Ты - хороший друг

Главный штаб Ба Синг Се. Два года назад. В тот же день прибытия Кувиры. Вечер. — Наша незваная гостья обязательно захочет засунуть свой нос в наши дела, Айвей. Баотар-старший задумчиво покручивал перстнями, усеивавшими каждый палец его правой руки, кроме мизинца, наблюдая за игрой света в драгоценных камнях. Выдержав почтительную паузу, его собеседник, крепкий старик с цепким, даже тяжёлым, взглядом, твёрдо проговорил: — Я лично прослежу, чтобы она в скорейшем времени покинула пределы Ба Синг Се, господин Баотар.. — Не торопись, друг мой, — неприятная улыбка исказила лицо мужчины, — С её участием или без, план уже приведён в исполнение. К тому же, это прекрасная возможность проучить её за все выходки. — Со всем почтением, Господин, но нам не следует недооценивать её. Она довольно непредсказуема и вспыльчива. И если память мне не изменяет, она в одиночку уничтожила одну из стен, отделяющую Нижнее Кольцо от Центрального. И, конечно же, уже не без помощи, но два лучших поезда госпожи Суинь были похоронены навсегда при тех событиях. — Три, — сухо поправил его Баотар, — Абсолютная бездарность и непростительное варварство! Поэтому повторять я не буду! В этот раз девчонка получит своё. Айвей почтительно поклонился. — Насчёт её дружка.. Как там его? Гуан, да. Он шпион? Как давно ты проверял его? — Ничто не ускользнет от меня, Вы знаете. Он не посвящен в планы, но не выражает поддержки текущему положению дел. — Перестань крутиться! Я спрашиваю: он шпион? — Подтверждения данного найдено не было. Баотар напряженно смотрел на него, но ни один мускул не дрогнул на лице его слуги. Он раздраженно вздохнул: — А, плевать. Сегодня Суинь наконец-то поймёт, кто по-настоящему предан ей, её идеям, и благодаря кому её мечты воплотятся в реальность. — Мой Господин, - еще один почтительный поклон в его сторону. — Не убивать её. Паршивка должна жить и страдать. Я поручаю задание этому.. — он защелкал пальцами, в попытке напомнить себе забытое, — Негодяю-метателю ядов. Он уже давно хочет себя проявить, так почему бы не испробовать парочку-другую отрав. Проследи, чтобы всё было чисто. Никто не должен заподозрить неладное. Особенно моя жена. Пальцы с перстнями неровно отбивали ритм по столу, старик наблюдал за их хаотичным, даже нервным танцем. — Ах да, Айвей. — Господин Баотар. — Свидетелей быть не должно. Мужчина покорно и коротко кивнул.

***

Кувира, чуть дернувшись, резко раскрыла глаза. Остатки дрёмы спадали с её затёкшей шеи медленно, она и сама не заметила, как уснула в кабинете Суинь, так и оставшись сидеть в своём запыленном камзоле в кресле, в котором, наверняка, еще сама царица Хоу-Тинг восседала на приёмах и грозила повесить своих же генералов за неповиновение. Какая ирония. Обстановка вокруг, окрашенная наступившими сумерками, казалась совсем незнакомой, даже враждебной. Свет в комнате не горел, и было немного прохладно. Последнее было привычным природным явлением в Ба Синг Се, так или иначе граничащим с бескрайними песчаными пустошами, так что ночь вполне могла перейти к пугающей отметке "ноль" на термометре, решительно разграничивая жизнь местных жителей на "до" и "после". Кувира неспешно водила взглядом из угла в угол, то и дело цепляясь глазами за предметы: вот здесь Суинь наверняка делает звонки, умело зажав телефон у уха, и, конечно же, не забывая давать распоряжение кому-то рядом; здесь, даже не до конца садясь в кресло, нетерпеливо ставит какие-то подписи, то и дело вымазываясь в чернилах. Так энергично и уверенно, что и ты невольно заражаешься этим драйвом и готов следовать за ней до конца. Она никогда бы не подумала, что скажет это, но готова была поспорить, что могла бы назвать еще одного человека со схожей аурой. Молодая госпожа и гений инженерного промысла, мисс Асами Сато, чей исключительный оптимизм и терпение может неплохо так вдохновить людей на командную работу. Не слабее, чем ораторский талант Суинь. Она поднялась и раздосадованно вздохнула, поняв, как много времени потеряла. В едва уловимом шуме за окнами узнавалось всё то же непрерывное движение автомобилей, которое она встретила по дороге сюда. Она так ничего не узнала, кроме того, что спать в положении сидя, даже в таких дорогущих креслах - радости мало. Сняла камзол и с досадой кинула его на спинку. Задрыхла... И в какой момент? Кувира чуть прикоснулась к губам. Совершенно вылетело из головы. Но что важнее — почему она в одиночестве? Где Су? После стольких дней разлуки, стольких вылитых друг на друга обвинений и холодного молчания, казалось, она всё-таки была рада её видеть. Кувира чувствовала это каждой своей клеточкой, но она не могла не отметить, что что-то во взгляде Суинь изменилось. Появилось нечто кинжально-властное, неприятное, отдаляющее их сильнее и сильнее. Фразы и обороты, которые она использовала, были пропитаны повлявшим на неё Баотаром и Кувире стало не по себе. От этого понимания сердце больно сжималось внутри, грозясь раздавить бережно хранимые воспоминания обо всём, что было между ними. Кувира понимала, что оттягивает этот неизбежный момент, когда их дороги окончательно разойдутся, и они, возможно, даже не обменяются ни единым словом. Но ей, похоже, придётся разобраться с этим окончательно. Потому что в мире есть вещи поважнее их обречённых отношений. Проглотив подступившие слёзы, она приблизилась к окну. Вид оказался таким же неутешительным, как и днём. Всё те же грузовики, всё тот же погруженный на них лом, всё то же ощущение нарастающей опасности в груди. Кабинет Суинь находился в богатом районе Ба Синг Се, поэтому обзор был потрясающий. На одной из полок, как раз к случаю, стоял массивный бинокль, которым Кувира поспешила воспользоваться. — Что ж, пора узнать, что тут творится.. Она скользила от места к месту, в попытке отыскать подозрительное. Но, похоже, город был спокоен. Даже слишком спокоен. Словно люди боялись делать слишком резкие движения, двигались очень аккуратно и старалась держаться друг друга, проходя мимо Армии Объединения, которая то и дело останавливала прохожих, проверяя документы и задавая вопросы. Вот и подозрительное. Люди здесь напуганы. Кувира хмуро навела резкость, слегка провернув кольцо фокусировки. Мужчина в одеждах народа земли, но с традиционным поясом племени воды, выставил руки в оборонительной позе. Он что-то кричал двум солдатам, медленно наступающим на него, металлические пластины на их костюмах предупредительно отделились от ткани, готовые клыками впиться в свою жертву. Жители, ставшие свидетелями этой картины, спешно покидали место происшествия. Выглядели очень тревожно, виновато, старались не смотреть в его сторону. Но Кувира смотрела во все глаза. Солдаты всё приближались, когда мужчина издал разъяренный рык и занёс руки для удара, но не успел ничего сделать, как металл сковал его запястья, обвил рот и глаза. Тот рухнул наземь, продолжая извиваться изо всех сил. Солдат занес руку, чтобы нанести удар, но мощный поток воды ударил его прямо в лицо, заставляя отступить назад. Жидкость внезапно кристаллизировалась, обвиваясь вокруг его головы, как шлем, замораживая его в ледяную ловушку. Солдат упал на колени, колотя по ней кулаками, что есть мочи, задыхаясь. Кувира сама не заметила, как сильно сжала корпус бинокля, как только увидела нападавшего мага. Маленькая девочка яростно сжимала выставленный перед ней кулак, плача рядом со своим отцом, который был связан. Все её силы и контроль были направлены на поверженного солдата, поэтому атаку второго ей не суждено было отразить. Взмахом руки в чёрной перчатке солдат выпустил пластину прямо на неё. Сковывающий его напарника лёд тут же потерял свою твёрдую форму, стекая по испуганному лицу. Убедившись, что с ним всё в порядке, он переступил через мага воды и приблизился к девочке, которая слёзно задыхалась, царапая свою шею, её глаза были неестественно выпучены. Взмах — и её тело отлетело к стене. Кувира зарычала, подавшись вперёд. Не доставая ножками до земли, она задыхалась, пока металлическое кольцо сжималось вокруг её горла, прижимало её к стене. Солдат подошёл к ней вплотную, и заведя руки за спину, чуть помедлил. Мужчина яростно бился позади него, не в силах ничего сделать, не в силах помочь. Но он прекрасно слышал, какие страдания причиняли близкому человеку. Он ревел как раненое животное и, наконец найдя ноги мучителя, начал колотить по ним, но тщётно. Чуть повернувшись к нему, солдат что-то сказал, и получил очень частые утвердительные кивки и мычание. Пленнику удалось сесть на колени и он склонил свою голову, в знаке, что они сдаются. Девочка тут же рухнула на землю, она не двигалась и, видимо, была без сознания. Металл тут же сковал её запястья, подобно отцу ей закрыли глаза. Ловушка, сковавшая горло исчезла. Атакованный девочкой солдат наконец-то поднялся на ноги, то и дело откашливая и отплевываясь от остатков воды. Он, был удивлён таким яростным сопротивлением, особенно от маленькой девочки. Но он тут же подбежал к ней, проверяя пульс. Облегченно выдохнул. И укоризненно посмотрел на товарища. Тот лишь пожал плечами, сажая пленного мага воды в небольшую бронированную машину. Погрузив туда же девочку, они хлопнули её массивными дверями, и поспешно скрылись в неизвестном направлении. Кувире показалось, что она сейчас рухнет, голова закружилась отказываясь принять увиденное. — Что это? Что это такое?.. Её затошнило. Неприятное ощущение во рту, сопровождённое сильным слюноотделением явно говорило о том, что она точно и без вариантов испортит дорогие ковры Суинь. Выпустив бинокль из рук, она дрожащими руками попыталась цепляться за стену, чтобы не упасть. Вылетевшая линза разбитого объектива ребром покатилась по полу и, закружившись, задребезжала оглушительными барабанами в её голове. Мгновение — и скудное содержимое её желудка вышло наружу. Долгое пребывание на солнце и неутешительная правда сдавили всё её существо, она упала на одно колено, плечом спускаясь по стене, теряя равновесие, пока полностью не осела на пятую точку. Комната перед глазами кружилась, и всё о чем она могла сейчас думать, плача и вытирая слюну и остатки рвоты с лица, это: — Как ты могла это допустить? Суинь. Всё то доброе и хорошее, любимое и не очень. Трепетное и страстное, хрупкое и непоколебимое. Всё это отправляется на самое дно шкатулки и уйдёт вместе с тем миром, который Суинь так старательно строила. Приняв решение, что покончит со всем, Кувира медленно-осторожно поднялась. Она чувствовала себя липко и мерзко. Меньше всего ей хотелось находиться в этом чёртовом месте. Но в этом была своя удача — кабинет Суинь отличный источник информации. Ей предстоит раскрыть секреты этого проклятого режима, как бы тяжело ей ни было. Её сильно трусило, когда она приблизилась к столу, где могли храниться ценные сведения: чертежи, отчеты, квитанции, накладные, что угодно, что могло бы приблизить к пониманию, с чем ей предстоит иметь дело. Грубо раскрыв первый тяжелый ящик, она начала спешно просматривать бумаги. Ничего стоящего внимания. Она переходила от одной стопки бумаг к другой, стараясь не нарушать их порядок. Всё должно выглядеть так, словно конфиденциальность документов не была нарушена. Ничто не должно выдать её вмешательство. Все бумаги, находящиеся в столе содержали лишь какие-то обыденные заметки, а вот книги по машиностроению на поках были интереснее. Но и тут проблема — темы, которые они описывали были настолько узкими и подробными, что выудить больше информации, чем просто «Армия Объединения готовит что-то грандиозное» — ей не удалось. Единственный написанный вручную доклад, который содержал сведения о строительстве ведущей встречные пути железной дороге Республиканский город — Ба Синг Се, привлек её внимание, но по своей сути был пуст. Пятнадцать минут беспрерывного поиска зацепок так ни к чему её не привели. Чувствуя, как спина покрывается неприятной испариной, а к горлу опять подступает тошнота, Кувира крепко ухватилась за край стола, в попытке удержать равновесие. Неужели, Суинь чиста? Где все её карты и чертежи? Я сама видела, как она возилась с ними. Предательская надежда так и рвалась из груди, но она не позволила ей одурачить себя, прекрасно понимая, что может подвести сейчас самого важного человека — саму себя. Всё, что она узнает сможет стать единственным спасением для Республиканского города, значит, нельзя поддаваться эмоциям, нельзя сдаваться. Нет, это просто смешно. Суинь — не идиотка, чтобы просто оставлять её здесь спящую. Наоборот, мудрее всего было бы хранить важное где-то, где потревожить тебя не сможет никто. А тут даже охрана курам на смех. Один человек на входе. Может ли он что-то знать? Стоит ли ей вышибить из него информацию? Нет. Нет! НЕТ! Кувира сжала пульсирующие виски пальцами, рассмеявшись от того, насколько глупо размышляла сейчас она сама. Насколько была не похожа на себя обычную. Скрывать она могла перед кем угодно, но не перед собой — ей было страшно. Страх облажаться сильнее, чем за все вместе взятые годы. Взгляд невольно упал на кресло, где они, будучи вне себя, прильнули друг к другу, даря тепло и будто ограждаясь от происходящего вокруг. И потом Суинь вновь ушла, не сказав ни слова, бросив её тут, как собачонку, а сама пошла «искоренять устаревшие традиции», взамен принося новые в виде человеческих похищений, и говоря, что всё в порядке! Как же это больно! Кувира с размаху ударила себя по щеке, чтобы привести в чувство. Кажется, она немного перестаралась — слёзы так и брызнули из глаз, но разум прояснился. И очень вовремя, потому что в комнате раздался звук проворачивающегося в замке ключа, и мужские голоса за дверью подсказывали, что это не те гости, которые будут ей рады. Мышцы живота напряглись и она рысью кинулась к раскрытому окну, попутно взмахом руки притягивая к себе в ладонь первое, что попалось — огромную промышленную металлическую линейку. В прыжке она молниеносно придала ей форму импровизированного крюка с ручкой, который надёжно впился в поверхность карниза, который находился чуть ниже окна. Ухватившись за него рукой, она неслышно выругалась — висеть таким образом не самая лёгкая задача для неё сегодняшней. Стараясь не шуметь, она прислушалась, в надежде, что её не обнаружат. Почему дурацкий крюк? Могла же просто сделать себе небольшой выступ и не тратить силы! Что сделано — то сделано. Дверь распахнулась, и в комнату вошел высокий старик с золотой серьгой в носу, цепочка от которой тянулась к верхнему кончику его левого уха. Он был бос и облачён в длинную богато расписанную рубашку тёмно-зелёного цвета, ниспадающую прямо до ступней. Его зоркий взгляд сразу упал на явно не вписывающийся потёртый камзол, небрежно брошенный на спинку гостевого кресла. Кувира услышала, как мужчина брезгливо хмыкнул, и поняла, что допустила оплошность. Рука, сжимающая неудобную ручку, начинала неметь, выдерживая на себе вес её тела. Можно было бы сделать себе небольшую ступеньку, чтобы перераспределить его, но что-то подсказывало ей, что слух у вошедшего очень чуткий. Она закусила губу. — Когда ушла Госпожа? — Не могу знать, когда заступил, мне передали ключи. Что-то случилось, Господин Айвей? Тот ничего не ответил и критично осмотрел пустой кабинет, не торопясь описывая по нему круг, задерживаясь то тут, то там, поддевая тонкими пальцами бумаги и предметы. Страж в дверях начинал нервничать, он то и дело смотрел по сторонам. — Господин Айвей, прошу меня извинить, но даже Вам вход в кабинет Великого Объединителя без её ведома воспрещён. Уходите уже! Капли пота стекали по её лбу и летели вниз. Висеть здесь так же было опасно, хоть они и находятся на большой высоте, но вероятность того, что её заметят всё же была. Айвей опять ничего не ответил, но приблизился к тому месту, где Кувиру вывернуло наизнанку. Сейчас на этом месте слегка неуместно стоял огромный горшок с растением, которым она предусмотрительно скрыла этот человеческий, немного постыдный эпизод. — Господин Айвей.. — Почему это здесь? — он поморщился. — Вы спрашиваете меня, почему здесь это растение? — немного раздраженно переспросил страж. — Оно как-то неприятно пахнет. Не считаешь? — Почём мне знать? Я не особо разбираюсь в цветах и их утончённых ароматах. От чуткого слуха Айвея не ускользнула эта грубая ирония. Он оглядел того с головы до ног и обратно, поправляя свои элегантные одежды. — Понимаю. — Не думаю, что Госпожа Суинь будет довольна, — опять заладил тот. Раава, пусть они уйдут! Вернулось головокружение, поэтому Кувира старалась не смотреть вниз. Она не боялась высоты, а вот пустой желудок и переутомление знали своё дело. Пальцы левой руки сильнее впились в запястье правой. Тем временем эти двое не торопились отчаливать. По крайней мере, один из них. — Её довольство - не твоя забота, — бесцветно ответил Айвей, — Давно ты тут стоишь? — На посту я уже нахожусь час, Господин. — Что это? Старик поднял с пола линзу разбитого бинокля — улику, которую она так же упустила из виду. Да что б тебя! Кувира зажмурилась, сосредиточиваясь на своём дыхании. — Стёклышко какое-то. Очки, может, разбились. Страж пожал своими широкими плечами, принимая находку из рук Айвея. — Это какое должно быть оч... — Дай сюда, болван, — Айвей грубо прервал его. Покрутив предмет в ладони, он приблизился к полке, на которой стоял поломанный бинокль, уверенно взял его и рассмотрел. Как и ожидалось, верхняя часть тубуса с одной стороны лопнула от удара. Айвей вставил идеально подошедшее стёклышко в него и напрягся, зорко вглядываясь вдаль. Он медленно приблизился именно к тому окну, за внешней стороны которого пряталась Кувира. — Как много можно увидеть отсюда, не правда ли? Слыша, как к ней приближаются шаги, её пульс подскочил до небес. Видимо, ей всё же придется обороняться или бежать! Проглотив подступившую тошноту, она выжидала. Человек, по имени Айвей, давал ей несколько путей развития событий. Выдавать себя — крайне нежелательно. «Только не выглядывай из этого чертового окна» — Надеюсь, ни Великий Объединитель, ни кто-либо еще не увидит, как я работаю, — пробубнел широкоплечий громила, — При всём моём уважении, Господин Айвей, даю Вам ровно три минуты, чтобы покинуть помещение. Господин Баотар, сколь угодно может быть серым кардиналом и помыкать Вами, но мною - уж увольте! Вы заигрались! Айвей, казалось его не слушал. Он слегка наклонился вперёд, но едва-едва, так, чтобы его лицо не пересекало границу с улицей. Ветерок колыхал золотую цепочку украшения. Кувира напряглась, словно пружина, и приготовилась. — Прекрасное место, чтобы увидеть небольшую частицу этого замечательного города. Но тот, кто действительно хочет узнать больше, должен искать не здесь. Всё кардинально изменилось, благодаря технологиям! Они тут всем движут. — Потрясающе, — саркастично подъитожил страж. — Чтож, не буду более задерживаться, — старик резко отпрянул от окна, — И не закрывайте окно, этот цветок просто наказание, его можно использовать в наших распределительных лагерях. — Очень надеюсь, что я туда не попаду после Вашего незаконного вторжения! — Я замолвлю словечко перед серым кардиналом, — иронично кинул Айвей ему на прощание. — Не говорите ему, что я так о нём сказал! — испуганно прогремел неудачливый страж, захлопывая за ними дверь. Рыча, отдуваясь и обливаясь потом, Кувира тяжело заползла обратно и рухнула на пол. Отбросила в сторону своё злополучное и, без сомнения, худшее творение — крюк. Дрожащими ладонями она провела по мокрым волосам, убирая прилипшие волоски с лица. Она слышала каждое их слово. А точнее — Айвея. Сомнений у неё быть не могло: если безмозглая охрана и была одурачена, то этот человек точно знал, что она здесь, прячется в своём укрытии. Но почему он не выдал её присутствие? Было ли это сделано специально, был ли он каким-то двойным агентом или просто хотел заманить её в ловушку - понять она не могла. Но он явно дал знать: искать нужно не здесь. Технологии. Технологии изменяют Царство Земли. Это прямая наводка, что ей нужно попасть в лаборатории или мастерские. Нужно найти Варрика, это он помогает Суинь в разработках. Вряд ли он свободный гость на этом празднике прогресса, когда всё так серьёзно. И как отыскать эти лаборатории, Ба Синг Се — огромный индустриально развитый город с сотнями, нет, тысячами ходов и подземок. На поиски у неё может уйти слишком большое количество времени, непозволительное ни для самого Ба Синг Се, ни для остального мира. Чёрт! Девушка, сгорбившись, сдавила лицо руками, внезапно почувствовав беспомощность. Аватар не в силах помочь, будучи израненной в предыдущих боях. И она Раава знает где! А сама она сидит сейчас здесь, одиночка среди львов-скорпионов. А распределительные лагеря! Кувира хмуро уставилась перед собой, вспоминая увиденное похищение людей, и ярость жарким огнём поднялась из глубин её души, вырываясь громким дыханием. — Гуан, — хрипло прошептала она, немного воспрянув духом, — Он должен знать что-то обо всём этом. И этот человек.. Айвей. Он правая рука Баотара старшего, а значит — ценный кладезь информации. Но нужно быть с ним аккуратнее. Человек, видящий сквозь стены может быть очень опасен, нельзя ему доверять. Она встала, всё еще чувствуя головокружение. Покидать кабинет через дверь — не вариант. Поэтому её единственной возможностью выйти всё ещё оставалось окно. Незаметно спуститься вниз, обойдя охрану прилегающих территорий, вернуться к своей машине и старательно делать вид, что всё в порядке. Найти Гуана и решить, что они предпримут. Попутно продумывая план, она раскрыла шкаф, предназначенный для одежды. Суинь любила простые, но элегантные платья, что сейчас не особо подходило для её вылазки, зато как раз кстати на плечиках висело несколько чёрных плащей, но раньше Кувире не доводилось видеть ткань с такими необычными переливами. Проведя ладонью по её поверхности, она с удивлением обнаружила в составе крупицы металла! Ткань, мягко поддавшись её манипуляциям, послушно снялась со своего места и неслышно проплыла ей за спину. Кувира усмехнулась и сжала кулак — легчайшая в мире материя опустилась ей на плечи, а капюшон скрыл лицо, оставляя только решительно горящие серо-зелёные глаза, устремлённые на тревожно затаившийся перед ней Ба Синг Се. — Город, которым движут технологии и «благие» мечты. Я не позволю тебе уничтожить то, что мне дорого, Су. И кто-то из нас должен пожертвовать своими стремлениями. Печально оглядев всё напоследок, она ступила вперёд к окну, мановением руки создавая себе небольшие ступеньки, ведущие вниз.