Опасная связь

      — Потом он направил на этого уголовника пистолет… — Агата широко раскрыла глаза и посмотрела на Элизу, которая прикусила палец и увлеченно слушала кузину, но тут её нервы и эмоции явно сдали.       — Черт, ты мне точно не шпионский боевик пересказываешь? — воскликнула блондинка. — Жду появления Дэниэла Крейга в обтягивающих серых спортивных штанах.       Агата закатила глаза. Хотя да, действительно, воспоминания от её первого дня пребывания на практике были схожи с сюжетом эпичного фильма.       — Но в кабинет вбежали другие охранники, этого преступника скрутили и увели в камеру.       Харрис мгновенно ощутила те эмоции, что бушевали в ней несколько часов назад. Паника, раздражение, страх, интерес?.. Да, признаться было тяжело даже самой себе, но Агата старалась всегда быть честной. Поэтому она смирились с мыслью, что Александр не отталкивал её. Одна лишь идея того, что могло вызвать такие эмоции, до жути пугала её.       — Ты должна завтра же потребовать у университета новое место для практики, — негодовала Элиза. — Это же возмутительно! А если бы он тебя изнасиловал? Покалечил? Или начал использовать в своих преступных целях?       — Ты излишне драматизируешь, — попыталась успокоить её Агата. — Это была случайность.       — Ну, конечно, — ответила Элиза, забираясь под одеяло, — еще скажи, что тебе понравилось.       Агату передернуло. Конечно, нет!       — У этого хама наверняка девушек сотни. — Элиза натянула одеяло повыше, чуть ли не пропадая под ним с головой, и устало зевнула. — Фу, он же наглый и нахальный извращуга! Как такие могут нравиться…       Агата пробурчала что-то ей в ответ, что сама не очень поняла. Сон напал на них обеих неожиданно, и девушки уснули. И Харрис удалось списать на игры подсознания тот факт, что последним за секунду до падения в темноту перед её глазами предстало нахальное лицо Александра Нильсена. Он усмехался и будто бы спрашивал у нее: «Объяснишь своей кузине, как такие, как я, могут нравиться? Только не смей мне врать». ***       Агата шла к своему кабинету в прекрасном расположении духа. С утра она впервые понравилась в себе в зеркале с первого взгляда, а на вечер у неё еще было запланировано долгожданное мероприятие — встреча со школьными друзьями, поэтому Харрис позволила себе поддаться на провокации Элизы и одеться менее официально: черная кожаная юбка и серая кофта с горлом и вырезом на груди, оголяющей аппетитные формы. Девушка хотела скорее прикрыть эту деталь своего наряда белым скромным халатом, ведь излишнее внимание от обитателей этого места ей совершенно не было нужно.       Внутри Агата также чувствовала себя волшебно. Казалось, все былые тревоги отошли на задний план, ведь два дня работы прошли просто идеально: скучные восемь часов в четырех стенах за горой макулатуры и, главное, никаких больше экстренных ситуаций и встреч с Нильсеном.       Сэм был особенно внимателен и учтив в последнее время, окружая девушку всяческой заботой. Сегодня он тоже не изменил себе и встретил Харрис со стаканчиком ароматного кофе.       — Агата! — парень приветливо улыбнулся и помахал девушке. Его взгляд упал на декольте Харрис, но тут же переместился в область её глаз. — Я решил проводить тебя сегодня. Чтобы ты чувствовала себя в абсолютной безопасности.       — О, Сэм, спасибо! Это очень мило с твоей стороны. Но не стоило, все же в порядке.       Парень немного погрустнел после этих слов девушки, но тут же скрыл легкую грусть под непринужденной улыбкой и коротким кивком.       — Но лучше я провожу тебя. Сегодня многие преступники вне камер.       Агата почувствовала неприятный холодок, который пробежал по её спине. Как это, вне камер? То есть их, как в зоопарке выпустили наружу погулять и подышать свежим воздухом? Нематериальная крепость уверенность стала трещать у самого основания.       — Ладно, пойдем. — Девушка приняла стаканчик из рук Сэма, и они двинулись в сторону кабинета Агаты.       По пути Харрис заметила, что в коридорах действительно было больше людей, чем обычно. Охранники напряженно оглядывались по сторонам, сжимая в руках дубинки и отпуская гнусные шутки о заключенных.       — А почему сегодня так? — поинтересовалась Агата.       — Приезжает начальство, какая-то очень крупная шишка. Вот тут и создают впечатление детского лагеря, а не тюрьмы строгого режима. — Сэму явно не хотелось об этом говорить.       Они спустились на первый этаж, в середине которого находилась огромная «клетка», ставшей небольшим пространством для прогулок заключенных. Их от Агаты и Сэма отделяла сетка и стена из мощных надсмотрщиков. Харрис почувствовала себя жутко неловко, ведь Сэм остановился в двух шагах от нужного для Агаты поворота и завел с ней разговор.       — Агата, слушай, я сегодня заканчиваю пораньше… — парень потер шею и начал рассказывать Харрис что-то, но она не слышала и не слушала его.       Её взгляд, словно под действием какой-то силы, примагнитился к другому. Ледяной, но в то же время и страшно обжигающий, притягательный. Александр Нильсен смотрел — нет, скорее просто пялился — на неё, сидя, немного развалившись на скамейке. Рядом с ним сидел пожилой мужчина и что-то тихо и усердно рассказывал ему. Агата почувствовала, как зажгло запястье, за которое парень схватился несколько дней назад. Это психосоматика. Простая психосоматика.       — Ну, так что? — наконец спросил Сэм, и Агата резко дернула головой и взглянула на лицо парня, полное волнительного ожидания её ответа. Боже мой, как это было неловко. Она ведь даже вопроса не услышала, черт возьми. Будто прочитав её мысли, Сэм добавил: — Я пойму, если ты откажешь мне пойти куда-нибудь. Мы мало знакомы.       — Сэм, большое тебе спасибо! Ты замечательный, но сегодня не выйдет. Я уже пообещала, что встречусь со своими давними друзьями. Мы не виделись больше года. Пожалуйста, не обижайся.       — Конечно! Какие обиды, я все прекрасно понимаю, не переживай. Все хорошо, это же не последний шанс. — Он дружелюбно улыбнулся, и груз вины свалился с плеч Агаты, ведь на его лице не отразилось ни капли обиды.       Рация парня прошипела какие-то неясные слова, и Сэм обреченно вздохнул.       — Долг зовет. Мне пора.       Сэм еще раз попрощался, замявшись в конце, будто раздумывая о чем-то, а потом оставил Агату одну. Девушка еще раз взглянула в сторону источника магнитных волн, надеясь, что там никого не было. Но серо-голубые глаза продолжали следить за ней и, увидев, что жертва наблюдения осталась в одиночестве, избавившись от напрягающей компании, изменили свой оттенок со стали до прохладной морской воды.       Александр выпрямился, гордо расправив плечи, и послал девушке едва заметную, но не менее из-за этого обворожительную улыбку. Почему-то Харрис была уверена, что на языке тела Нильсена это значило «хорошая девочка».       Агата тут же отвернулась от него и, немного вздернув подбородок, практически убежала на каблуках в противоположную сторону. Нет, спасибо, сегодня она обойдется без заигрываний какого-то гнусного преступника. ***       — Как же тебя все-таки поймали? Я думал, люди из вашей группировки ни за что не сдаются властям, — Оливер сел рядом с Александром и заинтересованно посмотрел на него.       Нильсен поморщился, услышав этот вопрос, который точно ущемлял его криминальное достоинство, ведь попал в лапы правосудия он крайне нелепо. Агата пропала из поля его зрения, и стало опять скучно, ведь никто из окружавших его людей так мило не краснел от простых взглядов. Необходимо было точно присмотреться к этой девушке.       — Один человек решил сократить ряды наших бойцов, выбрав, конечно же, лучших. Делал он это крайне мерзко и предательски. Добавлял рицин в сигареты и угощал их в барах. Эта дрянь попадала в организм и устраивала там свою кровавую пирушку, уничтожая тело здорового мужика за несколько дней. Я выследил его, завел на склад и не рассчитал силу отеческих ударов для перевоспитания. Потом меня сдали покровители этого отброса.       — Есть идеи, кто это мог быть?       — Нет тех, кто остался вне подозрений, — уклончиво ответил Нильсен.       Конечно, он уже точно знал имя того человека, кто подпортил ему планы, но распространяться о нем и о своих планах явно не собирался.       — Видимо, вы очень дружелюбный человек, раз имеете столько «друзей». — Оливер усмехнулся.       — Наш бизнес не предполагает совместных походов в бары с конкурентами и вылазок на природу с барбекю.       — С чувством юмора, я посмотрю, у вас все в порядке, — сказал Эриксон.       Александр искоса взглянул на мужчину. Его настораживала излишняя благосклонность Оливера к его спорной персоне, поэтому ему приходилось ловко маневрировать, отвечая на его вопросы, избегая точных фактов.       — Я хотел бы помочь вам сбежать, Александр, — неожиданно сказал Оливер. — Я знаю, что скоро лишусь вашей приятной компании, но на свободе вас не ждут с распростертыми объятиями, поэтому советую обратиться к человеку по имени Дэррил Броди. Он поможет очистить репутацию и скажет, кому заплатить.       Нильсен удивленно посмотрел на него.       — Чем обязан такой заботой?       — Скоро поймете. — Оливер поднялся со своего места. — Будьте осторожны, Александр.       Мужчина удалился в свою камеру, оставляя Нильсена одного. Парень взглянул на часы, чтобы подсчитать свое оставшееся время. Вчера он получил финальную записку, и все сложилось воедино. «12.00. Общий зал». Осталось всего каких-то жалких пару часов, и Александр выйдет на свободу и отомстит за зря потраченное время. ***       Агата отодвинула от себя папку и устало вздохнула. Сегодня работа шла как-то удивительно тяжело и требовала все больше и больше сил, а прошло даже меньше двух часов с начала рабочего дня. Видимо, монотонное просматривание имело свои лимиты в удержании интереса, и он стремительно исчерпался.       Харрис посмотрела на часы. Без десяти двенадцать. Прекрасно. Ей надо проработать еще целых шесть часов!       — Агата? — в кабинет заглянул как всегда приветливый мистер Арчер. — Не окажете услугу? Мне надо срочно передать отчет об использовании успокоительных нашему начальнику, а у меня в кабинете умирающий от болей в животе пациент. Не поможете?       Агата тут же вскочила со своего места, чувствуя, как ноги не совсем слушаются её, и, благодаря вселенную за такой шанс, согласилась.       — Вот, — мистер Арчер протянул ей папку. — Кабинет номер семнадцать, слева от общей зоны.       Харрис быстро направилась в нужную сторону, уже ощущая, как головная боль медленно отходит на второй план из-за щедро предоставленного глотка свежего воздуха. Даже перспектива побыть на виду у преступников несколько секунд так не пугала её, как бумажная работа.       Девушка преодолела расстояние очень быстро, сразу же укорив себя в неэкономном расходовании предоставленного ресурса. Дело осталось за малым — пройти мимо общей зоны, которая представляла из себя настоящее змеиное гнездо: гады так и переполняли его, шипя свои грязные словечки и оскорбления в сторону охранников.       Агата, сделав независимый вид, пошла мимо огороженного центра зала, стараясь держаться на максимальном расстоянии от неё. В спину она уже слышала призывный свист и приглашения в камеры, чтобы скрасить одинокие и грустные вечера заключенных. Харрис чувствовала, будто её окатили ведрами с грязью — настолько ей было неприятно слышать все эти «киска», «сладенькая», «хочу попробовать тебя» и так далее.       «Просто игнорируй, просто игнорируй».       Харрис активнее задвигала ногами и почти физически ощутила, как сотня глаз перестала изучать её тело. Девушка подошла к нужному кабинету и чуть не выругалась от досады. На двери рядом с именем начальника висел лист белоснежной бумаги с надписью «Отсутствую до 12». Агата взглянула на часы и увидела, что ждать ей осталось меньше десяти минут, но перспектива находиться в зоне видимости у местных обитателей совсем не радовала её. Девушка вжалась в стену, прижав к себе папку, и стала внимательно происходить за всем происходящим.       — Мисс, вы с каким-то вопросом? — спросил Харрис подошедший охранник.       — О, нет. Я просто должна…       Прозвучал взрыв, заставивший пол под ногами Агаты содрогнуться и лишить её опоры. В одно мгновение все вокруг погрузилось в белый туман — пыль, которая взмыла в воздух и начала виться клубами. Девушка услышала жуткий треск и поняла ужасное: стены и потолок стали рушиться. Она метнулась в сторону, направление которой никак не могла разобрать в условиях вынужденной слепоты. Агата истерично пыталась найти выход, но не могла. Постепенно пыль стала мешать ей дышать, заполняя собой абсолютно все, и Харрис почувствовала, как начала терять сознание. Сопротивляться больше не было сил, и она просто упала, больно ударившись виском о что-то твердое. ***       Агата напилась в своей жизни всего один раз. И в этот она успела натворить многое: станцевать на столе, оскорбить случайно целую нацию, поцеловать лучшую подругу, бывшего парня и испортить вечер одному несчастному, а вместе с этим и его ботинки. Повод к этому послужило расставание с тем бывшим парнем. И после этого Харрис поклялась больше никогда не пить, ведь она до сих пор помнила ту боль в области висков. И сейчас, даже не открыв глаза, она уже чувствовала мучительную вибрацию в голове.       Пересилив себя, девушка все-таки открыла глаза и увидела над собой облезлый потолок и слабо светящую лампочку, излучающую желтый свет. Агата дернула руками, но ежесекундно поняла, что не может ими полноценно шевелить, поскольку они были прикованы к изголовью кровати.       Черт. Что, мать его, происходит?       Голова Агаты начала еще больше болеть из-за пронизывающей её паники. Где она? Что случилось? Она потеряла? Боже, да. Она что, погибла и сейчас в аду? Мысли. Мысли. Мысли. Мыслить было невозможно из-за гудения.       — Наконец-то, а то я уже заскучал. — Харрис резко повернулась на звук голоса и увидела, что в дверях стоял какой-то парень по пояс голый и с махровым полотенцем на бедрах. Ситуация становилась еще страшнее, ведь в этом парне Агата узнала Александра. Он облокотился о дверной косяк и внимательно смотрел на неё.       — Что…что творится? Почему ты…мы здесь?       — У нас была бурная ночка, а я настолько впечатлил тебя, что ты отключилась. — Нильсен криво усмехнулся.       Отключилась.       — Взрыв, — вспомнила Харрис. — Тюрьма взорвалась, а потом… Как я здесь оказалась?       — Мир не без добрых людей, — Александр пожал плечами и прошел к мини-бару, достал оттуда банку газировки и сел в кресло, снова уставившись на девушку.       — Это ты меня сюда притащил? — требовательно спросила Агата. Гениальная идея родилась в ее голове. — Это из-за тебя случился взрыв?       — Слушай, а мне нравятся догадливые девушки.       — Почему я прикована наручниками?       — Ты бы хотела меня сейчас ударить? — поинтересовался Александр.       — Очень! — машинально ответила Агата. — Что за вопрос?       — Ну, вот поэтому ты и обездвижена сейчас. — Парень мило улыбнулся.       Агата чуть не задохнулась от возмущения, которое с каждой секундной прогрессировало и разрасталось внутри неё.       — Не советую тебе сильно нервничать. Голова начнет еще сильнее болеть.       Нильсен поднялся со своего места и, схватив с тумбочки стакан с мутной жидкостью подошел к Агате, которая начала отползать от него в противоположную сторону, но парень лишь закатил глаза.       — Да прекрати вести себя, как запуганный зверек. Это просто обезболивающее, — Александр присел на край постели и поднес стакан к губам девушки, которая не стала сопротивляться и послушала организм, моливший искоренить эти ощущения, — вместе со снотворным.       Агата закашлялась, а Нильсен быстро убрал от нее стакан, чтобы она ненароком не захлебнулась.       — Чего?! Ты что, меня собираешься усыпить? Отпусти меня! Убийца! — Харрис снова истерично задергалась, но парень схватил её за запястья, немного нависая над ней, и заглянул в лицо.       — Успокойся.       Но Харрис не смогла успокоиться, ей просто стало страшно, что с ней будет происходить дальше, особенно, когда она опять окажется во власти этого психа без сознания и в абсолютно безвольном состоянии.       — Я сказал тебе успокоиться, — повторил Александр. Его голос был одновременно властным и мягким. Агата непроизвольно замерла. — Умничка. Скоро ты заснешь, выспишься, придешь в себя, и мы нормально поговорим.       И Агата действительно заснула.