Лишнее внимание (Нью-Йорк)

Я сглотнул ком, застоявшийся в горле, за те несколько секунд ожидания моего ответа. Нужно быть аккуратным и думать над своими словами, иначе меня быстро расколют. — По коридору, потом на улицу вышел… — старался говорить как можно более непринуждённо, чтобы отвести подозрения. Я не смотрел на Китая, иначе начал бы нести чушь от волнения. Вроде не отчитывает, а чувство такое же… — На улицу? — не знаю, нарочно ли он переспрашивает, но мне это не нравится. Я только что понял, что попытка обдурить мудрую страну – дело вообще опасное. Такие же могут читать тебя как открытую книгу. — Да… — я взял в руки одно из пирожных и откусил сразу половину, медленно пережёвывая, чтобы получить время на ответ. — Босиком? — неодобрительно спросил Китай, наклоняясь вперёд, сцепляя ладони. Я как раз повернул к нему голову. —… Извини, я просто хотел посмотреть на рассвет, — виновато проговорил я. Это уже была чистая правда, поэтому я смог сказать в лицо. — Я больше не буду просыпаться так рано. — Хорошо, — друг наклонил голову вбок, — а что потом? — Вернулся сюда, — замкнул круг без неприятных подробностей. — Сколько ты был на улице? — я напрягся. Этот диалог похож на тюремный допрос. Или же, он как детектив сейчас сложит пазлы из моих ответов и придёт к нежелательному выводу. — Не больше часа, — я отвёл взгляд в пол и пожал плечами. — И не замёрз? — Китай поднялся с кровати, сделал пару шагов и оказался позади меня. — Н-ну, — я рванно выдохнул, судорожно соображая. — Тогда почему… — он неожиданно положил руки мне на плечи и плавно опустился ими до локтей, — ты такой тёплый? Я до боли сжал челюсть, чтобы не издать лишних звуков. Ещё немного - и моя ложь будет разбита вдребезги. Тело странно отреагировало и на слова, и на прикосновения. Мелкие мурашки покрыли кожу, а к щекам прилила краска. Уже не первый раз за это утро. Смогу ли я вообще после такого дня нормально реагировать на чужие руки? Нх… Это же Китай, мне не стоит бояться… — В к-коридоре достаточно теп…тепло… — заикаясь, выговорил я, замерев на месте. Китай всё ещё был слишком рядом. — Ты уверен, — негромко начал он, опуская свою голову на уровень моей, — что не врёшь мне? Я слишком плохо обманываю. Даже если это необходимо. В висках начало побаливать, стало душно. Глаза заслезились, смазывая очертания комнаты. Я зажмурился, не допуская, чтобы хоть одна капля скатилась вниз. — Тебе не нужно этого делать, — грубовато, но также тихо сказал Китай, проводя ладонью от локтя до шеи, с той стороны, где был укус. Ещё секунда, и он бы сорвал пластырь. — Хе-ей! Россия, ты не спишь!? — голос Беларуси заставил дёрнуться нас обоих. Входная дверь громко захлопнулась, послышались резвые прыжки, а потом какой-то глухой удар – она поставила на пол что-то тяжёлое. Я распахнул глаза, не веря своему счастью. Второй раз за утро… У меня так сердце не выдержит. — Ро-осси-ия! — позвала та ещё раз. Китай убрал руки, я облегчённо выдохнул, потерев глаза пальцами. — Да! Я здесь! — Ехе, я иду! — Белка быстро притопала ко мне в комнату, весело открыла дверь и приостановилась, глядя на друга. — О-о, так вы вместе, — ляпнула она, даже не поздоровавшись для начала, — я думала, братец возьмёт отдельную комнату. —… И тебе привет, — неловко сказал я, вставая со стула. Голова слегка закружилась. — Приве-ет, и Вам привет, — хихикнула та, падая на кровать. — Здравствуй. — Ты чего так рано? — осторожно спросил я, на самом деле уже тысячу раз прокрутив слова благодарности в голове. — Не знаю, проснулась так, — она похлопала по матрасу рядом с собой, предлагая мне присесть к ней. Китай стоял поодаль, наблюдая за нами. Всё так же безэмоционально. — Такой сон приснился, ты упадёшь просто! — меня легонько толкнули в ребро. Вдруг она замолчала, уставившись на моё лицо. — Ты чего красный такой? … Я грустно посмотрел на неё, не зная, что ответить. Беларусь потянулась рукой к моему лбу, приложила к нему ладонь. — Вроде не горячий, только попробуй мне тут заболеть! — через мгновение сказала она, потрепав потом за волосы. — А это ещё что? Ох, чёрт. Таким образом все заметят этот пластырь… Нужно отвечать одинаково, потому что несовпадение сразу заметят. Что я там сказал Китаю?… — Это… Я снова не успел ответить, сестра сделала это за меня. — Как раскраснелось… — она легла на спину, всё ещё смотря на мою шею, —цапнул кто-то? — Ам… Ага… — тихо и неуверенно промямлил я, а потом чуть не подавился воздухом, осознавая, что Китаю теперь точно стало ясно, что я соврал. По спине пробежал холодок, дыхание снова участилось. — Ну ничего страшного, пройдёт, меня тоже букашка какая-то за ногу укусила, — начала тараторить та, а я опустил голову, боясь поднимать её. — Я бы показала, там прям почти на коленке, так болело в первое время, — увлечённо проговорила она, — но я в колготках. А при мальчиках, аха, я их не сниму. В комнате стало тихо, Белка закинула ногу на ногу и улыбчиво уставилась в потолок, размышляя о чём-то. Я осторожно поднял взгляд на друга. Он стоял, скрестив руки, и пристально смотрел мне прямо в глаза. Готов поклясться, он очень зол, пусть и спокоен на первый взгляд. Я не выдержал долго, поэтому почти сразу отвернулся. Никогда не видел его в гневе, но даже предполагать страшно… — А! — Беларусь поднялась на локтях, я испуганно дёрнулся, — мы там всяких вкусностей набрали для пикника, я еле дотащила сюда! Чур на место сумку понесёшь ты! — она схватилась за мою руку, чтобы сесть на кровати. — А мы далеко пойдём? — спросила та у Китая. Я сидел еле живой, чувствуя давление с его стороны. — Далеко, — раздалось после молчания, — но мы поедем на машине. — Здорово! — обрадовалась Беларусь, приобнимая меня, — так давно никуда не выбирались! Следующий час–полтора она рассказывала мне всякую ерунду, чтобы не было скучно коротать время до пикника. Я старался смотреть только на неё. Китай несколько раз выходил из комнаты за это время. Я успел успокоиться и прийти в норму, но всё равно ощущал беспокойство. До десяти оставалось два с половиной часа. Беларусь устала так долго разговаривать, поэтому решила перейти на работу. Мы занялись созданием договоров. Тогда-то я окончательно взял себя в руки. Вот так всегда… Когда не нужно, время летит слишком быстро. Мы успели заполнить лишь несколько листов, как в номер постучали. Это был Германия, который побоялся опоздать и пришёл раньше положенного. Он обратил внимание на пластырь, но, заметив, что я не акцентирую на нём внимания, не стал ничего спрашивать. Кстати, он тоже взял с собой рюкзачок с вещами. Там были мармеладные мишки, канцелярия и альбом. Как выяснилось, Гера любит порисовать, особенно на свежем воздухе. Мы с сестрой оценили все его рисунки. Даже нет, не оценили, мы просто по несколько минут восхищались каждым из них, а потом вернули обратно. Только разговорились, как подтянулись и Казахстан с Эстонией. Те сразу поинтересовались моим состоянием. На словах о пластыре, Беларусь объяснила, что это виноват кусачий жук. Китай сказал, что мы скоро выезжаем. Все поспешно вышли из комнаты, я закрыл дверь. В гостиной уже сидел Америка. Тоже с сумкой. Голодать мы уж точно не будем… — О-о, — он повернулся в нашу сторону, — Китай, надеюсь, твоя машина достаточно вмести… Штаты убрал улыбку с лица, не договорив фразу. Его взгляд остановился на мне. Я нервно сглотнул, надеясь, что он смотрел не на шею. — Выйдем пока на улицу! — энергично пропела сестра, подталкивая Эстонию с Германией к выходу. До Казахстана она просто не дотянулась, а я вообще стоял далеко. И не мог двигаться, потому что кое-кто не сводил с меня глаз. — То есть, — я удивился, как быстро может поменяться его настроение, — это вот так ты его "не трогаешь"? — Америка с какой-то злостью посмотрел на Китая, — и ещё смел называть меня извращенцем?! — Заткнись, — раздражённо перебили его. Китай мельком взглянул на меня, потом снова на США. — Так это сделал не ты? — Вы о чём? — вдруг спросил Казахстан, который придерживал дверь, собираясь покинуть номер. Мы втроём посмотрели на него. — … Пора ехать, — настороженно сказал Китай, оставляя спор с американцем на потом. Америка же вскинул бровью и удивлённо посмотрел на меня, приоткрыв рот, чтобы что-то сказать, но этого так и не сделал. Что-то сбило его с толку. — Сумку не забудьте! — крикнула Белка с коридора, я неловко двинулся с места, найдя глазами их запасы для пикника. Но только я собрался поднять сумку, Китай перехватил её, сказав, что сам донесёт её до машины.