Нечеловеческое сочувствие

      По серой заросшей тропинке, небольшими колёсиками постукивал потрёпанный чемодан. Только по его виду было уже ясно как часто он использовался.       К старому, заросшему плесенью и диким виноградом дому, за последние пятьдесят, а может быть и сто лет никто не подходил. Серые фасады становились разграждающий стеной между миром «радужных единорогов» и истинным миром, миром человеческих страданий и боли. Этот дом отражал невидимую глазом боль душ, проводивших здесь свой скромный век.       -Видимо у этого человека не ладилось с людьми.-сказала из окна приближающегося к смертному дома Похоть. Ей было не очень то видно что происходит во «внешнем» мире, окна были заляпаны пылью изнутри и каплями дождя снаружи.       -Давайте поиздеваемся! Смотрите какой он кислый! — с заговорщической улыбкой сказала тень справа. Головой она облокотилась на мраморную колонну, тоже устремив горящий от предвкушения взгляд в окно.       -Может не надо? Нафига нам это, а? — лёжа на диване, будто умоляя взглядом звонко вбросило приведение. Оно перевернулось с одного бока на другой. Свернулось калачиком и снова застонало. Его никогда не приводили в восторг выходки Гнева.       -Лень, ну тебя то вообще никто не спрашивал! Будем издеваться над ним, тебя не позовут, не беспокойся- ты самая безобидная из нас семерых! — заржала та же тень справа. — Так, а ну заткнулись оба! Гнев- ещё раз будешь задирать Лень, выгоним тебя в дальнюю башню. Лень- а ты чего ему позволяешь? Послал, и дело с концом! — сказала приближающаяся Гордость. — Чё самая главная?! Проверим? — делая вид что закатывает рукава закричал Гнев. Чревоугодие и Зависть, лучшие подружки, уже успели сделать ставки, в основном на Гордыню, она была порядком сильнее Гнева. Алчность смотрел на всё это действие то ли с отвращением, толи с укором.       -Ребята! -манерно обратила на себя внимание Похоть.- Потом разберёмся, он дверь открывает!       Тени безмолвно проскользнули в главную комнату особняка. Там бесшумно осев на изящные перила винтовой лестницы, стали смотреть на человека проталкивающего чемодан в дверной проём дома. Гневу вообще фиолетово на всю эту движуху- он лёг посреди алого шелкового ковра чуть вблизи к остальным. Они привыкли так пугать новых жильцов, каждый кто выезжал в этот особняк, видел полупрозрачных, синих людей и быстро сматывался из этого жуткого места. А если собственник оказывался смелее чем они предполагали (хотя это случалось от силы пару раз), сожителям удавалось выгнать человека через максимум, неделю.       Взгляд человека медленно скользнул по особняку и остановился на синеватых силуэтах семи смертных грехов…