Любовь на троих

 - Как думаешь, они нормально меня воспримут? - впервые за долгое время Олежа был НАСТОЛЬКО обеспокоен. Он всё ещё покачивался, идя по полу, а не летя за Димой, который держал конспект. Он настолько отвык от жизни, что солнце даже через окна продолжало его слепить и он продолжал ощущать каждой частичкой своего тела окружающий мир. Это казалось дико. Дико, что он чувствовал ветер, ловил на себе взгляды, отражался в зеркальных поверхностях, дышал. Ел в конце концов! В первый же день он съел пару булочек, яичницу, салат и мороженое с чёрным чаем в ближайшем кафе, и пол дня провалялся с больным животом в том же общежитии, не переставая описывать такие прекрасные ощущения Диме.   К слову о Диме. О его Диме. Сейчас он шёл рядом с Олегом, провожая его в свою аудиторию. Он столько сделал для Олега. Помог со всеми пунктами списка, вопреки тому, что боялся потерять парня к которому успел привязаться; отвёз семье, постоянно успокаивая его в дороге; сочинил для полиции хоть сколько-то, но правдоподобную историю о пропаже Душнова и его внезапном появлении. После этого Олега восстановили в университете, но пришлось перевестись к Диме, проще говоря туда, где были свободные бесплатные места.   И вспоминая всё это, весь их путь от лёгкой неприязни до любовников, даже с большим волнением, что теплилось в груди парня, Олежа продолжал смотреть на Побрацкого с нежностью и теплотой. Сложно этого не делать, когда вы уже и целовались, и спали в обнимку в одной кровати.  - Да не ссы ты так. Они все нормальные ребята. - успокаивающе сказал Дима. Его рука чуть сильнее сжала хрупкое плечо бывшего призрака.   Они на пару секунд остановились у дверей, только чтобы дать Олегу выдохнуть, и вошли внутрь. Галдёж что постоянно присутствовал в данном месте сначало стал тише, а потом и затих насовсем. Шестерёнки что заработали в головах однокашников, казалось, могли услышать Дима с Олегом.   Несмотря на пристальные взгляды, оба поздоровались и прошли на свои места. Со всех сторон стали доноситься шопотки.  - Это я дурак или это тот парень...  - Тот что прыгнул в окно..  - Да не может быть, может это его брат?  - Зомби?  - Не, выглядит живым. И не воняет...   Вокруг парней стал собираться замкнутый круг из учеников. Впервые Олежа захотел снова стать невидимым.  - Так ты тот самый? Олег Душнов? - спросил уже во весь голос один парень.  - Н-ну, не совсем тот самый, но да. Приятно познакомиться... - и почему он так плохо общался с людьми!? Хотелось треснуть себя чем-то чтобы чисто и понятно излагаться.  - В каком смысле? Ты же выпал из окна, это было во всех новостных сводках города! - голос этой особы резал слух, возможно из-за того, что она пыталась перекричать нарастающий гул.  - Нет, нет. Всё не так. Я не падал из окна! Это.. Это!.. - Вот что он ненавидел больше всего. Когда ты пытаешься говорить, а тебя не слушают. Прям когда ты призрак...  Но все вздрогнули и притихли, когда Дмитрий со всей дури хлопнул рукой по столу и продолжил за Олега. Тот был одновременно благодарен и хотел стукнуть парня за мини-сердечный приступ.  - Короче. Олега просто похитили и держали взаперти, а из окна сбросили чувака похожего на него! - по мере рассказа одногруппники всё больше переглядывались. - А потом Олегсей сбежал. По его показаниям нашли бандитов, задержали их и всех похищенных выпустили.  - Звучит неправдоподобно... - протянул один из зануд класса.  - А почему мы об этом не слышали? В новостях там, СМИ... - неуверенно пролепетала одна девушка.  - Так.. Они не хотят паники. Поэтому не дают освещать в новостях. - Душнов старался звучать убедительнее. Быть жертвой работорговцев не так уж и легко.  - Нууу ладно. А когда ты..? - Не успела очередная девушка задать вопрос, как из проёма послышался строгий голос преподавателя и все быстро разошлись по местам, оставив расспросы на потом. Душнов с Побратским нервно выдохнули и переглянулись. Первым улыбнулся Олег. По его скромному мнению, всё прошло довольно хорошо. За ним улыбнулся и Дима. Его щёки приняли немного красноватый оттенок. Он готов был отдать или сделать всё что угодно, лишь бы видеть эту счастливую улыбку. У Олежи она особенная. Такая тёплая и родная.  Пока Побрацкий застыл, мечтая о том, как зацелует это лицо, Олег успел достать учебник, тетради и ручки, и принялся слушать преподавателя. Нельзя же произвести плохое впечатление на учителя.