Недостижимая

Гарриет Поттер совершенно не знала, с кем пойти на Святочный Бал.       Её много раз приглашали — и Симус Финиган, и Невилл Долгопупс (о Мерлин, Гарри, ты что, хочешь пойти на бал с ним?!), и какой-то дурмстранговец с очень странным и длинным именем, которое она не запомнила, и, на всеобщее удивление, Седрик Диггори!       Но Гарри не приняла приглашение ни одного из них, как она сказала себе, по особенно важным причинам.       Симус, больше известный своими взрывными способностями, пригласил её одним из первых, но Гарриет, не задумываясь, отказала ему, потому что нечаянно подслушала разговор Дина и Симуса, который говорил другу, что не сможет пригласить Поттер. Гарри было очень обидно и поэтому она безжалостно качнула головой.       Потом был Невилл, который поставил её в самое неловкое и затруднительное положение. Он пригласил её на бал перед всей гостиной Гриффиндора (надо радоваться, что не в Большом Зале), — Гарриет от стыда чуть не споткнулась на ровном месте. И от того же самого смущения, она и ответила отказом, о чём сейчас очень жалеет. Невилл совершенно не виноват, что ей было так неловко в тот момент. Но Гарри — мастер придумывать разные глупые причины, вот и сейчас ссылалась на поспешность однокурсника и его смелость пригласить её перед всем факультетом.       А дурмстранговец со странным именем, которое Гарриет даже и не помнит? Сейчас Гарри даже смеётся с его необычного приглашения, — конечно, никто не посмеет оторвать Гарриет Поттер от её трапезы (Гарри! Ты ешь как динозавр! Где твои манеры?), а не то жди скоростной кончины! Этот парень сначала испугал её своим присутствием — резко начал говорить, когда Гарри пила сок! Естественно — она подавилась! А дурмстранговец с непонятным именем всё вещал о том, что именно она должна быть его парой на Святочном Балу, что они созданы друг для друга и... но Гарриет его (конечно же) прервала, — главное, что не послала, и всё кончилось благополучным уходом оскорблённого парня и недовольной до конца дня Гарри.       Кто там следующий по списку? А, Седрик Диггори, точно! На самом деле, Гарриет всё ещё жалеет, что не пошла с ним, Седрик милый парень и не оскорблял её «обманщицей», в отличие от некоторых. Но Гарри — всё ещё мастер придумывать ненужные никому причины. Когда Седрик очень даже галантно пригласил её, у Гарриет, как и у всех девушек при виде пуффендуйца, запрыгали сердечки в глазах, если бы, конечно, не рядом стоящая Чжоу. Чанг, которая, как известно по крайней мере половине школе, давно строит глазки Диггори, и это было, по всеобщему мнению, взаимно, до приглашения Гарри на бал. Гарриет — как известно, великий благодетель. Поэтому она отвергла предложение Седрика и прямыми словами посоветовала ему пригласить Чжоу. Абсолютно все присутствующие были в шоке, а эта неожиданная новость разлетелась по всей школе, вызывая лишь смешки. Как говорится, Гриффиндор не лечится.       А сейчас, за три дня до Святочного Бала, Гарри жаловалась Рону и Гермионе, что ей не с кем пойти. Конечно, перед этим она несколько раз ответила «нет» на приглашения пойти на бал, но всё же...       — Герми-и-и-и, — лениво протянула имя подруги Гарриет, а затем положила в рот ещё одну сосиску. — Вот скажи, почему к тебе мальчики толпой сыпятся, а ко мне никто? Круто, наверное, с Виктором Крамом идти...       — Гарри, — как всегда строго и устало ответила Гермиона, вытирая салфеткой рот. Она с недовольством повернулась к подруге. — Тебя уже сколько раз пригласили? А ты что? Придумываешь свои глупые отмазки! Вот чем тебе тот дурмстранговец не понравился, по-моему, он симпатичный...       — Ой, Герми, тебе и жаба симпатична будет! — обиженно воскликнула Гарриет и запила съеденный кусок сосиски соком. — Ты видела, он меня чуть не снёс!       Гермиона ничего не ответила на нытьё Гарри и беспомощно посмотрела на невинно обедающего Рона. Тот с интересом наблюдал за (как ему кажется) скандалом двух подруг и не спешил вмешиваться, оставаясь лишь зрителем.       — Вот ты красивая, Герми, — горестно вздохнув, шмыгнула носом Гарри. Она невзначай коснулась прядки Гермионы, которая старалась не обращать внимания на назойливую подругу. Что тут сделаешь — переходной возраст. — А я что? Страшная, как гоблин! Особенно этот шрам! Как он меня достал! Даже чёлку отстричь нельзя! А моя уродская фигура, не то что у тебя...       Но Гермиона, у которой нытьё Гарриет сидело уже в печёнках, гневно уронила столовые приборы на пустую тарелку, — она никак не может спокойно поесть, громко фыркнув, недовольно перебила её:       — Гарри, если ты сейчас же не прекратишь, я клянусь, поведу тебя на бал с Хагридом! — про последнего она так громко сказала, что тут же смущённо покраснела. А вдруг Хагрид услышал?       — Ну, вот, даже Хагрид красивее меня будет, — наигранно прохныкала Гарриет и запихнула в рот кусочек шоколадной лягушки, которая пыталась выбраться из цепких пальцев девушки.       — Слушай, Гарри, — дожёвывая свой последний кусок пирога с яблоком, предложил Рон, наконец-то включившись в беседу. — Давай ты без своих всяких накруток пойдёшь с первым, кто тебя пригласит! Будь это даже тот мальчишка, как его... о, вспомнил, Криви!       Гермиона одобрительно закивала, поддерживая идею Рона, и с мольбой в глазах посмотрела на Гарриет. Подруга выглядела так, будто выбирает, ходить ли ей сегодня на Зелья или, как обычно, прийти к Хагриду...       — Ну, наверное, можно попробовать, — задумчиво протянула Гарри, почёсывая затылок сквозь гнездо тёмных волос. Гермиона облегчённо выдохнула и с благодарностью посмотрела на Рона. У того был такой вид, будто он сдал Зелья на «Превосходно» без помощи Гермионы.       — Надеюсь, ты не будешь ныть, если твоим напарником окажется Снейп, — хихикнув, дёрнула бровями Гермиона. Гарри, похоже, развеселилась, потому что оценила её шутку:       — Главное, чтоб не Грюм, — прошептала на ухо Гермионе Гарриет, будто это был очень важный секрет. — А так, и Хагрид, и Снейп в мужья сгодятся.       Девчонки весело рассмеялись и попрощались с Роном, пожелав ему удачи в приглашение на бал Лаванды Браун, насчёт которой Герми не переставала возмущаться. «Ну и что он в ней нашёл, Гарри?» — повторяла Гермиона, театрально закатывая глаза. «По-моему, она накрашенная, ничего не смыслящая в магии курица». Раз Гермиона так говорила — значит, так оно и есть. Гарри следовала этому правилу, как закону, вот уже четвёртый год и пока что ни разу не замечала изъянов.       На Истории Магии Гарриет с предвкушением мотала ногами и ждала, кто же всё-таки её пригласит, и с кем же она пойдёт. Ей было настолько интересно, будто она смотрела не за своей жизнью, а за чужой, как в любимых индийских бесконечных сериалах тёти Петуньи, которые ей удавалось посмотреть одним глазком.       Как это говорится? Гарриет витала в облаках. Конечно, к ней и прокрадывались мысли о том, что её поведение было крайне, как говорила Макгонагалл? Неудовлетворительным? Да, да, именно так! Потому что многие, наверное, боялись пригласить Избранную на бал, после всех её отказов. Теперь тех, кто отваживался на такое дело, провожали сочувственными взглядами после очередного провала.       Но Гарри на них было совершенно плевать. Натерпевшись всей той суеты со всякими «надменными и презрительными взглядами» на втором курсе, Гарриет просто не замечала их и жила, в общем-то, как жила.       Но вот История Магии наконец-то закончилась, и Гарри с Гермионой пришлось расстаться, так как последняя очень спешила на Магловедение, а Гарриет всё время отнекивалась от изучения этого предмета. Поэтому сегодня этот вечер она может посвятить лишь себе... ну или домашнему заданию, это уж как получится.       На улице уже темнело, хотя было лишь пол шестого, скоро ужин, а Гарри шатается на свежем воздухе, чуть ли не нарушая границы Запретного Леса. Сейчас здесь почти никого нет, все заняты домашним заданием (Гарриет его проигнорировала).       Гарри поёжилась, на улице был совсем не месяц май, а она тут гуляет в одной мантии и школьной блузке, да и чего хуже, в совсем несогревающих белых гольфах. На секунду Гарриет даже решила поскорее убраться в замок, но её планы прервал чей-то оклик:       — Что, Поттер, шатаешься тут и без своих дружков? — иронично спросил, стоящий в нескольких метров от девушки, Малфой. Гарри гневно посмотрела на него, сейчас он совсем не к месту, тем более ноги уже начало сводить от холода.       — Что можно сказать и о тебе, Малфой, — устало хмыкнув, язвительно прошипела Гарриет. — Где же твои собачки-слизеринцы «да, да, Драко, как остроумно»?       — К твоему сведению, я первый спросил, и ты обязана ответить на вопрос, — дёрнув бровями, ответил Малфой, с интересом наблюдая, как Гарри недовольно закатывает глаза.       — Какая тебе разница, где Рон и Гермиона? Что, хочешь избить меня, пока никто не видит? — ухмыльнувшись своей же шутке, спросила Гарриет, сложив руки на груди.       — Это не аристократично, избивать девушек, особенно, когда они валятся с ног от холода, — весело усмехнувшись, ответил Малфой и с иронией оглядел дрожащее тело Гарри.       — Ничего я не валюсь, — от стыда или от холода, покраснела Гарриет и поспешила отвернуться. Вообще, как так можно смотреть? — Так что ты тут забыл, Малфой? Если ты не ответишь, то по твоей вине мы опоздаем на ужин, — поторопила его Гарри.       — Ой, да зачем тебе знать, — спародировав Гарриет, ответил Малфой, подойдя ближе к Гарри. — Может, на тебя хотел посмотреть, откуда ты знаешь?       Гарриет вдруг ещё сильнее покраснела от смущения, а затем со старательно подделанной язвительностью — рассмеялась.       — Как смешно, Малфой, ха-ха-ха, сейчас живот лопнет, — обиженно ответила Гарри, отворачиваясь от Малфоя, который был прямо за её спиной и с усмешкой на губах наблюдал за её попытками скрыть своё смущение. Но Гарриет вдруг посерьёзнела и, с трудом отлив от своего лица краску, повернулась к слизеринцу:       — Так что тебе здесь надо, Малфой? — выплюнула Гарри, смело приподняв голову, чтобы с точностью видеть все эмоции парня (этот напыщенный индюк был выше её на целую голову!). Малфой тоже прекратил смеяться и вдруг растянулся в хитрой улыбке:       — Хотел пригласить тебя на бал, — смотря на Гарриет снизу вверх, самодовольно ответил Малфой. А потом с усмешкой добавил: — Конечно, если я удостоюсь честью, и великая Гарриет Поттер не припечатает меня лицом к дереву...       Гарриет вновь залилась краской. Ей почему-то показалось, что он совсем не шутит и вполне серьёзно приглашает её на Святочный Бал. Гарри вдруг захотелось послать его. Гарриет сказала — Гарриет сделала.       — Пошёл ты, — скрывая своё красное, как цвет её факультета, лицо, ошарашено крикнула Гарри, а потом вспомнила про обещание Рону и Гермионе и мысленно прокляла рыжего. — Я пойду с тобой на бал. Доволен?       — Более чем, — облизнувшись, Малфой расплылся в улыбке Чеширского кота, направляясь за слишком смущённой Гарри, и вид у того был такой, будто он пригласил Гарриет Поттер на бал, и она ответила «да». Что ж, так и есть!