Я, ты и жизнь

      Попросив Пи сообщить всем развлекающимся, что вечеринка окончена, я осталась одна в его комнате.       Я не хочу быть такой. Я не такая! Что или кто из меня превращает чудовище, не способное чувствовать?!       Возможно, эти трое, какие они бы ни были, до конца школьных дней будут высмеяны. Их секрет теперь стал поводом для всеобщего веселья. А их родители?       Конечно, не мне об этом заботиться, но… Меня это волнует.       — Эмма, что происходит? — незаметно пройдя в свою комнату, осведомился Пирс.       Он действительно не соображает?       — Мы что, каждый день показываем себя не толерантными суками? — задала вопрос я, на что получила тупое молчание. — Понимаешь, у меня, к сожалению, есть душа и сердце, которое в данный момент болит. Если у тебя — нет, то я даже не знаю, что здесь делаю, — бросила я и собиралась уже встать с кресла, как услышала голос Пи:       — Стоп-стоп! Может, я что-то не догоняю — ты сама предложила отомстить этим идиотам, — серьезно объяснял Пи, глядя в глаза, — а сейчас, когда у нас все получилось, делаешь из меня виноватого?       Я не то хотела сказать…       — Мне лучше уйти, — выдавила я, бросившись на первый этаж.       Здесь, на первом этаже, где происходила вся вечеринка, до сих пор осталось несколько человек, которые, восседая на диване, выпивали. Ясно. Халявное бухло манит многих.       — Быстро встали и пошли прочь! — почти прорычала я и увидела, что две девчонки мигом вылетели из дома Пи.       А один парень, не двинувшись ни на сантиметр, ухмыльнулся, видимо, считая, что я бессильна против него, практически двухметрового имбецила.       — Ну что, куколка, я слышал, что ты натворила час назад, — самодовольно произнес накаченный, по-моему, футболист. — Но, предупрежу сразу, я не гей.       Громко фыркнув, я кинула злобный взгляд на этого остолопа, открыла входную дверь и, хлопнув ею, поплелась домой.

***

      Дома же меня ждал удивительный сюрприз с вишенкой — отец вернулся!       — Не прошло и года, как ты вновь заехал переночевать, — съязвила я, рассмотрев отца.       Тот, заслышав, как дочь входит, с растерянным видом поднялся с кресла. Его костюм, уже по обыкновению, выглядит совершенно не солидно, и я думаю, а всегда ли он у него такой мятый? Или позволяет себе такую роскошь только дома? Но, увы, это теперь не его дом. Я всем своим видом и взглядом намерена передать эту истину.       — Эмма, ты… кушать хочешь? Или пить? — засуетился он, проигнорировав моё хамство.       Ответив, что мне ничего не нужно, я прошла в комнату. Могла бы сидеть сейчас с Пи и обсуждать накопившиеся вопросы… Но я так устала. Мне необходимо разобраться самой, кто я и хочу ли играть до конца.       Совершенный нами поступок ужасен, и нельзя отговариваться, мол, они заслужили. Во всяком случае, не нам их наказывать и осуждать, тем, кто каждый будний день в школе кого-то унижает или того похуже.       На журнальном столике, где валялось куча журналов о моде, мои ежедневники и прочее барахло, зазвенел мобильник. Неужели Пи? Но нет, номер незнакомый.       — Алло, — настороженно начала я.       — Привет, это Алекс, — послышался на том конце провода знакомый голос. Я раздраженно вздохнула. Только этого мне не хватает. — Только не бросай трубку!       — Что хотел? — подавив в себе желание наорать на парня, без приветствий спросила я.       — Слушай, я знаю, что вы сделали, — вот это догадливость! — Я хочу помочь тебе, Эмма. Напомнить, какой ты была, когда дружила со мной, — уверена, он улыбнулся. — Если надумаешь, звони.       Что он мне предлагает — вернуться в детство? Выбросить все подростковые проблемы и отправиться с Алексом «назад в прошлое»? С удовольствием бы забыла всю хрень в моей башке, только это невозможно!       — Я занята, — промямлила я и скинула звонок.       С лестницы слышатся шаги отцовских туфель, и… куда бы спрятаться?       Да, пожалуй, я сохраню его номер.