Глава 10: Битва за Манилу, часть 2 | Chapter 10: The Battle of Manila, Part 2
4 мая 2022 г., 07:01
Дисклеймер: я не владею ни Kantai Collection, ни Halo, и не получаю никаких денежных средств ни с них, ни с этого фанфика.
Примечание автора: Ладно, последний месяц был для меня адом, и это серьёзно отодвинуло эту главу. Я не в восторге от этого и ещё менее рад составить такую короткую главу по сравнению с двумя предыдущими. Но у меня ещё многое запланировано, поэтому я даю вам это, чтобы вы знали, что история не мертва, и это ненадолго! У меня очень длинный график, и я уже написал больше чем здесь для будущих глав… Так что да, это не скоро закончится!
Вот вторая часть битвы и сцена, которую, я не думаю, что многие пытались сделать с девушками-кораблями… городская война. Если в этом нет особого смысла, я прошу прощения, но опять же… Я не могу сказать, что мне ОЧЕНЬ жаль! Было использовано много Google-карт и тому подобного, чтобы понять, где происходят эти бои, и это одна из причин, почему обновление заняло так чертовски много времени. Кроме того, читатели могут узнать многие имена, которые я использую в других работах, и пока я пытаюсь сделать свой рассказ оригинальным, я просто обнаружил, что меня ОЧЕНЬ вдохновляют эти другие работы настолько, что я включаю их как своего рода "снимаю шляпу". Если они захотят, чтобы я убрал эти имена и использовал другие, я это сделаю, но пока что вы здесь! Опять же, конструктивная критика ОЧЕНЬ ценится! Читайте и рецензируйте!
Курсив – радио, названия кораблей, мысли, другие человеческие языки и т.д.
Жирный – яркие/резкие события
---
Левиафан посмотрела вниз, на берег, пролетая над ним, её задние клыки царапали друг друга и кровь сочилась со щёк, когда она злилась ещё больше при виде происходящего внизу. Чёрные, покрытые маслом… существа… выползали из волн на песок, полу-щлёпаясь, полу-ползя, пока не сориентировались, прежде чем сгруппироваться в грубые отряды. Затем эти отряды начали двигаться вглубь суши, как сборище сумасшедших играющих в чехарду, неся в руках различное оружие. У некоторых было что-то похожее на покрытые ракушками винтовки, у других – лезвия или когтистые выступы, примыкающие к оружию в виде пистолета. У других было оружие, по-видимому, "встроенное в них" таким образом, что заставляло её обшивку ёжится… и все они направлялись вглубь суши из южной гавани. Крейсер открыла линию связи для команд морских пехотинцев, которые она отправила в качестве самоходных точек ПВО, мысленно перебирая частоты, происходящие вокруг неё чтобы найти нить их радио, в надежде, что они всё ещё работают. – Левиафан – наземным командам, приём. Повторяю, Левиафан вызывает наземные команды, всем подразделениям ответить. – Ооо! – нечётко отозвалась одна из команд по рации, – Оо, оо ра! Ра! – Повторите, лейтенант? Радиосвязь нестабильна, – сказала она. Крейсер получала сигналы СРО и мониторинга состояния здоровья от своих датчиков, сообщавших, что все гремлины, которых она послала, всё ещё живы, хотя у одного было лёгкое сотрясение мозга, но взрывы от артиллерийских снарядов, а также все другие радиопередачи создавали ад с радиоволнами, а также какие-то помехи, с которыми у её систем были проблемы. Когда Леви подошла ближе, всё прояснялось, но всё равно это был ад… – Ооо, оо! Оо-оо-ра! Ра-ра-оо! – снова раздался голос солдата. – Вас поняла, лейтенант, с морскими силами покончено, я беру на себя наблюдение над городом. Называйте цели для наземных ударов по мере необходимости. Группы «Молот» и «Наковальня» ждут подкрепления… Левиафан почувствовала, как что-то взорвалось у её корпуса, заставив её посмотреть вниз, туда, где ракета, запущенная с поверхности, не смогла пробить её броню, заставив её нахмуриться. Её сенсоры не зафиксировали ни радара, ни лазерного наведения, что означало, что это была либо неуправляемая ракета, либо что-то ещё, но, тем не менее, оно проскользнуло мимо неё. Рыча, она подняла левую руку и направила сжатый кулак на группу "солдат", которые целились в неё, оборонительные орудия на её локте и запястье повернулись, чтобы нацелиться на группу Глубинных, прежде чем обрушить на них ад, сопровождаемый трассирующими снарядами. Разрывные снаряды взрывались среди тварей, поднимая в воздух чёрный металл и хитин и оставляя воронки в бетоне под ними. Её глаза снова скользнули по местности, и она отметила явное отсутствие сопротивления со стороны "дружественных" сил. Кое-что доносилось из остатков флотского арсенала около порта, но оно быстро исчезало, а это означало, что вся набережная фактически была вражеской территорией. Чувствуя, что некоторая дезинфекция пойдёт на пользу, Левиафан подняла обе руки перед собой, как боксёр, люки, идущие вдоль выступающих пластин её предплечий, открылись, чтобы выпустить четыре «Лучника» в чёрно-серое море под ней…---
Тэнрю видела взрывы, доносящиеся с берега, со стороны воды, и стиснула зубы, поскольку могла только представить, что там происходит. – Давайте, девочки, поднажмите! Остальные уже делали это, тяжело дыша, чтобы получить как можно больше кислорода и вентиляции в свои машинные отделения, когда они набирали скорость обратно в сторону Манилы. Вокруг них они могли видеть горящие нефтяные пятна вокруг кораблей Бездны, некоторые из которых были сделаны их руками, когда они пробились через ряды врага в сторону их лидера, но большинство было потоплено этой летающей Глубинной. Притормозив и взяв левее, они увидели, как моряки BRP «Симеон Кастро» вылавливают из воды пострадавших с BRP «Грегорио дель Пилар». Японский корабль JS «Онами» также горел чуть позади и справа от их позиции, но его единственная 127-мм пушка Otobreda по-прежнему лаяла в поддержку филиппинского корабля «Артемио Рикарте», пробивая дыры ниже ватерлинии Глубинного эсминца, который уже потерял свои пушку и торпеды. Когда они продолжили свой путь, их внимание привлекла ещё одна картина… – Тикума… Тикума-нээ ... Вставай, пожалуйста! – Тоне пыталась оттащить свою сестру от того места, где она остановилась, стоя на коленях на воде в истерике, несмотря на то, что силы врага были истощены в этом районе. – Хьюга-сан… Она… Она всё ещё там! Мы не можем… Она…, – сказала девушка-корабль, цепляясь за поверхность воды. – Тикума! – ЭЙ! Идиотки, вы что творите?! Бой сейчас ТАМ! – крикнула Тэнрю, указывая на берег. – Это Тикума, она не уйдет! – умоляюще произнесла Тоне. – Почему, блять, нет?! – Она сказала, что Хьюгу утащили здесь! Лёгкий крейсер остановилась рядом с двумя канмусу, наклонившись, чтобы посмотреть в лицо Тикуме. – Что значит "утащили"? – Она… Они забрали её… Они забрали Хьюгу-сан…, – сказала Тикума, её дыхание сбилось, когда её пальцы в воде сжались в кулаки, как будто пытаясь вытащить её, чтобы забраться под поверхность, – Мы… Мы должны вернуть ее, мы… – Эй… Эй-эй-эй-эй, легче-легче…, – сказала Тэнрю, хватая за плечо другой крейсер, – Что случилось? Женщина в зелёном шмыгнула носом, когда, казалось, впервые заметила присутствие Тэнрю, её серые глаза затуманились слезами, и, похоже, с трудом фокусировалась. – Подлодки… Подлодки Бездны… Они потащили её вниз… Хьюга-сан дралась с ними, и… Я пыталась добраться до неё… Тэнрю услышала за спиной шипящий вздох, когда 6-й дивизион эсминцев столпился вокруг них, и одноглазая женщина выругалась себе под нос. – Чёрт… Ладно, слушай, мы вернёмся за ней позже, но сейчас мы нужны на базе. – Н-но она…! – Они забрали её живой, верно? ВЕРНО?! – крикнула Тэнрю. – Х-хай! – Тогда, скорее всего, она всё ещё будет жива, когда мы вернёмся за ней! Американцы уже в пути, мы заставим их выследить этих сучек до того места, куда они её забрали. Я сомневаюсь, что Хьюга сдастся без боя, там будет след… В глубине души Тэнрю знала, что шансы на это на самом деле очень малы. Они никогда раньше не находили похищенных, по крайней мере, она никогда об этом не слышала. Это была ужасающая судьба, но всё же оставался шанс, что это может быть правдой… Но это не меняло того факта, что теперь им всем нужно было работать вместе. Оглянувшись на свои эсминцы, она дерзко усмехнулась. – Хорошо, бездельники, слушайте! Мы выйдем на берег в северном порту и попытаемся оттуда двинуться вглубь суши. Скорее всего, все Глубинные отправились за южный порт и реку, но с учетом того, как эта Ju-класс дышит огнем, как дракон, они, вероятно, будут слишком заняты, сосредоточив внимание на ней, чтобы заметить нас на севере. Мы свяжемся с кем сможем, а затем контратакуем!---
Нагато прошипела про себя, наблюдая за происходящим на мониторе. Хотя это происходило так далеко, база Йокосука не закрывала глаза на события, происходящие на Филиппинах. Более того, у неё даже был C-5, который уже доставил на место солдат СССЯ и несколько девушек. Тацута жаловалась, что её сестра "развлекалась без неё", но линкор знала, что чунибьё просто беспокоилась за Тэнрю. У этого фальшиво ангельского крейсера, возможно, была жилка ревности по отношению к своей сестре длиной в милю, но ничто не могло помешать им поддержать друг друга, когда фишки были упущены, а это означало, что Тацуте было абсолютно неприятно продолжать свою собственную эскортную операцию. Однако это оставляло руководящему персоналу непрерывный обзор происходящего на расстоянии с помощью спутников. Облачный покров всё ещё был довольно плохим на большей части моря, но из-за того, что флот Глубинных был разгромлен или погружался в глубины, в городе были видны настоящие боевые действия. Глаза Нагато сузились, когда она увидела, как 6-й дивизион эсминцев и сёстры Тоне вошли в порт и начали обмениваться огнём с береговыми силами Бездны, разрывая бывшую пехоту, как нож – плоть. Полноценные корабли перегруппировывались, спасательные операции всё ещё продолжались, но в южном порту царил настоящий ажиотаж. – Муцу, немедленно свяжись с офицерами разведки. Посмотри, сможешь ли получить одобрение одного из них через опбез, а затем приведи его сюда, чтобы увидеть это. Мне нужно их мнение, как только они смогут, – сказала она, заставив свою сестру броситься к телефону. На экране пламя и взрывные волны вырывались оттуда, где неизвестная Ju-класс атаковала десантные силы Бездны, их ответный огонь, казалось, был для неё как утренний туман, когда её пушки создавали воронки в земле и разносили шрапнельные осколки по всей области. Нагато НЕ завидовала тому бедолаге, который потом будет отвечать за очистку всего этого, но её внимание было сосредоточено на более насущных заботах. Например, как летала Глубинная. Ни один Глубинный не продемонстрировал способности подниматься в воздух, если только он не был истребителем или бомбардировщиком, но у них не было той огневой мощи, которую демонстрировала эта. Учитывая её множество орудий, казалось, такого же лёгкого калибра, как она думала, но с ГОРАЗДО более высокой скорострельностью, чем она когда-либо ожидала, и в большем количестве, и управляемые ракеты, которые она использовала более экономно, Нагато задумалась, не был ли это какой-то новый проект, придуманный врагом, который по той или иной причине ушёл в самоволку. Это был не первый раз, когда Глубинные пытались экспериментировать. За годы войны они видели несколько попыток своих водных противников попытаться создать вещи, которые никогда не были изобретены человеческими руками, и даже больше в этой самой битве… Пехотные силы, какими бы странными они ни были, всё ещё были чем-то, на что только намекали в предыдущих конфликтах, и считалось своего рода попыткой Глубинных использовать свои собственные бывшие экипажи в качестве десантных отрядов. Эта мысль всё ещё заставляла Нагато содрогаться. Вокруг крошечных гуманоидов, которых часто называли феями, всегда была завеса тайн (что неоднократно вызывало смех у американских военных), а демонстрация Глубинными подобной феи-тени вызвала больше чем несколько вопросов. Ради того, чтобы провести границу между ними, канмусу и люди, которые работали с ними, называли экипажи Бездны "бесами", а не "феями", что позволяло отделам по связям с общественностью и разведке ещё больше демонизировать их врагов. Возможно, это показалось бы бессердечным ответом, но это было предпочтительнее, чем рост беспорядков по поводу природы девушек-кораблей в целом, наряду со всеми новыми теориями и реалиями, которые они принесли. А теперь к списку нужно было добавить ещё одно. Теперь Ju-класс прекратила бомбардировку, похоже, приземлившись в развалинах церкви (святого Августина согласно монитору с мини-картой, спасибо тому, кто подключил Google Maps к системе), и Нагато наблюдала, как пара небольших самолётов взлетела с её спины, чтобы направиться дальше в город. Она видела несколько истребителей, следовавших за Ju-классом, но это всё равно беспокоило её. Лёгкий авианосец с вооружением современного крейсера, если не лучше, и способностью летать – всё это сделано в мобильной и хорошо вооружённой упаковке. Если бы Глубинные выставили больше таких типов, у них были бы проблемы… Но тогда напрашивался вопрос: почему ЭТА Глубинная стреляет по своим войскам? Было ли это замешательство или среди их врагов происходил какой-то раскол? Без сомнения, политикам и комитетам разведки это ПОНРАВИЛОСЬ бы, особенно если они смогут найти способ создания большего числа таких конфликтов среди врага. Чёрт, она была готова поспорить на имперскую печать на своём горжете, что американцы запрыгнут на это в мгновение ока, учитывая, что они использовали аналогичную тактику до Войны с Бездной почти на КАЖДОМ ТВД, на котором они были. – Нагато-нээ, скоро сюда придёт шеф Паркер. Он будет через пять минут, – сказала Муцу, повесив трубку. – Yokatta… Держи адмиралов Гото и Яширо в курсе ситуации, но не пренебрегай другими нашими операциями, – кивнула Нагато, не отрывая взгляда от того места, где Ju-класс теперь перемещалась между зданиями на земле. – Хай! А остальные? – Остальные члены Адмиралтейства, скорее всего, уже знают или получают информацию от своих секретарей. Нам не нужно наступать на пятки, Муцу-чан.---
Сержант Ботиста выругался, почувствовав, как кусок бетона отскочил от его шлема, когда по нему выстрелил солдат Глубинных, а здоровяк вытолкнул свой карабин из-за мешков с песком и цветочных горшков, за которыми он прятался, и открыл огонь вслепую, пытаясь заставить стреляющую в него тварь опустить голову. Гинто латала другого морпеха, получившего ранение в верхнюю часть груди, накладывая дезинфицирующий пластырь на обгоревшую и кровоточащую дыру на плече человека. Хуже всего в этих "пехотинцах" было то, что им по ходу нравилось покрывать свои боеприпасы каким-то токсином, который воспламенялся при попадании в рану. Даже с повязкой, раненый солдат всё сильнее и сильнее стискивал зубы, пытаясь не закричать, когда токсин попал в его кровь. Флорес старался не торопиться, делая выстрелы, каждая очередь оставляла плотную группу дырок в более мягком хитине брони врагов, заставляя их отступать или падать. Однако изюминкой всего этого беспорядка была та дурацкая маленькая радиоуправляемая машинка, которая появилась раньше. Несмотря на все здравый смысл и логику, пули, которые выпускал крошечный пулемёт в кузове, поражали с силой автопушки, разрывая Глубинных и укрытия каждый раз, когда она проносилась мимо них, одинаково пробивая плоть, кости и сталь. Крики и вопли маленького экипажа размером с пинту только усиливали сюрреалистичность всего этого, когда люди видели, как Глубинные реагируют на это не иначе, как сами морпехи. У Ботисты мелькнула мимолётная мысль, что всё это может быть галлюцинацией, но если это сохранит жизнь его людей, то маленькие галлюцинации могут устроить чаепитие с Королевой Фей, ему всё равно, пока летят пули. Примерно в трёх кварталах позади них раненых гражданских увозили на носилках к пожарной подстанции Тандуай, где на гандбольных площадках был оборудован полевой госпиталь, а затем их доставляли в больницу Мэри Чайлз и центры эвакуации для лучшего лечения, а те, кто могли ходить, ковыляли позади тех, кто был слишком ранен, чтобы двигаться самостоятельно. Время от времени по мосту Аяла проходила очередная группа, и ужасы в стиле Ктулху наступали им на пятки, и морским пехотинцам приходилось одновременно отбиваться от них и защищать мирных жителей. Несколько гражданских просто упали на землю, когда пули начали пролетать мимо них, в то время как другие продолжали пытаться ползти или бежать вперёд. Те, кто был слишком медлительным или застыл от ужаса, были безжалостно истреблены врагом, убиты как животные существами немногим лучше этого. Нет, хуже, так как животные убивают только для пропитания или ради защиты территорию, а не радости ради… Прогремел ещё один взрыв, когда снаряд пробил угловое здание Департамента бюджета и управления, осыпав их ещё большим количеством обломков, поскольку что-то в толпе ужасов обиделось на их продолжающееся сопротивление. РЕАЛЬНАЯ угроза в этом районе исходила от Исла-де-Конваленсия, небольшого острова посреди реки, который Глубинные использовали для установки какой-то артиллерии в виде одного или нескольких своих более гуманоидных кораблей. Эти женщины двигались как титаны среди меньших представителей своего вида, даже если они были всего лишь лёгкими крейсерами или эсминцами, поскольку они несли огневую мощь бронетанковой колонны и могли легко прорвать линию обороны, если бы бросились в атаку. Район Интрамурос уже был в руках врага, как и Эрмита, Сан-Николас, Малате, Бинондо и Пако, а также штат Киапо. Круз и Тондо оспаривались. Морские пехотинцы и полиция филиппинского метро держали оборону вдоль Сан-Мигеля, несмотря на постоянные нападения со стороны реки. Они ещё не получили приказа взорвать мост Аяла, но если больше не встретится их людей, Ботиста решил, что это только вопрос времени, когда им придётся сократить свои потери… Произошёл ещё один взрыв, на этот раз за ним последовали три взрыва поменьше. Выругавшись, он зарычал остальным: – Они готовятся к атаке! Опустите головы, затем приготовьтесь вскочить, как только фейерверк прекратится! Они набросятся на нас, если мы им позволим! Хор подтверждений был заглушён новыми взрывами, и у него было всего мгновение, чтобы заметить одну из маленьких машин, проехавшую через разбитое стекло мебельного магазина "Saver's Place" через дорогу, чтобы не оказаться на открытом воздухе. «Молодец», – подумал про себя Ботиста, потому что это означало, что даже магические галлюцинации знали, что нужно прятаться, когда дождь превращается в свинец. Прошло три ужасные минуты, пока район подвергался обстрелу, и Ботиста практически чувствовал запах орды, формирующейся под прикрытием огня артиллерии, запах чего-то в корне НЕПРАВИЛЬНОГО, заставляющего волосы на его больших руках завиваться, когда он снова проверил своё оружие и молился. Взрывы не были достаточно сильными, чтобы быть настоящей артиллерией, некоторые из них больше походили на гранатомёты или миномёты, хотя больших корабельных снарядов было достаточно, чтобы заставить их сидеть смирно. Когда снаряды перестали падать, Глубинные издали протяжный, воющий боевой клич, похожий на крик проклятых, приглашая своих товарищей присоединиться к ним, когда они рванулись вперёд. – Устройте им ад, ребята! – сказал сержант, выглядывая из укрытия, чтобы обстрелять массу вражеских войск, пробивающихся к ним по стальному ферменному мосту, использовав большую часть обстрела, чтобы пересечь его. Часть разума морского пехотинца задавалась вопросом, почему они просто не полезли прямо с воды, но вряд ли он проживёт достаточно долго, чтобы это имело значение, и поэтому он выбросил это из головы. Гинто и Флорес уже присоединились к нему вместе с несколькими другими отрядами, которые были рядом с ними. Раздался БРАТАТАТАТАТАТАТА пулемётов, когда они высовывались из зданий, в которых укрывались их расчёты, и которые не были разрушены обстрелом, в то время как миномётные расчёты в тылу начали готовить свой контрудар, чтобы целиком поразить мост. Огонь и сера посыпались дождём в виде кумулятивной взрывчатки и осколочных снарядов, вместе с градом пуль, которые разорвали орду, как будто те попали в пескоструйный аппарат. И всё же, несмотря на всю применяемую огневую мощь, это, казалось, только ещё больше разозлило Глубинных. Все, кого они убивали, заменялись другими, и, пока они прижаты, не пройдёт много времени, прежде чем они подтянут тяжёлую "технику". – Заставьте подносчиков боеприпасов двигаться! Мы должны удерживать их здесь, в узком месте, или эти ублюдки нас сметут! Ещё тридцать минут было потрачено на борьбу с накатывающими волнами лавкрафтовских ужасов, которые, как ЗНАЛ Ботиста, будут ему в кошмарах сниться, прежде чем второй обстрел с небольшого острова на реке снова обрушился на них. В ходе бомбёжки были уничтожены два пулемётных гнезда, а также солдаты отряда, которых обстрел застал вне укрытий. Когда обстрел прекратился, морпехи немедленно вернулись к работе, пытаясь восстановить свою стену огня, но, похоже, их удача закончилась. На этот раз первые были чем-то вроде эсминцев, акулоподобные монстры с разинутыми челюстями и светящимися глазами, с торчащими из зазубренных зубов пушками, только у этих монстров был ряд ног, как у безумной комбинации краба и собаки, когда они шли вперёд, разбивая куски укрытий огнём пушек, двигаясь впереди пехоты. Флорес бросился через улицу, чтобы избежать взрыва, а Гинто перебросила человека себе на плечи, когда следовала за ним по пятам. Сержант последовал за ними, когда они попытались отступить обратно в мебельный магазин, маленький радиоуправляемый джип ехал задом вперёд, пока его маленькая пушка Гатлинга стреляла по бронированным ублюдкам контролируемыми очередями, которые, казалось, иногда кусали, но не наносили достаточного ущерба чтобы остановить их. Пушечный снаряд обрушил вывеску над магазином как раз в тот момент, когда они все вошли внутрь, закрыв вход пылью и обломками, пока четверо людей вместе с сопровождающей их волшебной машиной продолжали идти по коридору здания, чтобы найти чёрный выход. Выломав его плечом, Ботиста быстро проверил, свободна ли местность, прежде чем дать отмашку остальным. Диззи первым поднялся, чтобы обеспечить дополнительное прикрытие, в то время как Гинто тащила своего пациента, а зелёный джип объехал её лодыжки, чтобы попасть на свободное место и закрыть его прямо по переулку. К сожалению, это оказалось ошибкой, так как пушечный снаряд взорвался прямо перед ним, отправив маленькую машину в полёт, а её экипаж рассыпался по земле. Когда Ботиста оглянулся, он увидел нечто такое, от чего его кровь застыла в жилах… Перед переулком стоял не вражеский пехотинец и даже не один из эсминцев. Это было то, что он раньше лично не видел, но более гуманоидное тело было неоспоримо, даже с маской, которую оно носило на лице, которая открывала только один светящийся глаз и растрёпанные волосы. Разведка убедительно доказала, что чем более гуманоидным был Глубинный, тем более могущественным он был. Учитывая, что этот выглядел почти как человек, за исключением постапокалиптической брони и пушки, установленной на его руке, Ботиста был готов поспорить, что это был, по крайней мере, крейсер… И оно смотрело прямо на них. Сразу же все они начали стрелять, отступая, пули рикошетили и высекали искры от кожи и брони Глубинной, пока она тащилась за ними, смотря на весь мир, как лайнмэн, который только что заметил одинокого квотербека на открытом месте… Флорес и Ботиста стреляли очередями, отступая, но у Гинто были проблемы, и в результате она позволила своей фрустрации добраться до неё. Она выругалась на родном языке своего отца, добавляя в смесь свой собственный огонь. – Mira, PU-tos! – треск, треск, треск! – ¡Sus hijos de cien-mil putas! – треск, треск, треск! – ¡Andan por las conchas de sus madres y caen muertos! – треск, треск, треск! – ¡Toma esta flecha maricón! – треск, треск, треск! – ¡Sus mamas no tienen conchas, cabrónes! – треск, треск, ЩЁЛК! Этот последний звук заставил тираду оборваться, и медик позволила своему карабину повиснуть на ремне, когда она бросилась вместе с остальными, только чтобы с визгом остановиться в конце переулка. Орда двигалась быстрее, как только начальная защита моста пала, и теперь квартал был затоплен телами, когда группа из них повернулась к ней лицом. Однако, прежде чем Гинто смогла двинуться с места, её товарищи по отряду полетели ей в спину, так как они были подхвачены и подброшены в воздух одним выстрелом крейсера Бездны, который следовал за ними, приземлившись посреди улицы. Перевернувшись на спину, сержант Ботиста на секунду пожаловался, что его последние минуты будут посреди грёбанного рынка, но усмехнулся над собой, когда попытался встать, а крейсер устремился к ним из переулка. Если ему суждено умереть, он умрёт стоя на ногах. Вытащив нож и пистолет, он выпустил несколько пуль в бледнокожую женщину, которая просто проигнорировала это, предпочитая подойти ближе. «Она, должно быть, не хочет тратить боеприпасы…», – подумал он про себя, стиснув зубы, чтобы броситься в атаку. …Только чтобы моргнуть, когда крейсер споткнулась, на её спине произошёл небольшой взрыв. Споткнувшись, крейсер развернулась, чтобы посмотреть, что на неё напало. Одинокий дух, одетый в зелёное, бежал вперёд на маленьких ножках к окружённым морпехам, его шлем и винтовка были немного великоваты для чего-то его размера, но, тем не менее, излучали неповиновение. Когда микроморпех приблизился на расстояние плевка, он посмотрел на Глубинную с выражением отвращения на лице, направив свою маленькую винтовку вверх. – ООО! ОО ОО РА! – сказал он, подняв маленькое оружие, как будто угрожая крейсеру, несмотря на огромную разницу в размерах. На мгновение даже Глубинные казались сбитыми с толку, серая металлическая/коралловая маска крейсера повернулась, чтобы дать одному окуляру лучший обзор того, что кричало на него… А затем, казалось, она фыркнула, прежде чем поднять свой бронированный ботинок. У маленького морского пехотинца было лишь краткое мгновение, чтобы нажать на спусковой крючок и осыпать Глубинную маленькими кусочками свинца, прежде чем тихое ХРУСТЬ оборвало его существование. Вонзив ногу в останки странной феи, Глубинная вернулась к своей обычной добыче. Флорес всё ещё пытался перезарядить свой карабин одной рукой, другая была явно раздроблена, а Гинто использовала своё тело, чтобы прикрыть их ещё неизвестного четвертого, оставив только Ботисту лицом к лицу с вражеским кораблём. Собиравшись снова умереть, Анджело стиснул зубы и переместил нож в скрытое положение, отведя руку назад, чтобы нанести удар вперёд, как только окажется в пределах досягаемости. Глубинная, казалось, тоже была готова потакать ему… Она присела, словно готовясь к бою, опустив руку с пушкой, готовая ударить ею, как молотом, когда двинулась вперёд, и с криком сержант бросился, ударив лезвием, чтобы попытаться перерезать что-то в шее Глубинной и надеясь нанести какой-то урон. Лезвие отскочило от маски крейсера, когда его запястье было поймано её свободной рукой, и ведьма использовала свою пушку, чтобы чуть ли не вбить живот Ботисты ему в грудную клетку, заставив его выпустить весь воздух из лёгких, прежде чем сдержать крик, когда его противник небрежно раздавил его руку своими пальцами. Одного удара хватило, чтобы отбросить его обратно к товарищам, выбив оружие Флореса из его рук после того, как он, наконец, перезарядил его. Тяжело дыша, Ботиста поднял глаза и увидел, что крейсер направляет на них свою пушку, готовая прикончить их… У Анджело было достаточно времени, чтобы увидеть нарезы в стволе пушки, практически увидеть снаряд, который оборвёт его жизнь и жизни его товарищей, прежде чем Глубинная будто развалилась по швам, поток снарядов, похожий на трассирующий огонь, врезался в неё и вызвал небольшие взрывы, когда они разорвали её на части, куски плоти и металла смешались с прогорклым маслом и кровью, когда они улетели от своего предыдущего хозяина, оставив пару изувеченных ног и куски туловища, которые упали на землю. Резко повернув голову в сторону, Ботиста увидел, как сквозь дым к ним движется что-то, сопровождаемое тяжёлыми шагами. На этот раз появившееся существо выглядело так, будто кто-то взял Глубинного и надел на него силовую броню, или, может быть, один из экзо-погрузчиков из "Чужих"… Чёрная броня покрывала серые суставы, турели двигались независимо на её конечностях, когда она шла вперёд на массивных усиленных ногах, торс был обёрнут толстой пластиной, служившей одновременно и бронёй, и снаряжением. Даже зубастая акулья ухмылка на её голове… Нет, ДВУХ головах, если судить по пушке сбоку, с потрохами выдававшей Глубинную… Но она не смотрела на людей…---
Левиафан в ярости стиснула зубы. Всю эту битву она чувствовала, что растёт её агрессия, и часть её начала беспокоиться об этом, даже несмотря на то, что это оказывалось полезным. Однако зрелище, представшее перед ней, привело бы её в ярость ещё раньше. Четверых морпехов свалили в кучу для казни на поле боя бесчеловечным противником… Это заставило её трубопроводы охлаждающей жидкости закипеть, а реактор – вспыхнуть, но она была слишком далеко, чтобы иметь возможность сделать точный выстрел, не поразив морских пехотинцев. А потом её собственный морской пехотинец… Этот восхитительно дерзкий маленький ублюдок-гремлин взял свою единственную гранату и попытался привлечь внимание вражеского командира. Он даже преуспел, позволив Леви подойти поближе, чтобы увидеть это собственными глазами… Как раз тот момент, когда сука подошла и наступила на него, как на жука. В углу её HUD один из мониторов состояния здоровья мгновенно сделался ровным, и зрение крейсера класса «Марафон» стало красным. Она продвинулась дальше, когда человек вступил в бой со своим врагом, лишив её возможности сделать ещё один выстрел, пока он не был отброшен Глубинной. Наконец, у неё была чистая линия огня, и она сделала это мгновенно, послав длинный поток осколочно-фугасных снарядов из своих турелей в Глубинную и превратив её в швейцарский сыр. Вся битва словно замерла, когда она шагнула вперёд, подошла к тому месту, где только что стоял вражеский крейсер, прежде чем наклониться. Там, на земле, лежали раздавленные, почти разжиженные останки её гремлина. С большей осторожностью, чем можно было подумать, Левиафан подобрала останки крошечного солдата, его броня и оружие были разбиты, а шлем вдавлен, и поднесла их к своему торсу, позволив санитару забрать тело и отнести его на борт… Он получит заслуженные похороны. …Но только после того, как она даст врагу то, что ОНИ заслужили! Повернувшись к окружавшей их орде, которая уже начинала проявлять беспокойство и продвигалась вперёд, Леви подняла обе руки, направив на них 20 своих орудийных башен вдоль своих конечностей, талии, плеч и ног. Её глаза, пылающие праведной яростью, остановились на человеке, который смотрел на неё снизу-вверх. – Не высовывайся…, – сказала она, прежде чем открыть огонь и обрушить ад на их кошмарного врага…
Примечания:
Иллюстрации - https://drive.google.com/file/d/1Zuh8tmxTQweRYyoT8ldTpRhsbioOebNB/view?usp=sharing
