Последний шанс

Я была рада, что мы не учимся. Не хотела бы показывать свое заплаканное лицо другим ученикам. Мне было очень плохо. Друзьям я сказала, что заболела, и не выходила из комнаты. Они приносили мне еду, за что я была им благодарна, но к ней я не притрагивалась. У меня совершенно не было аппетита. Уже под конец каникул я немного пришла в себя и решила подняться в Большой зал на обед. Неразлучная троица искренне рада была видеть меня немного повеселевшей. Рон как-то странно на меня смотрел. Я наложила себе в тарелку побольше еды и дала установку, что сьем все до последней крошки. — Лонг! Мне нужно с Вами поговорить, — надменный голос окатил холодом спину. Нет! Нет! Нет! Только не он! — Я не буду с Вами разговаривать!— огрызнулась я. — Я Ваш декан! — возразил Снейп. Гермиона сочувственно посмотрела на меня и кивнула, чтобы я пошла за ним следом и поговорила. Она меня убедила. Мы вновь остались наедине у огромной стены в холле. — Вы не сдали мне домашнее задание. Я вынужден поставить Вам плохую отметку. Это серьезно ухудшает ситуацию по моему предмету. Серьезно? Он сейчас думает только об этом? Да как меня угораздило влюбиться в такого бесчуственного тирана! Идиот. — Мне совершенно все равно, что будет, — шикнула я. — Мисс Лонг. Меня волнует Ваша успеваемость, как единственной ученицы, которая учится по особенной программе. — Идите Вы, знаете куда! Мой голос сорвался на крик. Меня всю распирало от злости. Я хотела придушить Снейпа своими же руками. Пол под ногами задрожал. Стены стали трескаться. С потолка посыпалась штукатурка. Окна задребезжали. Один момент и они взорвались, засыпая все вокруг осколками. Профессор среагировал моментально и прикрыл меня щитом. Мой гнев исчез. Меня охватила паника. Все закончилось так же быстро, как и началось. Что это было? Я не сказала ничего Снейпу и просто убежала. Он как-то подозрительно на меня посмотрел, но не окликнул. Мне было жутко и горько одновременно. Во время моего отсутствия Пончик заскучал. Я зарылась в его мех и пыталась успокоиться. Пес чувствовал, что мне тяжко на душе, и заботливо лизал языком лицо. Мое терпение лопнуло. Я не хочу жить. В гостиную Гриффиндора я вошла тихо и скромно. Я хотела вести себя непринуждённо и отвести подозрения. — Что произошло сегодня в холле у Большого зала, когда Вы вышли? — Гермиона вся на нервах подскочила ко мне. — Если бы я знала, — мрачно протянула я. — Был такой оглушительный треск. Мы испугались, что Хогвартс рушится. — Я тоже так подумала. Но все позади. Ты лучше скажи, что лучше: спрыгнуть с крыши или утонуть в озере? — как можно непринужденней поинтересовалась я. — Так. А зачем тебе? — насторожилась Грэнджер. — Научный интерес. Я книгу пишу и хочу убить персонажа, чтобы он через смерть прошел очищение, — соврала я. — Так ты еще и пишешь? С ума сойти! Нет, не сойти. Ничего я не пишу. Надо же как-то отвести подозрения. — Ну, я думаю, что спрыгнуть с крыши романтичнее. В любом случае любое самоубийство болезненное, — развела руками Гермиона. — Да, знаю, но так надо, — попыталась улыбнуться я. — А какая причина свести счёты с жизни? — внимательно уставилась на меня гриффиндорка. — Несчастная любовь, — неосторожно ляпнула я. Выяснив все, что надо, я наспех попрощалась с друзьями, ссылаясь на резкий приступ вдохновения. Я направилась в сторону башни. Поднимаясь выше и выше до меня доходило осознание того, что смерть неизбежна. На мне снова красовалось тёплое подарочной платье, а волосы пестрели прекрасным цветком. Я тоскливо посмотрела на браслет с лилиями и мысленно извинилась перед той, что следует сейчас за мной, безмолвно пытаясь образумить. Все решено. Я ни на что не гожусь. Астрономическая башня открывала прекрасный вид. На улице шёл небольшой снежок, хлопьями ложась на поверхность Хогвартса. Завораживающее зрелище. С высоты птичьего полёта виднелись вдали красоты школы. Я села у самого края и задумалась. — Камелия! Он назвал меня по имени? По телу пробежала дрожь. — Не делай этого, Камелия. Я резко обернулась. В его глазах читалась боль. Я никогда не видела его таким. — Я не хотел, чтобы ты из-за меня страдала. Он так утешает и пытается отговорить от прыжка вниз или действительно говорит правду? — Зачем ты здесь? — отвернулась я, пряча слезы. — Прости меня, Камелия. Я просто хотел, чтобы все шло своим чередом. Я недостоин тебя, — Снейп склонил голову. Голос его дрожал. — А все потому, что ты любишь не меня, а ее. Ее, заключенную во мне. Я так не хочу. Я тоже заслуживаю права быть любимой. Я хочу, чтобы ты любил меня. Посмотри. Посмотри на меня. Я совсем не похожа на Лили. Ни характером, ни внешностью. У меня нет огненных волос. Она пламя, а я пепел. У меня нет горящих изумрудов. Она драгоценность, а я лед. Я другой человек. Я уверена, что кусочек души Лили, присоединенный ко мне, хотел, чтобы я сделала тебя счастливым. Я знаю, что она хотела, чтобы ты перестал страдать. Она желает тебе только добра. Я смогу сделать твою жизнь незабываемой. Не отвергай меня! Мне хотелось кричать, чтобы меня услышал весь мир. Мне хотелось биться в истерике, крушить все вокруг. Я влюбилась. Я впервые в жизни так сильно в кого-то влюбилась. Безвозвратно. И сейчас я стою на краю пропасти. И судьба моя в его руках. — Камелия. Черноволосый мужчина подошёл ко мне и робко положил свои руки на мои плечи. Я вздрогнула, обернулась и крепко обняла его. Время остановилось. В этих молчаливых объятиях скрывалась целая буря эмоций. — Как ты меня нашел? — задрожала я от переполняемых чувств. — Гермиона очень испугалась, когда ты интересовалась, как лучше совершить самоубийство. Она сразу побежала ко мне, когда ты ушла. Снейп прикрыл глаза, как бы отгоняя от себя тревожные мысли. — Как ты догадался, где я. Что ты подумал в этот момент? Мне было важно его признание. Сейчас стёрты все грани. Мы искренне друг с другом, как никогда. — Я успел передумать самое разное, но паниковать не было времени. Я бы не простил себе, если б ты спрыгнула. — Скажи, — сглотнула я. — Я люблю тебя, Камелия. Я заплакала. Я рыдала так, как никогда раньше. Меня разрывало на части. Разбушевавшаяся за время нашего разговора погода обдала морозным порывом. И только рядом с Северусом мне все было нипочём. Только рядом с ним я чувствовала тепло. Мужчина дрожащими пальцами вытер мои щеки, чуть наклонился и впился в припухшие от истерики губы. Мы слились в поцелуе. — Прости, — прошептал Снейп мне прямо в ухо. — Ты не она и никогда не будешь ей. Но я люблю тебя. Мы молча смотрели друг на друга и размышляли о нашем будущем. Жизнь изменилась. Нужно быть готовым к переменам. — У меня был самый романтичный первый поцелуй, — хихикнула я, когда мы спускались с башни, держась за руку. — Не думаю. Ты меня поцеловала, когда напилась, — шутливо сьязвил Снейп. — Что? Ну вот! А я то думала! Но ведь ты же никому не скажешь, правда? — я умоляюще захлопала глазками. — Если сдашь домашнюю работу, — учительским тоном проговорил декан. — Мог бы и забыть, — обиделась я. — Поблажек не будет, — предупредил Северус. Справедливо, конечно. Отношения — не повод расслабляться. И другие ученики не должны узнать об этом. — Скоро все приедут. У нас так мало времени, чтобы насладиться друг другом, — ухмыльнулась я. — Что за пошлые мысли, Лонг? — Снейп сверлил меня взглядом. — Ничего такого, — удивилась я. — Ты поможешь мне с зельевареньем, я испеку вкусные булочки. Будем сидеть на мягком диване, пить чай и болтать обо всяком. А ты о чем подумал? Мужчина покраснел, но не подал виду, что смутился. Мы уже вышли в холл, как из-за поворота выскочил Гарри. Мальчик осмотрел нас, кивнул и обратился ко мне: — Камелия, там твои родители приехали. Они ждут тебя в кабинете директора. Что? Мы переглянулись со Снейп и отправились к Дамблдору.