Слово Пандоры

С раннего утра Сольха постоянно была занята. Люди приходили к девушке прощаться, оставляли небольшие подарки и письма. В усадьбе, как и в городе было полно народу. Основную часть прибывшего с делигацией войска уже отправили в столицу. Остался лишь небольшой отряд, сопровождающий почётных персон. Хосок со стороны наблюдает, как Сольха прощается с домочадцами. Она обнимает младших братьев и тихо дает им наставления. Те супятся, явно расстроенные и недовольные отъездом сестры. Наби о чём-то долго беседует с ней, крутя на пальце подаренное кольцо. Лишь намгновение Сольха оборачивается и ищет кого-то. Столкнувшись взглядами с Хосоком, она хмурится и отворачивается. Затем девушка подходит к отцу, недолго переглядывается с ним, а после крепко обнимает. Лишь в этот момент младший князь позволяет себе минуту слабости. Он гладит дочь по голове и говорит так, чтобы слышно было лишь ей. Прощаясь, мужчина вкладывает в руки дочери небольшой искусно сделанный кинжал. Хосок сразу оценивает тонкую искусную работу и сравнивает с тем, что видел на обереге девушки. Даже камни в них похожи. — Пусть он тебе не понадобится никогда, — князь красноречиво переводит взгляд на Хосока, и ему приходиться склонить голову в знак согласия и смирения. Сольха тепло и нежно улыбается ему, закрепляя кинжал на поясе. Она вновь была в платке. Темно-синяя ткань плотно обязана вокруг её головы и свободно спускалась по плечам, полностью пряча волосы. Будучи уже замужем она имела право снять головной убор, но словно пыталась таким образом противостоять новому статусу, цеплялась за что-то более привычное и родное. — Пора, герцогиня, — устав от долгих прощаний, просит Хосок. Сольха удивленно замирает, переваривая новое непривычное обращение. Тонкие брови сходятся на переносице, и девушка ведёт плечами, словно пытается скинуть наваждение. — Да, конечно. К ней подводят лошадь, и без лишней помощи Сольха легко взбирается верхом. Люди, назначенный ей помочь, суетливо мечутся рядом, боясь получить выговор от наблюдавшего за происходящим Хосока. Джонхёк и несколько оборотней решают сопровождать делегацию до границы. Хосок замечает как от этой новости мгновенно воспряла Сольха. Ему показалось, что она пыталась всеми силами оттянуть необратимое. Несмотря на силу и гордость, которые девушка показывала на публике внутри неё жил страх. — Пора выдвигаться, — сообщает Чонгук, появляясь за спиной Хосока. Он замечает в руках друга ярко-алый платок и усмехается. — Ты ведь в курсе, что значит этот кусок ткани здесь? — Они придают слишком много значения ненужным вещам, — Хосок привязывает платок к уздечке своего коня. Яркое пятно сразу привлекает внимание. Сольха смущенно отпускается взгляд и сжимает узды лошади до побеления. Ей явно не нравится такой широкий жест, но Хосок не собирался хотя бы кому-то из солдат кортежа позволить себе лишних мыслей. Сейчас она единственная девушка в делегации и его жена, за которую он полностью несёт ответственность. — Следуй передо мной, — требует Хосок. Сольха скользит взглядом по понравившемуся ей ещё той ночью в конюшне жеребцу и качает головой. Стоило догадаться о том, чей он. В конце концов на Севере предпочитали передвигаться на волках. Девушка не рискует перечить его приказу, хотя повелительный тон и раздражает её. Ещё вчера он настаивал на карете для неё, но Сольха напрочь отказалась. Ей хотелось видеть всё своими глазами и попрощаться с родными землями достойно. К тому же ссора на глазах родных могла лишь опечалить их. Девушка оглаживает серый бок своей лошади и улыбается ей. Им обеим предстоял путь в совершенно незнакомый мир. На удивление, Север оказывается мил с ними. Погода стоит чудесная. Высокое синее небо рассекают лучи ослепляющего солнца. Приятный мороз щипает щеки и кончик носа. На главное дороге, ведущей к центральным воротам, собираются горожане. Все они пришли попрощаться со своей княжной. Сольха отвечает им нежной улыбкой, хотя едва ли позволяет себе свободно поднять взгляд на всех этих людей. С приближением родных ворот сердце девушки все больше сжимается от волнения. Она покидает родной дом. Место, где выросла и всему научилась. Желание обернуться одолевает её с невероятной силой, но Сольха помнит, что это плохая примета. У ворот кто-то из детей выбегает вперёд и протягивает ей пышный еловый венок. Девушка склоняется и забирает его, ощущая резкий запах хвои. Она была бы счастлива сохранить его на всю жизнь. Всю дорогу Джонхёк в обличии волка держится рядом с Сольха. Он изредка тихо порыкивает и скалится, на что девушка сразу отзывается. — Ты понимаешь его в таком обличии? — вдруг спрашивает Чонгук. Он равняется с девушкой и заглядывает ей в лицо. — Конечно. Мы все здесь произошли от волков, — с энтузиазмом отвечает она. — Просто кто-то из нас может перекидываться в зверя, а кто-то нет. Острый слух, способность видеть в темноте и чуять самые различные запахи — это то, что объединяет нас независимо от того, человек ты или оборотень, — легко поясняет Сольха. Джонхёк выступает вперёд, принюхивается и о чём-то сообщает девушке. — Здесь стоит быть осторожнее. Лёд очень хрупкий, — передаёт предупреждение она, кивая в сторону тонкой белой полоски, скрывающей бурную горную реку, в паре метров от тропы. — Он как лист. — Почему? — живо интересуется Чонгук. — Это ловушка для южан, — делится девушка, усмехаясь. ‐ Лёд магический. Из-за высокой скорости река не покрывается льдом, поэтому мы создали его искусственно, чтобы вы думали, будто здесь можно пройти. — Как занимательно, — подаёт голос просто слушавший до этого Хосок. Сольха невольно напрягается и выпрямляется в седле. На какое-то мгновение ей удавалось забыть о своём новом статусе и принять происходящее за очередной дежурный выезд. Ей, наверное, стоило быть осторожнее в словах, но отчего-то перед ним не хотелось притворяться. Возможно где-то глубоко внутри себя она лелеяла светлую надежду стать в новых землях счастливой. — Там кто-то впереди, — сообщает один из рыцарей. Джонхёк сразу задирает морду и ведёт ею по воздуху. Девушка вглядывается вдаль, пытаясь различить небольшую фигуру в черной шубе на дороге, не замечая, что Хосок стал ближе к ней. Что-то в неподвижном незнакомце кажется смутно ей знакомым, поэтому девушка, повинуясь интуиции, останавливает лошадь и быстро спешивается. Джонхёк пытается преградить ей путь, но она ловко обходит его. — Дайте мне пару минут, — просит Сольха, торопясь вперёд. — Что ты творишь? — Хосок спешит за ней, но Сольха все равно вырывается вперёд. Она оказывается безумно проворной, и герцог невольно вспоминает, что девушка числилась за отрядом разведки. Она замирает в нескольких метрах от фигуры и заметно бледнеет. Мальчишка лет пятнадцати сверкает ярко-жёлтыми волчьими глазами из-под длинной вьющейся чёлки. Джонхёк без лишних действий обращается в человека, и Хосок невольно делает акцент на его чёрном одеянии. Он знал, что это магия, и все оборотни появлялись в подобном одеянии после обращения. Альфа остаётся стоять позади Сольха, но его настроение заметно изменяется. — Я оставил тебя на границе. Так что ты делаешь здесь? Но мальчик никак ему не отвечает. Все его внимание приковано лишь к фигуре Сольха. — Ты предала нас, — его слова сочатся болью и обидой. Он скалит острые клыки, не в силах совладать с эмоциями. — Ты и Сухо обещали мне быть рядом. — Лука… — Нет! Я не хочу ничего от тебя слышать. Они убивали нас, сжигали наши дома, издевались над нашими людьми, а ты стала ему женой! Мы бы победили их! Мы бы справились! Они убили Сухо! Неужели ты это забыла?! Простила?! — мальчишка кричит, не сдерживая злости. — Ты предала нас… Сольха тяжело сглатывает, пытаясь совладать с собой. Её обуревают самые разные чувства, но боль топит в себе, словно дикие воды горных рек. Каждое слово режет сильнее вражеского меча. Невыносимая тяжесть камнем оседает в груди. Ей кажется, что она не может сделать больше ни вдоха. — Сухо любил тебя и верил тебе, — шипит парень. Он раскрывает кулак, показывая её оберег. Сердце Сольха пропускает удар. Он был на свадьбе и видел как она ночью зарыла его на могиле. — Катись к черту, — усмехается он, швыряя оберег в реку. — Нет! Сольха резко бросается следом за ним. Ни Хосок, ни Джонхёк не успевают остановить девушку, когда она ступает на тонкий лёд. — Вернись! Там опасно! Никто из мужчин не решается последовать, опасаясь, что под их весом лёд разрушится лишь быстрее. Сольха поднимает выброшенный оберег и стирает с него грязь. Глаза невольно наполняются слезами. Впервые она позволяет себе ощутить обиду из-за всего случившегося. Сольха никого не предавала. Она хотела лишь мира. Девушка слышит как вокруг трещит лёд, чувствует как он хрустит под ней. Сольха понимает, что если сейчас поднимется с колен, то скорее всего лёд не выдержит её веса. Она знает, что нужно лечь и добираться до берега ползком, но тело словно не слушается. Девушка поднимается на ноги и успевает кинуть лишь взгляд через плечо, когда лёд под ней расходится, и она проваливается в воду. — Сольха!