Хотелось бы мне вернуться в прошлое и всё исправить, кроме, конечно, встречи с Пи? Очень.
Ведь теперь от статуса «школьная стерва number one» никуда не денешься, ибо позиционировала себя так практически все годы, проведенные в школе. Наверное, вы уже поняли, для чего это, ну, а если нет — добро пожаловать в мои дебри соображений о совершённых ошибках.
«Лучшая защита — это нападение», не так ли? В каком-то смысле, однако три-четыре года назад я считала, что нападать необходимо на каждого и везде, дабы не показывать свою неимоверную жалкую слабость. Кто же знал, что в моей жизни появится тот человек, что убедит меня в обратном… Тем не менее зачем-то мы продолжаем разыгрывать этот дешёвый спектакль, от которого, бог мой, все в восторге! Все просто аплодируют стоя, потому что никто не хочет занять наше убогое место.
Я не виню других в том, какая я стала, но ведь нельзя же просто-напросто закрывать глаза на очевидные проблемы ребёнка! Естественно, мой отец прежде всего за меня был в ответе, однако тот в постоянных отъездах по якобы работе. Хотя я знаю, что папа отнюдь там не работает, может, лишь изредка. И вот тогда, когда я, будучи девочкой, отвечала, что мой отец слишком часто не бывает дома, нужно было на это обратить должное внимание — учителям, социальным помощникам, да хоть кому-нибудь из взрослых!
Мне кажется, что рассуждения из темы «что, если бы…» настолько банальны, что уже тошнит от фантазий в моей голове — что, если бы отцу было бы до меня дело? Или, что, если бы кто-то позаботился обо мне, когда я нуждалась в этом?
Люди не знают всего того, что тот или иной человек потерял и приобрёл, но уже могут обвинять и осуждать его за «неправильное» поведение. И, кстати, это не только ко мне относится. Я множество раз наблюдала за тем, как девочек и мальчиков из бедных семей принижали и избивали, именно из-за того, что они родились в данной семье. В те ужасные моменты я хотела подойти и воспользоваться моими наихудшими качествами, что проявляю, когда становлюсь невыносимой, но, чёрт возьми, всегда пугалась и убегала, как последний маленький зайчонок. И тогда моя самооценка падает ниже плинтуса, ибо я понимаю, что могла бы защитить младших, отпугнув от них идиотов, тем не менее вместо этого устремлялась прочь.
***
— Закрой глаза, Эмма, — серьёзно говорит парень, не желая, чтобы я увидела раньше времени его сюрприз.
Сегодня наша небольшая годовщина — ровно два года, два месяца и два дня, как мы начали встречаться с Пи. Поэтому тот уговорил меня сесть вместе с ним в метро, поехав в неизвестном направлении, между прочим, с закрытыми глазами! Не то чтобы я не доверяла Пирсу, ну, а вдруг нечаянно наткнусь на кого-то?
— Пожалуйста, скажи, что ты не ведёшь меня в лес, — умоляла я, потому как ненавидела лесную атмосферу, лесных зверей и лес в целом.
— Нет конечно, — прыснул Пи. — Я же знаю, как тебе ненавистен лес. Хотя и не разделяю твоего мнения.
Лесная чаща ассоциируется у меня со смертью мамы — собственно в лесу и нашли мёртвое тело матери в период её активных поисков. Как-то раз она вышла в магазин, без машины, так как супермаркет находился буквально в двух шагах от нашего нового дома. И был, к сожалению, нами не изучен, мы не знали, что продавец в этом поганом магазине сумасшедший ублюдок.
— Эмма, что с тобой? — произносит Пи и велит мне убрать руку с лица.
Только, когда мои глаза почувствовали дневной свет, я осознала, что по щекам ручьём льются слёзы, а сама застыла на месте с приоткрытым ртом.
— Прости… — прошептала я, не найдя больше слов для неожиданного состояния.
— Тебя так напугало с закрытыми глазами идти? — обеспокоился шатен, наклоняясь к лицу.
Пусть он и не намного выше меня, но иной раз под взглядом Пи я ощущаю себя крохотной девочкой, что происходит и сейчас. Его слегка пухлые губы затянуты в «трубочку», а нос с горбинкой недовольно шмыгает, и я тут же вспоминаю, что необходимо ответить.
— Нет, Пи, не это. Когда-нибудь я расскажу тебе, но, пожалуйста, не сейчас, не в наш с тобой день.
Пирс понимающе кивнул и уже не просил закрывать глаза, от чего мне намного легче и спокойней.
Пока мы, выйдя из метро, шествовали куда-то, я продумывала, как преподнести мой сюрприз Пи. Может, сразу же? Или подождать романтического ужина? Скорее всего, подарок Пи подождёт до вечера, а вот Люк наверняка не дотерпит.
Вскоре я осознаю, что мы идём в сторону его дома, куда он меня никогда не пускал. Лишь недавно я одним глазом смогла лицезреть гостиную, и то, меня никто не звал. Но зачем мы подходим к нему? Может быть, забрать Люка?
— Эмма, знакомься, — выдохнул Пирс, — это логово, где проживает твой парень и его младший брат.
Неужели Пи решился на то, чтобы официально мне всё показать, не стесняясь различий?
— Я очень буду признательна, если ты впустишь туда, — улыбаясь уголком рта, подыграла я.
Дверь семейного очага мгновенно распахивается, и как я и думала, Люк, насколько это возможно, широко улыбаясь, уступает мне место.
Несмотря на то что Пирс жуткий, в хорошем смысле, джентльмен сейчас парень сначала заходит сам, а потом, легко возложив ладонь на мою спину, проводит за собой. Я не сильно понимаю, что происходит, но стараюсь себя убедить на сто процентов довериться любимым людям.
— Эмм, как ты помнишь, у нас у всех сегодня замечательный день, — слегка волнительно, но задорно отчеканил Пи, поворачиваясь к моей персоне.
Кивнув, я собираюсь всё как следует рассмотреть, однако очаровательные братья не дают возможности этого сделать:
— Потому я… мы, — взглянув на Люка, продолжал тот, — отважились показать тебе наше логово.
***
Почему-то в апартаментах этого дома сразу представляется Пирс и Люк, двое моих сокровенных мужчин. И не из-за того, что это ущербно либо отвратительно, а потому, что запах, атмосфера и даже прежде незнакомые мне вещи приобретают смысл, когда рядом кто-то из Робинсонов.
Стрижка Пи в начале наших отношений казалась мне слегка несуразной, но со временем я поняла, что никак иначе не вижу своего парня — чёлка плавно ложится на правую часть лба; глаза, цвета морской волны, всегда сверкают, завидев меня на горизонте; чуть вздёрнутые уши. И, наконец, скулы, которые меня заворожили с первого взгляда. Идеальный парень.
— Слушайте, у меня же тоже есть подарочки! — воскликнула я, поднимаясь со стула.
Конечно, чай, что мы только что распивали, оказался очень вкусным, но, пока не забыла, нужно всё показать.
Люк от радости завопил и начал прыгать на месте, от чего Пи даже испугался и предупредил, чтобы тот вёл себя потише. Хотя я видела, что Пирс и сам весьма обрадовался данной новости.
— Вот это тебе, Люк, — специально медленно доставая из рюкзака коробочку, протянула я с хитрой улыбкой на лице.
Я знаю, что у всех в школе есть новомодные айфоны, а период, когда тебя унижают только из-за того, что нет телефона, как раз таки проходит мой золотой Люк.
— Погоди… Это что, последняя модель айфона? — в шоке осведомился младший, поглядывая на Пи.
Я всю неделю думала, что бы такого подарить им… По причине того, что на кредитке, которую мне оставил отец, более чем достаточно денег для проживания ещё семь дней без него, я решила порадовать парней дорогими подарками. Пи и так работает, но, к сожалению, не может позволить себе тратиться на такие мелочи, как рвение за модой.
— Охренеть, Эмм, это же, наверное, дорого! — спохватился Пирс, разглядывая коробку. — Мы не можем такое принять, прости…
Ну началось! Чёрт бы побрал эту черту характера в Пи!
— Прекрати, пожалуйста, — сердито проговорила я. — Раз уж на то пошло, я подарила телефон не тебе, а Люку. А ему, как видишь, всё нравится.
Спустя долгих пять минут Пирс соглашается принять и разрешает Люку раскрыть коробочку, но сохранив при этом чек. Он не исправим!
— Ладно, ребят, если вы не против, то я вынуждена вас покинуть, — сообщила я, подмигнув Пи.
Люк вздыхает, расстроившись, что я ухожу, и коронно убирает с глаз чёлку, а Пирс наоборот, сияет от радости, ведь скоро мы вновь увидимся.
— Не обижайся, солнышко, — прошептала и обняла ребёнка я. — До вечера, — теперь это адресовано Пи.
Он целует меня в висок и провожает до двери. Вечер только начинается, дамы и господа!
