Неупокоенные останки

За окнами Малфой Мэнора разливалась туманная ночь, которую не разгоняли даже фонари, во множестве зажженые вокруг дома. Люциус стоял, прислонившись лбом к стеклу, и с тоской слушал отголоски перебранки между Лестранжами, доносящиеся из соседней комнаты. То, что дом превратился в филиал слизеринской гостиной образца двадцатилетней давности, совсем не радовало его. Малфой почти потерял сон, после того, как Темный Лорд обосновался в его родовом замке. И даже сейчас, когда тот был в отъезде, хозяин дома не чувствовал покоя. - Здравствуй, Люциус. Малфой обернулся и увидел входящего в комнату Снейпа. - Ты поздно. - Я не обещал прийти вовремя. - Но ты мог бы написать мне в ответ. - Люциус, мне сейчас не до дружеской переписки, – с легким раздражением возразил Снейп и сел в кресло у камина. – Так какое у тебя ко мне дело? - Что ты будешь, коньяк или огневиски? – спросил Малфой, остановившись у шкафа с напитками. - Мне совершенно некогда с тобой напиваться. У меня дел… - Северус, сейчас два часа ночи. Все твои подопечные уже спят, и не факт, что не друг с другом. Может, тебе тоже стоит расслабиться? Снейп посмотрел на Малфоя долгим взглядом. Люциус знал, что выглядит не лучшим образом, и отвернулся к окну. В руке он сжимал наполовину пустой стакан, пальцы заметно подрагивали. - И давно ты так расслабляешься? – тихо спросил Снейп. - А что мне остается делать? – голос Малфоя дрогнул. Люциус боялся повернуться к собеседнику лицом, чтобы не выдать свою слабость. Он поставил стакан на стол и спрятал руку в карман. Снейп встал с места и подошел к Малфою. - Что мне делать, Северус? – еле слышно повторил свой вопрос тот. - Выживать, – так же тихо ответил Снейп. – У тебя это всегда отлично получалось. - Но я совершенно безоружен сейчас… ты же знаешь, у меня нет своей палочки. Снейп не отвечал, молчание тянулось и становилось невыносимым. Малфой повернулся к старому приятелю лицом, их взгляды встретились. - Я больше не могу, Северус, я этого больше не вынесу… - Люциус, перестань, – жестко прервал Снейп, кладя руку ему на плечо. – Нас могут услышать. - Снейп, помнишь, мы же когда-то мечтали совсем о другом. Но что, если мы все ошибались? Что, если я ошибался, когда… Ты тогда был смешным и очень важничал, – невпопад сказал Люциус, слабо улыбнулся и попытался взять ладонь Снейпа в свои руки. - Ты пьян, – презрительно сказал тот и шагнул назад с намерением уйти. - Не уходи. Хотя бы ты не отворачивайся от меня. - У меня нет желания быть ни твоим собутыльником, ни сиделкой. - А быть моим другом? Лицо Снейпа скривилось, он сделал еще один шаг назад и попал в полосу тени, куда не доходил свет от камина и свечей. - Ты слишком многое вкладываешь в это понятие, Люциус. - Мне не хватает тебя, – еле слышно произнес Малфой и прикоснулся к своему рту, будто не ожидал от себя этих слов. Снейп порывисто подошел к нему вплотную и, глядя прямо в глаза, прошептал: - Не стоит говорить и делать то, о чем ты можешь пожалеть, когда протрезвеешь. Возьми себя в руки. - Не уходи, – повторил Малфой, взяв Снейпа за запястье. - Сейчас неподходящее время, – уклончиво возразил тот и попытался освободиться. - Ты же не забыл меня? – напряженно спросил Люциус. - Я ничего не забыл, – жестко сказал Снейп, вырвался из рук Малфоя и пошел к выходу. Люциус с досады пнул пустую бутылку. - Малфой… – тихо позвал Снейп с порога. Люциус повернулся к нему. - Не наделай глупостей. Возможно, твое нынешнее положение является преимуществом. Подумай об этом. - Снейп… - Спокойной ночи, Люциус. Дверь за Снейпом закрылась, и Малфой опять прислонился горячим лбом к холодному оконному стеклу. Думать ему совсем не хотелось. *** Люциус открыл глаза и увидел, что день уже в самом разгаре. Он медленно встал с кровати, прислушиваясь к ставшей уже непривычной тишине в голове. - Северус? – тихо позвал он. Но ответа не последовало. Тогда Малфой тяжело поднялся на ноги и направился в ванную. Над раковиной уже висел призрак отца, чье лицо как всегда не обещало ничего хорошего. Когда он спустился в столовую, Нарцисса и Драко обедали. Люциус бросил взгляд на лицо жены и понял, что вчерашний поход в банк прошел вполне удачно. - Доброе утро, – сказал он, садясь на свое место во главе стола. - Уже день, папа, – возразил Драко, внимательно глядя на отца. - Спасибо, что сообщил, сынок, а то сам бы я не догадался, – недовольно отозвался Люциус, наливая себе кофе. Потом он начал медленно размешивать в чашке сахар, глядя в одну точку. - Люциус, ты о чем-то задумался? – тихо спросила Нарцисса, накрывая ладонью руку мужа. Он вздрогнул, словно выйдя из оцепенения. - Да, я задумался о Снейпе. - О Снейпе? – удивился Драко. - Кстати, Люциус, он оставил завещание? Ты ведь был его лучшим другом, а родственников у него не было, – заметила Нарцисса и налила себе чай в изящную фарфоровую чашку. - Но ведь он не был богатым человеком, – с сомнением сказал Драко, – хотя как-то на уроке сказал, что имеет несколько патентов на зелья, которые он изобрел. Наверняка, они чего-нибудь стоят? - Да, а еще у него был дом, – вспомнила Нарциса. – И, хотя он находится в ужасном месте, его можно было бы продать и получить… - Вы можете думать о чем-нибудь, кроме денег? – злобно спросил Люциус, глядя на жену и сына. – Или вам жить не на что?! - Папа, ну ты же сам сказал, что мы почти разорены. - Ну и что? Это еще не повод превращаться в стаю шакалов. Вы не сделали для Снейпа ничего такого, за что он захотел бы оставить вам свое имущество, – презрительно сказал Люциус и, видя недоуменные лица домочадцев, понял, что сказал лишнее. Он чувствовал, что, если останется здесь еще минуту, то просто взорвется, и устроит скандал на пустом месте, о чем потом будет жалеть. - Пойду, пройдусь, – сказал Люциус, бросая на стол салфетку. Он решил пойти в ту часть сада, где был днем ранее. Дойдя до мраморной беседки, Люциус заметил, что старый дуб стоит на своем месте. Он подошел поближе и положил руку на растрескавшуюся кору, которая была почти горячей, нагревшись под полуденным солнцем. Люциус стал медленно обходить дерево, пытаясь найти старую метку, которую они когда-то вырезали здесь со Снейпом. И она вскоре нашлась, хотя и была почти не видна за мхом, которым поросла северная сторона дуба. - Я не стал его рубить, сэр, – послышался извиняющийся голос садовника. Люциус вздрогнул и обернулся. Лютер стоял, чуть согнувшись, у края дорожки, словно не решаясь подойти к хозяину ближе. Малфой ничего не ответил, лишь выпрямился и холодно посмотрел на слугу. - На нем вновь выросла омела, а рубить такие деревья нельзя, – пояснил садовник, глядя на свои ботинки, выпачканные в земле. - Омела? – Люциус поднял голову и увидел густой ярко-зеленый куст среди почти голых ветвей дуба. Солнце слепило глаза, и Малфой быстро отвернулся, чтобы стереть набежавшую слезу. - Ладно, оставь все как есть, – распорядился он и направился к мощеной дорожке. - Я могу купить зелий, чтобы попытаться вылечить это дерево, – неуверенно предложил Лютер. - Хорошо, сделай все, что потребуется, а счет отдай миссис Малфой, – сказал Люциус и направился вон из поместья. Он решил снова вернуться в Тупик Прядильщиков и посмотреть на все свежим взглядом и при свете дня. Когда он зашел в темный дом, его взгляд сразу упал на пустой стол у окна. Люциус подбежал туда и положил руку на холодную поверхность, не в силах поверить в происходящее. Никаких следов тела Снейпа не было. Малфой лихорадочно осмотрелся по сторонам. «Неужели мне просто приснилось?.. Или я брежу сейчас?» – думал он, нервно сжимая кулаки. Через минуту он был уже у ворот Хайгейтского кладбища и едва ли не бежал к знакомой могиле. Там он застал все тот же холм земли с черным могильным камнем. Здесь, казалось, тоже ничего не выдавало его вчерашних подвигов по преодолению страха смерти. Малфой внимательно оглядывал могилу и не заметил, как сзади к нему тихо подошел кладбищенский сторож. - Он был вашим другом? Люциус обернулся и уставился на старика, не в силах сказать ни слова. Тот, кряхтя, почесал в затылке и понимающе кивнул. - Нам всем тяжело терять друзей, сэр. Я чего хотел-то? Может, вы знаете, какие цветы он любил? А то я на похоронах ни от кого ответа не добился. Знаете, все на меня смотрели, как на дурака. А я не дурак! Если бы они сажали цветы на могилах, они б знали, что им, ну, покойникам, не все равно. Знаете, как меня однажды достал дух одной старухи? Я посадил на могиле лилии, на которые у нее была аллергия... Ой, вы просто не представляете, насколько бывают доставучи эти покойники! - Ну почему же, вполне представляю, – тихо сказал Малфой. - Ну, тогда вы должны меня понять, сэр. Я тут не просто так, я за тем слежу, чтобы они тут все хорошо лежали, и было им мирно и покойно. А ежели им что не то посадить, так они ж с меня потом с живого не слезут! – сторож потряс кулаками и оглядел сердитым взглядом ближайшие могилы. - Однажды он упоминал при мне белые тюльпаны и маки, – медленно проговорил Люциус. – Думаю, он был бы не против увидеть их на своей могиле. - Вот спасибо, сэр, – сторож расплылся в улыбке. – Теперь-то я уж знаю, как ублажить вашего покойного друга. Малфой криво улыбнулся в ответ и шагнул к дорожке, как вдруг что-то на могильном холме блеснуло на солнце. Он наклонился и увидел край зажигалки, почти полностью скрытой под землей. Люциус бросил взгляд на сторожа, медленно бредущего в противоположную часть кладбища, потом нагнулся и поднял предмет, который забывал выбросить уже много лет. Его опять прошиб холодный пот. Малфой попытался собраться с мыслями и нажал кнопку зажигалки. Блеснул слабый огонек, но пламени не было. Вероятно, все горючее вещество в ней уже закончилось. И тут Люциус понял, куда ему следует сейчас отправиться. *** Когда он шел по знакомой набережной вдоль Женевского озера, его слабое предположение встретить здесь Снейпа превратилось во все растущую надежду. Та тишина, в которой Люциус оказался после исчезновения голоса в голове, вместо того, чтобы обрадовать, стала пугать. Он хотел найти здесь Снейпа хотя бы для того, чтобы сказать ему все, что думает о его поступке. Ну и окончательно убедиться в собственной нормальности тоже не помешало бы. Он постоянно оглядывался по сторонам, замечая перемены, произошедшие в городке за последние десять лет, после того, как он продал здесь дом. Проходя по маггловской части набережной, Люциус увидел много новых зданий, но общий вид Монтрё почти не изменился. Он по-прежнему утопал в цветах и был немного сонным, словно майская бабочка, только что выбравшаяся из своего зимнего укрытия. Люциус прошел мимо памятника, которого не видел раньше. Монумент изображал мужчину в довольно экспрессивной позе с поднятой вверх рукой и широко расставленными ногами***. - Наверное, веселый был парень. Малфой резко обернулся и увидел стоящего рядом Снейпа. Капюшон черной мантии полностью закрывал его голову и часть лица. Люциус стоял и смотрел на него, не в силах ничего сказать. Тот подошел поближе и немного приподнял капюшон. Лицо Снейпа казалось еще тоньше, чем раньше, глаза ввалились, а вокруг них залегли глубокие тени. - Какими судьбами в Монтрё? – спросил он, испытующе глядя на Малфоя. - А ты не догадываешься?! Ты меня чуть с ума не свел, а теперь расхаживаешь тут, как ни в чем не бывало! - Ну, ты сам сбежал, не дождавшись моего пробуждения. Я же тебе клятвенно обещал, что отстану от тебя после этого. А я держу свои обещания, – сказал Снейп и слабо улыбнулся, словно почувствовав некую неловкость от происходящего. Малфой тоже не сразу нашелся, что сказать, и тут к ним подошла компания молодых людей с букетами цветов в руках. Они смеялись и о чем-то оживленно разговаривали на неизвестном Люциусу языке. Он недоуменно посмотрел на Снейпа, тот кивнул в сторону озера, приглашая отойти. На краю набережной они оба стояли, глядя на холодные воды Женевского озера, и словно бы не знали, о чем говорить. Все вокруг дышало спокойствием и весенней радостью бытия, но сердце Люциуса колотилось так, будто сейчас взорвется от переполняющих его эмоций. Наконец он повернулся к Снейпу и тихо спросил: – Почему ты тогда порвал все, Сев? Неужели только потому, что я приволок к нам в номер того парня? Я же просто был пьян… – Тогда я подумал, что надоел тебе, – медленно сказал Снейп, глядя ему прямо в глаза. – Разве я неправильно тебя понял? – Нет, просто я стал ощущать, что ты значишь для меня слишком много, – еле слышно сказал Люциус и, не в силах смотреть Снейпу в лицо, повернулся в сторону веселой компании у памятника. Те положили цветы к его подножью и включили какое-то маггловское устройство, из которого полилась приятная мелодия. - Наверное, это какой-то национальный герой, – с улыбкой предположил Малфой, чтобы уйти от прежнего разговора. Снейп состроил одну из своих иронично-язвительных гримас и сказал: - Не иначе. Тут порыв ветра сорвал с его головы капюшон, и Люциус увидел, что его волосы коротко острижены. - Это что, конспирация? - Не совсем, – недовольно ответил Снейп, возвращая капюшон на место. – Просто они стали выпадать, и я их отстриг. Укус Нагайны и двухнедельное недельное пребывание в гробу не слишком полезны для здоровья. - Но я все равно рад, что ты жив, Сев, – сказал Люциус и порывисто вздохнул, нервно сжимая в кармане зажигалку. Снейп подошел вплотную и взял его руку в свою, внимательно глядя в глаза. Малфой не отвел взгляда, чувствуя, как между ними вновь пробегает ток, который когда-то соединил их вместе. - Пойдем, – со странной улыбкой сказал Снейп и потянул Люциуса за запястье. Тот молча кивнул. Они пошли по улице вверх от озера, а вслед им неслась мелодия песни из маггловского устройства, стоящего у подножья памятника. Those were the days of our lives, The bad things in life were so few. Those days are all gone now but one thing's still true When I look and I find, I still love you, I still love you.**** Конец.