2012

Куроо Тетсуро, Яку Мориске, Кай Нобуюки — бывшие третьегодки Старшей школы Некома и бывшие члены команды по волейболу. Бывшими стали минуту назад, после окончания «Ежегодных последних проводов учеников во взрослую жизнь». Длинноватое название для школьного мероприятия. За пару минут до начала этого самого мероприятия, Кенма, назначенный против своей воли новым капитаном команды, лично подошел к троице и попросил заглянуть к ним в спортивный зал после всего. И вот, десять шагов отделяет их от момента Х. Девять. Восемь. Все, в том числе и тренер Некомару делают глубокий вдох. Пять. Четыре. Инуока прикрывает рот рукой, его, видите-ли, ни с того ни с сего пробирает на смех. Шибояма бесшумно дает тому по ребрам. Три. Кенма смотрит своим самым грозным взглядом, что даже Лев на секунду пугается и теряется. Два. Один. — ПОЗДРАВЛЯЕМ С ВЫПУСКОМ!!! Все девять человек, включая двух тренеров, одновременно выпрыгивают из своих мест, крича эту фразу неимоверно громко и взрывают хлопушки. Конфетти оседает на одежде и путается в волосах. Куроо, спустя несколько секунд отойдя от шока, хвалит за «ожидаемую неожиданность, превзошедшую саму себя», как он сам это назвал, Яку ворчит про превышенный раз в десять тон, а Кай шутит про возможный инфаркт. Комната превращается в шумный бедлам, в котором каждый пытается скрыть свою грусть за заливистым смехом. Все начинают задавать бессмысленные и не очень вопросы бывшим третьегодкам, дабы темы для разговоров не заканчивались. Лев ловит на себе чужой взгляд. Взгляд светло-карих глаз. Хайба всегда проводил глупую параллель между ними и мороженным вкуса Крем-блюре. Такое же красивое, загадочное, вкусное, как и сам Яку. Эти глаза завораживающе блестят и контрастируют с широкой улыбкой печальным бликом. Не просто мимолетный мазок, а откровенная попытка рассмотреть что-то внутри. Но сказать легче, чем сделать — всё самое сокровенное у пепельноволосого за семи прочными замками. Потому что семь — его любимое число. А «Гляделки» — его любимая игра еще с далекого детства и до сих пор. Поэтому ему совсем не сложно нагло отвечать таким же взглядом. Было бы хорошо, если бы он умел читать людей. А так, это как будто сражение двух самураев с деревянными мечами и алмазными щитами. Бес-по-лез-но, но зато интересно. Лев решил не признаваться. Сегодня. В этой жизни. В этой вселенной. Все успеется. Как-нибудь потом. Где-нибудь потом. Наверно. Просто… что сейчас это даст? Подождите, как вообще получилось, что обычное восхищение переросло во что-то огромное и нежеланное трепещущее и неудобное? Когда сенпай в собственных глазах начал восприниматься как человек, с которым хочется быть рядом до самой смерти, любить, защищать, оберегать и в жизни никогда не отпускать?.. Как, черт подери, это можно пропустить?! Хотя, сейчас это не важно. Сейчас эти глаза грустят. Из-за расставания. Но школа, а в особенности старшая — слишком мимолетная пора. Лев и Яку знакомы-то меньше года. В чем смысл портить момент глупыми неуместными фразами? Правильно, ни в чем. на том и порешили. Начиная с завтрашнего дня их судьбы больше не переплетутся. Они больше никогда не встретятся и даже не вспомнят друг о друге. И тогда Лев забудет.

***

А сказать действительно легко. Сделать вот сложнее. Шесть лет. Минуло уже шесть лет. За это время менялось все: способы мышления, вкусы, окружение, партнеры, должности, города, жилье, воспоминания, чувства. Все, кроме одного. Того самого, запретного. Если честно, Хайба начал немного переживать за собственное психическое здоровье. Ну разве нормально, на протяжении многих лет менять в своей жизни абсолютно все, что можно, но сохранить в голове образ почти всегда злого, но такого красивого и милого сенпая с песочными волосами и глазами цвета мороженого крей-блюре? Нормально. Все чаще и чаще ловить себя на мысли отыскать его и мгновенно падать в реальность, где Яку Мориске не помнит Хайбу Льва, знать о нем не знает и знать не хочет. Привыкнуть к некой горечи внутри. Никому никогда ничего не рассказывать. Продолжать выполнять свои обязанности, цели. Осуществлять свои мечты. И услышать по новостям: «Цунами и волны разрушений настигнут Японию. Очень печально, этого не избежать. Прямо сейчас наберите родных и близкий и попрощайтесь. Времени мало». Принять звонки от сестры, родителей, бабушек, дедушек. Затем просто выключить телефон. Подняться на крышу самой высокой многоэтажки в городе, которая, по счастливой случайности, оказалась рядом с домом, чтобы полюбоваться приближающейся водой. Найти сидячего там Яку в офисном жакете, который безумно ему идет. Впервые прочитать в чужих удивление, радость, грусть и страх. Сесть рядом и осознавать, что вы прикусываете язык от желания поговорить друг с другом, но времени не осталось. Приходится просто молчать, подавливая внутренний крик и одновременно ничего. Наконец увидеть приближающиеся очень быстро цунами. Почувствовать тепло чужой руки на своей. Переплести пальцы. Услышать шепот: «Я люблю тебя». Сильнее сжать чужую руку. Отсчитывать секунды. Любоваться цунами. Нормально Хорошо.