пучок туго натянутых проводов. Не забывая контролировать дыхание, она постараласт отпустить напряжение. Шорох, перешептывание. Шизы словно собрались обговорить стратегию погони. Неужто их мозги на такое способны? Люси напрягла слух, однако толком расслышать ничего не смог. — Нет! — закричал один шиз. Вожак? — Нет! Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет. Слова слились в тихое неразборчивое бормотание, прерванное женским: — Да-да-да-да-да-да-да-да. — Заткнись! — приказал вожак. Определенно вожак. — Заткнись-заткнись-заткнись! Внутри у Люси все похолодело, но кожа покрылась обильной испариной. Непонятно было, имеет ли спор шизов хоть какой-то смысл или это такое проявление безумия. — Я ухожу! — заявила женщина, всхлипнув словно ребенок, которого оставили вне игры. — И я, и я, — вторил ей другой шиз. — Заткнись-заткнись-заткнись-заткнись! — на сей раз громче проорал вожак. — Пошли прочь, пошли прочь, пошли прочь! Бесконечное повторение слов и фраз перепугало Люси. Как будто в мозгу у шизов отключилась функция контроля над речью. Эл еще крепче стиснула ее руку и от ее дыхания на вспотевшей коже ощущался легкий холодок. Зашаркали по бетонке ноги, зашелестела одежда. Звуки резко стихли. Психи удалились в коридор (тоннель или как оно там называется?) вслед за дружками. Вновь воцарилась тишина, и Люси слышала только дыхание — свое и Эл. Лежа на твердом полу, прижимаясь друг к другу, лицом к маленькому проходу, истекая потом, две девушки ждали. Тишина затянулась, в ушах опять зазвенело, но Люси продолжала вслушиваться. Как бы ни хотелось покинуть тесную комнатушку, она должна была убедиться, что опасность окончательно миновала. Прошло несколько минут. Потом еще немного. Ничто не тревожило тишины Подвалов. — Ушли, — прошептала Эл и включила фонарик. — Привет, носики! — завопил отвратительный голос. В лаз метнулась окровавленная рука и схватила Люси за рубашку. Люси заорала, отбиваясь от покрытой струпьями и язвами руки. Глаза еще не привыкли к яркому свету фонарика. Прищурившись, он посмотрел на пальцы шиза. Тот рванул Люси на себя, и она ударился лицом о бетон. Вокруг носа полыхнула жуткая боль. Потекла кровь. Шиз чуть ослабил хватку и снова рванул Люси на себя. Ослабил — рванул, ослабил — рванул. И так снова и снова. Люси билась лицом о бетонную стенку. Невероятно, откуда у шиза столько силы?! В его-то прогнившем теле! Эл, достав нож, пыталась переползти через Люси и выбрать позицию для удара. — Аккуратней! — крикнула Люси, увидев нож в опасной близости от себя, поймала шиза за запястье и попробовала выкрутить его, ослабить железную хватку. Куда там! Сумасшедший продолжал дергать девушку на себя. Закричав, Эл наконец перебралась через Люси и вонзила сверкнувшее лезвие шизу в предплечье. Тот издал демонический вопль и отдернул руку, оставляя на полу дорожку из капель крови. Выбежал в коридор, по которому разнеслось эхо криков боли. — Нельзя его отпускать! — сказала Эл. — Быстрей, вылезаем! Все тело ныло, но Люси понимала: шиза точно нельзя упустить. Она извернулась, готовясь выскользнуть из лаза. Если вожак доберется до своих, Люси и Эл несдобровать. Психи наверняка услышали звуки возни и крики главного. Самое трудное было просунуть плечи и голову, дальше легче — Люси использовала стену для рывка. Она вылезла, не отрывая взгляда от психа, ожидая атаки. Шиз валялся всего в нескольких шагах от лаза, прижимая раненую руку к груди. Как только взгляды Люси и шиза пересеклись, последний оскалился и, совсем как дикий зверь, зарычал. Люси хотела было встать, но ударилась головой о днище стола. — Кланк! — ругнулась она, выбираясь из-под старой деревянной конструкции. Через мгновение и Эл присоединилась к ней. Вместе они встали над шизом, который скрючился в позе эмбриона и подвывал. Из раны натекла порядочная лужица крови. Держа в одной руке фонарик, Эл нацелила на психа острие ножа. — Лучше б ты смылся со своими дружками-уродами, старик. — Решительно сказала Эл. — Зря с нами связался. Извернувшись, мужчина с невероятной силой ударил Эл ногой. Девушка врезалась в Люси, и вместе они повалились на пол. Чиркнули по бетонке нож и фонарик; на стенах заплясали тени. Поднявшись на ноги, шиз похромал к ножу. Люсм нырнула вперед, перехватывая урода поперек колен. Падая, тот заехал Люси локтем в челюсть Подскочила Эл и дважды ударила шиза в лицо. Оглушенный, он не сопротивлялся, когда девушка рывком уложила его на живот и стала выкручивать руки. Псих дернулся было, но Эл крепко прижала его коленями к полу. Противник издал пронзительный, полный чистого ужаса крик. — Надо убить его! — сказала Эл. Стоя на коленях, Люси обреченно взирала на происходящее. — Что? — В полнейшем ступоре, истощенная, девушка не понимала, чего от нее требуют. — Бери нож! — Эл переходила на крик. — Психа надо убить! Шиз орал неестественным, нечеловеческим голосом. Хотелось бежать отсюда, зажав уши. — Ну же, Люси! Люси подползла к ножу, взяла его и, посмотрев на лезвие в карминовой смоле, обернулся к Эл. — Быстрей! — поторопила она, взбешенная ее медлительностью. Еле передвигая ногами, Люси приблизилась к Эл. Нож она держала так, будто лезвие было смазано ядом. Или будто коснуться его значило подхватить сотню болезней, гарантирующих долгую смерть в агонии. Прижатый к полу, шиз продолжал вопить. Заметив, каким взглядом Люси смотрит на психа, Эл решительно произнесла: — Я переверну его. Коли прямо в сердце! Люси чуть было не замотала головой, но сдержалась. Выбора нет. Убить шиза надо. Вскрикнув от натуги, Эл повалилась на правый бок. Невероятно, но, перекатываясь вслед за ней, псих заорал еще громче. Он выгнулся, буквально подставляя грудь под удар. — Бей! — скомандовала Эл. Люси перехватила нож покрепче. Затем для надежности взялась за рукоятку второй рукой. Надо, надо… — Бей же! — Кричала Эл. Шиз вопил. Пот в три ручья стекал по лицу Люси. Сердце колотилось, громыхало в груди. Глаза жгло от соли. Тело ныло. Нечеловеческие крики разносились по подземелью. — Бе-ей! — Визжала Эл. Вложив в удар всю силу, Люси вогнала нож психу в грудь. Следующие полминуты стали поистине ужасными. Шиз бился в конвульсиях, задыхаясь и плюясь. Эл держала его, пока Люси вворачивала нож, вгоняла лезвие глубже и глубже. Псих не спешил умирать: свет безумия долго горел в его здоровом глазу, — силы, желание жить покинули его далеко не сразу. Наконец пораженный Вспышкой человек умер, и Люси подалась назад. Все ее тело напряглось, будто моток ржавой проволоки. Люси судорожно хватала ртом воздух и боролась с приступом дурноты. — Пора уходить, — сказала Эл, вскочив на ноги. — Остальные придут на шум. Пошли. Как же быстро она забыла о содеянном, как скоро оправилась! С другой стороны, выбора не было. Первые крики, звуки погони разнеслись по коридору, словно смех гиен по каньону. Люси заставила себя подняться на ноги, задавить чувство вины, которое грозило пожрать ее. — Ладно. — Согласилась Люси. — Хочу на свет. Плевать, что снаружи. Хочу на свет. Немедленно. Спорить Эл не стала. Просто повела Люси дальше. Миновав несколько поворотов, они вышли к длинной металлической лестнице — та уводила прямо на поверхность, к чистому небу. За спиной раздались крики шизов: смех, вопли, гогот, редкие взвизги. Пришлось попотеть, чтобы открыть люк, но вот он сдвинулся с места и беглецы вылезли наружу, в серые сумерки, оказавшись в окружении невероятно высоких зданий: дома тянулись во всех направлениях. Кругом лежал мусор, кое-где — трупы. В воздухе витал запах разложения, пыли. Стояла жара. И нигде ни души. Ни одного живого человека. На мгновение Люси испугалась, что трупы — это ее друзья, однако порченные тленом тела принадлежали взрослым мужчинам и женщинам. Эл медленно обернулась вокруг, пытаясь сориентироваться. — Так, горы, похоже, в той стороне, — указала она в направлении одной из улиц. — Уверена? — спросила Люси. Сама она среди огромных, скрывающих солнце зданий затруднялся определить, где север. — Уверена. — Кивнула Эл. — Пошли. Шагая по пустой длинной улице, Люси оглядывалась на каждое разбитое окно, на каждый дверной проем в надежде увидеть Ньюта и глэйдеров. И в надежде не повстречать шизов. Шли до наступления темноты, стараясь не попадаться никому на глаза. Люси услышала чей-то крик, из домов то и дело раздавался грохот. Однажды дорогу перебежала группа людей, но они были так далеко, что вряд ли заметили Люси и Эл. Перед самым закатом молодые люди свернули за угол и увидели примерно в миле от себя край города. Здания резко заканчивались, и дальше во всем своем величии высились горы. Отсюда они смотрелись заметно крупнее. Голые каменистые склоны, и никаких снежных шапок на пиках, которые Люси вдруг смутно припомнила. — Идем до конца? — спросила Люси. Эл в это время искала убежище. — Хотелось бы… — Кивнула Эл.— Во-первых, ночью по городу шататься опасно. Во-вторых, если идти, то до самых гор, что нам вряд ли удастся. Только в горах можно будет отыскать укромное местечко. Как ни боялась Люси ночевать в городе, но вынуждена была согласиться. Тревога за Ньюта и остальных выедала ее изнутри. — Ладно, — произнесла она вяло. — Куда идем? — Не отставай. Эл завела ее в тупик, к высокой кирпичной стене. Люси показалось сумасшествием спать в месте с одним-единственным выходом. Эл же убедила ее в обратном: шизы не станут искать жертву в тупиковом переулке. К тому же здесь стояло несколько больших ржавых грузовиков, и в них можно было спрятаться. Для ночлега выбрали машину, с которой сняли все, что могло пригодиться в хозяйстве. Люси забралась в просторную кабину и села со стороны водителя на порванное мягкое кресло, отодвинув его как можно дальше от приборной панели, — оказалось неожиданно удобно. Эл устроилась справа, на пассажирском сиденье. Как только стемнело, снаружи через выбитые окна донеслись крики выходящих на охоту шизов. Изможденная, Люси чувствовала боль во всем теле. Чуть ранее она попыталась смыть с рук кровь убитого, но Эл, взбесившись, заорала, что нечего попусту расходовать воду. Люси невыносимо было видеть кровь у себя на ладонях. Сердце опускалось каждый раз, как она вспоминала об убийстве. Сидя в темноте, прислонившись головой к дверце кабины, Люси целиком, с неотвратимой ясностью осознала содеянное. — За день я убила двоих, — прошептал она. — Ну да, убила, — тихо ответила Эл. — Либо ты его, либо он тебя. Ты правильно поступила, не сомневайся. Хотелось верить ее словам. Тот шиз окончательно спятил и вскоре умер бы от болезни. К тому же он всеми силами пытался навредить Люси и Эл. Убить их. Люси оборонялась, хотя понимание собственной правоты не притупило чувства вины. Убить человека… с таким нелегко смириться. — Знаю, — сказала наконец Люси. — Просто это… так жестоко. Бесчеловечно. Было бы проще застрелить его. — Ага. — Буркнула Эл.— Жаль, что вышло так, как вышло. — А вдруг я буду видеть его харю во сне? Постоянно? — Она разозлилась на Эл. Пока Люси решала, так ли убийство необходимо, она заставила его пырнуть шиза. Эл повернулась к нему, и в лунном свете стали видны ее серые глаза и чумазое личико. — Люси? — позвала девушка, заметив ее отсутствующий вид. — А? — Ты спас не только свою шкуру. — Напомнила Эл. — Ты и меня спас. Вряд ли я справилась бы в одиночку. Люси кивнула. Сердце разрывалось от боли: все друзья пропали. Сама Люси на полпути к Правой Руке, спит в кабине грузовика с девушкой, которую в команде считают злейшим врагом, а грузовик — посреди города, наводненного кровожадными психами. — Ты с открытыми глазами спишь? — спросила Эл. Люси попробовала выдавить улыбку. — Нет. — Ответила Люси. —Задумалась, как все хреново. — Не у тебя одного все хреново. — Напомнила Эл. — И у меня хреновее некуда. Но я рада, что встретила я сейчас не одна. — И я рада. — Хмыкнула Люси. — В одиночку было бы еще хуже. — Он обещал убить Дженсона. — Тихо сказала Эл. Ошарашенная внезапной сменой темы, Люси подняла голову. — Что? — Встрепенулась Люси. Эл медленно кивнула. — Хорхе. — Пояснила она. — Он утверждает что виделся со мной за пару дней до того как ПОРОК… убил меня. Не знаю что я могла ему такого сказать но сразу после разговора Хорхе смачно избил Дженсона — Эл тихонько хихикнула. — За это его и уволили. В бледном свете луны у нее на глазах блеснули слезы. — Ты серьезно хочешь его смерти? — Спрямила Люси. — Ага. — Кивнула Эл. — Я все понимаю: он воспитал и заменил мне отца. — Эл поморщилась. — Но я не могу просто взять и простить его за все. Одно дело осознавать что моя голова сплош напичкана чипами, ради того что бы мозг мог функционировать, другое дело осознавать что мне сознательно изменили воспоминания. — Господи… — Люси не знала, что сказать. — Но Дженсон не вызвал у меня какой то симпатии. Может быть будет лучше если Хорхе сдержит свое слово. — Возможно. — Ответила Эл а после метнула обеспокоенный взгляд на Люси. — Тебе нужно поспать. Выглядишь отвратно. Люси даже на посмеялась. Попытавшись поудобнее устроится на сидении Люси практически моментально провалилась в сон. Пустой сон. Словно Люси на секунду открыла глаза а потом открыла, но при ярком утреннем свете. Она зажмурилась, привыкая к свете но вскоре обнаружила что Эл рядом не было. Люси быстро выбралась из машины. Тело болело то ли от пробежки по подвалам, то ли от неудобного сна в машине. Она подметила, что на улице было тихо: ни криков шизов, ни, самое печальное, возгласов друзей. Впрочем, одного друга она нашла довольно быстро. — Доброе утро. — Сонным голосом сказала Люси. Эл сидела, прислонившись спиной с колесу машины, и с каким то мрачным видом смотрела в землю. — Доброе. — бессвязно ответила Эл. — Что то случилось? — Искренни спросила Люси. — Вы были правы. —Решила Эл. — О чем ты? — Недоумевала Люси. — О том, что я субъект. — Эл протекла лицо рукой. — Я порылась в данных Хорхе и нашла пару интересных моментов. Тебе лучше самой посмотреть. Эл нажала, что то на мужских черных часах и неожиданно высветилось гало графическое поле. На нем красовалось фото Эл а рядом было поле с текстом, что гласило: «Эйлидх Белевор. Субъект А-Б-1. Как во время испытания та и до него показала себя как двуличный и лицемерный человек. Субъектом легко манипулировать. Благодаря харизме и неплохому актерскому мастерству была выбрана на роль подставного субъекта. Эйлидх охотно шла на контакт с Создателями взамен на предоставленную безопасность. Для достижения защиты готова на что угодно: врать, льстить и становиться подстилкой для более сильных субъектов. К концу испытания отказалась от ранее составленного контракта. Склонна к предательству. Рекомендована к уничтожению или полностью удаления прежних воспоминаний, дабы сохранить дееспособность ценного и умного сотрудника ПОРОКа. Сила: 4/10 Ловкость: 9.5/10 Харизма: 9/10 Лидерские качества: 8/10 Опасность: 10/10» — Ого. — Выдохнула Люси. — теперь ясно что с тобой сделали. — Ну хоть одной загадкой меньше. — Согласилась Эл. — Но это еще не все. Во время испытания, как и у остальных подставных субъектов, у меня была возможность связаться с сотрудниками. В большинстве случаев переживали простые письма с ответами, но я обнаружила еще пару сообщений адресованных именно Хорхе. Ничего особенного: такие же отчеты и небольшие рассказы о жизни в лабиринте. — А там можно? — Поинтересовалась Люси, усаживаясь рядом. — Ну. Во время испытаний общаться с сотрудниками. А вдруг они могли передать какую то информацию? — В этом и суть: передача информации. — Хмыкнула Эл. — Но большинство использовали такую возможность для встречи с друзьями или нормальной еды. Во время одной такой встречи мне удалось засеять одно видео. Хочешь посмотреть? — Конечно. — Воскликнула Люси. — Почему то другого ответа я не ждала. — Грустно выдохнула Эл. Очередным движением она вызвала поле. На нем она так же видела Эл. Ту Эл которую она запомнила в лабиринте. В сером пальто, красной рубашке и нелепых кожаных очках. А самое главное с огромными искрящимися глазами. Позади она увидела привычные стены лабиринте. Люси без труда смогла определить в какой секции она находится. Седьмая. Девушка на видео села напротив камеры и пару секунд смотрела пустым взглядом в пол а потом резко рассмеялась. — Я даже на знаю как начать это видео. — Призналась Эл с послания. — Начну, наверное, как и всегда. — Эл резко выпрямитель и нацепила важный вид. — Меня зовут Эйлидх Бэлевер, я врач и ученый департамента ПОРОК. Если ты сейчас смотришь это видео то вероятнее всего я уже мертва. Точнее, та версия которую ты видели сейчас. Наверное ты не помнишь ни меня, ни своих друзей. — Эл хмыкнула.— Но у этого есть объяснение. Мы с тобой прошли против них. Против создателей. Я торчу на испытании уже гребанный четвертей год а дети все умирают и умирают. Я уже и не вспомню имена все тех, кто умер ради их благой цели. Я давно уже решила перестать сотрудничать с ПОРОКом, но решилась я только сейчас. Как только я закончу с этим небольшим посланием то отправлю им письмо о том, что прекращаю с ними сотрудничать. Вероятнее всего они уничтожат меня. Я обладаю большим набором знаний и секретом, мы обе понимаем что выпускать меня в мир нельзя. Не волнуйся, с нами они вряд люди сделают что то сериальное. В ПОРОКе работают лучшие из лучший, вроде нас с тобой. Они запросто могут лишить меня воспоминаний и вернуть на место. Но я хочу чтобы ты запомнило самое главное. — Эл Приблизилась к камере. — Гарриет, Соня, Хорхе, Бренда, Ньют, Минхо и Люси. Если они живи доверяй только им. Я надеюсь что мое послание нашло тебя вовремя и Хорхе по моим советам ушел из департамента. Взгляни на меня: они превратили меня из ученого в дикую девчонку. Я надеюсь что ты понимаешь кто твой настоящий враг. У меня мало времени. Скоро моя история закончится но я верю что ты станешь лучшей версией нас. Береги тем кому доверяешь. И помни: ПОРОК — это хорошо, но хороший ПОРОК нужно будет создать тебе. — Воу. — Удивилась Люси. — Не знала что ты так можешь. — И я. — Согласилась Эл. — Я не узнаю себя. Словно я смотрю на совершенно другого человека. Решительно, смелого и сильного. Я не такая. — Еще какая! — Люси похлопала свою подругу по плечу, та в ответ по морщилась. — Это тоже еще не все. — Промямлила Эл. — Взгляни туда. Эл мотнула головой в сторону стены. Люси только сейчас заметила что на ней была какая то табличка. То что такая же как в лабиринте… ЭКСПЕРИМЕНТ «ТЕРРИТОРИЯ ОБРЕЧЕННЫХ». ПРОГРАММА ОПЕРАТИВНОГО РЕАГИРОВАНИЯ. ОБЩЕМИРОВАЯ КАТАСТРОФА». Та же тусклая поверхность, тот же шрифт. Только слова иные; Люси пялилась на них минут пять, пока наконец не сообразила, о чем они сообщают: «ЛЮСИ, ИСТИННЫЙ ЛИДЕР — ТЫ». Если бы не Эл, Люси так и проторчала бы перед табличкой остаток дня. — Я все ждала подходящего момента, чтобы рассказать о ней, — заговорила девушка, окончательно выдергивая Люси из задумчивости. Вздрогнув, она повернулась к ней. — Что? — Недоумевала Люси. — Ты о чем? Эл смотрела на табличку, не на Люси. — Хорхе рассказал о них. — Ответила Эл. — Услышав, как тебя зовут, он, наверное, сразу решил испытать удачу и проводить тебя через город до этой твоей Правой Руки. — Эл, о чем ты? Наконец она оторвалась от созерцания таблички и посмотрела Люси в глаза. — Такие знаки — по всему городу, и надпись на них одна и та же. — Пояснила Эл. Колени у Люси подогнулись, и она, опустившись на землю, привалилась спиной к стене. — Как… как такое вообще возможно? — Недоумевала Люси. — Табличка-то уже давно висит… — Без понятия, — ответила Эл, присаживаясь рядом. — Хорхе эти знаки ни о чем не говорили. Зато когда прибыла наша компания и ты назвалась… В общем, он сразу понял: совпадения быть не может. Люси вздохнула. Как же ей это все надоело… — Еще одна часть бессмысленного кошмара. — Сказала она. Выгнув шею, Эл посмотрела на табличку. — Как ты могла не знать, о чем здесь говорится? — Засомневалась Эл. —Проще ведь не бывает. Ты истинный лидер а не эта выскочка Минхо. Эл издала саркастичный смешок, и оба погрузились в молчание. Несколько минут они просидели в мирной тишине, которую вдруг прервали приглушенные удары. Люси насторожилась. — Слышишь? — спросил она, обратив все внимание на странный звук. Чуть склонив голову набок, Эл застыла, прислушалась. — Ага. — Согласилась Эл. — Будто кто-то в барабан бьет. — Похоже, игры закончились. — Люси поднялась и помогла встать Эл. — Как по-твоему, что это? — Что-то очень плохое. — Нахмурилась Эл — А может, друзья наши? Низкое бум-бум-бум доносилось отовсюду, его эхо витало в переулке, отражаясь от стен. Однако через несколько секунд Люси поняла: исходит оно из угла. И невзирая на риск, она кинулась в конец тупика. — Что ты делаешь? — попыталась остановить ее Эл. Люси остановилась у стены из колотых кирпичей. Тут же спускались под землю, к старой деревянной двери, четыре ступеньки. Над дверью имелось крохотное прямоугольное окошко: сверху, словно последний зуб, торчал единственный осколок стекла. Изнутри доносилась музыка — жесткая, быстрая, с мощными басами и визжащими гитарами. К общей какофонии примешивались смех и нестройное пение. Люси стало очень не по себе. Подобное веселье отнюдь не в духе друзей Люси. Видно, шизы не только за чужими носами охотятся. — Уходим отсюда, — сказала Люси. — Думаешь? — ответила Эл из-за плеча. — Да пошли же. Они развернулись, готовые подняться, и застыли на месте. Всего в нескольких футах от них стояли трое: мужчины и женщина. Они подошли незаметно, когда Люси и Эл отвлеклись. При взгляде на этих троих сердце Люси ушло в пятки: грязные лохмотья, спутанные волосы, чумазые лица… правда, на теле нет ран и в глазах еще теплится искра разума. Это психи, только не конченые. — Эй вы, — позвала женщина: длинные рыжие волосы собраны в хвост, рубашка расстегнута так сильно, что Люси стыдливо прятала взгляд. — Идемте с нами, потусим. Танцы-шманцы-обниманцы. Бухла — залейся. Уловив в ее голосе подозрительный оттенок, Люси забеспокоилась. Дамочка не пыталась быть милой, она глумилась. — Э нет, спасибо, — ответила Люси. — Мы… это… просто… — Друзей ищем, — вмешалась Эл. — Мы новенькие, осваиваемся. — Добро пожаловать в Шизоленд а-ля ПОРОК, — произнес один из мужчин, страшный дылда с сальными волосами. — Не бойтесь: там, внизу, — он кивнул в сторону двери с окошком, — спятили максимум наполовину. Подумаешь, локтем в рожу съездят или пнут по кукаям. Зато не слопают. — По кукаям? — переспросила Эл. — Это как? — Я образно. — Фыркнул мужчина. —. Вам трудней придется, если вы не с нами. Вы девчонки, все такое… — Заманчивое предложение, но нам пора.— Среагировала Эл. — Друзей надо искать. Может, вернемся еще. Вперед выступил второй мужчина. Низкорослый, приятной наружности, блондин, стриженный под «ежик». — Вы дети. — Напомнил он. — Пора вам научиться жизни. Познать радость. Официально приглашаем вас на праздник. Каждое слово последней фразы он чеканил без намека на вежливость. — Еще раз спасибо, но мы вынуждены отказаться, — ответила Эл. Из кармана длиннополой куртки Блондин достал пистолет. Серебристый корпус оружия потускнел и порядком засалился, однако ужаса наводил ничуть не меньше. — Вы не поняли. — Оскалился блондин. — От нашего приглашения не отказываются. Страшный Дылда вынул нож, Хвост достала отвертку, кончик которой покрывали черные пятна (скорее всего крови). — Ну, что скажете? — спросил Блондин. — Идете с нами на праздник? Люси глянула на Эл. Девушка смотрела на Блондина так, будто готовилась совершить какую-нибудь глупость. — Поняла. — быстро ответила Люси. — Мы идем. Ведите. — Что?! — резко обернулась к ней Эл. — У них пистолет, нож и отвертка. — Напомнила Люси. — Еще глаза нам на уши натянут. — Умный у тебя девушка, — заметил Блондин. — Ну идемте же, повеселимся. — Он стволом пистолета указал на дверь. — Гости — вперед. Эл явно злилась, однако в глазах ее читалось смирение. Девушка поняла: выбора нет. — Отлично. — Фыркнула Эл. Блондин улыбнулся и в этот момент здорово напомнил змею. — Вот это дух. — Засиял Блондин. — Все тип-топ, не бойтесь. — Никто вас пальцем не тронет, — пообещал Страшный Дылда. — Если, конечно, будете вести себя как следует. Не как тряпки. К концу праздника сами к нам попроситесь. Гарантирую. Люси изо всех сил старалась не поддаться панике. — Идемте уже, — сказал она Блондину. Тот указал пистолетом на ступени. — Тебя ждем. Схватив за руку, Люси притянула Эл поближе к себе. — Идем повеселимся, дорогая, — произнесла она как можно саркастичнее. — Праздник ждет! — Милашки, — сказала Хвост. — Как увижу влюбленную парочку, так плакать хочется. Она смахнула со щек воображаемые слезы. Ни на секунду не забывая о нацеленном в спину пистолете, Люси повела Эл вниз, к старой двери. Места в узком коридорчике хватало как раз на двоих, пройти плечом к плечу. Не заметив ручки, Люси вопросительно посмотрела на Блондина, стоявшего на две ступеньки выше, и тот сказал: — Нужен условный стук. — Блондин закатил глаза. — Три раза медленно и три раза быстро кулаком и два раза — костяшками. Люси возненавидела этих людей. Возненавидела за то, как спокойно, издевательски-вежливо они разговаривают. В каком-то смысле эти шизы намного хуже безносого пугала, зарезанного Люси накануне в Подвалах. Там хотя бы понятно было, чего ждать. — Стучись, — прошептала Эл. Сжав пальцы в кулак, Люси три раза медленно ударила по двери, затем три раза быстро и, наконец, дважды постучала костяшками пальцев. Дверь открылась тотчас же, выпустив на улицу шквал оглушительной музыки. Привратником служил здоровый детина: пирсинг в ушах и в носу, татуировки по всему телу, длинные, намного ниже плеч, белые волосы. Люси не успела толком разглядеть амбала, как тот поприветствовал ее: — Здорово, Люси. — Улыбнулся амбал. —Заждались мы тебя. В следующую минуту Люси решила, что сходит с ума, — настолько перегружены были все пять чувств. Приветствие ошеломило, но не успела Люси ответить, как здоровяк втянул их с Эл в плотно набитый людьми зал и принялся проталкиваться через толпу танцующих, крутящихся, скачущих и обжимающихся тел. Музыка оглушала, от грохота барабанов, казалось, череп трещит по швам. С потолка свисало несколько фонариков; люди задевали их, и фонари, качаясь из стороны в сторону, пронзали толпу лучами света. Длинноволосый наклонился и заговорил с Люси. Детину едва было слышно, хотя он практически орал Люси в ухо. — Слава Богу, пока есть батареи! — Визжал он. — Хреново, когда они разряжаются! — Откуда ты знаешь мое имя? — проорала в ответ Люси. — Зачем меня ждали? — Всю ночь за тобой следили! — Засмеялся амбал. — Утром через окошко увидели, как ты отреагировала на табличку! Тогда и поняли, что ты та самая знаменитая Люси! Эл обеими руками обхватила Люси за талию. Так, наверное, надеялась не отстать от нее в тесной толпе. Услышав о слежке, обняла еще крепче. Обернувшись, она заметила, что Блондин и его приятели следуют за ними по пятам. Пистолет шиз убрал, однако, понятное дело, достать мог в любой момент. Музыка ревела, басы сотрясали стены. Люди вокруг дергались в танце; клинки света пронзали воздух. Тела шизов влажно блестели от пота, и жар, исходивший от них, неприятно разогревал комнату. Где-то посередине зала Длинноволосый развернулся к Люси и Эл, хлестнув их по щекам странной белой гривой. — Ты нам очень нужна! — Клялся Блондин. — Ты особенная! Мы защитим тебя от злых шизов! Хорошо, что они не знают всего. Может, дела не так уж и плохи? Стоит подыграть этим тусовщикам: притвориться особенным шизом, — а после улучить момент и ускользнуть вместе с Эл. — Пойду принесу вам попить! — предложил Длинноволосый. — Веселитесь! Он растворился в плотной массе извивающихся тел, но Блондин с приятелями никуда не исчез. Втроем они стояли, неотрывно глядя на Люси. Хвост махнула ей рукой. — Потанцуем? — крикнула она, хотя сама пускаться в пляс не спешила. Люси не без труда развернулась лицом к Эл. Надо было поговорить. Эл словно прочла ее мысли и, обхватив руками за шею, приникла губами к уху. От горячего дыхания девушки покалывало покрытую испариной кожу. — Как же мы вляпались в это дерьмо? — спросила Эл. Не зная, что делать, Люси обняла ее за талию, ощутила тепло тела сквозь пропитанную потом одежду. И в то же время ее мучило чувство вины и тоска по Ньюту. — Еще час назад я о таком и помыслить не могла. — произнесла она на ухо Эл, проводя носом по щетине волос. Зазвучала новая мелодия — нечто пронзительное и тоскливое. Ритм замедлился, бой барабана как будто стал глубже. Слов разобрать не получалось, однако солист пел о чем-то ужасно трагичном, печально завывая и беря высокие ноты. — Может, останемся на какое-то время? — предложила Эл. Люси сама не заметила, как они начали танцевать. Плотно прижавшись друг к другу, две девушки медленно двигались в такт музыке. — Зачем? — удивилась Люси. — Ты что, сдаешься? — Нет.— Нахмурилась Эл. — Но я устала, а здесь может быть безопаснее, чем снаружи. Хотелось верить ей. Вроде не было причин подозревать Эл в обмане, однако Люси чувствовала смутное беспокойство. Может, она заманила ее сюда? Нет, не надо придумывать. — Эл, не подводи меня. — Сказала Люси. — У нас один шанс спастись — дойти до гор. Там нас ждет безопасность. — В спасение так трудно поверить. — Эл вновь замотала головой. — Трудно надеяться на что-то. — Не говори так. — Люси не хотела думать как она. Не хотела слышать подобных речей. — Если там безопасность, зачем ссылать шизов сюда? — Спросила Эл. — Бессмыслица получается. Испугавшись внезапной перемены в ее настроении, Люси чуть отстранился и посмотрела ей в лицо. Глаза Эл блестели от слез. — Это ты говоришь бессмысленные вещи, — ответила Люси и замолчала. Она не хотела, чтобы ее сомнения передались Эл. — Правая Рука поможет нам. Надо… Она не договорила. Обернулась и посмотрела на Блондина. Вряд ли псих слышит их, но береженого Бог бережет. Люси снова зашептала Эл на ухо: — Говорю тебе, надо уходить. — Решительно сказала Люси. — Или хочешь остаться с людьми, которые угрожают тебе пистолетами и отвертками? Не успела Эл ответить, как вернулся Длинноволосый. В каждой руке он нес по кружке, из которых выплескивалась буроватая жидкость, когда амбала задевали танцующие. — Пейте! — Крисал он. —До дна! Люси словно пробудилась. Принять напиток от этого детины? Нет, ни за что. Притон вдруг показался девушке еще мрачнее и гаже. Эл, напротив, уже потянулась за кружкой. — Нет! — выкрикнула Люси и, осознав промах, поспешила исправиться. — В смысле, нельзя это пить сейчас. Мы так долго мотались без воды, лучше начать с нее. И… потанцуем пока. Говорить Люси старалась как ни в чем не бывало, однако внутренне сжалась, осознав, что выглядит по-идиотски. Особенно когда Эл как-то странно на нее посмотрела. В спину уперлось нечто маленькое и твердое. Не оборачиваясь, Люси поняла: это пистолет Блондина. — Я предложил выпить, — напомнил Длинноволосый. Всякое выражение любезности исчезло с его татуированного лица. — Довольно грубо отказываться от угощения. И он снова протянул кружки. Люси начала паниковать. С напитками явно что-то не так. Блондин еще сильнее вжал дуло пистолета Люси в спину. — Считаю до одного, — произнес он Люси на ухо. — До одного. Отбросив все мысли, Люси схватила кружку и залпом осушила. Коричневая бурда огненным потоком полилась по пищеводу, и Люси скрутило от кашля. — Твоя очередь, — сказал Длинноволосый, протягивая пойло Эл. Глянув на Люси, девушка приняла напиток и влила в себя, даже не поморщившись, только слегка прищурившись. Забрав кружки, Длинноволосый осклабился. — Вот это я понимаю! — Сиял он. — Теперь идите плясать! Что-то странное начало твориться в животе у Люси. По телу разлилось приятное, успокаивающее тепло. Крепко обняв Эл, она вернулась с ней в толпу. Каждый раз, когда губы подруги касались ее шеи, Люси ощущала прилив удовольствия. — Что нам дали? — спросила она заплетающимся языком. — Какую-то гадость, — ответила Эл. Люси почти не услышала ее. — Да еще подмешали что-то. Я себя странно чувствую… Да, странно… Комната вдруг начала вертеться, гораздо быстрее, чем кружились в танце Люси и Эл. Лица смеющихся людей вытягивались, рты превращались в черные дыры. Музыка замедлилась, звук и голос певца стали глубже и гуще. Отстранившись от Люси, Эл обхватила ее лицо ладонями и окосевшим взглядом посмотрела ей в глаза. Как она прекрасна. Прекраснее Люси никого и ничего на свете не видела. Вокруг начала смыкаться тьма, разум гас. — Может, так даже лучше? — произнесла Эл, и слова противоречили мимике. Голова девушки двигалась по кругу словно отделенная от шеи. — Может, получится прибиться к ним? Будем счастливы, пока не сдохнем от старости. — Она улыбнулась неестественной, отвратительной улыбкой. — А если нет то просто будет счастливы. — Нет, Эл, — ответила Люси и услышала собственные слова как будто со стороны, словно они звучали из недр бесконечного тоннеля. — Не говори… — Поцелуй меня. Лю, поцелуй меня. — Плотнее обхватив щеки Люси, она потянула ее к себе. — Нет, — воспротивилась Люси. Эл, лицо которой начало расплываться, обиженно посмотрела на него. — Почему? — Эл выглядело как младенец, который готов разрыдаться. Мир уже почти полностью потонул во тьме. — Ты не… ты не он. — Собственный голос — такой далекий, слышно лишь эхо. — И никогда им не станешь. Отпустив Люси, Эл покинула ее — покинуло ее и сознание. *** Очнувшись в темноте, Люси почувствовала, будто ее запихнули в средневековую пыточную машину и в череп со всех сторон впиваются острые шипы. От собственного хриплого, страшного стона боль усилилась. Люси заставила себя умолкнуть. Хотела помассировать голову… и не смогла пошевелить руками. Что-то липкое держало запястья. Клейкая лента. Люси попробовала пошевелить ногами — бесполезно. Их тоже связали. Движение лишь добавило боли, Люси обмякла, застонал тихо-тихо. Сколько же они провалялись в отключке? — Эл? — прошептала она. Нет ответа. Зажегся свет. Слишком яркий, он причинял боль. Зажмурившись, Люси приоткрыла один глаз — перед ним стояли трое. Свет бил им в спину, и потому лиц Люси не видела. — Подъем, подъем, — произнес сиплый голос, и кто-то хихикнул. — Налить еще огнесоку? — предложила женщина, и вновь раздался тот же смешок. Глаза наконец привыкли к свету, и Люси огляделась. Его посадили в деревянное кресло, привязав широким скотчем руки к подлокотникам, а голени — к ножкам. Прямо перед Томасом стояли двое мужчин и женщина: Блондин, Страшный Дылда и Хвост. — Почему просто не мочканули меня в переулке? — Поинтересовалась Люси. — Мочкануть тебя? — переспросил Блондин. Прежде его голос звучал не так сипло. Наверное, последние несколько часов он проорал на танцполе. — Мы кто, по-твоему, мафиози из двадцатого века? Если б мы тебя хотели прибить, ты бы давно валялся в луже крови. — Мертвый ты нам не нужна, — вмешалась Хвост. — Мертвое мясо невкусное. Нам нравится поедать наших жертв, пока они дышат. И пока они не истекли кровью, мы спешим оторвать мясца побольше. Ты не поверишь, какое оно сочное и… сладкое. Страшный Дылда и Блондин засмеялись. Правду говорит Хвост или издевается? Не важно, главное — Люси перепугалась. — Она прикалывается, — заверил его Блондин. — Людей мы едим только от безнадеги. Человечина на вкус как поросячье говно. Страшный Дылда заржал. Не засмеялся, не захихикал — заржал. Нет, эти трое говорят неправду. Гораздо больше Люси беспокоило, насколько они… съехали с катушек. Блондин улыбнулся — первый раз с момента встречи. — Снова шутим. — Улыбался Блондин. — Мы не настолько конченые шизы. Однако готов поспорить, что человечина на вкус омерзительна. Страшный Дылда и Хвост кивнули. Господи, да они уже начали скатываться в безумие… Слева кто-то застонал, и Люси обернулась. В углу, точно так же связанная скотчем, сидела Эл. Правда, ей и рот залепили. Наверное, пыталась отбиться, перед тем как потерять сознание. Очнувшись и увидев троих шизов, девушка замычала и принялась яростно извиваться в кресле. В глазах ее горел огонь. Блондин ткнул в ее сторону стволом пистолета, который возник в руке шиза словно по волшебству. — Молчать! — Кричал Блондин. — Молчать, или твои мозги украсят стенку! Эл притихла. Люси думала, что она разноется или захнычет, но нет. Вообще глупо было ожидать от нее подобного поведения. Она доказала, насколько крута Опустив пистолет, Блондин произнес: — Отлично. — Хмыкнул он. — Боже, надо было эту девку пристрелить еще там, наверху, как только она заорала и начала кусаться. — Он глянул на красный дугообразный шрам у себя на предплечье. — Она с ней, — напомнила Хвост. — Ее тоже пока нельзя убивать. Притащив от дальней стены стул, Блондин сел. Его примеру последовали остальные шизы — с явным облегчением, словно дожидались разрешения много часов. Руку с пистолетом Блондин положил на бедро, дулом в сторону Люси. — Так-с, — произнес он. — Нам с тобой предстоит о многом поговорить. Не жди обычной трепотни. Напортачишь или откажешься отвечать — прострелю тебе ногу. Затем вторую. После третьего косяка выстрелю в лицо твоей подружке. Постараюсь попасть между бровок. Что будет, если выбесишь меня в четвертый раз, ты, наверное, понял? Люси кивнула. Она-то считала себя крутой, надеялась, что психам не сломить ее но… здравый смысл утверждал обратное. Люси одна, без оружия, без союзников, привязана к креслу. Хотя, если по правде, ей скрывать нечего. Она ответит на все вопросы. Чем бы ни грозила откровенность, пулю в ногу не хочется. Блондин вряд ли блефует. — Первый вопрос. — Блондин поднял палец. — Кто ты и почему твое имя на табличках, развешанных по всему сраному городу? — Меня зовут Люси. — Едва услышав ее имя, Блондин скривился от злости, и Люси тут же осознала ошибку. — Ладно, ладно, как меня зовут, вы и так знаете. А как я сюда попал — история жуткая, и вряд ли вы в нее поверите. Хотя, клянусь, это чистая правда. — Разве ты прибыл сюда не на берге, как и все мы? — спросила Хвост. — На берге? — Люси мотнула головой. — Нет. Мы сбежали от ПОРОКа. Мы материал для их опытов или экспериментов. Я сама толком ничего не знаю. Всем нам… стерли память, и ко мне она вернулась лишь частично. Секунду Блондин смотрел будто сквоз Люси на стену. — Я работал юристом еще до вспышек и пандемии, и вижу врунов, потому что в своем деле был очень, очень хорош. Как ни странно, Люси расслабилась. — Значит, понимаешь, что я не… — Спросила Люси. — Да-да, понимаю. — Закивал Блондин. — И теперь жду всей истории. Выкладывай. И Люси заговорила. Чутье подсказывало, что этим шизам открыться можно, — они точно, как и все в пустынном городе, сосланы сюда доживать последние годы, отмеренные страшной болезнью. Как и другие, они лишь пытаются добиться преимущества, отыскать выход. А поимка человека, о котором говорят знаки по городу, — неплохой первый шаг. На их месте Люси поступила бы точно так же. Только обошлась бы по возможности без пистолетов и пут. Большую часть истории Люси рассказала накануне Хорхе — то же решила поведать и шизам. О Лабиринте, побеге, амбаре и смерти друга. Особенно она выделила часть про спасение в горах. Раз не вышло пересечь город с помощью Хорхе, так может, подсобят эти шизы? Стоило же спросить о других глэйдерах, — как психи ответили: нет, таких не встречали. Закончив и остановившись на встрече в переулке, Люси глубоко выдохнула и поерзала. — Развяжете меня? — Попросила она. В руке у Страшного Дылды что-то сверкнуло. Оказалось, это очень острый с виду нож. — Что скажешь? — спросил Страшный Дылда у Блондина. — Почему бы и не развязать? — Все время, пока Люси говорила, Блондин сохранял невыразительное лицо. Невозможно было определить, верит он рассказу или нет. Страшный Дылда уже встал и наклонился над Люси, выставив перед собой нож, как вдруг сверху раздался шум: удары, крики, топот сотен пар ног, безумная беготня, прыжки, опять удары и крики. — Нас нашли, — внезапно побледнев, сказал Блондин и, вскочив со стула и знаком велев дружкам следовать за ним, бросился к лестнице в тени. Хлопнула дверь, и Люси с Эл остались одни. Хаос наверху продолжался. До смерти перепуганная, Люси посмотрела на Эл. Та сидела смирно и прислушивалась к звукам с первого этажа. Кляп у нее изо рта не вынули, и, встретившись взглядом с Люси, девушка смогла только выгнуть брови. Люси прикинула шансы, и расклад ей не понравился: они с Эл одни, привязаны к креслам, а шизы с дискотеки не чета конченым психам вроде мистера Носа. — Что, если это конченые шизы? — проговорила Люси. Эл пробормотала что-то сквозь ленту скотча. Напрягая все мускулы, Люси начала маленькими рывками передвигать свое кресло поближе к Эл. Она преодолела фута три, когда возня наверху внезапно утихла. Люси замерла и посмотрела на потолок. Тишина длилась несколько секунд. Потом наверху зашаркали шаги. Раздался громкий удар, еще один, третий, как будто кто-то швырял тела на землю. Открылась дверь у верха лестницы, и по ступенькам громко и тяжело затопали. Люси с замиранием сердца ждала, кто появится из темноты. Наконец фигура вышла на свет. Минхо. Грязный, весь в крови, с обожженным лицом. В обеих руках по ножу. — А вы недурно устроились! — Засиял азиат. Люси не могла вспомнить, когда последний раз лишался дара речи. — Что… — Недоумевала Люси. — как… Минхо улыбнулся. Добрый знак, особенно если учесть, как ужасно друг выглядит. — Мы только что нашли вас. — Объяснил Минхо. — Или вы думали, мы позволим этим кланкорожим навредить вам? За вами должок. — Эл только смогла закатить глаза: Люси даже была рада что подруге не может сказать какие то язвительные комментарии. — Большо-ой должок. Подойдя, он принялся перерезать путы. — Что значит — вы только что нашли нас? — От счастья хотелось смеяться как последнему дураку. Люси не просто уцелела, еще и друзья оказались живы-здоровы. Они живы! Не переставая резать полоски скотча, Минхо ответил: — Хорхе вел нас по городу, избегая шизов и находя тайники с едой. — Освободив Люси, он перешел к Эл и продолжил говорить уже через плечо: — Вчера утром мы распределились и стали искать вас. Фрайпан забрел в этот переулок и увидел, как шизы угрожают вам пистолетом. Потом вернулся, доложил обо всем, и мы взбеленились. Составили план. Когда мы напали, тусовщики дрыхли или просто не могли двигаться от усталости. Сорвав с себя остатки пут, Эл вскочила на ноги и, не обращая на Люси внимания, крепко обняла Минхо. — Воу-воу! — Вскрикнул азиат, не прекращая широко улыбаться. — Полегче, принцесса! — Спасибо что спас меня. — А потом метнула короткий взгляд на Люси. — Точнее нас. — Всегда пожалуйста. — Кивнул Минхо. — Но за тобой все равно должок. Эл закатила глаза и покинула помещение. Люси встала, но тут же вновь закружилась голова, перед глазами поплыло, накатила дурнота и она шлепнулась обратно в кресло. — Боже… — Застонала Люси. — у кого-нибудь есть аспирин? Минхо в ответ рассмеялся. Эл удалилась к подножию лестницы и встала там, скрестив на груди руки. Сразу видно: злится. И Люси вспомнила последние адресованные ей слова. Ч-черт! Она сказала, что Эл не Ньют и никогда ею не станет. — Эл? — робко позвала Люси. — Все хорошо? Про жуткий танец и откровенные разговоры при Минхо — ни слова. Эл кивнула не оборачиваясь. — Ладно. Идем, хочу увидеть Хорхе. — Говорила Эл рублеными фразами, без эмоций. Люси застонала, довольный, что, если спросят, сослаться можно на головную боль. Эл бесится, еще как. Хотя «бесится» не совсем верное слово: ей обидно. Или Люси придумывает и Эл на самом деле плевать, и это осередной план ПОРОКа создать конфликт в команде? Минхо предложил ей руку. — Давай, чувак. — Говорил Минхо. — Головка бо-бо, ага, но я не знаю, сколько еще получится сдерживать пленников. — Пленников? — Переспросила Люси. — Как ни зови их, а рисковать нельзя. — Фыркнул Минхо. — Мы не отпустим шизов, пока сами не скроемся. Наверху шесть наших держат двадцать человек. И психи, скажу я тебе, ни разу не счастливы. Скоро им в голову взбредет, что можно подняться с пола. Как только с бодуна оправятся. Люси встала, на этот раз чуть медленнее. Боль в голове пульсировала барабанным боем, с каждым ударом так и норовя выдавить глазные яблоки. Смежив веки, Люси подождала, пока комната перестанет кружиться, потом втянула полные легкие воздуха и произнесла: — Сейчас пройдет. Улыбнувшись, Минхо заметил: — Вот это мужик — Смеялся Минхо. — Пошли. Вслед за другом Люси подошела к лестнице и посмотрела на Эл. Оглянувшись, Минхо глазами как бы спросил: «Что это с ней?» В ответ Люси мотнула головой. Пожав плечами, Минхо стал подниматься, а Люси чуть задержалась с Эл. Снова посмотрел на нее. Девушка молчала и не спешила покидать помещение. — Прости, — извинилась Люси, сожалея о грубых словах. — Резковато вышло… Она подняла на нее взгляд. — Да мне плевать на тебя и твоего друга. — На удивление спокойно сказала Эл. —. Я просто танцевала, ловила кайф, пока не началась заваруха. Ты что, решила, будто я втюрилась в тебя? Смерть как хочу получить предложение руки и сердца? Очнись! Слова ее, полные чистого гнева, ранили так сильно, что Люси попятилась, будто ее ударили по лицу. Не успел она ответить, а Эл уже заспешила по лестнице наверх, тяжело вздыхая и гремя подошвами ботинок о ступени. Запах ударил в ноздри еще на подходе к танцполу. Воняло потом и блевотой. Всюду лежали тела: шизы спящие, шизы, свернувшиеся калачиком и дрожащие, и даже, похоже, мертвые. Хорхе, Ньют и Эрис ходили вокруг них с ножами на изготовку. Тут же был Фрайпан. Позабыв о пульсирующей головной боли, Люси ощутила облегчение и радостный подъем. — Ребята, вы куда пропали? — Спросила Люси. Что с вами было? — Эй, Люси нашлась! — проревел Фрайпан. — Живая! Ньют подошел и искренне улыбнулся. — Рад, что тебя не уконтрапупили. — Он как-то неловко обнял Люси. — Серьезно, очень рад. — И ты цел. — С какой-то неожиданной отстраненностью Люси поняла, что такова теперь его жизнь, так люди приветствуют друг друга после одного-двух дней разлуки. — Вы тут все? Куда направляетесь? Как сюда попали? — Все, все шесть. — Кивнул Ньют. — Плюс Хорхе и Бренда. Люси задавала вопросы быстрее, чем на них успевали отвечать. При виде Страшного Дылды Люси обеспокоилась. Блондин. Где он? Как не подстрелил никого из глэйдеров? Осмотревшись, она нигде не увидела светловолосого шиза. — Минхо, — шепотом окликнула Люси друга и подозвала его жестом. Когда Минхо подошел вместе с Ньютом, Люси наклонилась к ним и спросила: — Не видали типа с короткими светлыми волосами? Он тут главный. Минхо пожал плечами и взглядом попросил Ньюта ответить. — Скорее всего ушел. — Пояснил Ньют. — Если честно, горстка шизов сбежала, всех поймать не удалось. — Почему спрашиваешь? — поинтересовался Минхо. — Он опасен? Оглядевшись, Люси совсем понизила голос: — У него пушка. — Ответил Люси. — Блондин единственный, кто вооружен штуковиной поопасней ножа. И характер у него далеко не из приятных. — Кланк с ним, — отмахнулся Минхо. — Пройдет час, и мы покинем этот вшивый городишко. Кстати, пора бы делать ноги. Идемте. Лучшего предложения Люси не слышала уже несколько дней. — Правильно. — Согласилась Люси. — Хочу смыться отсюда, пока Блондин не вернулся. — Все слушаем сюда! — позвал Минхо, покидая круг и пробираясь через толпу. — Уходим прямо сейчас. Кто не с нами — лучше оставайтесь и не вздумайте преследовать нас. Целее будете. Если увяжетесь за нашей компанией — умрете. Выбор, как по мне, довольно простой. Когда, интересно, Минхо перехватил руководство у Хорхе? Поискав взглядом последнего, Люси заметила Эл. Девушка стояла у стены, потупив взгляд. Люси вновь ощутила укол вины за свои слова. — Эй, Люси! — проорал Минхо. — Чувак, проснись! Уходим! Некоторые глэйдеры уже вышли наружу, на солнечный свет. Сколько Люси провалялась в отрубе? Сутки? Пару часов? Она пошла на выход, остановившись подле Эл и слегка подтолкнув ее в сторону лестницы. Люси уже сомневалась, что девушка пойдет с глэйдерами и дальше, однако та колебалась недолго. Минхо, Ньют и Хорхе прикрывали отступление. Дождавшись, пока все — кроме Эл и Люси — выйдут на улицу, они сами попятились к лестнице, поводя из стороны в сторону клинками. Драки, правда, никто затевать не собирался. Ребята радовались уже тому, что уходят без потерь. Собрались в переулке подальше от спуска. Люси, однако, не спешила отходить от него, тогда как Эл подалась в голову группы. Люси поклялся себе: добравшись до убежища, обязательно поговорит с девушкой. — …бежать. Люси тряхнула головой. Оказывается, Минхо говорил о чем-то. Череп пронзили кинжалы боли, но девушка постарался сосредоточиться. — С шизами драться не больно трудно. Так что… — Эй! Голос раздался сзади. Громкий, скрипучий и полный безумия. Обернувшись, Люси увидела на нижней ступеньке Блондина. В вытянутой руке он с удивительной твердостью сжимал пистолет, даже костяшки пальцев побелели от напряжения. Целился Блондин прямо в Люси. Никто и дернуться не успел, как переулок огласился громоподобным взрывом. Пистолет выстрелил, и сквозь плечо Люси прокатилась волна чистой боли. Люси отбросило назад, развернуло, и швырнуло лицом вниз. Сквозь боль и приглушенный звон в ушах она расслышала второй выстрел, потом кто-то хрюкнул, кого-то ударили, скрежетнул металл об асфальт. Перекатившись на спину, Люси зажала рукой рану и набралась мужества взглянуть на нее. Звон в ушах только усилился. Блондина тем временем повалили на землю — Минхо мутузил его со всей дури. От вида раны пульс участился вдвое. Сквозь маленькую дырочку в рубашке, чуть выше подмышки, выступил красный пузырь. Потекла кровь. И если головная боль казалась Люси жестокой, то эту боль словно спрессовали из трех-четырех точно таких же, вонзили в плечо, и она теперь растекалась по всему телу. Ньют, опустившись рядом на колени, принялся оглядывать Люси. — Подстрелил. — Фраза родилась сама собой, дополнив список глупейших высказываний Люси. Боль живыми металлическими скобами расползалась по внутренностям. Второй раз за день она готова была потерять сознание. Кто-то передал Ньюту рубашку, и он, сложив ее, крепко прижал к ране. Новая волна боли захлестнула Люси. Боль она испытывала небывалую. Мир опять начал меркнуть, и Люси взмолилась, скорей бы потерять сознание, скорей бы… Послышались голоса — такие же далекие, как ее собственный тогда, на танцполе. — Могу вынуть пулю. — Хорхе, его ни с кем не спутаешь. — Только огонь разведите. — Здесь не место для операции. — Эл? — Уходим из этой дыры стебанутой. — Определенно Минхо. — Так, ладно. Помогите нести его. — Это еще кто? Люси подхватили за руки и за ноги. Как больно. Кто-то говорит: «На счет «три». — Боль, боль… жуткая боль. Раз. Больно же. Два. А-ай! Три! Люси воспарила навстречу небу, ощутив новый взрыв ничем не сдерживаемой боли. Потом — ну наконец! — тьма сомкнулась вокруг, унося прочь заботы и неприятности. Когда Люси очнулась, разум словно застлало туманом. В глаза бил слепящий свет. Девушку трясло и кидало из стороны в сторону; снизу по-прежнему держали руки товарищей. Слышалось быстрое, тяжелое дыхание; топот ног по мостовой; крики (слов не разобрать); чуть в отдалении — безумные визги шизов. (Похоже, преследуют, ненормальные.) Жарко. Воздух горячий, аж обжигает. Плечо в огне. Боль отозвалась чередой химических взрывов, и яд, растекшись по телу, вновь погрузил Люси в забытье. Она самую малость приоткрыла глаза. Свет уже не такой резкий. Видны золотистые отблески вечерней зари. Люси лежала на твердой поверхности, в поясницу упирался камень. Впрочем, эта боль ни в какое сравнение не шла с той, что угнездилась в плече. Вокруг, коротко перешептываясь, столпились друзья. Гоготанье психов звучало теперь совсем далеко. Над собой Люси видела лишь чистое небо и никаких зданий. Плечо болело непередаваемо. Рядом танцевали, плюясь искрами, языки пламени. Сквозь горячий воздух плыли, обдавая тело жаром, волны тепла. — Держите ее крепче. — Тихий взволнованный голос. Эйлидх. — За руки и за ноги. И хотя разум пребывал в тумане, Люси поняла: за этой фразой ничего хорошего не последует. Свет гаснущего солнца отразился вспышкой на серебристой поверхности… ножа? Раскаленного докрасна ножа? — Больно будет просто пипец. Люси так и не поняла, кто это сказал. Зашипело, и в следующий миг в плече разорвался мегатонный заряд динамита. Разум в третий раз помахал ручкой телу. Времени, похоже, прошло много. Открыв глаза, Люси увидела над собой темное небо в крапинках света. Кто-то держал ее за руку. Она попробовала обернуться и посмотреть, но в позвоночнике стрельнуло так сильно, что девушка счла за благо не двигаться. Да она и так поняла, кто рядом. Кто же еще? Плюс рука — маленькая и мягкая. Точно, Эл. Сильная боль ушла, сменившись чем-то похуже. В теле как будто зарождалась болезнь. Она прокладывала себе дорогу через плоть зубами, словно ползущие по венам и полостям костей могильные черви, пожирающие все на своем пути. Боль стала тупой, тянущей. В желудке нехорошо бурлило, по венам тек жидкий огонь. Люси не догадывалась, откуда пришло знание, однако дела явно были плохи. В мозгу всплыло и заколыхалось на поверхности слово «инфекция». Люси вновь потеряла сознание. Она проснулась с рассветом и первым делом заметила, что Эл больше не держит ее за руку. Кожу обдувал прохладный ветерок, даруя краткие секунды наслаждения. Проснулась и боль. Пульсируя, она отдавалась в каждой молекуле тела. И причиной было вовсе не плечо, не пулевая рана. С организмом случилось нечто иное, более страшное. Инфекция… Опять это слово. Как выдержать следующие пять минут? Следующий час? Весь день? И как заснуть, чтобы пробудиться и начать все заново? Люси не знала. Она погружалась в бездну отчаяния. К панике примешалось безумие, и поверх всего наложилась боль. А в следующий миг начали твориться странные вещи. Люси ничего не слышала, но глэйдеры вместе с Минхо засуетились, потом стали высматривать что-то в небе. В небе? При чем здесь оно? Вдруг кто-то — наверное, Хорхе — прокричал: «Берг!» И вот Люси расслышала мерную дробь, состоящую из тяжелых ударов. Не успела она ничего сообразить, как дробь усилилась, проникая в череп, просачиваясь в позвоночник; зубы и барабанные перепонки немилосердно вибрировали. Как будто били в самый большой барабан и гудел некий тяжелый механизм. Поднялся ветер, и Люси испугалась нового шторма. Хотя нет, небо над головой было чистое, голубое, ни единого облачка. От вибрации самочувствие ухудшилось, и Люси чуть не потеряла сознания. Она боролась — хотелось застать источник странного звука. Прокричав что-то, Минхо указал на север. Обернуться и посмотреть не дала боль. Ветер крепчал, грозя сорвать с тела одежду, поднимая тучи пыли. Рядом вдруг возникла Эл и снова взяла Люси за руку. Девушка низко наклонилась к ней; ветер беспорядочно играл с ее волосами. — Мне жаль, — сказала Эл. Люси не расслышала ее. — Я не хотела… то есть я знаю, что ты… Пытаясь подобрать нужное слово, она отвернулась. О чем она вообще? Пусть скажет, откуда эта невыносимая дробь! Как же больно… На лице девушки отразилась смесь любопытства и ужаса. Открыв рот, она широко распахнула глаза, и в следующий миг ее схватили двое… — Нет! — Кричала Эл. — Отпустите! — Отпустите ее! — Сильный но усталый голос принадлежал Минхо. — Не трогайте ее! Люси обуяла паника. Появились люди в невиданной форме: мешковатая и словно пошитая из единого куска темно-зеленой ткани; на груди какая-то надпись, на глазах — большие очки. Нет, не очки даже, противогазы. В них люди походили на страшных пришельцев. Гигантских, злых и безумных муравьев-людоедов, завернутых в полиэтилен. Один из них схватил Люси за лодыжки, второй — под руки, и вместе они рывком его подняли. Она заорала от боли. Она почти привыкла к ней, но сейчас не было сил бороться, и Люси обмякла. Ее понесли, и тогда она сумела разобрать надпись на груди у державшего его за ноги человека: «ЭТО ПОРОК». Люси поддалась накрывающей ее тьме, и вместе с сознанием ушла боль. Когда Люси очнулся вновь, то увидела яркий свет. Не солнечный. Этот свет бил прямо в глаза, с короткого расстояния. Люси зажмурилась, но это не помогло: на фоне закрытых век все еще видел отпечатавшийся на сетчатке след ламп. Рядом — впрочем, недостаточно близко — шептались. — Здравствуй. — Властный голосом женщины. — Эйлидх… — Что происходит? — Голос Эл дрожал. — Элис, я ничего не понимаю! Зачем ты прилетела? — Помочь. — Коротко ответила Элис. — Люси не выживет без нашей помощи. — Ясно… — Как-то печально сказала Эл. — Не уж то думала что мы прилетели за тобой? — Язвительно спросила Элис. — Надеялась. — Призналась Эл. — — Знаешь, Эл. — Начала Элис. — Мы ведь неплохо общались пока ты была главным врачом. Поэтому я дам тебе возможность выбрать: спасем либо тебя, либо Люси. Эл таинственно замолчала. Даже через полудрему Люси почувствовала нарастоящую панику. Сердце сжалось, но единственное что она могла сделать это лежать и ждать. — Спасите Люси. — Выдохнула Эл. — Я как нибудь справлюсь. — Неожиданно. — Хмыкнула Элис. — Хотя я наделась, что ты так ответишь. Похоже, вторая фаза чему то тебя научила. — Элис развернулась к Люси. — Впрочем, твоя помощь пригодится. Переодеться и хорошо помой руки. Мы будем ждать тебя. Тонко позвякивал металл о металл. Люси первым делом подумала о хирургических инструментах: скальпелях и таких тонких стерженьках с зеркальцами на кончиках. Образы этих вещей всплыли из тумана стертой памяти, и Люси, связав их с ярким светом, поняла: он в больнице. В больнице. Последнее, что она ожидала увидеть в пустыне. Или ее забрали с Жаровни? Унесли далеко, на берге? Свет загородила смутная тень, и Люси открыла глаза. Сверху на нее смотрела фигура все в том же идиотском прикиде: противогаз (или что это?), очки, а за ними — серые печальные глаза. «Эйлидх», — определила Люси, сама не понимая как. — Слышишь меня? — спросила она. Точно, Эл, пусть голос и приглушен защитной маской. Люси кивнула. Точнее, попробовала, а получилось ли, она не знала. — Ситуация непредвиденная. — Элис посмотрела в сторону. Обращается к кому-то другому. — Откуда в городе пистолет? Вы понимаете, сколько на пуле ржавчины и грязи! Не говоря уже о бактериях! На ее гневный вопрос ответил мужской голос: — Продолжайте работать. — Командывал он. — Надо отослать их обратно. И как можно быстрее. Лбси едва понимала, о чем они говорят. В плече расцвел новый бутон непереносимой боли, и Люси в который раз потеряла сознание. Очнувшись, она заметила едва уловимые перемены. Сверху лился тот же свет; на сей раз Люси не стала закрывать глаза и повернула голову вбок. Видела она лучше, и взгляд удалось сфокусировать: серебристая потолочная плитка, стальная конструкция со всевозможными реле, переключателями и мониторами. Бессмыслица какая-то… Потом до нее дошло. Озарение ошеломило Люси настолько, что она едва могла поверить… Боль ушла. Ее не осталось. Ни капли. Вокруг никого, ни души. Ни темно-зеленых костюмов чужаков, ни здоровенных очков, ни скальпелей в плече… Оставшись наедине с собой, Люси переживала отсутствие боли как чистейший экстаз. Неужели человеку бывает так хорошо? Нет. Скорее всего Томасу вкололи лекарство. Он задремал. Сквозь пелену забытья Люси расслышала тихие голоса и пошевелился. Глаза открывать не стала. Она надеялась узнать, о чем говорят захватившие его люди. Люди, которые заодно подлечили ее, избавив от заражения. — Вы уверены, что ход опыта не сорвется? — спросил мужской голос. — Уверена. — Женский голос. — Абсолютно. В любом случае нам достанется новый образец реакции с территории обреченных. Этакий бонус. Вряд ли Люси и товарищи отклонятся от курса и не дадут ожидаемых реакций. — Боже, надеюсь, вы правы. Заговорила другая женщина — высоким, звенящим голосом: — Скольких из оставшихся можно считать жизнеспособными Кандидатами? — Последнее слово она произнесла будто с большой буквы. Сбитая с толку, Люси постаралась не выдать, что она в сознании. — Двух-трех, — ответила первая женщина. — Люси по-прежнему наша основная надежда. Она по-настоящему живо реагирует на Переменные. Постойте, у нее глаза дернулись… Замерев, Люси постаралась смотреть прямо перед собой, в темноту опущенных век. Непростое занятие. Заставила себя дышать ровно, как будто во сне. Она понятия не имела, о чем толкуют эти люди; отчаянно хотелось услышать продолжение разговора. Она просто обязана была разузнать побольше. — Если она и слышит нас, — произнес мужчина, — это никак не изменит его реакций на Переменные. Пусть знает, что мы ради него сделали огромное исключение, избавили от инфекции. Что ПОРОК своих не бросает. Женщина с высоким голосом рассмеялась. Противнее звука Люси в жизни не слышала. — Если подслушиваешь, Люси, не обольщайся. Мы скоро вернем тебя туда, откуда забрали. Лекарство, текущее по венам, наконец подействовало, и Люси начала засыпать. Она попыталась открыть глаза и не смогла; напоследок первая женщина произнесла очень странную фразу: — Мы только выполняем просьбу Эл.