Muggle games

      Взрыв эмоций, накрывающий с головой. Фейерверк чувств, разрывающий мозг изнутри. Гарри застыл, вглядываясь в лед серых глаз, не решаясь выйти из шкафа. Забыв, как дышать. «Он решил поиздеваться надо мной, — пронеслось у него в голове. — Очередная идиотская шутка».       Драко открыл дверцу шкафа и на лицо Гарри упал тусклый свет, заставив его поморщиться. Выйдя из оцепенения, гриффиндорец ступил на каменную плитку вслед за Малфоем. Судорожно вздохнув, Поттер направился к студентам, на чьих лицах застыло непонимание. Пытаясь совладать с негнущимися ногами, Гарри опустился на пол, занимая свое место рядом с Роном.  — Все в порядке? — взволнованно произнес тот.  — Да, — гриффиндорец тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. — Все в порядке.  — Драко, ты куда? — до Гарри донесся робкий голос Астории. Подняв взгляд, он увидел, как Малфой стремительно выходит из комнаты, бросив взгляд на Забини. Вскоре раздался громкий хлопок двери.  — Что ж… — замялась Паркинсон. — Играем дальше?       Крутанув бутылку, она обеспокоенно взглянула на Забини, однако он проигнорировал ее взгляд. Описав вокруг себя несколько кругов, бутыль остановилось. Ее горлышко указывало на Рона.  — Ну давай, Уизли, — усмехнулась она, слегка скривившись. Закатив глаза, Рон раскрутил бутылку. На этот раз она остановилась на Гермионе. Рон, чьи уши мгновенно покраснели, поднялся со своего места и подал руку девушке, пытаясь помочь ей встать. Слизеринцы заулюлюкали. Фыркнув, рыжеволосый передал часы Гарри и направился к шкафу.       Однако Гарри совершенно не интересовался игрой, и спустя несколько минут позабыл про время и ушел в свои мысли. Его голова разрывалась от мыслей и вызванной ими дикой боли. В его висках стучала кровь, а сердце билось так сильно, что он слышал его удары в ушах. «Чем признать то, что любишь его, — пронеслось у гриффиндорца в голове. — Нет. Нет, нет, нет. Этого не может быть. Очередная идиотская издевка. Это же Малфой, черт возьми».       Одна часть его сознания твердила, что «Нет, нет. Ты просто не так его понял. В Хогвартсе есть дюжина студентов, над которыми Малфой издевался и обращался как с говном. А груб он был с доброй половиной школы, ведь легче подсчитать тех студентов, с которыми он общался более или менее нормально. Ты хочешь сказать, что он всех их любит? Бред». В это время в другой части его сознания теплился небольшой огонек надежды, что есть какая-то мизерная вероятность того, что слова Драко окажутся правдой. Однако Гарри боялся и не хотел соглашаться с этой мыслью, ведь «это же Малфой, черт возьми».  — Поттер, ты там уснул? — до гриффиндорца донесся громкий голос Пэнси.  — Отвали, Паркинсон, — буркнул Гарри, возвращаясь из своих мыслей. Взглянув на циферблат, он попытался понять, сколько времени прошло, однако его взгляд не фокусировался на минутной стрелке.  — Нет, я серьезно, — продолжала она, растянув губы в самодовольной ухмылке. — Мы все очень сильно беспокоимся за твое здоровье, — слизеринцы загоготали.  — Чем же ты так занят по ночам, что не высыпаешься? — подхватила сидящая неподалеку от нее Дафна.  — Заткнись, — рыкнул Гарри.  — Посмотрите, у нашего малыша прорезаются зубки, — протянула Пэнси. — Правда, пользоваться часами он так и не научился, — слизеринцы загоготали пуще прежнего.       Почуяв неладное, Рон приоткрыл дверки шкафа и обеспокоенно произнес:  — Гарри, все в порядке?  — Да, не волнуйся, — слегка улыбнувшись произнес тот. — Так, небольшие… трудности. У вас еще есть время, — он приподнял руку с зажатыми в ней часами.  — Как мило, — ухмыльнулась Пэнси. — А свечку у их постели тоже будешь держать?  — Иди к черту, Паркинсон, — прошипел Поттер, поднимаясь со своего места. — Кэтти, — он окликнул капитаншу, бросив ей часы.  — Ой, не знала, что ты такой обидчивый, — надув губы, протянула она, провожая взглядом удаляющегося гриффиндорца.       Закрыв за собой дверь, Гарри услышал разразившихся хохотом слизеринцев и громкий голос Кэтти Белл, однако дверь тут же растаяла за его спиной, унося за собой звуки.       Голова гриффиндорца разрывалась от пульсирующей боли, а мысли, словно назойливые пчелы, жужжали внутри, не давая покоя. Ему нужен был свежий воздух. Прохлада, что обволокла бы его с ног до головы, помогла бы ему разобраться с бушующими внутри мыслями и прогнать боль, пульсирующую в висках. И он знал, где холодный воздух сможет пробраться под его свитер, рассыпав мурашки по светлой коже, играя с непослушными волосами.       Гарри направился в Астрономическую башню. Несмотря на то, что уже было достаточно поздно, он совершенно не чувствовал усталости. В нем бушевало раздражение, смешанное с чувством непонимания и ощущения того, что с ним в очередной раз сыграли злую шутку. Чувство обиды, переполнявшее его, не давало ему спокойно дышать и только придавало ему сил взбираться по винтовой лестнице, преодолевая сотню ступенек.       На полпути Гарри остановился, задумавшись о том, что Малфой, вероятнее всего, направился туда же. «Раньше это было мое место, — усмехнулся он. — Теперь это наше место», но тут же осекся, вспомнив слова Драко. «Нет никаких «нас», кретин. И не будет». Его захлестнуло волной жгучей ярости. «Вот, значит, как?» — пронеслось у него в голове.       Добравшись до деревянной двери, ведущей на площадку, Гарри остановился, собираясь с духом. Его сознание тут же заполонила куча вопросов: «И что я ему скажу?», «Зачем я вообще пришел сюда?», «Что, если он не захочет меня видеть?», «Хочу ли я его видеть?»… Он судорожно выдохнул, повернув ручку двери.       Приоткрыв дверь, гриффиндорец слегка поежился от холодного ветра, пробравшегося под его свитер. Окинув взглядом площадку, он увидел, как Малфой сидит на полу, обхватив ноги руками, сцепив пальцы в замок. Он слегка откинул голову назад, смотря на звезды. Ветер играл с его платиновыми волосами, отбрасывая мягкие пряди со лба. Внутри Гарри тут же загорелся небольшой огонек желания прикоснуться к ним. Почувствовать прикосновение бархатных волос к своей коже.  — Это была шутка? — хриплым голосом вопросил он.  — Я похож на клоуна, умник? — слегка вздрогнув от неожиданно раздавшегося голоса гриффиндорца, произнес Драко.  — Так и знал, что найду тебя здесь, — подходя к слизеринцу, усмехнулся Гарри. Он присел рядом с Малфоем, оперевшись на руки.  — Ты искал меня? — приподняв брови, бросил Драко.  — Да, — выдохнул Гарри.  — Зачем? — в его голосе слышалось непонимание.  — Ты и вправду не понимаешь?  — Нет.  — Ты не можешь выплеснуть свои чувства на человека и просто уйти, оставив его разбираться с этим дерьмом один на один, — горько усмехнулся гриффиндорец.  — Почему нет? — пожал плечами тот.       Но Гарри молчал. В его голове крутились тысячи вариантов ответов на вопрос Драко: «Потому, что это отвратительно», «Потому, что такое поведение заставляет засомневаться в правдивости твоих слов», «Потому, что действительно любящий человек так не сделает. Никогда». Но он не решался озвучить ни один из своих ответов.  — Почему, Поттер? — в голосе Драко проступало нарастающее раздражение. — Молчишь? Прекрасно.       Тишина, разрываемая лишь их дыханием. На Шотландию опустилась ночь, открыв перед людьми завесу туч. Обнажая тысячи ярких звезд.  — Зачем ты здесь? — тихо спросил слизеринец. Почти прошептал.  — Я хотел поговорить с тобой, — приглушенным голосом ответил Гарри.  — Ну вот, ты здесь, — нервно усмехнулся Драко. — И молчишь. Да ты стратег, Поттер.  — Тебя раздражает буквально все, что я делаю. Даже мое существование злит тебя. Как ты можешь любить меня?  — Хороший вопрос, Поттер, — фыркнул тот. — Я задаюсь им каждый грёбаный день.  — Получилось найти ответ? — съязвил гриффиндорец, обращая свой взор на Драко. В свете луны его волосы отливали серебром.  — В твоей шрамированой башке когда-нибудь закончатся вопросы? — раздраженно буркнул слизеринец, поднимаясь с деревянного пола и подходя к перилам.  — Только когда ты дашь на них ответы, — пожал плечами Гарри.  — Не выводи меня, Поттер, — приглушенно прорычал Драко, оборачиваясь на поднимающегося со своего места и не спеша подходившего к нему гриффиндорца. Он остановился в шаге от него. — Не то…  — Не то что? — перебил его Гарри. — Ударишь меня?       Вызов в его глазах. Задранный подбородок. «Сукин сын» — пронеслось у него в голове.  — Ты сомневаешься в этом?       Ледяной пожар в серых глазах.  — Да.       Бум.       Драко буквально подлетел к гриффиндорцу, схватив его за шиворот свитера. С силой впечатав его в каменную стену так, что непослушные волосы упали на лицо, он приподнял его над землей. А тот все смотрит в его глаза с детской наивностью и не верит.       Тяжелое хриплое дыхание. Слишком близко. Придвинься он чуть ближе — смог бы услышать биение его сердца. Драко опустил взгляд на приоткрытые сухие губы. Он чувствовал его дыхание на своей коже.  — До сих пор не веришь? — едва слышно выдохнул слизеринец. Практически касаясь губами его кожи.  — Нет, — хрипло прошептал тот в ответ.       На скулах Малфоя заходили желваки. Судорожно вздохнув, Драко опустил гриффиндорца на землю. Тот, горько усмехнувшись, тряхнул головой, пытаясь убрать упавшие на лицо пряди.  — Я же гово…       Он не договорил, ведь в этот же момент сжатая в кулак кисть слизеринца врезалась в каменную стену. Раздался негромкий хруст. Гарри перевел взгляд на ладонь Драко. Из его костяшек сочилась кровь, скатываясь по каменной кладке стены и падая на деревянный пол.       Поттер так и застыл, раскрыв рот и глядя ошарашенными глазами на Драко. В его глазах застыло непонимание, смешанное с толикой страха. Его охватило оцепенение. «Что за?..» — пронеслось у него в голове.  — Какого черта ты смотришь на меня вот так? — произнес Малфой.  — Я… — охрипшим голосом начал он. Язык его совершенно не слушался. — Я не понимаю, Драко… — громко сглотнув, он облизнул пересохшие губы. — То ты говоришь, что любишь меня, то грозишься ударить… Что ты чувствуешь, черт возьми?       Судорожно выдохнув, Малфой приблизился к гриффиндорцу. Он медленно сокращал расстояние между ними, не отрывая взгляда от изумрудных глаз. Полдюйма, застывшие между ними. Драко чувствовал горячее дыхание Поттера на своей коже и движение его ресниц на своих скулах.        Малфой прикоснулся большим пальцем к его нижней губе и медленно провел им влево и вправо. Наклонившись так, чтобы их глаза оказались на одном уровне, прошептал:  — Я не могу сказать тебе, — кончик его носа коснулся щеки гриффиндорца. — Но могу показать.       В следующий миг он с силой впечатался в его губы, сминая их. Он кусал их, сдавленно рыча, прихватывал зубами, облизывая неподвижные уста, которые несмело зашевелились в ответ. Он чувствовал вкус его губ на своем языке. Такой вкусный, такой родной. Поттер шевельнул губами в ответ, лаская его рот. Он ответил, встречая язык и пытаясь втянуть его в себя. Он судорожно вдохнул, пытаясь глотнуть кислород. Всхлипывая.       Драко почувствовал, как на его губах появилась соленая влага. Оторвавшись от губ гриффиндорца, Малфой заглянул в его глаза. Его ресницы намокли, а из правого глаза потекла предательская слеза.  — Какого хера ты плачешь? — еле слышно прошептал слизеринец.  — Я для тебя просто игрушка, — усмехнулся Поттер. — Ты играешь со мной. С моими чувствами. Сегодня ты целуешь меня, а завтра, как обычно, будешь презирать и издеваться. Бросать свои заумные фразочки, пытаясь обидеть. В твоих глазах снова будет ненависть, — как бы сильно гриффиндорец не пытался взять себя в руки, из его глаз все равно посыпался град слез. — Я не хочу так, понимаешь? Я не смогу.       Драко смотрел, как в его глазах слеза сменяется слезой, и не мог ничего сделать. Он застыл, скованный своими чувствами и эмоциями, а Поттер все говорил и говорил, не останавливаясь. Он выплескивал все, что накопилось у него на душе за это время, вытирая слезы рукавом свитера, опустив взгляд. Унижение.       Малфой не мог слышать это. Видеть его слезы, покрасневшие глаза и дрожащие ресницы было для него испытанием. Это было чертовски неправильно. Так не должно было быть.       Слизеринец положил ладони на трясущиеся плечи Поттера. Слегка потряс его, пытаясь успокоить его и привести в себя. Но он не реагировал, продолжив выплескивать свои эмоции. Внутри Драко загорелся небольшой огонек паники.  — Поттер, — прошептал слизеринец. — Успокойся.       Но он не успокаивался. Тогда Драко притянул трясущегося гриффиндорца к себе, заключая его в свои объятия. Утыкаясь носом в его волосы.  — Отпусти меня, — не замолкал он. — Отстань от меня! Отойди!       Поттер не унимался, колотя слизеринца по спине.  — Прости, — прошептал Драко.  — Я ненавижу тебя, — судорожно выдохнув, тихо произнес гриффиндорец. — Ненавижу…  — Я знаю.       «Что дальше?» — пронеслось у Малфоя в голове. Ему было страшно. По-настоящему страшно.