Я ждала тебя ровно сколько любила

      Дни сменялись днями, недели стремительно уходили в прошлое. Общение с Аней приближалось к нашему с ней «нулевому километру». Мой день начинался с утреннего смс «доброе утро, котик», а заканчивался пожеланием сладких снов. А между ними бесконечные переписки и разговоры по телефону. Я растворялась и существовала только в ней. Она была всегда со мной, так рядом и так далеко одновременно.       Однажды она завела разговор о том, что пора бы перейти на телефонную связь и слышать друг друга в онлайн режиме, помню свой страх от первого звонка с «незнакомцем», но в минуту, когда она взяла трубку, и чуть хрипловатый голос ответил «Алло», я почувствовала на том конце что-то до боли родное. Было ощущение, что знаем мы друг друга сотни лет, и это просто N-ный разговор по телефону со старым приятелем. Мне кажется, что с первого комментария Аня уже была не чужой, именно в ту минуту она стала моей.       Моя голова, тело, каждая клетка и каждая мысль принадлежали человеку, которого я не видела ни разу в своей жизни, и все эти обстоятельства добавляли в мой организм смертельную дозу адреналина. Я будто существовала в другой реальности. Может, я уснула пару месяцев назад и не могу вернуться в разум? Каждую ночь мне снилась Аня, образ её всякий раз был размыт и на утро не сохранялся в памяти, кроме глаз, они были тёмными, и в них плясали черти. Каждое утро я становилась одержимее, путая реальность с ночными кошмарами, я начала сомневаться в существовании Ани. Может, всё это — лишь моя иллюзия? Но было одно обстоятельство, которое даже в самую заблудшую минуту говорило — это всё правда.       Слово «обожаю» для меня всегда было на ступень выше, чем «люблю», но Аня считала иначе. В наших разговорах я чувствовала, что ей так же, как и мне, хотелось сказать злополучное слово на букву «л», но она считала, что такое невозможно чувствовать, когда ты не видел человека, а тем более, нельзя ему признаться вот так, в сообщении. По этой причине мне каждый раз прилетало сообщение со словом «обожаю» (его она считала ненастоящим, как бы формальным) и кучей смайликов в виде сердечек. Я же не разделяла её мнения, но делала вид, что согласна. По мне — как ты это не назови, но, если чувство есть, никуда уже его не денешь, и я была бы не против признаться, но она будто знала заранее и твердила, как мантру, «пожалуйста, не сейчас, не так, потерпи». И я терпела.       Как-то раз Аня проводила одинокий вечер в заманчивой компании бутылки вина, но мне что-то подсказывает, что их всё-таки было две. Она сильно хотела со мной поговорить, но я была со своей девушкой. В тот раз Аня поставила мне первый ультиматум «если мы сегодня не поговорим, то больше вообще не созвонимся», тогда же было и моё первое вранье — я вышла из дома под предлогом купить любимый сок, который продаётся только в дальнем магазине. Аня не ожидала, что я так сделаю, но позже призналась, что ей было приятно. Мы разговаривали как всегда — обо всём и ни о чём, но бутылка (а я всё же буду настаивать на том, что их было две) не прошла бесследно по организму девушки, и, долго пыхтя в трубку, она решилась на шаг в бездну: — Катя, я знаю, что всегда говорила, мол глупо и неправильно делать это по телефону, но я не могу больше, меня разрывает, я хочу сказать, что… — тут она либо выдерживала паузу, как в лучших традициях сопливых фильмов, либо ей действительно так сложно сказать это роковое слово на букву «л», — я тебя, кажется, люблю.       В трубке раздается выдох, будто вся тяжесть этого слова выходит из её легких наружу, распыляясь по комнате и улетая в окно, возможно, в расчёте долететь и до моего города, до моей комнаты. А я стою напротив прилавка с соком и с досадой обнаруживаю, что моего любимого сегодня нет, значит, придётся идти дальше. — Не переживай, если ты завтра вспомнишь об этом инциденте, я сделаю вид, что забыла. — отвечаю с максимальной улыбкой. — Ну, Ка-атя! — девушка раздражённо вздыхает.       Спустя небольшое молчание, я произношу очень тихо, буквально на выдохе, но в то же время со всей серьёзностью: — Я знаю.       Стоило ли это говорить? Не знаю. После её слов не изменилось ничего, будто всё это и так было для меня истиной в последней инстанции. Конечно, может, стало легче ей, может, и вино было для того, чтобы решиться, я ведь не знаю, какого ей держать это в себе. Возможно, в ответ она хотела услышать «я тоже», возможно я и сама хотела это сказать, но в то время, пока я думала, где ещё смогу купить сок, в моей голове возникли мысли — а имею ли право говорить, что люблю? Я много лет считала, что люблю девушку, с которой встречаюсь, но только сейчас выяснилось, что всё это было надумано, одни чувства бесстыжим образом были спутаны с другими. Что я знала о любви, любила ли кого-то по-настоящему? Не ошибалась ли в этот раз? Я стояла посреди магазина с испуганными глазами и думала, что в этот раз ошибка будет стоить моей жизни. Во мне определенно было какое-то чувство, и именно оно доказывало, что всё происходящее — реальность.       Дома меня ждала Ника, увидев, что я пришла, она сразу же обняла. Мне показалось это лишним, ведь ещё минуту назад мне было хорошо, а сейчас опять противно. Я понимала, что сегодня разговора опять не состоится, ведь мы готовимся к выпускному экзамену вместе, если сейчас мы начнём выяснение отношений и расставание, то она уйдёт, а эта тема ей даётся сложно, я всё ей объясняю пять раз и только тогда она запоминает. Интересно, когда-нибудь я буду жить в своё удовольствие, а не в угоду другим? — Кать, ты уже послала заявку на стажировку? — Да, а ты подыскала для себя место?       Мы с Никой решили после института поехать на стажировку в другой город. Своим родителям объяснили, что там компании лучше и для нас этот опыт будет очень ценным. На самом же деле, мы просто хотели несколько лет пожить вместе, в чужом городе, не боясь, что нас увидят знакомые. Но после стажировки непременно должны были вернуться обратно, разойдясь по своим жилищам, и обсуждать будущее положение вещей мы не торопились, откладывая всё на последний момент. — Да, я нашла две компании, поможешь выбрать? — Скинь мне названия, я посмотрю завтра на работе.       Я в очередной раз объяснила Нике тему, и мы разошлись по компьютерам, чтобы писать шпаргалки. Видимо, от вина у Ани разгорячился не только центр любви, но и некоторые другие центры, благодаря чему меня втянули в достаточно жаркую переписку. Отвлекаясь от билетов, я то и дело отвечала на пошлые сообщения, ощущая, как и во мне закипает кровь. Дойдя до какого-то логического завершения, Аня прислала последнее смс: «Ну, тебе есть с кем снять напряжение. Удачи, солнце =*».       Я отбросила телефон, ко мне спиной сидела моя девушка и что-то усердно печатала в ноутбуке. Первый порыв был подлететь к ней и обнять, нежно лаская тело руками, оставляя дорожку поцелуев на шее. Минуты пристального взгляда на неё хватило для осознания — я не хочу Нику. Чёрт возьми, я хочу другую, ту, которую никогда не видела, чей голос я слышала исключительно через искажение динамика, чью кожу не знала на ощупь, и чей запах был для меня загадкой. Я не хотела и не трогала Нику с того дня, когда переписка с другой девушкой перешла все границы. «Спасибо, я дождусь твоего приезда.»       Мои мысли заняли размышления об измене, я не ощущала за собой этого чувства, но, тем не менее, считала себя виноватой обманщицей. Физического контакта никогда не было, но порой, после ночной переписки с Аней, от меня пахло сексом больше, чем после ночи любви с Никой. Да и я всегда твердила — измена — это даже не поцелуй с кем-то, а всего лишь мысль о другом человеке. Куда же делись мои принципы? Наверное, где-то глубоко всё ещё сидело ощущение нереальности всего происходящего, поэтому на следующий день я благополучно сделала вид, что никаких объяснений в любви не было.       Я бежала от проблем и продолжала жить по принципу «подумаю об этом завтра», а в моём случае — «я решу это, когда приедет Аня». Но чем дольше ты от чего-то бежишь, тем сильнее тебя настигнут последствия. Этот урок ждал меня впереди.