Опасная связь

      Быстрым шагом, мастерски лавируя между людьми в форме, Агата приближалась к тюремному комплексу, который устрашающе выглядывал из-за «зубастого» забора с колючей проволокой. Тюрьма Белмарш, хоть и была открыта относительно недавно, напоминала собой средневековый замок какого-то зажиточного лорда, служащим колыбелью для неприкаянных душ. Классический сюжет для фильмов ужасов.       Девушка выглядела абсолютно контрастно и нелепо на фоне этого здания из-за своего не самого высокого роста, хрупкой фигурки, облаченной в мягкий бежевый свитер и голубые джинсы, и невинного личика. Агата ловила на себе заинтересованные взгляды полицейских и чувствовала себя еще более некомфортно из-за этого.       Надо было просто дойти до нужного кабинета и заняться бумажной работой. Ей поклялись в университете всеми святыми Англии, что практика в тюрьме не предполагает прямого контакта с заключенными.       Элиза, кузина и по совместительству однокурсница Агаты, была жутко возмущена тем, что девушка была отправлена в тюрьму, а не в обычную больницу возиться с несложными пациентами и выполнять санитарную работу.       — Да надо куда-то жаловаться! Тюрьма, Агата, тюрьма! Там одни уголовники и уроды! Для них такая, как ты — сладкая и маленькая девчонка — просто лучший десерт! Ты представляешь, как это опасно? — блондинка ходила по комнате, эмоционально размахивая руками и хмуря брови в своей излюбленной привычке.       — Все будет нормально, — пробубнила Агата. — Я просто недельку покопаюсь в бумагах, почитаю и проверю документацию, посмотрю лекарства.       Элиза издала какой-то непонятный звук, похожий то ли на рычание, то ли на сдавленный стон, то ли на проклятье.       — Тебе будет очень сложно. Ты же такая ранимая!       Агата вновь вспомнила этот разговор и опять убедилась в извечной правоте своей кузины. Каждый последующий шаг ей давался все труднее предыдущего, будто сзади неё раскрылся парашют и начал тянуть назад с нечеловеческой силой.       — Мисс Харрис? Агата? — девушка остановилась и обернулась на голос, который был явно обращен к ней. Агата увидела высокого и худощавого молодого человека с черными волосами и невероятно добрыми глазами. Парень приветливо улыбался и торопился в сторону девушки.       — Да, — Агата улыбнулась в ответ. — Это я.       — Меня зовут Сэмюэль Макото, — представился парень. Агата заметила на его белоснежной рубашке значок полицейского. — Можно просто Сэм. Я назначен быть вашим проводником.       Агата почувствовала, как уровень уверенности внутри неё возрос, когда Сэм поравнялся с ней и, засунув руки в карманы черных штанов, пошел рядом. От него исходила какая-то удивительная энергетика спокойствия и гармонии. Казалось, они шли не в место принудительного содержания для тысячи преступников, а на прогулку в парк. Агата подумала, что именно так ей хотелось бы чувствовать себя рядом со своим молодым человеком.       — Так вы врач, — Сэм нарушил тишину.       — Да, — кивнула Агата, немного смущаясь от столь уважительного отношения к себе. Элиза убеждала её, что все работники тюрем — жуткие мужланы и сексисты. — Можно на «ты».       Сэм довольно улыбнулся.       — Странное тебе место досталось для практики.       — Да, я ожидала нечто…другое.       — Любой опыт в жизни будет полезен. Даже такой. Не волнуйся, — Сэм покосился на Агату, — ты всегда будешь под наблюдением и защитой. Никто даже не посмеет взглянуть в твою сторону. ***       Александр поморщился и тихо выругался, когда его спокойный и мирный сон был прерван беспардонным вторжением в одиночную камеру и не менее невежливым обращением.       — Эй, ты, ублюдок, поднимай свой зад, — надсмотрщик пнул ногой по двери, создавая еще больший грохот, и с усмешкой посмотрел на Нильсена. — Пора встретиться со своими друзьями.       К сожалению, грубить в ответ, огрызаться или ввязываться в драки ему было нельзя, ведь еще одно наказание в виде трехдневного пребывания в одиночной камере, и весь план побега можно было бы слать к чертям. Приходилось быть покорным и ласковым котиком даже с этим лысеющим и мерзким надсмотрщиком.       Не груби, не огрызайся и не ввязывайся в драки, Александр. Придется перебороть свой взрывной характер.       Александр молча поднялся с жесткой кровати — черт, как же он соскучился по мягким матрасам и облачным одеялам из пятизвездочных отелей — и почувствовал, как безумно затекла его спина. Его руки тут же грубо завели за спину и сковали холодным металлом.       — Знай, урод, у меня дубинка и пистолет. И все это я могу использовать на тебе при малейшем неповиновении.       Александр усмехнулся. О да, он точно был на «хорошем» счету в этой тюрьме. Парень был уверен, что когда его затолкали за решетку и закрыли на замок, сама королева Елизавета расслабленно выдохнула. Нильсен вспомнил все выдвинутые ему обвинения: торговля наркотиками, перепродажа оружия, организация и участие в незаконных боях без правил и, самое ужасное, убийство.       Да, с последним он действительно облажался. ̶П̶р̶о̶е̶б̶а̶л̶с̶я̶ очень крупно.        Пойдя на поводу эмоций, Нильсен поймал мелкого убийцу из конкурентной криминальной группировки, который замучил троих его лучших бойцов, и собственноручно забил его до смерти.       Кровь на руках и миллионные счета полученных незаконным путем денег — все это вело к смертной казни, но на его удачу и на досаду властей она была отменена, и Александр «отделался» приличным тюремным сроком. Тем не менее Александр не имел в планах провести длительные каникулы в тюрьме, особенно, когда в бизнесе появились проблемы. Такого же мнения была и его криминальная семья. На следующий же день, после того как Нильсен прибыл в Белмарш, он получил записку от подкупленного охранника с лаконичным «16. 05».       Шестнадцатое мая. День, когда он совершит побег из одной наиболее строгих тюрем Британии. И это было через три дня.       Надсмотрщик втолкнул Александра в камеру, где на него сразу же уставились несколько пар глаз. Несомненно, все узнали его. Но Нильсен мгновенно распознал один взгляд.       Джоэл Конте. Все публичные дома Европы были под контролем его пресловутой семейки, и отдуваться за эту специфическую деятельность выпала честь старшему сыну развратного итальяшки. Признаться, Александр не ожидал увидеть его в качестве своего сокамерника. И это было не радостным событием, ведь Конте после одного очень курьезного случая люто ненавидели всех, кто имел хоть какое-то отношение к семейству Нильсен. За это надо было сказать спасибо младшему брату Александра Вестеру.       — Чувствуй себя как дома, — ехидно добавил надсмотрщик за спиной Нильсена. — Тут ты проведешь остатки своей никчемной жизни.       Александр развернулся, заставив мужчину отпрянуть, и посмотрел на него ледяными глазами.       — Ну, а ты вместе со мной.       Надсмотрщик что-то непонятно фыркнул, снял с парня наручники и втолкнул в камеру, поспешно захлопнув за ним тяжелую дверь. Александр потер запястья и повернулся к своим соседям.       — Ну, здравствуйте, мистер Нильсен, — к нему подошел пожилой мужчина и протянул руку.       Александр недоверчиво посмотрел на него, а мужчина, увидев это подозрение во взгляде серо-голубых глаз, рассмеялся.       — Я могу быть полной мразью и аморальным ублюдком, но я британец и джентльмен. Оливер Эриксон.       Александр пожал ему руку. Да, он знал Оливера, точнее, слышал его имя. В узких кругах Оливер был известен как профессиональный карточный шулер и мошенник. Говорили, он обыграл кого-то из королевской семьи и выиграл часть Букингемского дворца.       — Мы рады вам, мистер Нильсен, — продолжил пояснять Оливер, — потому что, как известно, как только в тюрьме появляется кто-то из ваших, стоит ждать шанса для побега.       — Занятная у меня репутация. Не сомневайтесь.       — Конечно, эти шавки привыкли бежать отовсюду, как крысы поганые, — грубый голос с отвратительным итальянским акцентом покоробил Александра, и он посмотрел на Джоэла, который, развалившись на кровати, зло смотрел на него.       — У тебя какие-то проблемы, Конте? — грозно спросил Оливер.       Итальянец поднялся со своего места и развалистым шагом подошел к Александру и его новому другу. Карие глаза с презрением прошлись по красивому английскому лицу, немного бледному из-за недостатка солнца в последнее время.       — Абсолютно никаких. — Он усмехнулся. — А вот Бриджида до сих пор не может отмыться от позора, которым одарил её твой сраный братик.       Ну, конечно.       — Очень опечален судьбой твоей распутной сестрицы. Но, кажется, это она залезла в штаны Вестера на той…       Александр не успел договорить, а его ехидная улыбка была стерта с его лица одним мощным ударом прямо в область скулы. Все вокруг возбужденно загудели, радостно наблюдая за дракой.       Не груби, не огрызайся и не ввязывайся в драки. ***       Сэм провел Агату до ее кабинета, который был смежным с основной приемной палатой, и быстро удалился, заверив, что будет проверять её каждые полчаса. Еще он заботливо оставил ей свой номер и заставил пообещать звонить тут же, если что-то — с малой вероятностью, конечно же — пойдет не так.       — Мисс Харрис? — в кабинет заглянул седовласый мужчина в белом халате, в котором Агата узнала её наставника — мистера Арчера. — Рад вас видеть тут. Надеюсь, вы не сильно расстроились, что попали к нам?       — Что вы, — Агата отмахнулась, — я довольна любым местом для практики.       — Не волнуйтесь, я напишу вам замечательные рекомендации. Вот, кстати, и ваша работа. — Мистер Арчер указал на кипу документов. — На неделю точно хватит.       — Спасибо, — Агата улыбнулась, представляя, как будет копаться с этим целую вечность, а не неделю. Кажется, её наставник не был фанатом бумажной работы.       — Что же, я пока пойду. Если что, я за стенкой.       Мистер Арчер удалился, и Агата огляделась. Её «кабинетик» больше походил на каморку с двумя столами, один из которых был похоронен под папками, а на другом стояла старенькая лампа, органайзер с канцелярией и потертый телефон. Хорошо, просто одна рабочая неделя, и она свободна, как птица.       Харрис накинула на себя белый халат и, отправив Элизе смс-ку, что все хорошо, села за стол. ***       Агата посмотрела на часы. Прошло уже около двух часов с начала ее кропотливой работы, и пока все было тихо. Ни криков, ни шастающих везде преступников, только отчеты о закупках обезболивающего, бинтов, пластырей, анестетиков и шприцов. Девушка даже почувствовала спортивный интерес, когда количество переработанных папок перевалило за второй десяток.       Вдруг в её келью влетел взволнованный мистер Арчер, тяжело дыша.       — Мисс Харрис! Произошла серьезная драка! Мне надо срочно отлучиться, а вас попрошу посидеть в моем кабинете, на случай, если кто-то из работников зайдет. — Выпалив это, мистер Арчер тут же исчез, не закрыв за собой дверь.       Немного взволнованная Агата побежала в кабинет врача. Сердце гулко застучало от слов наставника. Драка. Так близко к ней. Может, там даже кого-то убили или покалечили…       Харрис выдохнула, чтобы успокоиться, и села на стул. Хотелось позвонить Сэму и расспросить, что там происходит, но, как только Агата прикоснулась к телефону, в кабинет ввалился один из охранников.       — О, прекрасно! Врач на месте, — он обернулся и что-то неразборчиво крикнул назад, из чего Агата распознала только «веди сюда». О боже, сюда что, приведут участника драки?!       — Стойте, — тихо запротестовала Агата, но её не слушали. Охранники волоком затащили слабо сопротивляющегося парня с в кровь разбитой скулой и губой. — Я не…       Охранники завалили парня на кушетку, не заботясь о его состоянии, и он тихо застонал. Харрис испуганно наблюдала за ними.       — Ему вкололи успокоительное, — повернулся к ней один из охранников, — скоро окончательно отключится. Обработайте ему лицо, а то смотреть тошно.       Рации охранников зашипели, и они кинулись прочь из кабинета, оставляя Агату наедине с распластавшимся на кушетке преступником.       Девушка схватила со стола ватные диски и баночки с обеззараживающими средствами и робко подошла к пациенту. Он лежал, прикрыв глаза и плотно сжав кулаки. Казалось, он был готов наброситься на неё в ту же секунду.       Агата положила все средства на маленький столик и дрожащими пальцами нанесла на ватку средство. Она начала протянула руку к лицу парня, но на мгновение замерла, разглядывая его.       Пациент был, несомненно, красив. Даже с разбитой губой и красной, медленно синеющей правой частью лица. На его серой футболке была вышивка «Александр Нильсен». Он размеренно дышал и выглядел совсем безобидным. Агата нерешительно коснулась его лица ваткой и стёрла кровь. Парень оставался безмятежным.       «Возможно, все не так уже и страшно», — подумала Агата и, почувствовав уверенность, уже расслабленно переместились к губам Александра. Вдруг он резко раскрыл глаза и схватил пораженную Агату за руку. Оба ощутили, как через их тела пробежал разряд тока, остановившись где-то на уровне затылка.       — Может, лучше сотрешь кровь поцелуем? — парень ухмыльнулся, но рана натянулась, причиняя ему резкую боль, и улыбка тут же пропала.       Харрис испуганно посмотрела на него, пытаясь вырвать руку из его стальной хватки, но парень лишь сильнее потянул её на себя, и девушка чуть ли не упала на него.       — Отпустите! — взмолилась она.       — Ну, так не интересно, — Александр разочарованно вздохнул и быстрым движением сел на кушетке, оказавшись почти лицом к лицу с Агатой, продолжая её удерживать.       Нильсен смотрел в зеленые глаза, с ужасом уставившиеся на него. Он оценивающе прошелся по её лицу. Миловидная девчонка с крайне взволнованным видом, причиной которого был он. Заметив его сканирующий взгляд, девушка покраснела, и Александр ощутил внутри приятное чувство. На втором месте его удовольствий стояло доведение милых девушек до крайней степени смущения.       — Постарайся, чтобы мне не было больно, — Нильсен наклонился к уху девушки и томно прошептал, касаясь носом её мягких волос и отпуская её запястье.       Агата отшатнулась, отходя в её понимании на «безопасное расстояние», и начала старательно убирать следы драки с его лица, надеясь, что с окончанием работы закончится и весь этот кошмар.       Все это время Александр не сводил с неё глаз, заставляя покрываться пятнами от застенчивости. Нильсен вдруг вспомнил недавний пьяный разговор со своим другом, который говорил о том, что лучший секс в его жизни был с девушкой, стеснявшейся глаза на него поднять. Но это стеснение пропало, стоило им увидеть друг друга без одежды. В голове парня зародилась странная идея.       — У тебя есть парень? — неожиданно спросил он. Почему это вообще его взволновало?       Агата на секунду замерла, а потом с новым усердием принялась обрабатывать его раны, так и не удосужившись ответить на его вопрос.       — Я задал вопрос вообще-то, — недовольно сказал Александр.       — Какое вам дело? — огрызнулась Агата.       — Да у тебя острый язычок? — ухмыльнулся Нильсен, но снова осекся. Чертова губа. — Что еще мне предстоит узнать о тебе?       — Ничего. Почему вы вообще… в сознании?..       Нильсен загадочно посмотрел на неё.       — Хотела бы что-то сделать со мной, когда я бы был без сознания? Знаешь, мне нравится твой ход мыслей. И этот халатик. А полный костюмчик медсестры есть?       Агата снова промолчала и быстрыми движениями закончила свою работу. Она кинула окровавленные ватки в железную мисочку и отошла на несколько шагов от Александра.       — Все. Синяки и ссадины останутся, но потом постепенно сойдут.       Харрис собралась уходить и ей было плевать, что она оставит потенциально опасного преступника одного во врачебном кабинете, ведь это изначально не было её заботой, а лишь нелепым стечением обстоятельств.       — Доктор, а как же внутренние травмы? Кровотечения там, разрывы? Думаю, у меня может быть даже перелом ребер.       Александр невинно смотрел на девушку, которая почти вскипела от ярости. Он вздумал играться с ней?       — Я не доктор.       — О, так я был прав. Ты просто любишь ролевые игры, отсюда и костюмчик?       Агата закатила глаза. Ей же обещали тихую и спокойную практику…       — Снимайте футболку. Я осмотрю вас. — Девушка с вызовом посмотрела на наглого парня.       — Как прикажете, доктор.       Нильсен не спеша, чтобы не провоцировать болевые ощущения, стянул с себя серую футболку, демонстрируя свое идеальное тело, немного испорченное редкими красными багровыми шрамами и новыми синяками. Агата на мгновение залюбовалась подкаченными мышцами, сильными плечами и бледноватой кожей, которая выглядела очень мягкой на ощупь. От разглядываний — исключительно в научных целях — девушку оторвал знакомый голос.       — Агата, что происходит? — Харрис дернулась и обернулась. В дверях стоял Сэм и направлял пистолет на её первого экстренного пациента.