devil

Разъяренный дьявол вышагивал по широкому холлу среди собравшихся служащих. Белоснежные крылья то складывались за спину, то разлетались, демонстрируя гнев. Не хватало только языков пламени вокруг и клубов дыма изо рта. На Земле творился хаос, израненные и искалеченные души поступали с неимоверной скоростью, а перемещения в Рай катастрофически падали. Самюэль понимал, что его помощники не виноваты и просто не успевают уследить за всеми, но срывать злость на ком-то было надо. Потому он выстроил всех в холле и, не стесняясь в выражениях, поносил их на чем свет стоит. Сотрудники содрогались при каждом слове и втягивали головы в плечи. За последний век к бешенству начальника привыкли все. На глаза старались не попадаться: настроения у того не было никогда. Новенькие помощники старались вообще передвигаться бесшумно, а старые хмурились и отводили глаза, потому что от сочувственных взглядов дьявол свирепел еще сильнее. От гневных криков, казалось, содрогалась вся башня. Двое молодых бесов стояли в гуще толпы и исподлобья наблюдали хождения дьявола из угла в угол. — Интересно, у него хоть иногда бывает хорошее настроение? — шепотом поинтересовался один у другого. — Говорят, сто лет назад, — также тихо поведал второй, — Господь дал ему шанс на любовь, а тот его профукал. Вот теперь и отрывается на нас. На болтавших обернулся впередистоящий и шикнул. Двое снова втянули головы в плечи и потупились. Спорить с этим демоном не хотелось никому. Он появился относительно недавно, всего столетие назад, но его связывали тесные отношения с самим Сатаной. Этот привлекательный, коротко стриженый парень только со стороны казался добрым и приветливым, на деле же постоянно вынюхивал малейшие признаки лености и докладывал начальству. Получить выговор не такое страшное наказание, как оказаться на первом кругу ада. С огненноволосым же Сатаной он был ласковее любого земного зверя. Этот демон любил личину чертенка с длинным тонким хвостом с кисточкой на конце и маленькими рожками, чуть заметными под копной волос. — Илья, — толкнул его в бок Сатана. — Не отвлекайся. Илья отвернулся от болтавших и снова уставился на дьявола, продолжавшего свою речь. Также поговаривали, что этот самый Илья некогда стал свидетелем того, что на самом деле послужило причиной происходящего с падшем ангелом. Но заводить с ним дружбу и, уж тем более, выпытывать истину никто не решался. Сатана посмотрел на своего чертенка, который сам выбрал участь пребывания в преисподней, и усмехнулся. Эти его рожки и хвост появились не просто так: Сатану возбуждал такой облик, а Илья этим нахально пользовался. Из-за своей неопытности парень часто попадал впросак: то забудет внести душу в реестр, то перепутает книги. Вину за свои ошибки он сваливал на Сатану, за что получал нагоняй от любовника. Но каждый раз их ссоры заканчивались бурным примирением в постели. От созерцания желтых хитрых глаз любимого чертёнка Сатану отвлекла суета: кто-то пробирался через толпу к дьяволу. Это оказался запыхавшийся Белиал: он привлек внимание Самаэля тихим покашливанием. Тот воззрился на пришельца со злостью, крылья за спиной расправились, представ во всей красе, что не предвещало ничего хорошего. — Что? — выплюнул дьявол. Белиал не ответил. Он попятился из толпы, поманив дьявола рукой. У Самюэля вопросительно поднялись брови, но, скрипнув зубами, он пошел следом. Видимо, действительно стряслось что-то срочное и говорить при всех тот не мог. Сатана и Илья переглянулись и тоже принялись выбираться из толпы. Белиал тащил дьявола к лифтам с какими-то обезумевшими глазами. — Ты можешь объяснить, что стряслось? — хмурился Самюэль. Дьявол впервые видел этого проныру таким встревоженным и одновременно потерянным. От постоянного напряжения прошедших лет Самюэль безумно устал. Он пытался загрузить себя бесконечной работой, лишь бы ни о чем не думать и не вспоминать. Одно время друзья пытались отвлечь его, приводя различных парней и девушек ему в утеху. Но заменить потерю эти создания были не в состоянии. Самюэль злился, а те начинали трястись от страха, что еще больше выводило из себя. Потому единственным утешением осталась работа, которая упорно не желала делаться как положено. — Не знаю, — покачал головой Белиал, пытаясь дрожащими руками нажать на кнопку вызова лифта. — Вернее, тебе лучше увидеть самому. Белиал был перевозбужден и заметно нервничал. Он затолкал дьявола в лифт и нажал кнопку самого верхнего этажа. В последний момент успели заскочить Илья с Сатаной. Они также выжидающе уставились на Белиала. Тот часто дышал, как от быстрого бега, глаза бегали, а на лицо выползла неуверенная улыбка. — Что увидеть? — зверел от неопределенности Самюэль. — Ну…- начал Белиал. — Я просто не знаю, она ли это… — Что?! Кто?! — уставились на него три пары удивленных глаз. — Мы нашли её прямо возле входа в башню. Она лежала без сознания, бледная. Мы даже подумали сначала, что она мертва. Но Люцифер её узнал, и мы привели её в чувства. Лифт остановился на нужном этаже. О ком говорил Белиал сомнений не осталось. Впервые за прошедшие годы Самюэль почувствовал волнение и надежду. Сатана со своим чертенком молчали, выпучив глаза. Дьявол посмотрел в коридор, ведущий к его одиноким покоям. Даже отсюда он чувствовал движение внутри. Он боялся. Впервые в жизни боялся сделать шаг вперед и узнать, кто ждет его за закрытой дверью. Этот страх сковывал движения и прекращал работу мозга. Он боялся разочароваться, боялся потерять надежду, боялся снова почувствовать боль от потери. Он бы мог простоять в лифте бесконечно долго, но невидимая рука подтолкнула его вперед, и он сделал шаг. Потом еще один. И еще. Шаги эхом раздавались в темном коридоре. Самюэль медленно шел, а в груди разрасталась паника. Что он почувствует, если там его ждет вовсе не Мария, а девушка, просто похожая на неё? И что, если там именно она? Вот она закрытая дверь. Из-под нее тонкой полоской пробивается желтый свет от камина. Дьявол никогда не зажигал его, потому что не было нужды. Кто-то тихо разговаривал, Самюэль не мог разобрать ни слова. Он протянул руку и коснулся холодного металла дверной ручки. Дверь легко поддалась и распахнулась. В большой сумрачной комнате стало тихо. По левую руку от двери, на возвышении в две ступени, стояла широкая кровать; по правую расположился камин, в нем плясали языки пламени, озаряя комнату и даря тепло; перед камином находилось кресло с высокой спинкой. В нем сидела темноволосая девушка, закутавшись в серый плед, как в кокон. Самюэль не успел разглядеть лица, потому что от кресла отошел Люцифер, загородив собой пространство. Он тихо подошел к дьяволу, с тревогой и странной печалью глядя в глаза. — Она ничего не помнит, — прошептал верный помощник и отошел в сторону. Впервые за долгие годы Самюэль увидел лицо любимой вживую. Это была ожившая фантазия. Воспоминание родного и потерянного. Мария сидела в кресле, поджав под себя ноги, и спокойно смотрела на дьявола. На её лице не проскользнуло ни одной эмоции. Ни один мускул не дрогнул. Она не попыталась встать или улыбнуться. Глаза такие же светло-серые, почти прозрачные; черные волосы растрепаны, челка прикрывала один глаз; светлая кожа. Мария казалась совсем маленькой в огромном кресле, а плед не позволял увидеть во что та одета. Дьявол почувствовал какую-то непонятную горячую волну в груди. То была смесь чувств от бесконечной радости до обиды. Хотелось расплакаться от счастья и тут же взвыть от отчаяния — девушка его действительно не узнала. Она просто сидела в кресле и смотрела, как на трясущихся ногах к ней приближается прекрасное существо с тремя парами белоснежных крыльев; как оно опускается перед ней на колени и пристально вглядывается в лицо глубокими голубыми глазами. — Здравствуйте, — поздоровалась Мария приятным тихим голосом. — Здравствуй, — еле выдавил из себя Самюэль, борясь с подступающими слезами. — Мы не могли раньше встречаться? — поинтересовалась девушка, сложив брови домиком. — Ваше лицо мне кажется знакомым. Дьявол кивнул и зажмурился. Боль и счастье разливались в груди и перемешивались. Бороться с эмоциями становилось все труднее, но он справился с этой задачей. Снова распахнул глаза и ответил: — Я здесь хозяин. Хозяин преисподней. — Так вот где я нахожусь, — чуть улыбнулась Мария, а в прозрачных глазах промелькнула надежда. — Возможно, Вы мне сможете помочь! — Чем же? — Я уже много лет ищу одного человека, — доверительно сообщила девушка, но тут же нахмурилась. — Хотя, возможно, он и не человек. Но я точно знаю, что люблю его. — Любишь? — улыбнулся Самюэль, а предательская слеза все же покатилась по щеке. — Я постараюсь тебе помочь, но мне нужно больше информации. Как его зовут? — Я не помню, — удрученно опустила голову Мария. — Я забыла даже, как он выглядит. Столько лет прошло. Возможно, и он уже забыл обо мне. — Уверен, что нет. Расскажи мне все, что помнишь. — Когда-то давно, — начала девушка, уставившись в камин. — Я жила в другом месте. Помнится, там было интересно и красиво. До сих пор, закрыв глаза, я могу слышать те звуки, которые слышала прежде; видеть яркие цвета и чувствовать вкус. Я училась и познавала. Была совсем юной и отличалась от других, подобных мне. Там я и встретила его. И полюбила. Он был самым прекрасным созданием, которое мне доводилось встречать, — от этих слов в душе дьявола появилось тепло и щемящая нежность. А Мария светилась от этих воспоминаний, в глазах горела любовь. Но в следующую минуту маленький огонек света угас, темные брови сошлись на переносице, и девушка продолжила: — Но случилось что-то страшное. Я не помню, что именно. Там было много людей. Все вокруг плакали и страдали. Мне было очень плохо, и я постаралась убежать от этого. Я бежала к свету, и этот свет становился все ярче. Я бежала пока не оказался в большом зале. Он был сказочно красив. Высокие белые колонны стояли в два ряда; потолок представлял собой голубое небо с облаками, словно из ванили; отовсюду лилась приятная музыка и пение, настолько прекрасное, что захватывало дух; в конце зала располагался богатый трон, а на нем восседал красивый мужчина в белых одеждах. Он мне улыбался. Тогда я еще все помнила и знала, что-то был отец моего любимого. Вы не представляете, как они похожи, — восторженно говорила Мария, переведя взгляд на Самюэля. Дьявол сглотнул образовавшийся в горле ком. О, он хорошо представлял, как похож на отца. А то, что Мария побывала в Раю, стало для него новостью. Сколько раз он поднимался туда, разыскивая её, но ему никто даже намека на это не сделал. Сколько раз он расспрашивал Рафаэля, но тот упорно молчал и качал головой. Эти обстоятельства больно резанули по сердцу. — Он сказал тогда, — говорила Мария. — Что создана я была с определенной целью. Создана, для его единственного сына. Но у меня есть выбор: остаться в вечном блаженстве или вернуть свою любовь. И я выбрала второе. Зачем мне вечное блаженство, если рядом не будет того, ради кого я была создана? Самюэль уселся на пол по-турецки и схватился за голову. После услышанного он был готов рвать на себе волосы! Выходит, душа Марии действительно была особенной, изначально чистой, и судьба её была — узнать всю правду. Только так она могла понять и принять все то, что Самюэль отрицал с самого рождения. Его полная противоположность: душа, способная полюбить просто так. Душа знающая, но принимающая истину как данность, со смирением и благодарностью. Между тем девушка продолжала свой рассказ: — Мне не позволили пройти дальше и посмотреть, что скрывается за стенами этого зала, но я была уверена, мне это не нужно. Высокий ангел повел меня к резным дверям. За ними была широкая лестница. Ангел сказал, что в конце ее я найду своего любимого. Тогда он называл его по имени, которое я забыл. Еще поведал, что путь мой будет долог. Но я была ко всему готова. Я быстро спускалась вниз. Лестница постепенно превращалась в узкую и крутую. Света вокруг становилось все меньше, пока его совсем не поглотил густой туман. Я оказалась в сыром и темном пространстве. Отовсюду слышались стоны и крики. Я испугалась, подумав, что попала не туда, но когда обернулась — лестницы уже не было. Пришлось идти вперед. Тогда, вдалеке, я разглядела высокую башню, и поняла, что мне надо туда. А вокруг творилось настоящее безумие, — девушка перешла на шепот, светло-серые глаза округлились, но она не видела ничего вокруг, погрузившись в воспоминания. — Вокруг были люди. Их было очень много. Им не хватало еды и воды. Они были грязными и убогими, больше напоминая животных или хуже — животные никогда бы до такого не опустились. Они убивали друг друга за еду. Они сбивались в стаи и снова и снова нападали друг на друга. Разрывали на части плоть, занимались каннибализмом, многие поедали сами себя. Это было просто ужасно. Я никогда в своей жизни не видела такого. Я бежала и бежала вперед, через эту живую массу людей, к видневшейся вдалеке башне. И через какое-то время все изменилось. Предо мной предстало поле. Широкое поле. Странный гул поднимался по двум сторонам от него. Приглядевшись внимательно, я поняла что это — две армии мчались навстречу друг другу. Они несли различные стяги. В руках оружие из разных эпох. Казалось, в этих двух армиях собраны все погибшие в войнах. Каким чудом я проскочила между них, не попав в месиво, не знаю. Столько крови лилось вокруг. Новые вопли и крики наполняли долину. Сражение велось на смерть. Но люди не умирали. Они сражались вновь и вновь. В редкие затишья они пробирались друг к другу в лагеря, насиловали женщин и убивали детей. Я безумно боялась попасть под руку одному из воинов, но со временем поняла — они меня не видят, пребывая в каком-то своем странном мире, в котором нет места пощаде. Есть только война. Я бежала долго и очень устала. Сколько времени прошло с тех пор, как туда спустилась, даже не знаю. Могу предположить, что не один год. Меня вело только знание того, что в башне меня ждут: там тот, ради кого я была создана. Я часто вспоминала о нем, остановившись передохнуть. Тогда его очертания были свежи в памяти, несмотря на время. Чем дальше я отходила от того поля брани, тем тише становилось вокруг и темнее. Стало воистину жутко от этой тишины. Я слышала только стук собственного сердца и свое дыхание. Как в вакуумном пузыре или с пробками в ушах. Под ногами ощущалось нечто твердое, а впереди снова были люди. Но они просто стояли и смотрели под ноги. Тысячи, нет, десятки тысяч людей стояли и молчали! Что они могла там увидеть?! О чем думали глядя вниз? Я опустила голову и, наконец, поняла, почему я шла. Под ногами оказалось стекло. Прозрачное твердое стекло, а сквозь него я увидела… — Мария замолчала и перевела взгляд на дьявола. Он нахмурился и закусил губу. Самюэль в нетерпении ждал продолжения. Но девушка удрученно покачала головой: — Помню только, что это было больно видеть. Собственную смерть я осознала еще раньше, когда разговаривала с отцом своего любимого. А то, что я видела сквозь стекло, вызывало лишь боль и страдания. Когда очнулась, то поняла, что уподобилась окружающим. Уже на тот момент я была в самом центре этой молчаливой толпы. Я побоялась, что окажусь там навсегда, потому побежала снова. К той башне вдалеке. Мысли уже на тот момент путались. Воспоминания притупились, и я уже не смогла вспомнить любимого лица. Осталось только имя. Я бежала и бежала, поскальзываясь на этом бесконечном стекле, пока снова не оказалась в бесконечном тумане. И снова тишина, и задумчивые люди. Только теперь они не смотрели вниз, они просто о чем-то думали. Кто-то сидел на каких-то пнях, кто-то бродил и бормотал под нос пугающие вещи о сущности самих себя. Я не стала вслушиваться в эти слова, боясь снова потерять драгоценное время. Я прокручивала в голове имя того, ради кого была создана. И шла вперед. Толпа не исчезала, а становилась все гуще и суетливее. Они все куда-то собирались, полные надежд. Там была женщина. Она схватила меня за руку и начала уверять, что во второй раз все получится лучше, что нельзя терять надежду и надо попробовать снова. На моих глазах она превратилась сначала в мутный образ, затем в дымку, а потом исчезла совсем. Тогда я подумала, что она глупая, ведь изменить ничего нельзя. Об этом мне рассказывали в далеком прошлом, но кто — я вспомнить не смог. Сквозь всю эту суматоху мне удалось пробиться не сразу. Но когда я это сделала, то оказалась в каком-то зале. По две стороны его возвышались трибуны. На них расположились люди. Они громко и оживленно спорили. Временами их споры перерастали в драки. Помнится, меня остановил какой-то старец и о чем-то спросил. Я ответила. Но мой ответ ему не понравился, и он возразил. Подобно остальным мы вступили в полемику. Наш спор разгорался, в него включились другие. Одни становились на мою сторону, другие — на его. Мы спорили до хрипоты, но так и не пришли к консенсусу. Тогда я замолчала и поняла, что всем плевать на мнение других, им важен сам факт спора. Стало смешно смотреть на них, и обидно, что я снова потеряла бесценное время. И окончательно забыла к кому я иду. Но башня вдали манила. Надежда на то, что меня в ней ждут так и не угасла. Там точно есть тот, кого я люблю больше жизни. Спорщики остались за спиной, а передо мной открыл врата сумрачный город. Настоящий город с жителями, маленькими растениями, животными и детьми. Казалось, они были счастливы. Жили семьями. Общались между собой. Впервые за долгое время со мной завели нормальную беседу. Правда, никто не знал, как добраться до башни. Я спрашивала снова и снова, но люди только качали головами. Одна семья предложила остаться с ними. У них был маленький уютный домик с садиком. Но из-за нехватки света цветы были совсем крохотными и тусклыми. И все вокруг было каким-то серым и унылым. Но люди вокруг словно этого не замечали, наполненные каким-то странным спокойствием и надеждой. Деваться мне все равно было некуда, потому я и согласилась остаться, ежедневно продолжая искать выход из этого города. Я обошла всю округу. Я узнала город вдоль и поперек. Я была единственным, кто не мог радоваться жизни. Мне нужно было попасть в башню, которая казалось совсем близкой, но выход к ней не находился. Отчаянье мое достигло небывалых высот. Я бродила и бродила среди серых, кривых зданий, обливаясь слезами и теряя надежду. И в один прекрасный момент силы мои иссякли. Я просто опустилась на землю и закрыла глаза. Самюэль слушал этот длинный рассказ, не перебивая. Сердце обливалось кровью, глядя на печальное, изможденное лицо Марии. Она бродила больше сотни лет по преисподней, у него под носом, а он не смог её найти. Ей пришлось пройти все круги, чтобы добраться до него, при этом не сойти с ума от увиденного и пережитого. Слезы текли из глаз не переставая, но он даже не пытался их скрыть или остановить. Девушка потянулась к грустному, прекрасному созданию с крыльями в попытке успокоить, но тот осторожно снял его с кресла вместе с пледом и прижал к своей груди. Мария не сопротивлялась, доверчиво устроившись у него на коленях. Белоснежные крылья закрыли от неё комнату, окутав со всех сторон. Крепкие руки обнимали, даря тепло и чувство безопасности. Девушка прижалась к широкой груди и закрыл глаза, удивляясь собственному спокойствию, которое впервые испытала за долгое время. Её окутывал приятный запах свежести, показавшийся знакомым до боли в груди. Она закрыла глаза, и почему-то потянулась к своей шее. На ней когда-то висела цепочка с золотым тяжелым медальоном, но она почему-то не желала находиться. — Ой, — воскликнула Мария и попыталась вырваться из объятий. — В чем дело? — удивился ангел, не выпуская девушку. — Кажется, я потеряла свой медальон, — всхлипнула девушка. — Какой медальон? — Золотой. Он мне его подарил очень давно. Как же так? — начала плакать девушка. — Это было последнее воспоминание о нем! Теперь я точно не найду его никогда. — Успокойся, — уверенно сказало прекрасное создание, и Мария удивленно подняла голову. На неё смотрели ясные голубые глаза. В них было что-то до боли знакомое: уверенность и теплота. На залитом слезами лице ангела показалась слабая улыбка. Рука, обнимавшая девушку за плечи, полезла в карман брюк и достала оттуда золотое двойное солнце на длинной цепочке. Мария приняла медальон, покрутила его в руках и снова посмотрела на ангела, хмуря брови. — Как он у вас оказался? — шепотом спросила девушка. — Ты сама мне его отдала, — также тихо ответил хозяин преисподней. — Перед смертью, — он сглотнул снова образовавшийся ком и продолжил: — Больше нет нужды кого-то искать. Девушка внимательно смотрела на прекрасное лицо перед собой и боялась поверить в происходящее. Неужели этот ангел именно тот, кого она так долго искала? Именно для него она была предназначена? Изящная рука коснулась бледных скул девушки, большой палец медленно прошелся по переносице. Мария на секунду прикрыла глаза, узнавая этот жест. Чувства мгновенно перемешались в груди, поднимая волну счастья. — Неужели это ты? — еле слышно выдохнула девушка. — Я не знал, что у тебя есть душа, — прошептал дьявол, опуская глаза. — Я думал, что потерял тебя больше века назад. Прости, что прекратил поиски. Мария коснулась ровной скулы и осторожно приподняла печальное лицо вверх. Она до сих пор не помнила даже его имени, но была уверена, что это тот, кого она так долго искала. Все было знакомым: запах свежести, ощущение тела и рук на себе, пронзительные глаза, цвет волос и даже крылья. Почему-то, глядя на крылья, девушка почувствовала болезненный укол в сердце. Она коснулась легкого оперения, а крылья тут же затрепетали, нежно коснувшись её в ответ. Мария с нежностью посмотрела в голубые глаза и уверенно произнесла: — Я уверена, ты сделал все возможное, чтобы найти меня. Самюэль не нашелся, что ответить. Он смотрел в эти чистые глаза, которые начинали светиться изнутри, и не мог наглядеться. Тонкие, приоткрытые губы манили, и дьявол наклонился, чтобы поцеловать их, но в дверь кто-то постучал. Мария услышала, как он заскрежетал зубами, и подпрыгнул от неожиданности, когда тот гаркнул: — Что? — Шеф? — послышалось из-за двери. Мария узнала голос Люцифера, который привел её сюда. — У вас все в порядке? — Пошел вон, — отрезал Самюэль. — Ну, зачем ты так? — пожурила Мария. — Он же волнуется. — Ты меня учить вздумала? — беззлобно пробурчал дьявол, на что девушка улыбнулась во весь рот, и Самюэль тут же отвлекся. — На чем мы остановились? Мария сама потянулась за поцелуем и с упоением прижалась к мощному телу своего персонального ангела. Язык дьявола уже вовсю хозяйничал во рту, а руки проникали под плед. Девушка закрыла глаза от удовольствия, понимая, что происходящее не просто знакомо, а желанно до безумия. Она сама касалась красивого тела, стараясь притянуть его ближе к себе. Одежду с Марии сняли с молниеносной скоростью и уже укладывали на спину, раздвигая ноги. Ощущение кожа к коже она бы ни с чем не взялась сравнить. Руки гладили её спину и мяли ягодицы. Память вспышками подкидывала знакомые образы, но никак не могла выхватить основу. Девушка была возбуждена и даже не думала сопротивляться, когда в неё начали проникать длинные, гибкие пальцы. Все происходило словно в тумане или сне. Мария постанывала от удовольствия, отдаваясь во власть любимых рук. Губы целовали шею и плечи, а она зарывалась в золотистые, мягкие волосы, притягивая голову все ближе. Самюэль чуть приподнялся, устраиваясь удобнее, и медленно вошел в податливое, нежное тело. Мария прикрыла глаза от удовольствия и откинула голову. Губы чуть приоткрылись, выпуская на волю тихий стон. Дьявол сплел пальцы их рук, и толкнулся внутри девушки. Та снова застонала и постаралась поднять ноги выше. Самюэль подхватил их под колени и прижал к груди. Заниматься сексом с любимым человеком все равно, что касаться обнаженной души. Это не просто обмен удовольствием и эмоциями, а настоящая эйфория чувств, жажда увидеть счастье в глазах партнера, а не просто удовлетворить свою похоть. Дьявол не сводил глаз со своей вновь обретенного маленького счастья до самого последнего толчка, наслаждаясь её стонами. Мария впилась в его плечи острыми ногтями и бурно кончила. Самюэль кончил следом, в очередной раз понимая, что оргазм сродни райскому блаженству, и завис на девушке, стараясь привести дыхание в норму. Мария лежала под ним, зажмурившись, а по бледной щеке потекла одинокая слеза. Дьявол нахмурился и, чуть наклонившись вперед, поцеловал девушку в самый кончик носа. — Мария? Девушка распахнула глаза и, наконец, осознанно посмотрела на дьявола. Память все также выдавала информацию вспышками, но она точно вспомнила, как они занимались сексом на Земле. Только тогда у дьявола за спиной не было трех пар крыльев. А сейчас они закрывали их от всего мира белоснежным пологом. Тонкая рука пришла в движение и коснулась точеных скул дьявола, мягкая улыбка тронула губы, и тихий голос произнес: — Как же я могла забыть, как ты прекрасен, Самюэль? — Я безумно скучал по тебе, — ответил дьявол и крепко обнял девушку, жмуря глаза от переполнявших чувств. Девушка обнимала своего падшего ангела в ответ и улыбалась. Свет огня в камине отразился на золотом медальоне, валявшемся на полу неподалеку. Мария подцепила цепочку пальцами, потянула к себе тяжелое украшение и надела на шею. — Теперь я не сниму его никогда, чтобы мы всегда смогли найти друг друга. Самюэль блаженно улыбался, даже не думая слезать с девушки, хотя в голове уже крутилась мысль о том, какие перья он вырвет Рафаэлю за партизанское молчание, и с каким облегчением вздохнут жители преисподней, оставшись без бдительного присмотра начальника. Хоть и недолго. Конец.